Нулевые отношения

XCVII

Операция в каверне и спасение Мими (часть 3)

      Казавшийся бесконечно длинным, туннель детской железной дороги вывел наших героев в зал с высоким потолком. Даже несмотря на пыльные горы хлама, нагромождённого вдоль стен, в центре было большое открытое пространство. Опознав в этом месте танцевальный зал, члены Секции 6 и агентства «Виктория» встали, затаив молчаливую интригу. Выход из зала был только один — тот, по которому они сюда пришли, и следовательно, пути дальше не было.       — Ну, и? — спросила Эллен, держа руку поближе к своим огромным ножницам. Её голос эхом отлетел от потолка. — Что дальше?       Окружавшая их рухлядь состояла из сломанных стульев, столиков и прочих расходников детского центра. В зазорах густилась тьма, всматриваясь в которую, наши герои не испытывали радужных предчувствий.       Белль-Эос вышла вперёд, внимательно осматриваясь.       — Цель близко, — сказала она. — Датчики Эоса улавливают радиочастоты, испускаемые другим банбу. Она где-то здесь.       — Радиочастоты? — удивился Харумаса. — Это ж прошлый век!       — Тс! Тихо! — Янаги вскинула палец и прислушалась. — …Вы слышите?       Все последовали её примеру.       Откуда-то справа послышалось приглушённое эньненьканье. Все сразу обратили внимание на громадную кучу хлама. Шагая на цыпочках, будто боясь спугнуть звуки, в которые вслушивалась, Белль-Эос подошла ближе. В темноте, между сцепившихся между собой стульев, засверкала розовая лицевая панель.       — Мими! — вскликнула Белль. — Это она!       Розовая банбу махала ручонками и неистово дёргалась, пытаясь высвободиться. Её округлое тельце до половины застряло в завалах.       Белль заговорила с ней через голосовой модуль Эоса:       — Эй! Тихо, крошка! Не шуми. Сейчас мы тебя освободим. Если будешь так кричать, могут сбежаться эфириалы. Мы ведь не хотим этого, верно?       Мими посмотрела на неё и остальных, но её панику это не умалило. Она испугалась, и задёргалась ещё сильнее. Только когда Белль взяла её за руки, Мими притихла и посмотрела на неё. От пережитого страха, она не узнавала Эоса, с которым несколько часов назад так сурово обошлась.       Белль-Эос принялась откапывать Мими, но почему-то телом банбу становилось всё труднее управлять. Она и сама не понимала в чём причина. Крохотные ножки словно налились свинцом, а голос искажался и звучал сквозь сильные помехи. Локтевые шарниры разгибались с трудом. При этом голова Эоса смотрела только на Мими и отвернуться становилось всё сложнее. Его тело словно магнитной силой притягивала к себе розовая банбу и Белль ничего не могла с этим поделать.       Агенты обратили внимание на чертовщину, творящуюся с их проводником.       — Сестрица Белль? Всё в порядке? — проворно взобравшись на гору хлама, над Белль согнулась Сокаку, заглядывая ей в лицевую панель. — Эй! Она мигает! Кажись, ей нехорошо! — доложила она остальным.       Лицевая панель начала мерцать, голос Белль совсем исказился и оборвался. Его сменило привычное эньненьканье Эоса.

***

      Военный пост, на котором Белль и Вайз работают с терминалом HDD.       — Белль? — удивился Вайз, когда его сестра резко вдохнула полной грудью, подскакивая в кресле. — Что стряслось? Связь прервалась?       — Ничего не понимаю… — её глазные импланты потухли, она опустила взгляд вниз, смотря на свои руки. — Меня как будто силой оторвало от Эоса. Какие-то проблемы с синхронизацией?       — Похоже на то, — кивнул Вайз, пытаясь восстановить связь с банбу в каверне. Его пальцы энергично скакали по клавиатуре. — Странно, вроде в каверне помех не наблюдается… Да что ж такое! Ничего не выходит.       После пары минут безрезультатных попыток восстановить связь, Фея предположила: а не мог ли Эос, каким-то неимоверным усилием воли сам оборвать связь и «оторвать» от себя Белль?

***

      — Эн-не! (Мими! Мими, я здесь!) — «Оживший» Эос громко заэньненькал в лицо возлюбленной.       Мими дёрнулась. Внезапная перемена в этом странном банбу до жути её испугала.       Эос, со всей силы дёргая стулья и столики, в которых застряла Мими, начал её откапывать.       Агенты с изумлением уставились на банбу. Как? Связи с прокси больше нет? Вот уж не повод для радости.       Но Эосу не было дела до тревог окружающих его людей. Прекрасная Мими жалобно эньненькала, протягивая к нему механические ручки и он вытаскивал один стул за другим, высвобождая её. Стулья скатывались вниз, создавая громкий шум.       — Эй! Вы там! А ну успокойтесь! — прикрикнула на них Янаги. — Не шумите. А то ничем хорошим это не кончится.       Рина выпустила из-под юбки Анастеллу и Дризеллу, чтобы те ловили падающие стулья. Но Эос разбрасывал их так быстро, что двух летающих банбу оказалось недостаточно.       — Энь-не-на! (Помоги! Мне так страшно! Вытащи меня отсюда!) — просила его Мими. Она наконец узнала Эоса по оранжевому шарфику «01».       Расшатав и выдернув пластиковый столик, давивший Мими на голову, Эос освободил её. Розовая банбу, схватившись за его шарфик, выбралась из ловушки, но не успела перевести дух, как куча мусора под их ногами пришла в движение.       Агенты внизу быстро попятились, когда на них двинулась грохочущая лавина. Крепко обнявшись, Эос и Мими съехали вниз и, выбежав из поднявшегося облака пыли, спрятались под юбкой Рины вместе с Анастеллой и Дризеллой.       «Ожившая» на пару мгновений гора остановилась, но порождённый ею шум ещё несколько секунд эхом отражался стенами и высоким потолком. Когда же и оно смолкло, все замерли, предчувствуя, что-то нехорошее.       Облако пыли медленно осело. Корин несколько раз сдавленно кашлянула.       Внезапно со всех сторон зазвучал густой рёв. Образовав плотное кольцо, агенты стали спинами друг к другу, хватаясь за оружие. Тени вокруг пришли в движение. Как муравьи в развороченном муравейнике, эфириалы выползали из каждой полости, каждой щёлочки и зазора, просовывая чёрные когтистые руки и лапы. Всего за минуту зал озарило более сотни эфирных ядер, а каждое ядро — эфириал.       Меч Мияби ещё плотно сидел в ножнах. Она была наготове, но при виде этой мелочи (как бы много её не было) даже не напряглась.       — Вот морока, — зевнул Харумаса, крутнув в руке лук.       — С языка снял, — той же томной интонацией вторила ему Эллен.       — Команда, готовность! — приказала Янаги.       Бесчисленные эфириалы замерли, смотря на незваных гостей, в любой момент были готовы броситься на них. Но как будто чего-то не хватало.       На удивление, в зале воцарилась звенящая тишина. Агенты застыли, ожидая нападения.       — Чего они ждут? — спросил Ликаон.       — Первыми, что ли, нападать? — Сокаку вопросительно посмотрела на Мияби и Янаги, нетерпеливо переминаясь на носочках.       Но за секунду до того, как эта инициатива была бы одобрена, пол у них под ногами сотрясла сильная вибрация. Сокаку насупилась, смотря на дребезжащую бетонную крошку.       Полчища эфириалов осели от страха и попятились назад.       Разбрасывая в сторону старый хлам, из-под завалов вырвался исполинский эфириал. Длинный, как оживший поезд. Его тело представляло собой цепь бронированных звеньев, покрытых хитиновыми пластинами. Каждый сегмент туловища оснащён парой многочленистых ног. Ноги двигались несинхронно, как бы перекатываясь пара за парой, приводя это длинное тело в движение. Голова приплюснутая, треугольной формы, немного вогнутая внутрь, словно блюдце, на дне которого сияло радужное ядро. От головы тянулась пара антенн, или «усов», длиной едва ли не в половину тела. Между ними сжимались и разжимались огромные челюсти, края которых напоминали зубья пилы.       — Ух! Какой симпатяга! — ухмыльнулся Харумаса, пытаясь подавить внутреннее содрогание. — А какие зубки!       — Правда же он очаровашка? — вздохнула Рина, подпирая щеку ладонью. — Когда я была маленькая, у меня был террариум с большой сколопендрой. Этот великан мне её напомнил.       — Серьёзно? Странный выбор питомца, — заметила Эллен.       — Я беру его на себя, — хладнокровно сказала Мияби, нажимая на сканер отпечатка пальца на рукоятке меча, высвобождая «Бесхвостого».       Остроконечные ноги эфириала-сколопендры ритмично отстукивали по стенам и потолку танцевального зала. Гигантское чудовище изогнулось над нашими героями.       Отступившие мелкие эфириалы, снова высунулись, набравшись смелости в компании своего вожака.       Эос и Мими тряслись под ногами агентов. Первый растеряно метал взглядом по сторонам, крепко держа Мими за руки. Ладно она, опекаемая в тепличных условиях, впервые оказалась в каверне, но он-то! Он должен показать ей пример стойкости и бесстрашия. Но Эосу было также страшно, как Мими. Он надеялся, что вот-вот должна восстановиться связь с Белль и Вайзом, но этот момент всё не наступал.       И вдруг все пришло в движение. Агенты схлестнулись с эфириалами. Отовсюду раздались звуки бойни: рёв чудовищ, лязг оружия, вскрики, вздохи, лаконичные команды. И двое банбу остались без прикрытия — пышная многослойная юбка, бывшая для них островком безопасности, упорхнула вместе с Риной, поджаривавшей бедных эфириалов разрядами электричества.       Мими схватила себя за уши и закрыла ими лицевую панель. Эос тряхнул её за плечи и сказал:       — Ун-на-нэ! (Э, нет! Извини, но ушки нам не укрытие! Поднимайся! Нужно где-то спрятаться.)       — Эн-не! Эн-на! (Я боюсь! Мама! Мама!)       Эос подскочил на ноги и дёрнул Мими что было сил.       — Эн-не-на! (Вставай, дурёха! Побежали!)       Схватив Мими за уши, которыми она отчаянно ограждала себя от ужасной реальности, Эос потянул её в противоположную от побоища сторону. Почувствовав, что её волочат по полу, Мими встрепенулась, выбилась из рук Эоса и чуть не заехала ему кулачком по робо-лицу.       — Эн-нааа! (Ааа! Уйди прочь, чудище!!)       — Эн-на-не-не!! (Да не эфириал я!) — салатовые колечки глаз сменили выражение на более строгое. — Эн-не-не! (Успокойся уже и беги за мной, если тебе банбу-жизнь дорога!)       Они спрятались под горой хлама, в укромной нише. Эос надеялся пересидеть в этом месте, пока люди разберутся с эфириалами. Но не тут-то было. Навалившись когтистыми лапами на столешницу, служившую Эосу и Мими козырьком, возник эфириал, отбившийся от общей толчеи. От страха Мими отползла вглубь ниши и задрожала. Впрочем, уползти далеко не получилось: было слишком тесно и её тело никуда не протискивалось. Эос развёл руки в стороны, отчаянно загораживая её. Эфириал спрыгнул со столешницы и пригнулся, хищно сверкая ядром, радужные блики которого переливались на комбинезоне Эоса. Быть разорванным в клочья малыш не собирался, поэтому в последний момент выдернул из окружавшего его мусора погнутую алюминиевую трубку и со всей силы зарядил по чёрной когтистой лапе эфириала. Тот одёрнул лапу, но, по всей видимости, сильной боли не почувствовал. Сопротивление жертвы только раззадорило его, и он уже готовился наброситься на Эоса, как вдруг со стороны прилетела наэлектризованная стрела Харумасы, метко пригвоздившая эфириала к полу.       — Эй вы! — бросил он издалека. — Я запрещаю вам помирать! Нам ещё назад возвращаться!       В следующее мгновение зал погрузился в полумрак, озаряемый голубоватыми вспышками морозной аномалии. Всех окатило пронизывающим холодом, а окружающие предметы на глазах покрылись инеем. Мияби схлестнулась с главным эфириалом. Отталкиваясь носочками от выступов на горе хлама или прямо от тела сколопендры, она перепрыгивала с места на место, разя клинком исполинского монстра. Только и было видно ослепительный морозный проблеск, и сразу после этого на пол обрушивалась отсечённая конечность.       — Босс сегодня в ударе! — восхитился Харумаса, отвлёкшись ненадолго, тем самым подставляя себя под атаку нескольких эфириалов.       — Не зевай! — крикнула Эллен и, вскочив ногой прямо ему на плечо, оттолкнулась и одним сильным схлопыванием ножниц сразила врагов.       — Эй!! Я тебе не пандус и не рампа, чтоб от меня отпрыгивать! — возмутился Харумаса, свалившись на пол.       — Хоть бы спасибо сказал! П*дик неблагодарный! — Эллен агрессивно мотнула хвостом, чуть не заехав плавником ему по лицу и ринулась на следующую цель.       Отпарировав несколько атак эфириала, Мияби не на шутку его раздраконила. Бессчётные пары ног передвигали тело сколопендры по всему залу: со стен на потолок, затем на противоположную стену и на пол — и так по спирали. Охотница каверн не давала противнику времени продохнуть, куда бы тот не уползал, металась за ним, оставляя за собой синеватый ледяной шлейф.       Главный эфириал, рассвирепев под атаками Мияби, разразился оглушительным рёвом. Его сильное, гибкое тело сотрясло стены и полоток. Стена, на которую он опирался, дала несколько глубоких трещин. Эфириал ринулся вверх, протаранив головой куполообразный потолок и сверху тысячью хрусталиков посыпались осколки стекла.       Всё вокруг содрогнулось, словно от землетрясения. Недобитые эфириалы, оставив агентов, бросились прятаться. Зал с минуты на минуту готов был обвалиться. Чёрная паутина трещин и осыпающаяся с потолка бетонная крошка явно на то указывали.       — Нас сейчас привалит, — констатировал Ликаон.       — Вы-выхода нет! — прозаикалась Корин. Туннель, по которому они пришли, засыпало обломками кирпича.       — За мной! — крикнула Мияби и проворно вскочила на хвост уползающей сколопендры, отталкиваясь ногами от выступов на пластинах её панциря.       Все последовали за ней. Нужно успеть, пока эфириал не выполз через брешь в потолке.       Выбежав из своего укрытия, показались Эос и Мими. Их чуть не забыли. Не тратя ни секунды, Ликаон «за шкирку» подхватил первого, а Корин взяла на руки вторую.       Обвешанная ненавистными агентами, сколопендра-эфириал агрессивно извивалась, норовя их стряхнуть или раздавить. Выбравшись наверх по её телу, агенты увидели, что здание танцевального зала стоит посреди моря, на бетонных подпорках. Нестабильная каверна, как карты в колоде, перетасовала внутри себя все дома и переходы, и отринула в сторону округлое здание, которое, как мы помним, изначально находилось на острове, стилизованное под пещеру в форме черепа.       — Оставьте меня и бегите, — приказала Мияби, соскакивая с обрушающегося купола на крепкий сектор стены. — Я с ним разберусь.       — Вы уверены, командир? — смахивая со лба мелкий пот, спросила Янаги.       — Для вас всё равно нет места. Здание уходит под воду. Бегите.       Довод Мияби был неоспорим. Агенты съехали по кирпичным развалинам на крышу тоннеля, связывавшего здание танцевального зала с островом. Тоннель также с минуты на минуту должен был обрушиться и утонуть.       — Не мешкаем! Побежали, — приказал Ликаон.       Оставшись один на один с главным эфириалом, Мияби впервые за время поединка обнаружила в себе ужас, сковавший её по рукам и ногам. Суровый взгляд её рубиновых глаз, переметнулся со сколопендры на бескрайний простор моря, окружавший рушащееся здание. Малейшее сотрясение и танцевальный зал, как песочный замок под накатившей волной, осыпался в чернильную воду, оставляя Мияби и эфириалу меньше места для манёвров.       Навострив на неё свои ножницеобразные челюсти, эфириал пошёл в атаку. Уклоняясь, Мияби отскочила от опоры, подпрыгнула к голове сколопендры, но промахнулась по ядру и приземлилась на один из секторов её тела, ближе к хвосту, чем к голове. Атака эфириала пришлась на пустое место, обрушивая в море остатки кирпичной стены.       «Море… море! Море!» — страх кричал в душе Мияби.       Вспененные чёрные волны, брызгами орошали тело сколопендры, когда вниз осыпались обломки. Эфириал извивался, перебегал по руинам и его тяжёлое тело, весившее как поезд с несколькими вагонами, разрушало опору с каждой секундой.       Морская пропасть вселяла в Мияби гораздо больше ужаса, чем эфириал, и остаться с ним в посреди моря — к такому она никак не была готова.       — Пора с тобой кончать, пока мы не ушли на дно, — холодно сказала она сколопендре, вонзая клинок в её панцирь, не столько чтобы нанести урон, сколько чтобы устоять на ней.       Оставалось всего две точки опоры — трещавшие под тяжестью бетонные сваи. Эфириал обвил вокруг них своё длинное тело, подняв кверху бóльшую его часть. Круто изогнувшись, сколопендра приготовилась атаковать свой же хвост, чтобы избавиться от навязчивой Охотница каверн. Мияби встала в позу, держа клинок наготове.       Противники ринулись друг на друга. Длинные усы сколопендры чуть не задели Мияби, но она ловко увернулась и быстрым метким ударом рассекла эфирное ядро на голове чудовища.

***

      В эту самую минуту на горном перевале, полукольцом окружавшем город, замерло движение автобусов. Как ни был налажен процесс эвакуации, без пробок не обошлось. Город, расстелившийся вниз по склону, был почти пуст. Часть пассажиров вывели из автобусов и эвакуировали пешком. Ливень с грозой к тому времени уже прошли, но всё ещё моросил мелкий дождь. Сотрудники СОБЕЗ-а вместе с военными вели колонну людей вдоль автобусов.       Вдруг все, как по команде, замерли, уставившись на горизонт и каверну. Даже полицейские и военные встали с раскрытыми ртами. Тысячи голов повернулись в одну сторону. С каверной творилось что-то странное, но невероятно красивое. Сквозь её радужный купол пробивались яркие лучи света. Каверна разрушалась изнутри, словно была яйцом, из которого начал вылупляться созревший птенец. Лучей, прорезавшихся сквозь трещины, становилось всё больше. Они устремлялись высоко в небо, подсвечивая и рассекая хмурые облака. Огромный купол, ширившийся всё это время, вдруг начал сдуваться, как воздушный шарик. Радужных цветов и переливов на его поверхности становилось всё меньше, пока каверна не стала совсем чёрной. Иссякло разноцветное сияние, бившее изнутри и за считанные минуты от каверны не осталось и следа.       На том месте, в лучах первой зари, возник остров, на котором стояли миролюбивые крыши развлекательного парка «Остров капитана Питера», с обветшалыми декорациями корабля и форта с пушками и бойницами.