21.

Жизнь на крайнем севере сравнительна с путешествием по пустыни. Всё так по своему сущему однообразно в этом месте, что с каждым твоим шагом кажется, что путь по этим заснеженным улицам бесконечен. Несмотря на всю скуку этого края, он поразителен своей бесконечной тишиной. Раньше я относился к этому с непониманием, отрицал все предоставленные дары тундры, но только спустя все мои попытки откреститься от быть имеющим - я стал искренне желающим. Ты не видел депрессии, мой друг, если не жил на севере. Закрой глаза и представь: Старые дома послевоенных лет, лишь только в центре этого города возвышаются небольшие небоскребы. Некоторые здания уже рушатся, прогибаясь будто под весом в сторону задувание арктических ветров. Бесконечный холод и снег. Везде снег. Стоит лишь сделать глубокий вдох всей твоей грудью для ощущения того самого обжигающего собачего холода. Ты оглядываешь все владения этого ледяного метрового царства, в ожидание найти хоть мелкий взгляд или силуэт этого проклятого места. А вокруг - никого. Только ты и эта бесконечная мерзлота. Мы заехали тогда в новую квартиру. На удивление, хоромы отца не веяли роскошью, несмотря на все его состояние и имя в этих местах. Все было сомнительно обыкновенным, будто фальшивым. Огромная потрепанна кровать с ортопедическим матрасом, рядом стоящая деревянная солдатская тумба, мигающий ламповый старый телевизор, огромный во весь пол Персидский ковер и все, что находилось вокруг - все вселяло в себя вкус декораций. Я разобрал вещи в своей очередной новой комнате. Это была обычная детская по стандартам органов опеки. Все складывалось в единую картину - меня тут ждали. Отец был немногословный человек, от него всегда исходила молчаливая любовь. Он не любил пустых разговоров, не ценил сплетни, не лгал. По крайней мере, так изначально казалось мне. Этот мужчина всем своим внешним видом напоминал огромного волка. -Чем мы займемся? - обернувшись, я спросил у этого зверя, который явно куда-то впопыхах собирался. -Я скоро буду. - развернувшись, рявкнул мне резкий точный ответ, уходя из этой квартиры прочь. Я не знал тогда, куда он так спешил и почему эти неожиданные дела не смогли подождать. Ждать стал я. Ты никогда не задумывался о том, как может быть пагубно и лживо время? Когда наступают последние минуты ожидания - часы будто замирают и отсчитывают тебе жалкие секунды, которые ты прочувствуешь всем своим жалким телом. Но когда ты умоляешь время остановиться - оно безжалостно мчится от твоих просьб прочь. Я ждал, убирался. Ждал, ел. Ждал, смотрел в окно. Я ждал, ждал и ждал его. У меня никого не было, кроме этого сильного мужчины, который стал для меня единственным шансов не сойти с ума в этих омерзевших мертвых местах. Вдруг, я слышу звук ключей. Это он! Это точно он! Я бегу к двери босой, голый, ведь я уже спал, но бежал, бежал к нему. Мучительному ожиданию пришел конец, ведь я знаю, что мой отец всегда будет со мной, моя защита, моя опора, мой дом. Темнота... Я увидел наш коридор, открытую входную дверь, откуда лучился свет подъездных фонарей. Стоял он - мой отец, мой верный друг, моя нерушимая крепость. Я подошел к нему, надеясь, что он заберет меня туда, откуда вернулся, что огреет своим внутренним теплом, которое струится с его сердца. Я почувствовал резкий толчок в стену. Я упал. Смотря на этого мужчину, я не мог поверить своим глазам. Передо мной стоял монстр. Настоящее уродливое чудовище. У этого зверя не было человеческого лица, он не имел людскую походку или хоть каплю схожести с обычным прохожим. На меня смотрели глаза хищника, который явно увидел во мне добычу. -Встань, надо поговорить. - зарычало на меня это животное, исчезая за углом в сторону кухни. Я встал и резко пошел к нему, вытирая слезы, оставляя в своей душе хоть каплю надежды на его любовь ко мне. Отец завалился на кухонный диван, будто самый ненавистный государству тиран восседает на трон. -Мать ушла от тебя. Ты ей больше не нужен? Знаешь, почему? Эта шлюха полюбила наркомана. Сейчас это чучело село, надолго блять село. Знаешь, почему? Потому что такие уебки как он должны сидеть. А знаешь, почему ты будешь всегда тут? Потому что я этого хочу. Я требую, чтоб ты был тут, ты сука - мой. И не дай бог ты куда-то рыпнешься ещё раз, поверь мне. Да и куда ты уйти хотел? Тебе некуда. В эти минуты я осознал. Я в беде. Вот это дно? Конечно, вот же! Это тюрьма, это ад, это смерть. И к этот же миг мне пришла идея, которая существует со мной всю жизнь. Беги. Я попытался сделать шаг назад, в моих мыслях промелькнул идеальный детальный план побега, подробная инструкция как уйти с этого места. Но вдруг, в мои уши поступил зловещий рык: -И куда ты нахуй пошел? Сиди и слушай. Я машинально сел на стул напротив, будто к моим конечностям привязаны нитки и мною профессионально управляет кукловод. -Запомни, ты никому нахуй будешь не нужен на этом свете, кроме меня. Хочешь идти - иди, но куда? И вправду? Куда? Смотря на эту железную дверь, толщина которой отделяет меня от желаемой свободы, я понимаю, что он прав. В этом проклятом мире никто, кроме этого зверя, озлобленного на весь мир, никто не нуждается в моем существование. Я подошел к нему, обняв крепко-крепко, дабы он понял и принял всю мою любовь и верность к нему. Я сделаю это не ради того чудища, которое вошло в эту квартиру, а ради моего друга, моей опоры, моего отца. Я чувствую, как его сердце забилось сильнее, как по моей маленькой руке скатываются слезы. Вот оно, то тепло, которое он скрывает, вот тот самый огонь в его сердце. Я упал на пол. Пронзающая боль в затылке прошлась по лобным долям. Зверь восседал надо мной, будто сейчас вынесет приговор, от которого зависит моя жизни. -Беги, ну же нахуй! Беги я сказал. Я полз. Я начал ползти до выхода. В слюнях, слезах, крови. Я полз. Вдруг, удар. Резкий пинок впился в мои ребра, пронизывая мои органы невыносимой страданиями, будто сейчас мою печень и легкие варит в своем котле Сатана. -Уходи! - орало мне чудовище, разрушая все, что стоит на его пути в попытках добраться своими лапами до меня. Я медленно, сжав зубы от неописуемой боли, полз к этому чертову выходу. Осталось повернуть ключ и желаемое освобождение станет осязаемым. Ещё лишь миг, ещё доля секунды и я буду свободен. Плевать, куда я пойду, плевать куда меня завернет жизнь. Я стану свободен. Этот монстр, этот упырь, схватив меня за волосы в коридоре, вышвырнул за дверь. Его отпечатки пальцев будто впитались в мой череп, а клочки кудрявых волос остались у него под ногтями. Я упал. Холодный бетон покрасился в красный цвет от моих разбитых коленей. Я пал на руки, будто потерянный щенок, который привязан к этой будке на веки вечные. Оглянувшись на лестницу, поднявшись на свои две ноги, завершая эту ветвь эволюции, желая прямой походкой стремительно вниз по лестницы сбежать от этого выродка. В мыслях лишь было одно - Беги. Беги. Беги. БЕГИ. Я прильнул к железной двери того дома, где были владения этого монстра. Я орал, бил дверь, плакал и умолял его пустить меня. Беги? Друг мой, а куда бежать? Кому я нужен, кроме него? Вот он я, стою перед тобой. Голый, в крови, в синяках и слезах. Никому в этом мире не нужный, кроме этого чудовища. Меня вернули в мою клетку, также посадили на эту потрепанную табуретку, также говорили про всю мою жизнь, будто я должен заучить это всё как молитву. -Ты никому не нужен. Только я буду тот, кто будет рядом. -Я ухожу. -Уходи, но куда? И так, дорогой мой друг, проходили все года моей жизни. Каждый день. Каждый гребаный день. Приправляло это адское месиво школа. Знаешь, что значит быть изгоем? Когда никому нет дела до твоего существования и единственное, чем ты можешь быть полезен этому обществу - вывод всего спектра агрессии и злобы на твое ничтожное тело.