13
3 мая 2025 г., 19:05
ДЖУНО
Луна низко и ярко светит над городом, когда я выхожу из прокуренного подсобного помещения, и аромат кубинских сигар все еще задерживается у меня в носу. Еще одна встреча завершена, еще одна сделка заключена, «заковав» имя Бьянки в сталь. Сила пульсирует в моих венах, опьяняющее возбуждение напоминает мне об ипподроме в Вегасе. Я возвращаюсь домой, киваю охраннику Тони, когда переступаю порог, его громадная тень склоняет голову в ответ. Мои шаги эхом разносятся по коридору, туфли цокают по мраморному полу. Едва я заворачиваю за угол, мелькнувшее движение привлекает мое внимание, и мои чувства обостряются. Я приостанавливаюсь, прислушиваясь, рука тянется к «Беретте», которую я ношу скрытно на бедре. Тишина. Затем раздался скрежет когтей по мрамору. Взору предстает пушисто-гладкое черное пятно, зеленые глаза которого сверкают в тусклом свете. Я выдавливаю из себя смешок. — «Тебе не стоит таиться в темных коридорах, Нерон», — укоряю я, пока кот вьется между моими лодыжками. — «Можешь нарваться на пулю». Он жалобно мяукает и трется головой о мою ногу. Я побаловала его, почесав за ушками, прежде чем продолжить путь. Тени словно сгущаются, когда я выхожу во двор, на прохладный ночной воздух, позволяя ему прогнать застоявшуюся вонь сигар в моих ноздрях. Я подхожу ближе к задней стене и прислушиваюсь к бормотанию людей, которых я там разместила. Не для того, чтобы удержать Кейтлин внутри дома. А чтобы уберечь ее. В кармане зажужжал телефон — несомненно, очередная проблема, требующая моего внимания. Я отключаю его, не глядя. Прямо сейчас все, чего я хочу, — это побыть наедине с собой. Я сажусь у костра и закрываю глаза, откинувшись на спинку мягкого уличного сиденья. Последние несколько недель на меня непрерывно сыпятся проблемы, как профессиональные, так и личные. Требования моего отца растут с каждым днем, даже шепот угроз со стороны конкурирующих Семей доносится до моих ушей. Мой брак решил одни проблемы, но породил другие. Я подавляю каждую внешнюю угрозу с эффективной жестокостью, но они, как тараканы, лезут обратно. Каждая смерть порождает следующие две. И у меня есть Кейтлин. Прекрасная, сводящая с ума, непредсказуемая Кейтлин. Я прижимаю пальцы к виску, чтобы унять начинающуюся боль. Думать о ней — все равно что хвататься за дым, туманно и разочаровывающе. Я не знаю, как выразить словами то, что она заставляет меня чувствовать. Правила, по которым я жила всю свою жизнь, больше не кажутся мне применимыми. С ней я не наследница Бьянки, холодная и сдержанная. Я просто Джуно. И эта Джуно оказалась страстной. Непрогнозируемой. Живой, такой, какой я никогда не позволяла себе быть раньше. После первой ночи здесь, когда она пыталась сбежать, после первой ночи здесь, когда на нее открыто напали, я поняла, что была намеренно слепа. Мои люди могли выстроиться в одну линию при одном только взгляде, но Кейтлин О’Салливан не из их числа. Она потребует более тщательной обработки. Мы пошли поужинать, чтобы я могла объяснить ей, как все должно быть впредь. Во-первых, больше никаких уличных гонок, несмотря на ее надутые губы, хотя я дала ей свободу действий, чтобы она взяла свой Ferrari на один из профессиональных гоночных треков в Нью-Джерси. Я официально познакомила ее с Пауло, телохранителем, возглавляющим ее службу безопасности, и она не возненавидела его с первого взгляда. Спасение ее от нападения в переулке, похоже, привязало его к ней, и для Кейтлин это практически клятва в вечной дружбе. У нее есть только два режима: полностью выключен или полностью включен. Сейчас, когда я смотрю на окно в спальне, я вижу свет, льющийся из-под занавесок, несмотря на поздний час, теплый и приветливый. Внезапная необходимость заставляет меня встать с кресла и снова войти в дом, подняться на второй этаж. Я замираю в дверях своей спальни, разглядывая обстановку. Мы отказались от претензий на отдельные спальни после ночи нападения, и с того дня она спала в моей постели. И вот она здесь: раскинулась на моей двуспальной королевских размеров кровати среди вороха шелковистых простыней. Одна бретелька ее ночной рубашки сползла вниз, обнажив изящную линию ключиц. Тициановские волосы рассыпаются по подушкам взъерошенными волнами. Она похожа на ожившую картину в стиле декаданса, богиню соблазна. При виде ее у меня в груди что-то сжимается. Я хочу запечатлеть этот момент в застывший в янтаре, сохранить его, чтобы потом возвращаться к нему снова и снова. Безопасность. Комфорт. Красота, настолько сильная, что перехватывает дыхание. Должно быть, я издала какой-то звук, потому что Кейтлин зашевелилась, ресницы затрепетали. Она сонно улыбнулась мне. — «Вот ты где. Я уже начала думать, что ты меня бросила». — Ее голос, хриплый ото сна, вызывающий мурашки по позвоночнику. Я сглатываю от внезапной сухости в горле. — «Меня завалили работой. Ничего важного». — Ложь вырвалась легко. Я еще не готова обременять ее кровавыми реалиями моего мира. Она похлопывает по пустому месту на матрасе рядом с собой. — «Иди в постель, Джуно. Ты слишком взвинчена». Я колеблюсь, борясь с собой. Мне нужно проверить сообщения, разобраться с угрозой от неизвестного абонента, убедиться, что у нас тройная охрана вокруг складов… Кейтлин приподнимает одну бровь. — «Не заставляй меня подходить и затаскивать тебя». На моих губах появляется улыбка. Она может попробовать. Я сбрасываю обувь и куртку, затем остальную одежду и направляюсь к ней. Кейтлин наблюдает за мной из-под тяжелых век. «Беретта» находит свое пристанище в ящике прикроватной тумбочки — всегда под рукой. Матрас прогибается подо мной, и я со вздохом опускаюсь на подушки, и часть скованного напряжения покидает мое тело. Кейтлин тут же сворачивается у меня под боком, закидывая одну ногу на меня и утыкаясь носом в мои волосы. Я вновь восхищаюсь тем, как идеально мы подходим друг другу, как будто два разрозненных кусочка головоломки, которые нужно вставить на место. Я запечатлеваю поцелуй на ее волосах и глубоко вдыхаю, позволяя цветочному аромату ее шампуня прогнать последние застоявшиеся следы сигарного дыма. — «Так-то лучше». — Теплое дыхание Кейтлин касается моей шеи. — «А теперь расскажи мне о своем дне». Я напрягаюсь, прежние инстинкты возрождаются с новой силой. Никакой слабости. Никакой уязвимости. Даже с ней. — «Просто бизнес как обычно. Тебе не о чем беспокоиться». Она отстраняется, чтобы посмотреть мне в глаза, и ее взгляд опасно сверкает. — «Не отгораживайся от меня, Джуно. Неважно, хорошо это или плохо, помнишь?» Клятвы, которые я произнесла всего несколько недель назад, эхом отдаются в моей голове. Такая красивая ложь и возвышенные обещания. Но, возможно, если я просто дам ей частичку правды… — «Ты права», — признаю я. — «Я все еще привыкаю делить свою жизнь с кем-то. Однако буду стараться». Выражение лица Кейтлин смягчилось. — «Это все, о чем я прошу». — Она снова приникает ко мне, рассеянно проводя рукой по моей руке. — «А теперь расскажи мне, что произошло сегодня. Если угодно, начни с малого». Она тоже дочь босса мафии, напоминаю я себе, хотя и не из тех, кто когда-либо сильно вовлекал ее в бизнес. Тем не менее, я на миг собралась с мыслями, подыскивая правду, которой можно было бы спокойно поделиться. — «Я была на встрече, которая затянулась допоздна. Обычная закулисная сделка и завуалированные угрозы. Одна из других Семей хочет получить доступ к нашим морским путям через границу. Они пытались запугать меня, когда я отказалась». — Я сухо усмехаюсь. — Ничего из того, что они выкрикивали через стол, не возымело на меня никакого эффекта. Кейтлин поднимает взгляд, нахмурив брови. — «Они ведь ничего не попытаются провернуть, правда?» — «Это все пустая болтовня. Было бы глупо начинать войну прямо сейчас. Ресурсы слишком скудны, союзы слишком шатки. В конце концов, возобладают более ‘холодные головы’». — «Что ж, я рада, что сегодня дело не дошло до насилия». — Кейтлин пальцем выводит незамысловатые узоры по моей груди. — «Обещай мне быть осторожной, Джуно. Ты можешь быть сильной, даже смертоносной, но ты не неуязвима». В ее голосе слышится неподдельная тревога. Я невольно тронута таким жестом. Когда я успела стать той, за кого стоит переживать? — «Обещаю». — Клятва срывается с губ прежде, чем я успеваю передумать. — «Никаких ненужных рисков». Между нами воцаряется тишина, уютная и согревающая. Я приноравливаюсь к спокойному дыханию Кейтлин, прижавшейся к моей груди. Меня одолевает сонливость, призывая сдаться, хотя бы на несколько часов. — «Отдохни немного, Джуно». — Шепот Кейтлин возвращает меня с края пропасти. — «Я все равно буду здесь утром». Я вздыхаю, позволяя стрессу покинуть мои мышцы. Она права. Нет ничего настолько срочного, что не могло бы подождать до рассвета. Здесь, сплетенные в египетском хлопке плотностью 1500 нитей, мы неприкосновенны. Губы Кейтлин находят нижнюю часть моего подбородка и одаривают последним нежным поцелуем. Я закрываю глаза, убаюканная ее теплом рядом со мной. Сон приходит быстро, без сновидений и глубокий. Утренний свет проникает сквозь шторы, побуждая меня проснуться. Я держу глаза закрытыми, цепляясь за последние остатки мирной ночи. Кейтлин лежит слева от меня тяжелым грузом, ее дыхание мягко овевает мое плечо. Я провожу пальцами по шелковистой коже ее руки, не в силах остановиться. Желание пульсирует во мне, низменное и мучительное. Я ничего так не хочу, как раствориться в ней на несколько часов, отгородившись от мира за этими стенами. Кейтлин со стоном шевелится и придвигается ближе. — «Доброе утро», — пробормотала она. Я целую ее в висок, глубоко вдыхая запах. — «Доброе, красавица». Она наклоняет ко мне лицо, приглашающе приоткрывая губы. Я принимаю приглашение, завладевая ее ртом. У нее знакомый вкус корицы и грез. Я облизываю ее губы и проникаю языком внутрь, впитывая его. Кейтлин прильнула ко мне, ее руки скользнули вверх и ухватили меня за волосы. Я сглатываю ее вздох, покусывая ее полную нижнюю губу. Потребность закручивается во мне все сильнее, возбуждение становится горячим и липким. Я провожу рукой по ее телу, задирая подол ночной рубашки. Кейтлин вздрагивает, когда я вычерчиваю дразнящие узоры на внутренней стороне ее бедра. — «Джуно», — выдыхает она, трепеща от моих прикосновений. — «Пожалуйста». Я снова захватываю ее рот в поцелуй, заглушая стон, а мои пальцы скользят выше, туда, где она влажная и желанная. Она выгибается навстречу мне, впиваясь ноготками в мои плечи даже сквозь ткань рубашки. Я задаю неторопливый темп, чтобы свести ее с ума, кружа и поглаживая, пока она не начинает дрожать в моих объятиях. — «Отпусти себя, любимая. Я держу тебя». — Я целую ее за ушком. Она разрывается от резкого вскрика, и внутренние мышцы ритмично сжимаются вокруг моих пальцев. Я помогаю ей, тихо напевая дифирамбы в адрес ее кожи. Кейтлин откидывается на подушки, лицо у нее раскрасневшееся и удовлетворенное. — «И тебе доброго утра». Я ухмыляюсь, посасывая свои пальцы. — «Просто хотела, чтобы твой день начался как следует». Ее глаза темнеют, когда она наблюдает за мной. — «Ммм… А что еще ты запланировала?» Прежде чем я успеваю ответить, мой телефон на тумбочке начинает сердито жужжать. Я пялюсь на него, сжимая челюсть. Только не сейчас. Кейтлин фыркает, хватая «оскорбительное» устройство. Она нажимает «Игнорировать» и отправляет его на место с большей силой, чем необходимо. — «Мы еще не закончили». — Она смеривает меня сердитым взглядом. — «Они могут подождать». Телефон тут же зазвонил снова. Я ругаюсь под нос, сбрасывая одеяло. Вот тебе и спокойное утро. — «Я должна ответить. Семейный бизнес». В глазах Кейтлин мелькает обида. Она вдруг кажется маленькой, завернувшись в смятые простыни. — «Ладно. Не хотела бы оказаться у тебя на пути». Меня охватывает чувство вины из-за ее тона. Я наклоняюсь, чтобы примирительно поцеловать ее в губы. — «Мне жаль. Мы продолжим это позже, обещаю». Я хватаю телефон до того, как он зазвонит в третий раз и, взяв себя в руки, стремительно выхожу из комнаты. Разочарованный голос Анджело доносится до моего уха, как только я отвечаю. — «Наконец-то. У нас возникла ситуация, Джуно». Я щипаю себя за переносицу. Сейчас едва ли восемь утра. Неужели ничего не может затихнуть хотя бы на одно утро? — «Что такое?» — «Федералы устроили облаву на склад прошлой ночью. Забрали все — оружие, наличные, товар. Мы сейчас под ударом». Я с шипением выдохнула. Конечно, они выбрали именно подходящее время, когда мы задержаны на середине перевозки, а припасы на исходе. И я должна была приказать выставить там тройную охрану, вот только прошлой ночью… — «Есть жертвы?» — «Несколько. В основном, пустяковые ранения. Они хотели послать сообщение, а не начать войну. Но нам нужно быстро перегруппироваться и восполнить запасы». — «Дай пока всем отбой. Я сделаю звонки, перенаправлю некоторый инвентарь. И я…» — Я вздыхаю, но это моя работа. — «Я сообщу отцу». Я отключаю звонок, мысленно перебирая возможные варианты действий на случай непредвиденных обстоятельств. Вот тебе и умиротворенный денек с Кейтлин. Долг зовет.
