Игра в ожидание

      Чон Хосок привык считать себя существом привычки. Он — чистюля, всегда просыпающийся ровно в пять, чтобы в семь оказаться в своей танцевальной студии. У него даже есть расписание, по которому он ходит в туалет и обедает. В его жизни нет ничего лишнего, всё всегда происходит секунда в секунду.              Некоторые говорят, что его привычки странные, но бывает и хуже. Например, он мог быть пьяницей или наркоманом. Люди ведь так забавно приобретают вредные привычки: иногда вследствие стресса, иногда ради приятных ощущений, а иногда не могут сопротивляться собственному разуму. Чёткий распорядок дня и чистоплотность — не единственные привычки Хосока. Они — лишь то, что видит (или хочет видеть) общество.              В начальной школе над маленьким Хосоком часто издевались. Сравнивали с лошадью и угрожали каждому, кто пытался с ним подружиться. Но это самое безобидное. Хуже всего — побои. Они прекратились, только когда его сестра Давон узнала и явилась в школу разобраться. С тех пор другие дети держались подальше. Иногда Хосок думает, что их молчание даже хуже пережитого насилия. Что-то в нём изменилось.              Изоляция оказалась болезненной и Хосок подружился с животными, за которыми всегда наблюдал, когда шёл в школу. Рядом с бродячими кошками и собаками ему никогда не было одиноко. Он любил их, а они его — хорошие отношения. Но побои вернулись, а животных стало всё меньше. Одиночество вновь стало невыносимым. Поэтому Хосок вымещал гнев на всём, до чего только дотягивался.              Пятнадцать. Вот сколько было Хосоку, когда он впервые убил. Бродячая кошка сидела на заборе, наблюдая, как другие мальчишки избивают его до полусмерти. Хосок был так зол, что кричал на неё пятнадцать минут, а когда она не оставила его в покое, то заслуженно получила. Бросив в неё камень, он погнался за ней. Нечто внутри кричало — поймать, убить за то, что она наблюдала и ничего не сделала. Тот пожар бушует в нём до сих пор.              Убивать животных вошло в привычку. Сначала мелкотня — кошки, птицы, белки. Потом собаки. Ни разу не пойманный. Ведь никто и никогда не смотрела на него, всем плевать на бедного маленького Хосока, мишень для школьных хулиганов. Может быть, узнай хоть кто-то, издевательства прекратились. Лишь Давон догадалась и то случайно. Застав за убийством соседской собаки. Но никогда не говорила об этом.              В том-то и дело: Хосок ненавидит свою сестру. Она позволила ему развить эту дурную привычку, как и остальные мелкие привычки, появившиеся позже. Хоть это и не только её вина. Хосок, вероятно, мог остановиться сам. Но он так и не сделал этого. Убийства заставляли чувствовать себя сильным, когда в школе ему неизменно доказывали обратное. Приятно и поэтому Хосок не остановился, даже когда насилие над ним осталось позади.              Оказавшись в колледже, он не изменил привычке. Иногда забирая с улицы бродячих собак в квартиру около кампуса. Вероятно, в какой-то момент вокруг Хосока сложилась та аура, которую могут видеть только животные. Потому что все они в конечном итоге удирали, стоило ему оказаться рядом. Не то, чтобы Хосок расстраивался. Когда друзья спрашивали, он отмахивался и врал сквозь зубы: просто не ладит с животными. И окружающие ему верят.                Теперь же ситуация под контролем. Он не убивает так часто — лишь единожды в месяц. Арендует хижину на острове Чеджу. Красивую изолированную хижину, на территории, где можно охотиться и убивать без проблем. Ведь теперь у Хосока есть лицензия на охоту. А в любое другое время у него есть привычки, помогающие держать внутреннего монстра под контролем. Всё шло хорошо. Ничего, за долгий период времени, не вывело его из себя — таким можно гордиться. За исключением одного обстоятельства, умудрившегося всё испортить. Один совершенный, чудесный, приводящий в бешенство факт. И этот факт живёт по соседству

~~

             Когда раздаётся звонок в дверь, Хосок только что закончил убирать квартиру после вечеринки по случаю его 26-го дня рождения, которую вчера вечером устроили друзья. Подняв взгляд от мусорного пакета, который он завязывает, Хосок недоумевает, кто к нему может прийти. Все друзья мучаются с похмелья и не заявятся в такую рань.              Поставив мусорный пакет рядом с остальными, он смотрит в глазок. По ту сторону незнакомец. Невысокий парень, который выглядит старше на год. У него пушистые каштановые волосы, которые слегка вьются и открывают прекрасный вид на глаза. Глаза. Кошачьей формы, тёмные и слишком красивые для мужчины. Бледная кожа резко контрастирует с золотистей кожей хозяина квартиры. Хосок улыбается себе под нос, парень по ту сторону выглядит таким маленьким и беспомощным.              Открыв дверь, он натягивает на лицо самую лучшую улыбку, чтобы не напугать незнакомца ещё больше.              — Привет, чем могу быть полезен? — спрашивает Хосок, пытаясь оставаться вежливым, хотя внутри тлеет раздражение, ведь его прервали.              Хосок хочет разобраться с уборкой, сегодня у него выходной и времени не так много, чтобы тратить его впустую.               Парень застенчиво улыбается.              — Привет, прости за вторжение. Меня зовут Мин Юнги. Я переехал в соседнюю квартиру. Э-эм, думаю, посылку положили не в тот ящик. Наверное, это твоё, — говорит парень, чуть запинаясь из-за волнения.              Он протягивает Хосоку небольшую коробку, которую держал под мышкой.              И, конечно же, на ней написано его имя. Хосок кивает в знак благодарности, прежде чем взять посылку у парня — Юнги. Какое милое имя. Мягкое и красивое, в точности как существо, стоящее перед ним.              Хосок ощущает незнакомую тяжесть в груди, чувство, которое ему совсем не нравится. Рассеянно удерживая посылку в одной руке, другой он потирает грудь. Странные ощущения не проходят. Внезапно осознав, что Юнги наблюдает, Хосок делает шаг в сторону и предлагает войти в квартиру.              — Нет, всё нормально, правда. Я только хотел занести посылку, мне уже пора на работу, — торопливо говорит Юнги.              Он похож на пугливого котёнка. Из-за этой мысли Хосок горько улыбается.              Попрощавшись, он закрывает дверь, запираясь на замок, а затем, для большей уверенности, на засов. Странное чувство всё ещё внутри, но теперь оно, кажется, переместилось в желудок, вызывая тошноту. Может быть, это просто нервы: обычно Хосок не разговаривает с соседями, если сам не инициирует беседу. Это хороший способ избежать неприятных ситуаций с кем-то ненадёжным. Но Юнги начал первый, застав врасплох.              В непривычно взволнованном настроении Хосок заканчивает уборку квартиры. Она выглядит как новая, ничего лишнего, вещи аккуратно разложены по местам. Его друзья не раз подмечали странную обстановку, но Хосоку плевать. Ему нравится думать, что чистота в доме — это метафора его собственного разума. Беспорядок всегда искореняется и вещи возвращаются на прежнее место. Ничто никогда не задерживается в беспорядке надолго, всё под контролем, а ненужное спрятано.              За исключением этого чувства. Вспоминая внезапный визит соседа, Хосок теряется. Он не знает, что делать, куда ситуацию определить и это раздражает. Такое не должно было случиться, от такого следует избавиться.              К тому времени, когда ситуация снова под контролем, уже шесть часов. Хосоку стыдно и неловко признать, что он действовал не по своей воле. Он вышел днём с определённой целью, не потрудился даже сесть в машину, просто дошёл до ближайшего зоомагазина. Выбрал маленького котёнка, так сильно напоминающего соседа, и вернулся в квартиру. Никогда ещё эти мысли не просыпались в квартире и Хосок не думал, что проснутся. Но вспоминая случившееся, он решает, что иного выхода попросту нет. Он замучил бедное животное, утопив в ванной. После чего отмывает всё вокруг с отбеливателем и выбрасывает тело в мусоропровод вместе с мусором, оставшимся со вчерашнего дня.              Теперь руки нестерпимо зудят. Он ещё никогда и никого не убивал в своём доме. Ещё одно новое чувство, которое нравится Хосоку всё меньше и меньше.               Обработав царапины, которые оставил маленький зверёк во время борьбы, Хосок решает сделать то, чего обычно не делает. Он стучит в соседскую дверь. Юнги выглядит удивлённым, но вежливо улыбается. Он очаровательный, переодевшийся в домашнюю одежду. От Хосока не укрывается тот факт, что парень, кажется, любит носить одежду на несколько размеров больше. Не укрывается и то, как неловко Юнги разглядывает перебинтованные руки Хосока.              — Что случилось? — спрашивает похожий на кота человек, вероятно, испытывая смятение.              Хосок выдавливает из себя то, что ему кажется, похоже на лёгкий смех, глядя на свои руки.              — По выходным приглядываю за кошкой сестры, она меня не очень любит, — гладко врёт он.              У Давон нет кошки, она их не любит. Она вообще перестала заводить животных, когда узнала, что Хосок любит с ними делать.              — О, — произносит Юнги, и приоткрывает дверь ещё немного. — Хочешь зайти? Я приготовил кофе.              Взглядом он скользит по Хосоку. А в груди вновь это неприятное чувство. Хосок соглашается, заходя внутрь.              Они несколько часов напролёт говорят обо всём, рассказывая друг другу отредактированные версии своих жизней и смеясь над шутками друг друга. Лгать Юнги легко, он наивный и верит буквально всему, что слышит. Это забавно, смотреть, как далеко получается зайти, прежде чем во взгляде Юнги появляется сомнение. К концу вечера они обмениваются номерами, а у Хосока чешутся руки из-за того, как сильно он хочет обхватить горло Юнги. Провернуть то же самое, что он ранее сделал с котом.              Этот порыв пугает, но ничего больше. Всего лишь ещё одна ситуация, с которой необходимо разобраться. Никогда ещё Хосок не хотел убить человека, но Юнги так сильно напоминает беззащитное животное, что мозг не улавливает разницу. Глупый, наивный, как маленький котёнок. Он слишком легко расслабился и слишком легко принял Хосока. Он ни черта не знает о человеке перед собой, и всё равно впустил его в квартиру, позволив увидеть, как живёт. Хосок ухмыляется, когда понимает, насколько простая добыча этот человек.              В течении следующих двух недель Хосок ставит перед собой задачу: узнать всё о соседе и Юнги, кажется, не против. Они проводят большую часть вечеров болтая в квартире Юнги, несколько раз ужинают вместе и Хосок выпивает. Его привычки снова выходят из-под контроля, вдобавок появляется новая фиксация. Котята, особенно тёмного цвета, напоминающие Юнги. За последние две недели Хосок убил не менее семи, и зуд, из-за желания сделать больше, только усиливается.              Когда Юнги смеётся, Хосок хочет наклониться вперёд и обхватить чужую шею руками, чтобы прекратить звук. Иногда Юнги подходит слишком близко, в такие моменты Хосоку хочется схватить нож и вогнать его поглубже. Чем чаще они видятся, тем сильнее навязчивые мысли. Но Хосок не может остановиться, он не хочет останавливаться. И однажды, лёжа в своей кровати и глядя в потолок, Хосок понимает, почему.              — Он мне нравится, — шепчет он в темноту.                Это открытие одновременно насыщает и разжигает внутри огонь. Теперь Хосок понимает свои эмоции и может их спрятать, но в то же время не может заставить их замолчать. Постепенно он отказывается от мыслей об убийстве, но менее невинными они не становятся. Теперь, когда Юнги подходит ближе, Хосок хочет прижать его к твёрдой поверхности и сделать всё, что только взбредёт в голову. А когда Юнги улыбается или краснеет от смущения, Хосок мечтает целовать его так крепко, пока губы не покроются синяками. Это почему-то страшнее, чем убийственные мысли. Он влюбляется в Мин Юнги, хотя не должен и не может… верно?              Мог бы, хотя и не должен. Из-за этих чувств Хосок мучается неделями. Которые превращаются в месяц, а затем в девять, прежде чем он наконец решает, что делать с маленьким котёнком, живущим по соседству.              — Привет, Юнги! — говорит Хосок, выходя из квартиры ровно в 6:10 утра.              Он всё рассчитал. До танцевальной студии около тридцати минут пешком, Юнги как раз в это время выходит из квартиры и направляется на работу в молодёжный центр неподалёку. Конечно, Юнги будет работать в таком месте — это здорово и невинно, ему подходит.              — Привет, Хосок. Хорошо провёл ночь? — спрашивает Юнги, надёжно закрывая за собой дверь и только после разворачивается к собеседнику.              Хосок не может сдержать ухмылку, которая появляется на его губах. По его собственному мнению, ночь выдалась не из приятных. Он обрабатывал матрас и руки, представляя, что будет дальше. План настолько хорош, что пугает даже его самого, а Хосока уже давно ничего не пугает. Он делает глубокий вдох и расправляет плечи.              — Уже ноябрь, скоро наступит зима и я тут подумал. Не хочешь, отправиться со мной в небольшую поездку перед началом сезона отпусков?              Хосок спрашивает, засунув руки в карманы и обхватив длинными пальцами армейский нож, который он таскает с собой на случай непредвиденных обстоятельств.              Как он и ожидал, глаза Юнги сразу загораются.              — В поездку? Куда? Когда?              Он выпаливает эти вопросы так быстро, что Хосоку требуется время, чтобы осмыслить их.              — Успокойся, — смеётся он, искренне любуясь маленьким котёнком. — У меня есть домик на Чеджу. Хотел узнать, не хочешь ли поехать в отпуск со мной. Обычно, я уезжаю на пару дней до 1 ноября, чтобы насладиться осенью до начала зимы. Всего на месяц.              — Месяц? Первое ноября? — Юнги быстро загибает пальцы и ахает. — Ещё две недели!              Его голос переполнен волнением. Хосок кивает, внимательно изучая парня перед ним.              — Так что? — подгоняет он, терпеливо ожидая ответа от котёнка.              Юнги выглядит задумчивым, будто действительно обдумывает вопрос.              — Ну, мне придётся написать заявление на работе, а также попросить брата присмотреть за квартирой на некоторое время…              — Давай, будет весело.              Да, так и будет. Хосок улыбается, думая о своём плане. Его котёнок, наконец-то, в руках и никто — даже собственный извращённый разум — не сможет котёнка отнять. Всё пройдёт замечательно. Хосок займётся обычной охотой, а его котёнок останется в домике, и они будут вместе, как Хосок фантазировал последние девять месяцев.               Наконец, Юнги сдаётся.              — Хорошо! — радостно срывается он, чуть подрагивая и покачиваясь в невинном возбуждении.              Хосок подбадривает его в ответ, искренняя улыбка расплывается по лицу, а волнение бурлит в груди. Его котёнок так близко и наконец-то там, где должен быть.              — Мне нужно на работу, но мы можем обсудить это вечером. Например, за ужином?              Закрыв дверь квартиры, Хосок наконец-то ослабляет хватку вокруг ножа.              — Чон Хосок, ты пытаешься ухаживать за мной только потому, что я согласен ехать с тобой? — поддразнивает Юнги, дёргая бровями.              Хосок пожимает плечами, в его глазах загорается самоуверенный огонёк. Он не пытается, он уже ухаживает, даже не понимая этого.              — А если и так?              Юнги игриво закатывает глаза.              — Ужин сегодня вечером, я зайду в шесть.              — Ты выбрал лучшее время.