Тени на нефритовом павильоне

Семейная жизнь — Изменяю?! Я?! Кто распускает эти ужасные слухи?! — выкрикнула девушка, ударяя маленькую чашу об деревянный стол. — Оказывается, чтобы тебя не обвиняли в измене, нужно родиться слепой и немой, так?! Двое сидели в саду, окружённые бесчисленным количеством цветов и деревьев. В углу, рядом с газоном, росло дерево сакуры. Розовые лепестки, уносимые лёгким ветерком, кружились в воздухе, словно танцуя, и нежно ложились на землю. — Госпожа... успокойтесь... — умолял Ли Шуи. Пухлый мужчина с маленькими глазками и смуглой кожей сидел напротив юной госпожи, сохранял невозмутимость и спокойствие. Он знал Цинь Хэ ещё с тех пор, когда она была маленькой девочкой, и привык к её всплескам агрессии. — Личность, распускающая слухи, не установлена, но это уже не так важно. Я понимаю, что вы с юным господином женаты всего месяц, и, возможно, ваши отношения не так крепки и тёплы, как хотелось бы... но... говорить, а тем более смеяться рядом с другими мужчинами — это дурной тон. Вы должны это понимать. Цинь Хэ скрестила руки на груди, её губы поджались, а брови нахмурились. Лепестки сакуры медленно падали на её чёрные волосы, создавая образ не столько угрожающий, сколько... даже немного смешной. Под внимательным и успокаивающим взглядом Ли Шуи злость девушки постепенно рассеивалась. — Знаю, Ли Шуи, знаю...только вот... я не изменщица! Я верна своему... мужу. Понятно? — Госпожа, у меня нет в этом сомнений, но не все люди такие понимающие, как я. — мужчина взял её за руку, стараясь успокоить. — Хотя бы на людях будьте добрее к своему супругу. Юная госпожа отвела взгляд в раздумьях. Её тонкие брови были нахмурены, а рука, сжимавшая ладонь Ли Шуи, слегка дрожала. — Как, например? — Что ж, вы не знаете, как проявлять любовь? — с лёгкой ухмылкой спросил тот, подливая себе ещё травяного чая. Цинь Хэ лишь хмыкнула в ответ. — Ну, можете начать с того, чтобы не разговаривать с посторонними мужчинами в присутствии вашего мужа, а в его отсутствие... — продолжил слуга, его голос оставался терпеливым. — А потом... умоляю вас... перестаньте обращаться с ним, как с врагом на поле боя, а не как с супругом! — Ты так говоришь, как будто я его бью или оскорбляю... — Вести себя отчужденно, как будто вы соседи, тоже не лучший вариант, госпожа. Цинь Хэ не ответила. Было видно, что она расстроена и смущена. Но, в то же время, она беспокоилась за свою репутацию... и, возможно, даже за чувства своего мужа. — Что ж, спасибо за подсказку. Обещаю быть внимательнее. ХРЯСЬ! Раздался громкий звук, от которого и Цинь Хэ, и её слуга подпрыгнули на своих местах. Повернув головы, они увидели такую картину: рядом с деревом сакуры, на траве, лежал молодой человек, очевидно, упавший из своего укрытия. По одежде было несложно догадаться, кто это. Он был одет в длинный шёлковый халат с рукавами, прикрывающими ладони, тёмно-синий пояс и тёмные кожаные ботинки. Когда он поднял голову, личность шпиона стала ещё более очевидной. У него были длинные серебряные волосы, часть которых была собрана в высокий пучок, а прямоугольные очки слетели с его глаз и упали прямо на кончик аккуратного носа. На его красивом лице появилась лёгкая румянца, и неловкая улыбка расползлась по губам, когда он понял, что его заметили. Его длинные пальцы сжали траву. Очевидно, это был — Чэнь Босян. — Юный господин! — закричал Ли Шуи, его крупная фигура поспешно побежала помогать. — Ах... — Чэнь Босян встал на ноги, при поддержке Ли Шуи, оглядывая себя с головы до ног. Он обтряхивал траву и грязь с колен, стараясь не опозориться перед юной госпожой, а по совместительству — своей супругой. Подняв голову, он заметил, что Цинь Хэ уже стоит прямо перед ним. Её чёрные волосы были собраны в высокий пучок, и несколько прядей мягко обрамляли её аккуратное лицо. Карие глаза впились в его фиолетовые, словно пронизывая его взглядом. Невозможно было понять, что именно она чувствует: злость, огорчение или беспокойство. Всё было скрыто за её непроницаемым выражением лица. Молодой человек тепло улыбнулся ей, пытаясь забыть о своём казусе. — Госпожа, чудесно выглядите. — сказал Босян, низко кланяясь. Цинь Хэ сделала то же самое. — Не ушиблись? — спросила она, в её голосе не было ни намёка на отчуждение, ни насмешки, только искреннее беспокойство. — Ах, пустяки, госпожа... — попытался сохранить беззаботность Босян. Девушка ещё на мгновение задержала взгляд на его фиолетовых глазах. Стоя рядом, можно было подумать, что между ними что-то есть... но почему они до сих пор не влюблены? Обоим — писаным красавцам, из богатых семей, а глядя на них, никто бы не сказал, что они женаты. Они выглядели как просто знакомцы, живущие под одной крышей. — Будьте аккуратны впредь, господин, — ответила девушка, слегка поклонившись. Поднявшись, она заметила взгляд Ли Шуи, тот явно подсказывал ей что-то глазами. Поняв намёк, она с трудом вытянула уголки губ в натянутую улыбку и отошла. Честно говоря, её улыбка не произвела на молодого человека никакого впечатления, а наоборот, только подтверждала его ощущение своей незначимости в её глазах. — Юная госпожа в вас души не чает... — попытался подбодрить слуга. — Ага, вижу... — расстроился Чэнь Босян. — Дайте ей время привыкнуть к вам. Многие, кого женили по принуждению, вели себя как чуждые друг другу, но терпение сделало их теплее. И у вас так будет. Я вам это гарантирую. — сказал слуга, поправляя одежду молодого господина, которая до сих пор была грязной от столкновения с землёй. — А пока, идите и готовьтесь к приезду важных гостей. Родители госпожи приезжают, а вместе с ними и ваши братья. Чэнь Босян едва слушал, он выбился из транса только когда услышал о своих братьях. Их приезд - было самым счастливым за всё время его брака. В коридоре, среди стен дворца, на Чэнь Босяна нахлынули воспоминания. То как его брат сообщил о женитьбе с Госпожой Цзинь, их первая встреча, первая брачная ночь...всё что оставалось делать Босяну, это ждать.