Картавый?

Проходя по третьему мостику, мы дошли до Беренгария. Он, как и обычно, стоял у котла, варя зелья для Альфреда. Он тут единственный без проблем и с оптимистичным настроем. Даже глаза радует. – Юный Джон, юный Лололошка, что вас ко мне привело? – Да, Беренгарий, привет. С нашим Лололошкой беда приключилась. Помнишь, что ему в горло всадили недавно? Так он с того момента ни словечка не проронил. Подозреваю, что у него теперь проблемки с голосовыми связками. Можешь попробовать сварить ему что-то от беды такой? – Как же всё-таки хорошо, что он позволяет себе приврать, помог мне. С его актерской игры было немножко смешно. Хорошо, что я сдержаться смог, иначе было бы не прикольно... – Эво как! Лололошка, погоди парочку скифосов, я сейчас изобрету что-нибудь! У тебя ничего не болит? – я покачал головой, мол "Ничего не болит", и слегка улыбнулся, выражая благодарность. Джон чуть ли не за ручку утащил меня обратно к замку. – Это мне мофчать теперь что-фи? Тоже мне, пвидумаф! – Показушно сложив руки на груди, я отвернулся, корча максимально обиженную мордочку. Через пару мгновений меня отпустило. – Фадно, это фучше, чем ходить и кавтавить всем подвяд. – "Почему вообще во всех словах, обозначающих дефекты речи, есть те буквы, которые их обладатель не может выговорить? Это всемирный стёб?" – Спасибо. – Ой, я думаю, тебе не привыкать! Ты у нас раньше постоянно молчал. Это тебе мои маленькие автоматончики язык развязали? – Да ваньше вообще все по-двугому быфо! Мне и сфова вставить не давафи. Может, я такие тивады высказывал бы! Ховошо, что это закончифось. – Нуу, получается, что не совсем. Я пока за тебя поговорю, особенно на публике. Учитывая то, что ты даже со мной не сразу об этом поделился, с остальными точно не захочешь. – Твоя взяфа. Так, что-то я тут забофтафся с тобой, а у меня там деф выше квыши, да у тебя навевное тоже. Пока-пока, Джон! – Я удалился из замка и занялся раздумьями, ведь других дел почти не было, только надо бы Ваму покормить... и, наверное, с мастерской разобраться... и ещё... Короче, провозился я достаточное количество времени, чтобы завалиться на кровать без сил и уснуть без задних ног... *** – Ээээй, Лололошка! Ты там чё, помер что-ли?! – Джон уже стоял надо мной, явно недоволый тем, что потратил слишком много нашего драгоценного времени, чтобы растолкать меня. С его левой руке была бутылка с сомнительной мутной жижей, похожая на ту, что когда-то давал Беренгарий. – Не ови ты с утва пованьше. Как Невев, ей Богу, – поворчал я, сонно потирая глаза и доставая очки. – Чего пвишеф? – Во-первых, у тебя тут нет дня и ночи, соответственно, и утра тоже. А во-вторых, – он протянул мне ту бутылку. – Держи. Беренгарий, в отличии от меня, решил не будить нашу спящую красавицу, я успел наведаться к нему по пути к тебе. Выпей, может, поможет. Если нет, будешь пока немым и дальше. Я отпил немного и почувствовал, что мне неприятно жжет горло. Может, оно так и должно работать? Странно... – Как думаешь, оно должно жжечь? – Не знаю, должно ли или нет, но зато ты можешь сходить и лично поблагодарить своего спасителя. – Он завел руки за спину и усмехнулся. Я ничего не понял из его слов. – Давай-давай, вари котелочек, что сейчас произошло? – Ну наконец-то, я хоть говорить смогу нормально. Давай, Джон, на выход, а я пойду к Беренгарию, лично благодарности передам. – До меня достаточно быстро легко смысл его слов, моему счастью сейчас предела не было. Я на радостях поспешил к выходу. А он стоял и тихо посмеивался. – Ауу, личностям в белом отдельное приглашение надо? Пойдем! – Я поспешил на другой конец островков, а он, видимо, с места так и не сдвинулся. До меня донеслись чужие обрывочные мысли: "Как жаль, что мы не успели вступить в какую-то перепалку с другими жителями этого сна. Я бы посмотрел на его злое лицо, которое ничего не может сделать." "Если бы ты был зачинщиком этого всего, я бы тебе вмазал." "Симпампусик, ну чего ты опять взьелся на меня? Ну я же не со зла, честно-честно!" "Ой, да иди ты!"