Система Охоты

Холодный ветер с озера гнал по заснеженным дорожкам разный мусор. Во всех сериалах Главные Герой всегда приходят и все успевают вовремя. Но в этот раз мы опоздали, думал я стоя у свежей насыпи земли, белый камень ещё не успел потемнеть от дождей. На плитке значилось: «Роберт С. Э. Хороший друг и сосед. Всегда был готов всем помочь. Лучший охотник». Мы опоздали. Всего на одну минуту. И эта минута стоила жизни. Я сжал кулаки в карманах пальто, заставляя себя отвернуться. Смерть в нашем ремесле всегда рядом, но в такие моменты понимаешь: нет никакой гарантии, что завтра ты не окажешься под таким же камнем. ⸻ Чикаго встретил меня шумом машин, серым небом и нервным ритмом большого города, где даже смерть растворялась в потоке деловой суеты. Но последние три убийства за одну ночь невозможно было списать на статистику. Трое успешных жителей были найдены мёртвыми. Их фамилии знали даже в Нью-Йорке и во многих городах страны. Виктория фон Штруд — хозяйка сети ночных клубов, чья фамилия ассоциировалась с блеском ночной жизни и грязными сделками за кулисами. Самуэль Розенталь — ювелирный магнат, владелец старейшего дома украшений, чьё имя означало роскошь, богатство и власть. Ричард Крейн — продюсер, человек сцены и кино, с амбициями в Голливуде, которого знали в обеих столицах развлечений. Троих нашли обезглавленными в их разных гостиничных номерах. По камерам никто посторонний не мог попасть в номер, окна и двери были закрыты. Со слов Слоуна от этого дела несет сверхъестественной нечистью. Его самого взяли прямо в гостинице, когда он изучал место преступления. Но для полиции этого хватило для ареста: человек с оружием на месте преступления. А потом, когда они проверили его документы, всё стало ещё хуже. Фальшивка. Временная легенда, которой он пользовался, чтобы охотиться без лишних вопросов, — не выдержала проверки. После этого ему пришлось сопротивляться полиций и покинуть город. Передать это дело другим охотникам позвонив на дом Бобби. Я первоначально решил начать с просмотра камер в той гостинице. Перед приездом в городе прошел обильный снегопад, весь город накрыло белым одеялом. Свежий снег хрустел под ногами редких прохожих, а ветер с озера гнал по улицам холодный воздух, залетающий за воротник. Я поднял плечи, поёжился в плаще. Зима в встречала неприветливо, как и само дело, что привело меня сюда. С полицией в этом деле всё было очень странно, приехали неожиданно на место преступления после конца рабочего времени, после этого такая скорая проверка документов. Причем чтобы это проделать их Шеф полиций должен был сам напрямую обратиться в ФБР. Остальных бы отшили на звонке к ним. Поэтому я решил не применять фальшивые документы, а действовать тайно. Днем изучить все планы зданий, а ночью вломиться и уже изучить всё остальное. Поиск комнаты в гостинице было довольно просто, она была указана на карте здания как комната охраны. Телепортация под дверь в 3 часа ночью и отмычкой взлом двери дался без проблем. Спящий охранник был довольно быстро вырублен и связан. Нашёл кассету с нужной датой для нужного этажа, где жила первая жертва. Присев к видеомагнитофону, аккуратно вынул текущую кассету и вставил нужную. Она загудела, перематываясь к началу. Я бросил взгляд на дверь — снаружи было тихо, замены всё ещё не было, но каждая минута была на счету. Перевёл на один из мониторов в режим воспроизведения и запустил плёнку. На экране замелькал вчерашний вечер, нужный этаж. Перемотал вперёд, зная приблизительно, во сколько жертва должна была вернуться в свой номер. На ускоренной перемотке пустой коридор моргал неясным светом, изредка появлялись силуэты случайных гостей и персонала. Наконец, около 18:47, на плёнке появился нужный человек: невысокая женщина в длинном тёмном плаще шла по ковровой дорожке к двери своего номера. Это была одна из жертв — Эрик узнал её по фотографии, которую видел в материалах дела. Женщина остановилась у двери, достала из сумочки ключ-карту и скрылась внутри. Промотал запись дальше, перескакивая минуты однообразных кадров пустого коридора. Он знал, что позже этой ночью несчастную нашли мёртвой в её комнате, но хотел увидеть, не приходил ли к ней кто-нибудь перед этим. На записи до восьми часов вечера ничего не происходило: коридор пустовал, лишь из динамиков доносился тихий шорох магнитной ленты. Но в 20:12 камера вновь зафиксировала движение: та же женщина в плаще снова подошла к двери своего номера и вошла внутрь, точно повторяя собственный маршрут час спустя. Эрик замер, нахмурившись. Как такое возможно? Она уже заходила в комнату час с лишним назад… Он отмотал плёнку назад и снова прокрутил этот фрагмент в замедленном режиме. Да, на экране определённо была она — та же самая женщина, с той же причёской, в том же плаще, с той же сумочкой и ключ-картой в руке. Вторая она, только в очках. Дверь закрылась за ней, и коридор вновь опустел. На записи не было ни единого момента, где женщина выходила бы из своего номера между этими двумя входами. Она вошла в номер дважды, а вышла… Ускорил воспроизведение, просматривая дальнейшие часы. Лишь около 21:30 та же женщина появилась в кадре вновь — на этот раз она выходила из номера с небольшим чемоданчиком и быстрым шагом направлялась к лифту. Эрик узнал её строгий тёмный костюм и собранные волосы, и вновь в очках. Однако он-то знал наверняка: эта женщина не могла покинуть отель в 21:30, к тому моменту она уже была мертва. Её тело обнаружили лишь наутро, безжизненное, в номере, запертом изнутри. Тогда кто же вышел под её обличьем? И зачем она на ночь одела очки? Поменял кассеты и выставлял нужное время. На камерах возле двух других номеров, было тоже самое. Два раза вошли в свой номер, и вышли в то время когда они уже должны быть мертвы. Та же аномалия. Кто же это могли быть? Перевёртыши, гули или какие то другие монстры? На следующее утро я направился в городской морг, надеясь увидеть тела жертв собственными глазами. Неприятный холод наполнял всю комнату — в коридорах морга было промозгло, линолеум поблескивал больничной зеленью под мерцающими лампами дневного света. Запах формалина и спирта бил в нос. Дежурный судебный медик — пожилой мужчина в поношенном халате — встретил меня без энтузиазма. — Эрик Харпер, ФБР, — представился я, демонстрируя корочку удостоверения. Идти в морг я решил проще по поддельным документам, чем проникать ночью. Медик мельком глянул на корочку, поморщился, но спорить не стал. — Чем могу помочь? — его голос звучал так же устало, как и взгляд. — Мне нужно осмотреть тела, найденные на прошлой неделе в отеле “Royal”. Все три, — я убрал плащ, стараясь выглядеть как можно более официально. Медик недоуменно поднял брови: — Так их уже нет. — Что значит, нет? — переспросил я, хотя уже понял ответ. — Их кремировали, — пожал плечами мужчина, переворачивая листы какого-то журнала на стойке. — Родственники попросили выдать тела сразу после осмотра. Сказали, не хотят затягивать похороны. И наш шеф полиции дал им письменное разрешение. Он говорил буднично, будто речь шла об утилизации биомусора. Я почувствовал, как закипает злость, но взял себя в руки. — Почему так быстро? Разве не должно было быть вскрытие? И тело нельзя хоронить/сжигать пока идет следственное мероприятие — я пристально посмотрел на медика. Тот лишь хмыкнул: — Официально причина смерти очевидна — обезглавливание. Кто виноват в убийстве выяснили и объявили в розыск. Родственники влиятельные люди, сами знаете. От них теперь остался только прах, ничем не могу вам помочь. — Остался только прах… — повторил я глухо, ощущая раздражение. Все улики уничтожены. Медик, похоже, заметил моё состояние и вздохнул: — Послушайте, мне действительно жаль. Но там не на что было смотреть. Мы обязаны были провести лишь внешний осмотр, конечно… Могу копию отчёта дать, если надо. — Давайте, — кивнул я автоматически. Он полез в ящик, порывшись среди папок. Я пытался собраться с мыслями. — Вы сказали, внешний осмотр… Что-нибудь необычное? — спросил я через силу. Медик вытащил тонкую папку и протянул мне: — Тут всё записано. Ничего особенного. Тела и голова отдельно, резаные края раны, как от очень острого оружия. Предположительно оружие убийства кухонный нож. Остальные части тела не повреждены. У двоих под ногтями немного собственной крови — видимо, пытались схватиться за рану. Больше ничего. Наркотиков в крови нет, алкоголь в умеренных пределах у одного. В общем, ничего такого. Я пролистал копию отчёта, не видя ни одной зацепки. — Спасибо, — вымолвил я, возвращая папку. Все следы ведут к шефу полиции. Придется пробраться к нему и с помощью одержимости посмотреть что с ним не так. Чтобы узнать где он живет пришлось идти в окружной офис, где хранят все земельные и имущественные записи. На следующий день я отправился в здание округа — мрачное, с колоннами, будто вырезанное из камня ещё в прошлом веке. Табличка на стене гласила: Бюро записей. Именно здесь хранились всё документы: кто что купил, кому принадлежит участок. У стойки сидел клерк лет пятидесяти, с пышными усами. Я наклонился к окошку и негромко сказал: — Мне нужен доступ к записям и предъявил документы агента ФБР. Он посмотрел на меня и документы. — Карточки в каталоге. Алфавитный шкаф там в 307 кабинете, — кивнул он и передал ключ от комнаты, не особо заинтересованный провести и что либо объяснить. Кабинет нашелся довольно быстро с учетом лабиринта в зданий. Я прошёл вдоль ряда шкафов, каждый — железный, со множеством узких ящичков. Потянул на букву «Л». Скрип металла — и перед глазами десятки карточек с фамилиями. Пальцы пробегали по бумажкам, как пианист по клавишам: «Ландон… Лориен… Лоусон…» — и, наконец, «Лоуэлл». На карточке — мелким шрифтом: Лоуэлл Чарльз. Дата покупки и построики здания — 1995 год, номер участка, и налоговая оценка. Я переписал адрес: 42 Waverly Rd. Район богатый, с шикарными особняками и длинными подъездными аллеями. Значит, шеф полиции живет припеваючи возле знаменитостей и богачей. Логично. Но теперь я точно знал, куда ехать. Я вернул карточку, закрыл ящик и кабинет.Обратная дорога была еще быстрей. Заведующий поднял глаза от газеты: — Нашли, что искали? — Да, спасибо — коротко бросил я и направился к выходу. Я втянул голову в воротник пальто. Из за начавшего вновь снегопада и довльно противного ветра с озера. В руках у меня был клочок бумаги с адресом, и этого было достаточно. Теперь оставалось дождаться ночи и проверить, что скрывает шеф полиций. Я стоял на вершине холма возле его особняка и в бинокль наблюдал за окнами здания. Дом выглядел так, словно его вырезали из мрамора и поставили на показ всей округе: длинная аллея, фонари вдоль подъезда, чугунные ворота с вензелями. Я поднял руку, и снег, лежавший на воротах, соскользнул вниз — лёгкий толчок телекинеза, проверка перед настоящим шагом. Внутри всё ещё светились окна. Спать он не спешил. Вздохнув, я шагнул ближе. Дорожку перекрывал замок на калитке, но для меня это не имело значения: лёгкий рывок мысли — и я оказался внутри здания прямо посередине спальни на что был открыт вид из окна. Чарльза не было в спальне, шум шел откуда то внизу. В комнате пахло сигарами и дорогим виски. Я спустился по лестнице на первый этаж. Звуки доносились с кухни. План был прост: ворваться, вырубить его и допросить. Но жизнь редко оставляет простые решения. Я распахнул дверь толчком телекинеза. Бумаги со стола разлетелись вихрем. На стуле сидел он — высокий, крепкий мужчина в форме, с каменным лицом. — Кто ты такой и что ты делаешь в моем доме? Успел он спросить прежде чем я ударил в него силой телекинеза. Его подкинуло и спиной он ударился об кухонную гарнитуру. Но он довольно быстро поднялся. — Думаешь, я обычный человек? — произнёс он голосом, который не принадлежал ему до этого. Его кожа дрогнула, и на миг черты лица исказились, расплывшись, как в воде. — На кого ты работаешь? Кто нанял ведьмака? Я молча смотрел и думал как его быстро вырубить. — Что молчишь? Тебя послали вампиры? Или это все организовали Джинны? Я телепортировал в ладонь серебряный кинжал. Лезвие блеснуло лунным светом, и на его лице впервые мелькнула тень страха. Я бросил кинжал, тупой стороной пытаясь его вырубить но легко увернулся от него. — Ты думаешь что так легко справишься со мной? Нагло оскалился в ответ. Но он не учел что полет ножа был полностью мной контролируемый. Удар сзади по голове был для него полностью им неожидан. Его тело быстро рухнуло на пол. А вообще мне кажется что нужно будет разнообразить мой арсенал серебряными цепями или острые нити проволки и попробовать их контролировать телекинезом. На ум приходит серебряно-никелевый сплав, благодаря знаниям по металлургий. Он довольно твердый и подходит для такого оружия, но нужно будет проверить будет ли вредить монстрам. Я шагнул ближе, обхватил его лицо ладонями и позволил себе проникнуть внутрь, активируя навык. Мир вокруг померк, и я провалился в его сознание. Перед глазами вспыхнули образы. Чикаго — не просто город. Это шахматная доска, и фигуры на ней давно расставлены. Пять семейств монстров держали его в своих когтях, каждый — со своей территорией и своим бизнесом. Вампиры. Род Батистов. Богатые, утончённые, с вечной жаждой роскоши и крови. Их территория на севере города, небоскрёбы и особняки. Их основной бизнес это развлечение монстров, владеют ночными клубами и ресторанами. И медицина, точнее донорство это их источник питания. Всё легально, всё красиво. Вервольфы. Их логово — Золотой Берег. Там, где живут богатейшие семьи Чикаго. Их основной бизнес подпольные бой. Внешнее прикрытие их бизнеса букмекерская контора и коллекторская компания. Также конкурируют с вампирами на поле донорства, но с основным упором на внутренние органы. Во главе стоит семья Дюваль. Гули. Делят Центр города с перевертышами. Ими руководит клан — семья Мэрроу. Похоронный бизнес, крематории, морги их бизнес. Их бизнес и есть основной источник питания. Перевёртыши. Клан Ласситеров. Они — тенью сидят во властных структурах, в виде мэра, судьи, начальника полиции. У них нет ресторанов или клубов, они везде у власти и . Их бизнес — прикрывать остальных и на этом зарабатывать. Стереть записи, подменить отчёты, убрать свидетеля. Джинны. Их территория — южный берег. Их бизнес это сеть трудовых агентств и компаний по найму персонала. Они привозили рабочих из-за границы, находили им контракты. Часть людей оформляли «в белую», с документами, страховкой и обещанной зарплатой. Но были и те, кого вели «в чёрную» — без бумаг, без регистрации. Эти исчезали без следа. Никто их не искал: у них не было связей, родственники далеко за океаном, а полиция закрывала глаза на дела, где фигурировала «South Shore Labor Solutions». Главной семьей кто руководил была Мерриден. Из предпоследних обрывков мыслей я понял что за убийствами стояли гули. Их жертвами были вампиры высокого ранга, но не из главной семьи. Это были те, кто решил пойти против своих и поднять бунт. Похоже, их просто зачистили — убрали предателей, пока те не развернули заговор. Я отдёрнул руки, тяжело дыша. Лоуэл лежал на полу, в беспамятстве, но живой. — Значит, вот как устроен ваш Чикаго… — проговорил я, глядя в окно на огни города. Да, для меня это было самым настоящим Эльдорадо. Каждый монстр — это ступенька для моего роста, сил и способностей. Во мне зажегся аппетит к росту способностей. Желание убить всех монстров и поднять очень много уровней чуть не поглотило меня. Вздохнув воздух и быстро успокоившись пришел в себя. [Внимание вы смогли сопротивляться Тьме что внутри Вас вы получили +0,01% процент к сопротивлению к Тьме] [Вы открыли новую характеристику Сопротивление Тьме 0,1%] Я замер, глядя на всплывшие строчки, будто они выжжены в воздухе перед глазами. Тьма. Она шевелилась где-то глубоко внутри меня. Незаметно влияя на меня. Но сейчас она едва не вырвалась из меня, подталкивая убивать ради силы и уровней. — Вот оно как… — прошептал я себе. — Значит, внутри меня действительно есть нечто большее, чем просто ярость или жажда охоты.