История Бэтти Браун

От автора:С каждой новой главой история становится всё захватывающе. Вас ждут невероятные события из жизни Бэтти Браун, полные интриги, опасностей и неожиданных поворотов. Приятного чтения!❤️ Деревня Бэтти была небольшим, но уютным местечком, где её семья была известна своей добротой. Они с родителями жили в старом доме с высокими потолками, а вокруг тянулся зелёный сад, где Бэтти часто играла и бегала, пока не наступала ночь. Их дом был как крепость, защищённый стенами, наполненными теплотой и ароматом выпечки, который всегда витал в воздухе. Отец, крепкий и сильный мужчина, всегда был рядом, когда нужна была помощь, а мать, Лиана, всегда заботилась о доме, создавая уют. Но один день всё изменил. Я часто думала, что зло приходит с громом и бурей. Но оно пришло в тот день — тихо, будто чужая тень скользнула по стенам моего дома, и мир перестал быть тем, что я знала. На чердаке, среди покрытых пылью вещей, девочка сидела, перебирая старые фотографии и предметы из забытого детства. Единственная свеча, едва мерцая, отбрасывала на стены дрожащие тени, делая пространство зыбким и ненадёжным. В руках она сжимала потрёпанную книгу — ту самую, что когда-то принадлежала её отцу. В ней он хранил воспоминания, дорожил каждым словом, каждым моментом, связанным с их семьёй. Пальцы неуверенно перелистывали страницы. Тишину разорвал отдалённый шум. Сначала — едва различимый грохот, словно кто-то ломал дверь. Тело инстинктивно напряглось. Деревня всегда была тиха. Здесь такие звуки были чужды. Сердце бешено забилось, каждый удар отдавался глухим эхом в ушах. Страх окутал с головой, заставив двигаться почти машинально. Она осторожно выбралась с чердака, прячась в темноте. За окном виднелись две фигуры. Мужчины в грязных, рваных одеждах, с ружьями в руках. Их лица искажали жадность и злоба, глаза горели холодной ненавистью. За ними сновали другие тени, заполнив двор. Порывшись в воспоминаниях, Бэтти сделала крошечный шаг назад, сливаясь с тенями. Дышать стало трудно, каждое движение давалось с усилием. Прошло всего несколько мгновений — и наступила гнетущая тишина. Осмелившись, она вновь выглянула и оцепенела. У двери стояли родители. Мать и отец пытались забаррикадировать вход, но один из мародёров с яростью ударил плечом, выбивая её. Всё внутри похолодело. Руки судорожно сжались, ногти вонзились в ладони. Слёзы подступили к глазам, застилая картину происходящего, но она из последних сил пыталась оставаться незаметной. Схватка была недолгой и жестокой. Отец ринулся вперёд, перехватывая руку одного из нападавших, но сопротивление оказалось тщетным. Удар по лицу отбросил его назад. Мать, отчаянно крича, бросилась к нему, но блеск ножа в руке мародёра вспыхнул в тусклом свете — и всё кончилось в одно мгновение.Скрежет металла, хриплый крик — и тело матери осело на пол, словно кукла с обрезанными нитями.Отец бросился к ней, но силы покидали его, тело дрожало от бессилия. Дом заполнили глухие удары, рваные стоны, звуки разрушаемого мира.Девочка не могла оторвать взгляд. Перед ней разваливалась её жизнь. Дом, родные люди, воспоминания — всё рушилось, исчезая в пепле. В уголке чердака она вжалась в тень, в тщетной попытке спрятаться от ужаса. Но дерево, на которое опиралась, предательски скользнуло под рукой. Шершавый срез рассёк кожу, и алая кровь медленно заструилась по ладони. Боль казалась далёкой, почти иллюзорной. Холод заполнял тело изнутри, вытесняя всё остальное.И вдруг — новые шаги. Лёгкие, но целеустремлённые. Их ритм отличался от грабителей: в них слышалась уверенность, решимость. Клинки в его руках казались не оружием — продолжением тела, каждое движение было уверенным, точным, выверенным до мелочей. Мужчины в рваных одеждах не успели опомниться — он скользнул между ними, словно вихрь, молниеносный и безжалостный. Никаких слов, ни секунды колебания. Только удары — короткие, быстрые, и каждый достигал цели. Один за другим враги падали, не успевая даже поднять оружие. Наблюдая за этим, не могла поверить глазам. Он сражался так, будто был рождён для этого — не человек, а сама стихия. И всё же в глубине души шевелился страх: "Что будет со мной? Спасёт — или просто уйдёт?" Но этот страх был ничтожен перед ужасом, разрывающим сердце, когда перед глазами стояли образы родителей. Последний мародёр рухнул в пыль. Тот, кто спас её, замер, обводя взглядом разрушенный двор. И тогда их глаза встретились. Время, казалось, остановилось. Без слов стало ясно: он всё понял. Шаги были мягкими, почти бесшумными. Он подошёл ближе, склонился, заглядывая в лицо, будто проверяя, не ранена ли. Голос прозвучал негромко, но в нём слышалась твёрдость:— Как тебя зовут? Ответ застрял где-то глубоко. Губы дрожали, сердце стучало в ушах. Едва смогла прошептать:— Б... Бэтти Браун... Лёгкий кивок. Взгляд стал мягче, но решимость в нём не исчезла. Снова шаг ближе, словно оберегая. — Где твои родители? Слова эхом отдавались в груди. Слёзы сами скатились по щекам. Перехватило дыхание. — Их... нет, — сорвалось шёпотом. Комок в горле не позволял говорить. Всё внутри разрывалось от чувства вины. "Если бы не пряталась... если бы вышла... может, всё было бы иначе. Может, смогла бы спасти..." Но стояла там, дрожа в тени, как маленький трус. Ненавидела себя за это. Тишина, глухая и тяжёлая, нависла над разрушенным домом. Он не сказал ни слова. Только стоял рядом, позволяя пережить боль так, как сама могла. И, когда силы, казалось, окончательно покинули, его голос, спокойный и уверенный, вернул в реальность:— Я не оставлю тебя здесь. Пойдём. Рука, протянутая ко мне, казалась чем-то нереальным. Сомнение, страх, боль боролись внутри. Но эта рука была якорем, за который хотелось уцепиться изо всех сил. Медленно, почти машинально, положила свою ладонь в его. — Кто ты?.. Почему помогаешь мне? — с трудом выдохнула вопрос, с трудом веря, что в этом аду осталась ещё доброта. Тень на его лице не дрогнула.— Разведкорпус. Эти слова ничего не объясняли, но и не требовали объяснений. Вопросов было слишком много, но не было ни сил, ни желания их задавать. Поднялась на ноги — и сразу же оступилась. Колено предательски скользнуло по деревянному полу, и острая боль пронзила кожу. Стиснула зубы, не давая стону вырваться. Горячая кровь тут же залила рану, одежда порвалась. Он сразу подхватил, не давая упасть снова, осторожно придержал за плечо. В его движениях не было ни резкости, ни жалости — только спокойная поддержка.— Осторожнее, — сказал тихо, как будто ругая, но голос его звучал почти ласково. Силы таяли. Руки дрожали, ноги не слушались. Казалось, что тело принадлежит кому-то другому, а голова вот-вот упадёт. Вскоре на коне, прижавшись к тёплой сбруе, укутанная в грубую ткань плаща, Бэтти почувствовала, как вокруг разворачивается совсем другой мир. Мимо проносились дома-призраки, дымящиеся руины, осиротевшие улицы. Мир, который несколько часов назад был домом, теперь стал пустошью. Рядом с её спасителем скакали другие — в тех же зелёных плащах, с клинками за спиной. Их лица были серьёзными, глаза — твёрдыми, непоколебимыми. Среди них выделялся один — чуть моложе, со светлыми волосами, собранными в короткий хвост. Он ехал чуть сбоку, иногда бросая на неё тревожные взгляды.