Застывшие Идолы. Том II - вера Ягера

Ягер ещё раз сверился с картой, она говорила, что надо идти на восток, по пути ему встретятся Страны Копья, граница пустыни Уноса, прекрасное море, с которого можно разглядеть кусочек бешеной метели Алланды и ледяной мост, что возвела Амила к нему. Путь начался легко, Ягер шагал без радости в душе, но явно ощущал уверенность, которая так и не стихла с той ночи сладкого грехопадения. Тропинка была протоптана неизвестно кем, не сказать, что в этой местности ходило много народу, но и Ягера это не интересовало, он просто следовал по ней, иногда поглядывая на старые указатели, на них всегда указывались стороны света - такова была идея Дуона, он трепетно относился к удобству, это была его добродетель - дарить удобства. На одном из многих деревянных столбов - восток вёл налево, куда и направлялся Ягер, он не обратил внимания, что было написано на указателе, куда он попадёт, как будет называться деревушка или городок мимо которого он пройдёт, ведь его заботили собственные мысли и переживания. Из его головы никак не мог выйти Унос и тот момент, когда ему предстоит сразить его. Что будет делать Идол веры, чтобы защитить себя, что будет готов отдать, на что пойдёт и как далеко зайдёт в своём фанатичном издевательстве над людьми. Его пугало вытекшее духовное уродство культа, оно добралось до внешнего вида. Пугали его те страдания, через которые проходили ученики, дабы получить ужасный горб, символизирующий глубокое поклонение культу. Из одной загадки, вылезла другая, Ягер не знал, как Унос общается со своими учениками. Неужели Безымянный посланник столь же силён, как и Ягер?  «Он может создать много проблем. Какие гарантии от того, что это вообще человек, а не созданная им кукла, которой он научился управлять. Что Богу мешает продеть нити своих желаний через тело слабого человека? А если всё иначе и этот человек смог заменить на посту Жреца, то дело плохо... Кто бы мог подсказать... Что же я? У меня есть разведчик» - Леонард! Ты мне нужен. Леонарда похлопал по плечу Ягера, он уже был у него за спиной, но предстал в несколько непривычном обличии. Ягер не узнал его и принял за неизвестную спутницу. - А... Дочь моя, чем я могу тебе помочь? - Вы же меня только что позвали или меня слух подводит? - Леонард? Разве ты не был мужчиной? - Ах это... Неужели я соблазнил вас? Простите, соблазнила*, нужно привыкать к женскому естеству. Мою прошлую личность раскрыли, а это новый образ. Вы можете называть меня по старому имени, но в присутствии незнакомцев я - Лилия. - Выглядишь симпатично, отдам должное. Но прошу, верни прежний облик, не могу на тебя смотреть. - О... Я расстроила вас? Как прикажете, хозяин - Леонард вытянул плечи вперёд, подчёркивая свою грудь, любя подразнить Ягера. - Хорошая попытка. Не будь у меня Амилы, быть может, я бы по иному взглянул на тебя. Леонард взмахнул рукой и вернулся его прежний вид. Он посмеялся, поправляя маску на лице. - И так, зачем же я вам нужен? - Пара вопросов за прогулкой. - О! Как чудесно и любезно с вашей стороны, не знал, что вы и мужчин любите, ха! - Шутки в сторону. Мне нужно узнать про посланника, что занял мой пост. Кто такой, что умеет, откуда взялся, чем заслужил своё место. - Загадочная личность, хочу я вам сказать. Имени как ни странно - нет, по чертам лица похож на выходца из Смуглянки, умеет разглашать желания своего господина, личной воли не имеет, пост он заслужил... Ха... Не знаю. - Врёшь! - Ей богу. - Разузнай, найди про него что - нибудь, как вы собираетесь воевать, если не изучили врага? Халтура дорогой мой, халтура. Это база войны: за целью следует изучение, за изучением подготовка, за подготовкой - наступление. И выходить они должны по очереди, ведь наступление - решающий акт для тебя как нападающего. - Знали бы вы как Унос хорошо позаботился о прошлом, как хорошо его отшлифовал, чтобы выставить вас преступником. Но к какому - то чуду, это не сработало! Люди помнят вас как великого человека, мудрого, умного, честного, справедливого. Все рассказывают, как вы всегда вместо казни проявляли милосердие. - Та немногая щедрость, что лишили меня в день суда, теперь стала обязательным правом для каждого моего ученика. - Об учениках... Хотите знать, что они делают, для достижения подобного горба? Даже я дрогнул от этого вида. Нескончаемые ряды сломленных глупцов, лежат днями под ужасным Светилом, неся на своей спине тяжёлый, железный панцирь. Немногие выживают... Где - то даже выстроена целая тропа, устланная трупами тех, кто не выдержал испытание верности. Кругом застывшая агония. От рассказа Леонарда Ягер достал трубку, заправляя её высушенными иглами могильной ели. Они весьма пахучие, крепкие, но вместе с тем, помогают успокоиться. Огонь ему поднёс Леонард, его палец полыхал чёрным пламенем, но иглы горели как от обычного огня. Раскуривая трубку, он вдыхал глубже дым, пропитываясь удушающей горечью. Ему было больно, он испытывал злость, скопившуюся в ладони, от чего трубка начала трещать и трескаться. Леонард положил ему руку на плечо, вопросительно улыбаясь, спрашивая глазами «Ты думал, всё так просто?» Ягер успокоился. Достав конец трубки изо рта, он выдохнул, вокруг него разлетался дым, улетающий вверх, провожающий в последний путь погибших от грязной веры людей. - Вам бы не помешало вновь зайти к своей любимой, говорят, усталого мужа может наполнить жизнью только его ненаглядная - Леонард взмахнул рукой, обращаясь вновь девушкой - А пока, я с вами не прощаюсь. Обязательно раздобуду что-нибудь на нашего загадочного посланника. До свидания. В миг стало тихо. Теперь шагает только одна пара ног, идущих через горный перевал, ведущий к заброшенному поселению. Его сожгли. Ещё с высоты, Ягер разглядел насаженных на колья людей, мужчин или женщин - не понятно, тела обуглены и скукожились. Совсем маленькие тельца лежали под кольями. Дети убитых родителей. Пожар был сильный, ничего не осталось. Прах, пепел, зола и угли. Ягер спустился туда. Он подошёл к колу, лишь коснувшись его, тот рассыпался вместе с телом, улетая на крыльях ветра. Место гиблое, даже воронам нечего поклевать. Воздух здесь затхлый, переполнен запахом горелых волос и плотью, обугленной до черна. Он пытался найти след того, кто бы мог это сделать и нашёл железный панцирь. Со злостью, перетёкшей в когти, он перечеркнул слова Уноса, нацарапанные на нём. Нихил заговорил. - Люди способны на жестокость, здесь нечему удивляться. Управляемые чужой волей они готовы на резню, при одном условии: Ответственность возьмёт кто - то другой или же... Все разом. Здесь пожалуй, сработали оба варианта. - Зачем это всё? - Ягер присел на колено, набирая прах в руку и рассыпая его по земле - Вера в благое дело способно смыть кровь на руках? - Тебе ли не знать. Кто из нас обладает историей ужасных кровопролитий? - То была не вера. То была жадность, глупость, молодая горячка, что угодно, но не вера. - Чем прошлый ты отличаешься от них? - Я проснулся. Дважды. Я спал двойным сном, пока не проснулся от криков мира, а потом от собственных. Их смог заглушить Он. Теперь же Он сам стал этим криком, заглушающим слова чистой веры. - Прекрасный ответ. Очень хорошо, меня радует, что ты не бросаешь учиться даже в столь... Старческом возрасте. Ягер ничего не ответил, лишь нарисовал знак культа на пепле, оставляя отпечаток своей ладони и разворачиваясь спиной к обгорелой деревушке, покидая её.