Парадокс выбора

Сегодня большому залу поместья Малфоев предстояло оказаться заполненным полностью, впервые за последние лет десять. Северус, Регулус и Эван больше не находились на краю — их передвинули ближе к остальным, дальние места оставив предстоящим «гостям», которые должны появиться вот уже скоро, насколько Адриана может разбираться в порядке проведения собраний Риддлом. — Наконец-то у нас великолепные новости, дамы и господа. Наши ряды порадовало полномасштабное пополнение, — неспешно начал Тёмный Лорд, сидя на своём троне и проходясь по каждому ленивым взглядом, задумчиво покручивая свою волшебную палочку в руке. — Моё влияние на чистокровные семьи больше не является предметом дискуссий. Я дал им предельно ясный выбор: либо они с нами, либо против нас. Нейтралов больше не существует. Колеблющиеся — лишь те, кто ещё не осознал неизбежность последствий собственного выбора. Наконец, этот момент настал. Над центром стола, неподвижный и лишённый всякой возможности сопротивляться, завис человек. Грязные чёрные волосы, не первой свежести мантия и лёгкие кровоподтёки, старательно убранные «заботливой» Нарциссой, которой не повезло приводить пленника в рентабельный вид перед казнью. — Большинство сделало правильный выбор, — продолжил мужчина тем же завораживающим тоном, как змей искуситель. — Те же, кто отказался… вы и так можете наблюдать одного из них прямо сейчас. Взгляд скользнул к парящему телу. — Роуэн Трэверс. Глава своего древнего, некогда уважаемого рода. Тот, кто посчитал возможным предать союзников, — он едва заметно усмехнулся, окинув бедолагу таким презрительным взглядом, каким не удостаивал даже магглов. — И именно его голос лишил Паркинсона кресла Министра, пустив месяцы подготовки в никуда. Пример наглядный. И, полагаю, достаточно исчерпывающий, чтобы до каждого из вас дошло, что произойдёт, если начать сомневаться. В этот момент воздух в стороне от стола исказился, и сработал порт-ключ. Один за другим из вихря перемещения вышли люди. Без суеты, без растерянности, каждый уже понимал, где находится. — Познакомьтесь с теми, кто предпочёл выжить и помочь восстановлению настоящего порядка в Британии, — любезно с виду кивнул новоприбывшим Том. — Корбан Яксли. Фердинанд Бёрк. Магнус Нотт. Торс Роули. Игорь Каркаров. Кейн Кэллоган. Виктор Крэбб. Амикус Кэрроу. Алекто Кэрроу. Стоило прозвучать одной позиции из списка, как названный пытался выпрямиться, дабы выглядеть ещё более весомо в чужих глазах. Вернер подавила любой намёк на улыбку, наблюдая за этим детским садом и гадая, когда первый из них умрёт от тупости, затмившей разум после «триумфа». — Они разные. Не все обладают влиянием. Не все имеют за спиной могущественную семью, союзников или полезные связи. Но каждый из них достаточно силён, чтобы быть полезным. А полезность — единственная валюта, которая имеет значение в наши времена. Короткая, драматическая пауза для нагнетания обстановки, что так любит проворачивать Том во время своих речей. — Добро пожаловать, а теперь располагайтесь, — указав рукой на свободные места, милостиво позволил им сдвинуться с места Тёмный Лорд. Часть из появившихся Адриана узнала сразу и без лишних усилий в виде переборки собственной памяти. Лица, фамилии, детали внешности: всё это уже когда-то всплывало на периферии, пересекалось с порученными ей делами, откладывалось в дальнем уголке сознания, ожидая своего часа. Остальные же не отзывались вовсе. Она прокрутила варианты, попыталась зацепиться хотя бы за манеру держаться, но безрезультатно. Пусто. Либо они действительно были из тех, кто раньше не имел веса в известной ей истории, либо до сегодняшнего дня просто не привлекали совершенно никакого внимания. По крайней мере, несколько «каноничных» лиц повстречать всё же удалось. Обстановка, впрочем, складывалась довольно быстро. Основная масса новичков — чистокровные, но без реального влияния, как и сказал Риддл. Сильные, тренированные, с хорошей базой, но без поддержки за спиной, без нужных связей и без фамилий, которые что-то значили бы в реально большой политике. Не элита и даже не потенциальная элита. Расходный материал, которым не жалко пожертвовать. Пополнение боевой части, новое «мясо», которого им периодически так не хватало для некоторых операций, и ничего более. Для таких здесь существовал лишь один путь: воевать. Убивать. Умирать, если понадобится. Близнецы Кэрроу — грубая сила, без изящества, но с нужной жестокостью. Кэллоган — из той же породы, прямолинейный, с очевидной склонностью решать вопросы полюбовным, кровавым способом. Крэбб — массивный как медведь, медленный на вид, но опасный именно этим. Каркаров и Роули — опытные, прошедшие достаточно в своей жизни, чтобы не задавать лишних вопросов и тут же выполнять любые поступающие приказы. Совсем другое дело — Нотт и Бёрк. У этих двоих ситуация была сложнее и потому интереснее. Фамилии не из первых, но и не из тех, что ничего не значат. Потенциал встроиться, закрепиться, стать не просто оружием, а частью внутреннего круга. При достаточной осторожности, умении слушать и, главное, вовремя молчать. Их здесь не спишут в ближайшие месяцы, а будут степенно проверять, понемногу подпуская ко всё более важным делам. Адриана отметила это про себя с лёгким недовольством от перемен, ибо расстановка сил менялась, и вместе с ней внутренняя динамика межличностных отношений в коллективе. Старый состав уже притёрся друг к другу. Нашли золотую середину, поняли, где чьи границы, которые лучше не переступать, кто на что способен и с кем лучше не лезть в конфликт без веской причины, тем самым вызывая неудовольствие Тома, чего пытались избежать все, с переменным успехом. Сплошной прагматизм на пару с цинизмом, ведь так было проще выживать и выполнять поставленные задачи. А тут такой «подарок судьбы», чтоб его. С появлением новых фигур же всё придётся выстраивать заново. Интриги, попытки самоутверждения, неизбежные ошибки и закономерные наказания за излишнюю дерзость. Всё то, что гарантированно всплывает, когда в замкнутую систему вбрасывают новые элементы. Работы станет больше. И, судя по всему, объяснять одними лишь словами всю неправоту новых коллег им же будут недолго. Полумеры здесь не работали. Ох, какая же морока… Суждение, что принадлежность к одной организации автоматически рождает товарищество, было до смешного ошибочным, особенно среди Пожирателей Смерти. Здесь никто не приходил за дружбой. Общий знак на руке не делал людей ближе и уж точно не превращал их в союзников по умолчанию. Лорд вновь взял слово, когда все заняли положенные им места: — Мы стоим на пороге кардинальных перемен. Старый порядок доживает последние года. Магическая Британия либо будет очищена и выстроена заново, либо утонет в собственной слабости, в будущем выродившись до такой степени, что, я уверен, и домовым эльфам надумают присвоить «права и трудовой кодекс», — с такой неожиданной «шутки» прокатился закономерный хохот, и даже Адриана довольно-таки искренне улыбнулась, вспомнив бедняжку Грейнджер из оригинальной истории, а также чутко подметив, что такими словами Лорд формально признал возможность поражения. — И каждый из присутствующих здесь служит будущему процветанию нашей родины. Риддл скупо улыбнулся, продолжая заливать патоку в уши новеньких, дополнительно тонко манипулируя собственной магией для более пробивного эффекта. — Верность — не чувство и не красивое слово. Это выбор. Действие. Готовность идти до конца, не оглядываясь и не торгуясь, несмотря на все последствия. Те, кто этого не понимает, не придаёт важности данному понятию, всегда считают себя умнее остальных. До определённого момента. Лорд слегка мотнул головой в сторону фигуры, зависшей над столом. — Роуэн Трэверс не понял этого. Он решил, что может предавать союзников, играть на два фронта и при этом остаться в безопасности. Что может переметнуться на сторону нашего с вами общего врага, сохранив и даже преумножив своё благосостояние. Он ошибся. Фатально. Короткое движение волшебной палочки, иногда неотличимой от человеческой кости и леденящие душу два слова: — Avada Kedavra. Зелёная вспышка была единственным, что увидел перед собой предатель в последний миг жизни. Тело дёрнулось и тут же рухнуло вниз, с глухим, тяжёлым стуком ударившись о поверхность стола. Ни крика, ни вздоха — только мёртвая тишина, в которой каждый прекрасно осознал, что только что видел. — Это и есть цена предательства, — спокойно заключил Лорд, более не обращая никакого внимания на «отработанный материал». Это был показательный пример. Не демонстрация силы ради эффекта, хоть и не без этого, а полноценное напоминание о последствиях для тех, кто решит сыграть против правил, надеясь остаться в стороне, либо же работать не в полную силу, рассчитывая банально примазаться к победителям. Предатели и бесполезные здесь долго не задерживались. Гринграссы выдали его сами. Чинные переговоры между Риддлом и Артуром Гринграссом, который не побоялся принять такого гостя лично у себя дома, где жизнь Трэверса служила задабривающим презентом, в котором не хватало только огромного красного банта, удовлетворивший обе стороны. Они получили причитающееся за такой поступок, не без дипломатического гения Артура. Полная неприкосновенность Гринграссов и отсутствие членов данного рода в рядах Пожирателей взамен на огромный поток ресурсов, который те передают их организации, как откупные. Всё же, такие «спонсоры» также необходимы, кто бы что не говорил в конце. Такой подход для Адрианы был предельно понятен и даже одобряем. Жестокий, но эффективный и насквозь прагматичный. В сложившихся обстоятельствах — практически безупречный. Более изящного выхода из ситуации она, по правде говоря, не видела для Гринграссов. После того, как контекст всего произошедшего гарантированно улёгся в голове каждого, Том продолжил, как ни в чём не бывало: — Следующая операция будет истинной «Тёмной ночью». В ней примут участие все. И те, кто способен лишь на базовые чары, готовые продать палочку за гроши, — он не счёл нужным скрывать презрение, — и те, кто действительно будет выполнять истинную задачу. Взгляд скользнул по залу, задерживаясь на доли секунды дольше там, где сидели Абраксас с Рейнхардом. — Первые послужат отвлечением. Пушечным мясом, если называть вещи своими именами. Их роль — создать шум, всполошить авроров и дать всеобъемлющее ощущение хаоса, стянув силы противника в одну точку. Основная группа займётся тем, что имеет реальную ценность. Прервавшись, Тёмный Лорд скосил глаза на беспардонно вползшую Нагайну, которая своим весом запросто отворила двери. Огромная, трёхметровая змея, когда-то бывшая человеком. Женщина, страдавшая от проклятия Маледиктуса, против воли проходившая раз за разом перевоплощение в хладнокровного хищника, пока навсегда не осталась в такой форме. Крестраж в несостоявшемся будущем, а ещё просто очень, очень жуткая тварь, которая до мурашек пробирает даже Вернер, особенно своими попытками транслировать мысли прямиком ей в разум, но из-за отсутствия дара Змееуста немка не в состоянии понять смысла послания. Так и сейчас, рептилия с тихим шелестом, от которого абсолютно каждый старался не дышать, дабы не привлечь внимание хищника, который плевать хотел на магию из-за своей странной чешуи, поползла прямиком к ногам девушки. После такого Адриана уже дома трясётся от дикого ужаса, сбрасывая сверхсильные барьеры окклюменции, а пока же… на её лице не дрогнул ни один мускул, когда змея принялась натурально взбираться на стол, используя её, как удобную горку, игнорируя тот факт, что она вообще не должна уметь взбираться по вертикальным поверхностям. По коже плясал табун мурашек от контакта с гладкой и прохладной чешуёй, а навалившаяся тяжесть сейчас совершенно не заботила шатенку, за которой с затаённым страхом наблюдал каждый её «коллега», как и сам Риддл, находящий данное зрелище в крайней степени забавным, но не придавая тому особого значения. — Хашш-сай-шаха-сс-с, Хашш-инс-си, — но хуже всё делало активное общение Тома со своим фамильяром прямо посреди процесса подъема. Сложная форма ментальной магии, доступная только по наследству, позволяющая понимать всех змей и повелевать ими, ибо те подсознательно воспринимают говорящего своим Хозяином, как однажды поделился с тогда ещё самую малость безбашенной Вернер Лорд, когда та проявила ещё не убитое с гарантией по отношению к данной персоне любопытство. — Шасс-с-хасс-с-с-с, — последовал такой же непереводимый ответ чудовища, когда оно наконец поднялось на стол, начав плавно опутывать своим хвостом голову мёртвого Трэверса. — Шш-ш-хи-сса. — Хаш-шас-с, ше-с-саха-с-с, — с тонкой, полной ласки улыбкой прошипел Риддл, после чего тварь принялась уползать обратно, прямо вдоль стола волоча за собой труп мужчины, пока наконец она не утащила тот в коридор, оставив после себя в зале гнетущую тишину, куда более давящую, чем на кладбище в Самайн. — Ты по непонятной причине нравишься Нагайне, Адриана, и та всё никак не желает поделиться со мной ответом, почему. Может быть, у тебя есть догадки по этому поводу? Почти вздрогнув от уже нормальной, человеческой речи, немка немного опустила голову, не мигающим взглядом смотря в стол и произнеся обезличенным голосом: — Не имею ни малейшего понятия, мой Лорд. — Вот как… жаль. Что же, продолжим. На чём мы там остановились, Регулус? — Под удар попал ещё и младший Блэк. Тот был бледнее мела, но ответил всё же на диво уверенным голосом: — Вы закончили на том, чем предстоит заняться основной группе во время операции, мой Лорд. — Благодарю. И так. Удар по союзникам Крауча. Полное лишение активов. Людей, ресурсов, каналов влияния. Вырезать ближайшее окружение целиком маловероятно, но это и не требуется. Без опоры в виде полноводной реки галлеонов они обрушатся сами, лишив Министерство большей части поддержки. Кроме того, мы нанесём удар по их главному защитнику. Альбусу Дамблдору. Не обязательно прямой. Достаточно болезненный, чтобы он понял: его время уходит. Все детали операции уже проработаны. Рейнхард доведёт их до вас в течение ближайших трёх часов. В полном объёме. Последний пронзительный и холодный, будто бы сканирующий взор прошёлся по каждому, после чего их предводитель подытожил: — А теперь все свободны. Кроме Адрианы, Люциуса и Бартоша. Никто не стал задерживаться. Стулья задвигались чуть ли не синхронно, мантии шуршали по каменному полу. Новички торопливо поднимались, стараясь не смотреть ни на стол, ни на самого Тома. У Долохова впереди была своя работа — вводить пополнение в курс дела, и времени на лишние вопросы с уточнениями здесь не оставалось, если, конечно, он не желал получить дополнительную порцию Круциатуса. Большой зал быстро пустел, оставляя внутри всего четверых человек, и когда дверь наконец закрылась, то Лорд не стал тянуть время: — У вас будет другая цель, гораздо более важная, — произнёс он серьёзным голосом, заставляя подобраться на месте остальных. — И для неё понадобится твоя жена, Люциус. Малфой не изменился в лице, но Адриана заметила, как внимание его стало предельно собранным, а руки сильнее сжали ручки кресла. — У Нарциссы слишком много связей в светском обществе не только Британии, но и за её пределами, чтобы ими пренебрегать, — никуда не спеша, задумчиво продолжил Риддл. — В этом деле они пригодятся как никогда. Работать придётся тихо — без шума и следов. Сцепив пальца в замок, мужчина облокотился локтями о стол. — Вы отправитесь в Соединённые Штаты. Канал поставок, на который мы рассчитываем, прекратил работу из-за внутренних разборок с вампирами. Это недопустимо. Материалы, которые по нему шли, критически важны, — «для меня» осталось невысказанным, но предельно понятным по контексту, — и вы решите эту проблему. Главный поставщик — Абернатти Гатри. Бывший сотрудник МАКУСА в далёких двадцатых годах. Предал свою страну, затем примкнул к Гриндевальду. Пережил войну, чистки и сумел вернуться обратно, избежав последствий, отвалив невероятную сумму за свою свободу, устроившись ещё лучше, чем прежде. Найдите на него рычаги давления. Любые. И восстановите поставки, чего бы вам это ни стоило. Провалитесь — и станете показательным примером для остальных, несмотря ни на какой ваш вклад в общее дело. Он немного наклонился вперёд, весомо закончив, словно зачитывая приговор: — Срок — один месяц. Отсчёт начинается со следующего дня. На этом разговор был окончен. Идиотов и непонятливых не было, потому повторять второй раз, только с применением пыточного заклятья, не потребовалось. Задача была ясна, условия обозначены, последствия — очевидны. Получив указания Лорда, они покинули зал для собраний. Двери закрылись за спиной, и только тогда Люциус позволил себе выдохнуть — коротко, едва слышимо, но с явным облегчением. — Я пойду поищу Цисси, обсудим всё этим вечером. А сейчас мне необходимо закончить уже начатые дела, пока есть время. До встречи. Долго задерживаться он не стал, сразу направившись в сторону внутренних помещений поместья. Адриана, в свою очередь, вежливо попрощалась с Розье-старшим. Напоследок спокойно заметила: — Твой сын делает отличные успехи и во многом пошёл в тебя, Бартош, — не меняя каменного выражения лица, самую малость польстила немка. Лишним уж точно не будет. — Спасибо. И… соболезную, Адриана, — быстро оглянувшись и явно боясь, что сейчас после его слов из-за угла выскочит Риддл, прошептал Розье, проявив редкий признак человечности. — Не стоит, это пустяк. Я тоже пойду. До встречи, — она знала, что это была наглая ложь, он это знал, но и дальше о данном случае со змеёй никто продолжать разговор не решился. Девушка ненавидит змей. И Нагайну, в частности, ибо боится её до дрожи в коленках, но та, кажется, получает ни с чем не сравнимое удовольствие, проявляя такие «знаки внимания». Уже вечером, вдоволь насладившись истерикой и битой посудой, которую она же после и восстановила, проведя медитацию для самоуспокоения, наконец получив приглашение от Люциуса, предварительно приведя себя в приемлемый вид, Адриана вновь аппарировала из своего особняка к Малфоям. Поместье жило своей обычной рутиной: коридоры не пустовали, где-то неподалёку, в соседнем холле звучали голоса, «свежая кровь» сновала туда-сюда, не привлекая к себе внимания. Здесь всегда умели создавать ощущение активной жизни, даже когда за закрытыми дверями решались куда более серьёзные вопросы. Она вежливо кивнула проходившей мимо паре новичков — Бёрку и Нотту — и, не задерживаясь, направилась в личный кабинет Люциуса. Внутри уже собралась остальная троица. Разговор сразу перешёл к делу и затянулся надолго. Обсуждали маршруты, возможные контакты, слабые места, варианты давления и способы действовать так, чтобы не оставить лишних следов. За окнами тем временем успело стемнеть, и солнце давно скрылось за горизонтом. Когда первоначальное планирование было завершено, Нарцисса мягко, но безапелляционно выпроводила мужа, сославшись на необходимость закончить вечерние дела. Розье ушёл первым, не нуждаясь в дополнительных пояснениях. В комнате остались только они вдвоём. Шатенка в слабом удивлении вскинула брови и участливо поинтересовалась, внимательно посмотрев на подругу: — Что-то случилось? — Да, — та не стала делать вид, что всё в порядке. — Меня беспокоит Белла. — Конкретнее, пожалуйста. — После октября она сама не своя. Срывается на каждом первом, почти не выходит с арен. Тренируется до изнеможения, в смысле, куда больше обычного, будто пытается что-то себе доказать. — Понятно, — нахмурившись, односложно отозвалась Вернер. — И причина? — Аврор, — Младшая из сестёр слегка поджала губы. — Тот, с которым она тогда столкнулась. — Она проиграла, — «любезно» напомнила немка. — Фактически — да. И ты же понимаешь, как это ударило по её самолюбию, — Цисси позволила себе лёгкую, самую малость ироничную улыбку. — Сестра может пережить боль, страдания, агонию, но унижение? Ни за что на свете. — И теперь она зациклилась, полагаю. — Более чем. Узнала, что он из новеньких в аврорате, раз на него ещё нет полноценного досье, — миссис Малфой сокрушённо покачала головой. — И решила выяснить всё сама. Имя, прошлое, слабости. Вообще всё. — Она уже пыталась лезть в архивы? — Деловито уточнила Адриана. — Пыталась. Безуспешно. Сейчас охрана там такая, что даже ей не по зубам, а пускают строго проверенных людей, которые постоянно проходят проверки. — Шикарная блондинка помолчала секунду, поделившись беспокойством: — Я боюсь, что она начнёт действовать грубо. Или… неосторожно, тем самым подставившись под удар. — Ты хочешь, чтобы я посмотрела, что можно узнать, — спокойно сформулировала просьбу в край уставшая от всего этого девушка. — Если можешь, а лучше вообще отговори её, — Нарцисса посмотрела прямо, постаравшись вложить в следующие слова всю свою внутреннюю теплоту. — Мне не нужно, чтобы ты что-то обещала. Просто… если есть способ перевести этот интерес до того, как он перерастёт во что-то опасное, то пожалуйста, помоги ей. — Я попробую разобраться, — тяжело выдохнув, не скрывая утомления, она протёрла лицо ладонями. С подругой наедине можно не строить из себя непробиваемый булыжник. — Ничего не гарантирую, но посмотрю, что можно сделать. — Этого достаточно, — младшая из троицы сестёр заметно расслабилась. — Спасибо дорогая, правда. Адриана вяло отмахнулась, поднимаясь и направляясь к выходу. Разговор был окончен, но внутри уже сложилась неприятная догадка по всем канонам закона подлости. Девушка даже не удивится, если всё действительно окажется так, как она предполагает. Ибо, ну, ей известен только один новенький в аврорате, кому повезло пролезть в отдел быстрого реагирования. Уже после Вернер нашла Беллатрису на тренировочной арене. Та методично и без спешки вбивала Алекто Кэрроу в землю, отрабатывая приёмы с таким хладнокровием, как если бы перед ней был не живой человек, а лишь обычный, жалкий манекен. Алекто поднималась, получала очередной удар и снова оказывалась на холодном камне. «Наука жизни» в исполнении Лестрейндж усваивалась подозрительно быстро и эффективно. Адриана не вмешивалась. Спокойно дождалась, пока Белла сочтёт урок оконченным и отойдёт в сторону. Лишь тогда она перехватила её жестом и увела чуть дальше от арены. — Цисси о тебе беспокоится, — в лоб произнесла шатенка, без попыток смягчить речь. Эта смертоносная валькирия любит прямоту, и немка уже давно научилась, как правильно с ней необходимо общаться. — Говорит, ты почти что поселилась здесь. Ещё одна подруга усмехнулась, вытирая чужую кровь с костяшек, оставшуюся после «оздоровительных» пощёчин тыльной стороной ладони. Посредством боли знания закрепляются куда лучше, да-да, профессор Лестрейндж может авторитетно подтвердить, как и Тёмный Лорд лично. — Как трогательно. Неужели она решила, что я надорвалась? — Она решила, что ты злишься, — облокотившись об стену и скрестив руки под грудью, размеренно ответила Вернер. — И не без причины. Если я могу чем-то помочь и успокоить этого белокурого ангела, то прими к сведению — я не против. Знаешь, мне больно на душе каждый раз, когда этот комок чистого света хмурится. — Помочь? — В голосе мелькнула насмешка. — Ты и правда не понимаешь? — Тогда объясни. — Нам известно, что часть авроров могли спасти в Мунго, — Белла говорила быстро, с нарастающим раздражением. — И даже если есть хоть тысячная доля процента, что тот ублюдок выжил после встречи с Лордом, я обязана исправить это недоразумение. — Ты уверена, что он жив, — не вопрос, констатация. — Я не уверена. Мне достаточно сомнений, хотя бы малейшего допущения такого шанса, чтобы проверить, — красивая брюнетка сжала пальцы. — Я пыталась о нём узнать. Но архивы Министерства сейчас охраняются так, что туда даже нос сунуть проблематично. А искать по лицу… сама понимаешь, та ещё затея. — Значит, у тебя есть только описание внешности, хм-м? — Самую малость меланхолично протянула Адриана. — Есть имя, — миссис Лестрейндж довольно прищурилась. — Я слышала его, когда этот мелкий ублюдок говорил с Господином перед тем, как я получила приказ уйти. Этого сполна хватит для начала. Она помедлила, тщательно рассматривая лицо Вернер, после чего веско произнесла: — Уильям. Немка спокойно улыбнулась, не выдав ни тени истинной реакции. — Поняла, — просто кивнула девушка. — Ничего не обещаю, но посмотрю, что можно сделать. — Да, кстати, если вдруг что — будь аккуратна. Не знаю, чему их там теперь в аврорате учат, раз уж даже какой-то новенький владеет демоническими чарами, которые я не смогла в принципе идентифицировать, но факт говорящий. Вернер недоумённо моргнула, нахмурившись и выдав настоящие, промелькнувшие чувства. С каких таких пор Уильям владеет таким? — Прости… чего? Новенький с демоническим заклинанием? — Не скрывая удивления, переспросила. — Ты сейчас так решила пошутить, надеюсь, Белла? Правда ведь?.. — Ага, конечно, ты замечала за мной ранее необоснованные порывы удариться в юмор? — Язвительно фыркнула роковая брюнетка. — Я пробовала порыться в семейной библиотеке, и в особняке Рейнхарда тоже, но… ничего не нашла. Зато, вот представь, узнала, что малолетний засранец Сириус при своём побеге из дома утащил с собой парочку книг. Уверена, что он наверняка уничтожил такую, хах, страшную литературу, где мог бы находиться ответ… а может и нет. Тц, позорящее фамилию ничтожество… — А какой был эффект? — Озабоченно поинтересовалась Адриана, прикрыв глаза и мысленно пообещав себе отдать придурка на растерзание гоблинам, напоённым Амортенцией. — Призывной чёрный пепел, пожирающий вообще всё, мои сильнейшие атаки, по крайней мере, он толком и не заметил. — Что же, я всё поняла. Спасибо за информацию. Ладно, пойду, попробую навести справки о таком поистине бессмертном и одарённом умнике, которого ещё свои не казнили, ибо я обоснованно сомневаюсь, что изучение запретных чар стало главной программой в Министерстве. — Мне большего и не нужно. Главное — успокой Цисси, а если что-то найдёшь по возможности, ты знаешь, что я в долгу не останусь. Значит, всё-таки он. Ну охренеть не встать, слов цензурных нет. Каждый раз этот придурок умудряется привлекать на себя нежелательное внимание с завидным успехом… Разумеется, он снова умудрился влезть туда, где его никто не ждал и где последствия обычно наступают быстрее, чем успеваешь их полноценно оценить. Вопрос был не в том, влип ли. Нет, скорее — насколько глубоко. Так ещё и вскрывшийся факт хранимой им тайны касательно некоего заклинания… неприятно удивил. Естественно, она не питала себя иллюзиями о том, что между ними не будет никаких секретов, то было бы крайне глупым поступком. У самой немки ведь точно также есть скрытые ото всех козыри в виде собственных разработок, способные неприятно удивить любого волшебника. Но их она собирается использовать только в самом крайнем случае, ибо цена... слишком высока. Однако, всё равно... неприятный осадочек остался. Ну, ничего, она сможет всё обсудить с Моррисоном сразу, когда они встретятся. Только бы время для такой опасной затеи ещё подобрать. Адриана не стала задерживаться, позволив Лестрейндж вернуться к своим делам, и лишь когда отошла на достаточное расстояние, позволила себе горестно, едва слышимо простонать от всей той головной боли, разом навалившейся из-за одного умника, который всегда всё пускает на перекосяк. Разумеется, она «ничего не найдёт». Ни досье, ни следов, ни подтверждений. Это даже не обсуждалось. Но сам факт интереса со стороны Лестрейндж был плохим знаком. Очень плохим. Беллатриса не из тех, кто бросает идеи на полпути, особенно если задета её гордость как одной из сильнейшей среди Пожирателей Смерти. Девушка уже знала, что сделает дальше. Парня нужно предупредить, хоть послание теперь отправлять куда тяжелее из-за усилившегося надзора, но она найдёт способ. Пусть будет начеку. Потому что если Белла действительно начнёт копать всерьёз, то одна ошибка может стоить слишком дорого. По сути, можно заводить обратный отсчёт до момента, когда неизбежное столкновение произойдёт снова. А пока Адриана сделает всё возможное и не очень, дабы как можно дальше его отсрочить, попытавшись не лишиться всего достигнутого из-за мстительности одной настырной ведьмы. Все силы ради того, чтобы выстроить будущее, в котором им обоим найдётся место. Плевать на общее благо, Вернер бы о своём позаботиться, да и про Уильяма забывать не стоит, как и про данную клятву.