Глава 1
4 мая 2025 г., 15:03
Начало сентября 1998 года
Перед ней простиралась просёлочная дорога, петляющая между холмами, окаймлёнными рядами живых изгородей и редкими полями, на которых паслись овцы. Гермиона сжимала руль мотоцикла, не сводя глаз с горизонта, а под ней вибрировал двигатель. Небо над головой озарилось последними лучами солнца, окрасив облака в розовые и лавандовые тона. Она практически чувствовала, как в воздухе пульсирует магия, когда приближалась к Хогвартсу, словно обещание чего-то знакомого и могущественного, зовущего её домой.
Она провела лето в крошечной маггловской деревушке, затерянной в сонном уголке Англии, в мирах, далёких от той жизни, которую она когда-то знала. Работая в местном кафе, она подавала чай и сэндвичи, протирала столики и вежливо болтала с завсегдатаями. После всего, что случилось, ей нужно было что-то настоящее, что-то… обычное. Наверное, это было приятно. В обыденности было что-то успокаивающее. Но к вечеру она чувствовала, что у неё чешутся руки, а сердце рвётся к чему-то большему. Она никогда не умела тормозить.
Простая жизнь, о которой она мечтала, казалась странно пустой, когда дневная работа была сделана и она оставалась наедине со своими мыслями. Она не ожидала, что это будет так трудно — не вести безумную войну, не жить на грани, отказаться от того, что так долго определяло её.
Тогда-то она и решила купить мотоцикл магглов. Она накопила денег, работая в кафе, и, немного поторговавшись и потратив немало сил на чары, ей удалось приобрести старую «Хонду CB400». Она была немного потрёпанной и капризной, но Гермионе было всё равно. В деревне кое-кто удивлённо приподнял брови, но она быстро это проигнорировала. В конце концов, она только что провела последний год в бегах, жила в палатке и пряталась от Пожирателей смерти, и компанию ей составляли только Гарри и Рон. Она потеряла счёт тому, сколько раз была на волосок от смерти ещё до того, как стала взрослой. По сравнению с этим мотоцикл казался пустяком.
Не то чтобы это было легко. Она часами тренировалась, и её первые попытки были довольно неудачными. Заклинания, чтобы сделать его быстрым и способным ездить без бензина, давались ещё сложнее — она не взяла с собой книгу о том, как зачаровать маггловский мотоцикл, так что ей пришлось импровизировать. Однако результат был потрясающим. Свобода скорости, поток воздуха, обдувающий кожу. Даже если она была совершенно уверена, что все это не было полностью… законным.
Приближаясь к замку, Гермиона взглянула на сумку, привязанную к багажнику мотоцикла, в которой было аккуратно спрятано письмо от профессора МакГонагалл. Оно пришло неделю назад. Она вернулась в свою маленькую съёмную квартиру и увидела на подоконнике сову, которая держала в клюве конверт с печатью Хогвартса.
Дорогая мисс Грейнджер,
Полагаю, этим летом вы нашли время для заслуженного отдыха. Я была рада узнать, что вы снова присоединитесь к нам в Хогвартсе. Не могу выразить, как я рада видеть, что такие ученики, как вы, возвращаются. Ваша преданность и храбрость по-прежнему являются источником гордости и вдохновения для всех нас, и я знаю, что ваше присутствие будет иметь большое значение как для учеников, так и для преподавателей.
Я бы попросила вас приехать за несколько дней до начала семестра. Есть некоторые вопросы, которые я хотела бы обсудить с вами лично. Хогвартс восстанавливается, но многое ещё предстоит сделать.
С наилучшими пожеланиями,
Минерва МакГонагалл
Директриса Школы чародейства и волшебства Хогвартс
Возвращение в Хогвартс всегда было неизбежным. Сколько бы раз она ни пыталась представить себе будущее, она просто не могла начать карьеру, не сдав ЖАБА с отличием. Гарри, возможно, сразу приступил бы к обучению на аврора, но Гермиона должна была закончить то, что начала. Даже после всего случившегося она всё ещё цеплялась за эти осколки системы. Кроме того, она скучала по магии, школьной жизни, друзьям. Джинни, которая всё лето писала длинные бессвязные письма, умоляя её поторопиться с возвращением. Даже Рон…
Он тоже планировал стать аврором, но Гермиона до сих пор слышала, как миссис Уизли размахивала руками и кричала: «Ты думаешь, что теперь ты слишком умный для Хогвартса, Рональд? В прошлый раз, когда ты варил зелье, ты чуть не превратился в жабу! Ты вернёшься в школу с высоко поднятой головой, или, клянусь, я…»
Между ними всё было неловко с тех пор, как она по глупости поцеловала его в Тайной комнате. Именно так: по глупости. Она провела с ним в Норе несколько недель после битвы, помогая с восстановлением Хогвартса днём и разбираясь в запутанных отношениях ночью. Поначалу было приятно, что есть кто-то, кого можно обнять, свернуться с ним в постели. Но чем больше его руки блуждали по её телу, тем сильнее ей хотелось сбежать. Что не есть реакция влюбленной девушки, не так ли? Тем не менее, она пыталась. Они несколько раз спали вместе. А потом… она действительно сбежала.
Порыв прохладного ветра вернул её в настоящее. Она наклонилась вперёд, придав мотоциклу немного больше скорости, и Хогвартс стал отчётливо виден на фоне темнеющего неба. Вот оно — место, которое было её убежищем, полем боя и, во многих смыслах, домом. Она не ожидала, что испытает такие эмоции, но это зрелище пробудило в ней что-то глубоко внутри. Казалось, что сам замок хранит частичку её сердца, оберегая его даже во время войны.
Наконец она добралась до внешнего двора и остановила мотоцикл. Спрыгнув с него, она заметила вдалеке знакомую фигуру, которая махала ей одной огромной рукой. Прежде чем она успела себя остановить, на её лице появилась улыбка.
— Ну-ка, посмотрите, кто вернулся! — прогремел знакомый голос, когда она подошла ближе.
— Привет, Хагрид, — поздоровалась она, и её голос звучал веселее, чем когда-либо. Хагрид был вечным спутником всех её лет в Хогвартсе, и было что-то глубоко успокаивающее в том, что она видела его таким же надёжным и неизменным, как всегда. — Надеюсь, ты не против, что я заняла немного места в твоих стойлах.
Она указала на мотоцикл, приподняв бровь и озорно сверкнув глазами.
Хагрид громогласно расхохотался.
— А как же иначе! Я всегда думал, что ты будешь последней, кто появится с такой штукой, Гермиона. Но знаешь что? Тебе это идёт, правда идёт.
Она усмехнулась, и на её щеках появился румянец.
— Полагаю, за лето я сильно изменилась. Но не волнуйся — не думаю, что в ближайшее время я выйду на поле для квиддича.
Он снова рассмеялся и хлопнул её по плечу с такой силой, что она пошатнулась.
— Просто оставь всё это здесь и пойдём со мной.
Они пошли рядом, направляясь ко входу в замок. Вечерний воздух был прохладным, с запахом сырой земли, а из хижины Хагрида доносился слабый аромат того, что булькало в котле.
— Ах, как хорошо, что ты вернулась, Гермиона, — сказал Хагрид. Он посмотрел на неё с привычной доброй улыбкой, и она почувствовала укол благодарности. — Кажется, всё наконец-то возвращается на круги своя, да?
Она кивнула, и её улыбка стала мягче.
— Да, так и есть.
— Хотя я думаю, что на кое-что потребуется время. Тем не менее, это новое начало, не так ли? Здесь Минерва, Кингсли в Министерстве и всё такое. Не могу передать, как я рад, что он возглавил всё — порядочный, благородный волшебник. Немного света после всей этой тьмы.
Гермиона снова кивнула.
— Честно говоря, я не следила за новостями. Но Джинни и мальчики говорят, что он уже так много сделал.
— Да, он многое сделал. Это правда, — согласился он, хотя его голос слегка дрогнул, как будто он собирался ступить на зыбкую почву. — Но не вся тьма исчезла. Многое ещё нужно исправить. Родольфус Лестрейндж и его приспешники всё ещё прячутся, и…
Хагрид сделал паузу, почесывая затылок, как будто раздумывая, стоит ли ему продолжать. Гермиона поймала его взгляд и нахмурилась.
— Я слышала о перегруппировке Лестрейнджа и некоторых других. Происходит что-то еще?
Он неловко поёрзал. Его взгляд метнулся в сторону замка, прежде чем снова остановиться на ней.
— А… нет, ничего. Немного министерских дел, знаешь. Забудь, что я что-то говорил, Гермиона.
В её животе завязался узел.
— Хагрид, что происходит?
Он тяжело вздохнул, бросив на неё неуверенный взгляд.
— Послушай, лучше я ничего не буду говорить. Это только начало, понимаешь? Но… — Он помедлил, прежде чем пробормотать себе под нос: — Некоторые говорят, что он крадёт магию. У ведьм и волшебников. То, чего никто раньше не видел. Но это всё, что я знаю. Ты не от меня это услышала, ясно?
От этой мысли у неё по спине пробежал холодок, но она кивнула.
— Конечно. Я понимаю.
Они замолчали, когда перед ними со скрипом распахнулись огромные двери, и знакомое тепло и очарование вестибюля Хогвартса окутали Гермиону, словно долгожданные объятия. Было тихо, привычный гул голосов студентов ещё не вернулся. У лестницы их ждала невысокая фигура, которая низко поклонилась, когда они приблизились.
— Мисс Грейнджер, — пропищал домовой эльф, выпрямляясь и демонстрируя нетерпеливое, хотя и несколько встревоженное выражение лица. — Добро пожаловать обратно в Хогвартс! Твик проводит мисс Грейнджер в её новую комнату, да-да.
— О! Что ж, спасибо, — ответила она с лёгкой улыбкой. Она повернулась к полувеликану. — Спасибо, Хагрид, — тепло сказала она, пожимая ему руку. — Очень рада снова тебя видеть.
— Ах, Гермиона, и тебе того же, — его глаза потеплели от нежности. — Не будь чужой, слышишь? Моя дверь всегда открыта.
В последний раз кивнув, Гермиона последовала за эльфом вверх по парадной лестнице и по извилистым коридорам. Она ожидала, что он приведёт её в башню Гриффиндора, но, когда он свернул с привычного маршрута, она нахмурилась.
— Э-э… прости, — начала она, замедляя шаг. — Это не… это не путь в общежитие.
Твик покачал головой, слегка взмахнув длинными ушами.
— Нет, мисс Грейнджер. Директриса МакГонагалл выделила мисс Грейнджер отдельную комнату. Сюда, пожалуйста.
Отдельную комнату? Зачем ей отдельная комната?
Сделав ещё несколько поворотов, они остановились перед большой деревянной дверью. Эльф щёлкнул пальцами, и дверь распахнулась, открывая небольшую гостиную.
Комната была тёплой и уютной, с удобным диваном, креслом, журнальным столиком и тремя дверями, ведущими в другие помещения. Каменные стены украшали богатые гобелены, пол был покрыт толстыми коврами, а в углу весело потрескивал небольшой камин.
— Ух ты… — пробормотала она, входя внутрь и оглядываясь по сторонам. —Здесь… мило. Но… почему я не с другими студентами?
— Директриса МакГонагалл не говорила, мисс Грейнджер. Это ваша спальня, — объяснил он, указывая на одну из дверей. — А здесь ванная.
— А что там? — спросила Гермиона, указывая на третью дверь.
— Другая спальня, мисс Грейнджер.
— Здесь остановился кто-то еще?
— Нет, не сейчас. Твик больше ничего не знает, — ответил он с неуверенным видом.
— Всё в порядке, — озадаченно сказала она. — Что ж, спасибо, Твик. Это идеально.
Эльф низко поклонился.
— Директриса МакГонагалл завтра примет мисс Грейнджер в своём кабинете, — сказал он и с тихим хлопком исчез, оставив её одну.
Гермиона вошла в свою новую спальню, проведя рукой по гладкому дереву письменного стола и по тёмно-красным одеялам, аккуратно разложенным на кровати. На её губах появилась лёгкая улыбка, когда она заметила, что её вещи уже идеально разложены: книги стоят на низкой полке, одежда аккуратно сложена в шкафу, мантии висят на вешалке у двери. Казалось, что комната ждала именно её.
Погрузившись в свои мысли, она не заметила лёгкого скрипа шагов позади себя, пока чья-то рука не схватила её за плечо. Она резко обернулась, и её сердце забилось быстрее… чтобы увидеть озорную ухмылку Джинни.
— Джинни! — воскликнула она, наполовину смеясь, наполовину ругаясь и хватаясь за грудь. — Ты чуть не довела меня до сердечного приступа.
Джинни ухмыльнулась, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди.
— Ну, здесь уютно. Я думала, ты вернёшься как ученик. Неужели учителя наконец поняли, что ты их перехитрила, и повысили тебя?
Гермиона закатила глаза, качая головой.
—Очень смешно. Я возвращаюсь студенткой, большое тебе спасибо. Как ты вообще нашла меня здесь?
— О, я следила за тобой, — небрежно пожав плечами, ответила Джинни, и её глаза заблестели. — Знаешь, я тот ещё сталкер.
— Это жутко.
— И это говорит та, кто получает таинственное особое отношение. Что ты сделала, чтобы заслужить такую милость МакГонагалл?
— Ой, пожалуйста, — Гермиона игриво толкнула её локтем. — Ты невыносима.
— И горжусь этим, — съязвила рыжеволосая. Она ткнула пальцем в сторону входной двери. — Так ты идёшь ужинать в Большой зал с нами, простыми смертными, или тебе выделили отдельную столовую, под стать этим хоромам?
Гермиона рассмеялась, чувствуя, как напряжение дня спадает.
— Веди меня.
Когда они вышли из её комнаты, она пошла рядом с Джинни, чувствуя, как знакомое тепло Хогвартса окутывает её, словно любимый джемпер. Факелы на стенах отбрасывали мягкий свет, и их шаги эхом разносились по каменным коридорам, возвращая бесчисленные воспоминания.
Когда они вошли в Большой зал, на зачарованном потолке уже зажглись первые звёзды. Джинни плюхнулась за гриффиндорский стол и похлопала по сиденью рядом с собой. Гермиона присоединилась к ней, оглядывая зал и замечая почти пустые скамьи и приятный запах пастушьего пирога, доносившийся со столов.
— Итак, — начала она, наполняя свою тарелку, — почему ты вернулась так рано? Я думала, ты останешься в Норе до последнего момента.
Весёлое выражение лица Джинни слегка померкло, и она опустила взгляд на свою еду.
— Честно? Мне нужно было уехать. Дома было… ну, тяжело. Мама с папой всё ещё пытаются справиться со всем, что произошло. Билл и Флёр продолжают навещать нас, и это здорово, но… знаешь, после вашего с Гарри отъезда в доме стало очень пусто.
Сердце Гермионы упало, и она потянулась, чтобы коснуться руки Джинни.
— Прости, что я так поступила.
Ее подруга драматично вздохнула, прижав руку к груди, словно подчеркивая тяжесть всего этого.
— О, Гермиона, ты не поверишь, какие муки мне пришлось пережить, - причитала она, — Мама превратилась в демона уборки — каждую свободную минуту она атакует что-нибудь щёткой, как будто сама грязь - Пожиратель Смерти. А папа продолжает очаровывать дом "новыми мерами безопасности". Ты знаешь, сколько раз я активировала сигнализацию, просто пытаясь открыть окно?
Гермиона усмехнулась, скептически приподняв бровь.
— Звучит угрожающе…
— Угрожающе? — Джинни в ужасе хлопнула себя по щекам. — Это даже близко не то, что я чувствую. На прошлой неделе мама устроила мне выволочку за то, что я забыла вытереть ноги, прежде чем войти в дом. Вытереть ноги, представляешь? Она ворчала об этом весь обед, ужин и завтрак на следующий день. Клянусь, если бы у неё была такая возможность, она бы отправила меня в Азкабан за это.
Гермиона расхохоталась, представив, как миссис Уизли продолжает хлопотать, несмотря на все испытания.
— Похоже, я ушла как раз вовремя.
— О, конечно. Я бы не вынесла больше ни минуты. — Джинни наклонилась к ней и заговорщически понизила голос. — Кстати, об Азкабане, ты слышала новости?
Гермиона заинтересовалась и отложила вилку.
— Нет, что за новости?
— Миона, тебе пора почитать газеты. Малфои и Беллатрикс Лестрейндж сдались Министерству.
— Что? — у Гермионы отвисла челюсть. — Они... сдались? Когда? Как? Все?
— Да. Драко, Люциус, Нарцисса и та сумасшедшая. Несколько недель назад, — сказала Джинни. — Все думали, что они сбежали вместе с братьями Лестрейндж и остальными, которые до сих пор устраивают беспорядки. Но нет! Очевидно, они разошлись в разные стороны. И, судя по тому, что слышал папа, в Министерстве сейчас все пытаются понять, что с ними делать.
Мысли Гермионы неслись вскачь, пока она осознавала важность новости.
— Значит, Малфои и Беллатрикс — они действительно сдались?
Джинни ухмыльнулась, и в её голосе послышалось злорадное удовлетворение.
— Похоже на то. Они появились сразу после того, как Министерство пообещало смягчить наказание для тех, кто сдастся добровольно. Они не попадут в Азкабан. Кто бы мог подумать, что большая злая Беллатрикс откажется от своих старых привычек ради чая с печеньем, а?
Но Гермиона не могла смеяться. Её мысли вернулись к тому мрачному дню в поместье Малфоев. К пыткам. К боли. Воспоминания грозили поглотить её, но она боролась с ними. Неужели это действительно начало новой эры? Эта мысль была одновременно тревожной и обнадёживающей.
— Ладно, хватит об этом, — внезапно прощебетала Джинни, оживившись. — Я не собираюсь проводить вечер, сплетничая о Пожирателях смерти, когда могла бы сплетничать о тебе. Так… что там с этим крутым мотоциклом, на котором я видела тебя?
Гермиона усмехнулась, стряхнув с себя мрачные мысли, и погрузилась в рассказ о своём лете.
— О, это? У меня было немного свободного времени, так что… Я научилась вождению. И, возможно, по пути я освоила некоторые заклинания — всего несколько чар тишины, может быть парочка заклинаний для скорости… — Она пожала плечами с невинным выражением лица.
Джинни ахнула в притворном возмущении.
— Ты? Нарушаешь правила? Что дальше, Гермиона Грейнджер? Секретная татуировка?
— Вряд ли, — фыркнула она. — Я не настолько сошла с ума. Кроме того, сейчас с этим гораздо проще, и я не получила ни одной лекции от Министерства по этому поводу.
Когда ужин подошёл к концу, Джинни крепко обняла её.
— Мы скоро нормально пообщаемся, хорошо? Кажется, нам есть о чём поговорить.
— Конечно, — пообещала Гермиона, сжав руку подруги, прежде чем они разошлись в разные стороны.
Вернувшись в свою комнату, она заглянула в пустую спальню, и её любопытство снова вспыхнуло. Никаких признаков присутствия второго жильца, хотя она сомневалась, что так будет и дальше.
Наконец она опустилась на кровать и уставилась в высокий потолок. В голове крутились мысли о письме МакГонагалл, о Роне, о Пожирателях смерти, о том, что должно было случиться с Малфоями и Беллатрикс Лестрейндж. Но день был долгим, и вскоре мысли превратились в грёзы, уносящие её в сон.
