Часть 7
1 мая 2025 г., 07:53
Утро в студии было прозрачным и тихим.
Первое солнце скользило по полу, оставляя золотые следы. Дождь ушёл ночью, и теперь мир казался чистым, как после долгого сна.
Джисон проснулся первым.
Он лежал, прижавшись к Минхо, чувствуя, как равномерно вздымается и опускается его грудь.
Тепло Минхо будто проникло под кожу, успокаивая.
Джисон тихонько коснулся его щеки.
Минхо что-то сонно пробормотал, но не проснулся.
И в этот момент Джисон понял — осознанно, ясно:
"Я люблю его."
Не быстрое ослепление, не порыв.
Тихо. Глубоко. Необратимо.
Днём студия ожила.
Зашли коллеги — продюсер, пара музыкантов, новые лица, обсуждения.
Минхо смеялся с кем-то у окна, облокотившись на стену.
Джисон наблюдал за ним из-за стола, подперев подбородок рукой.
Как Минхо улыбается — по-настоящему.
Как легко он разговаривает с другими.
Как его глаза искрятся, когда он увлечён чем-то.
И где-то внутри Джисона, в глубокой, тёплой части его души,
зародилось лёгкое, почти невесомое чувство — ревность.
Не к тому, с кем смеётся Минхо.
К тому, что Джисон не всегда будет его единственным.
Он тихо опустил глаза.
Сжал пальцы в замок, чтобы не показать этого.
Позже, когда люди ушли, и студия снова затихла, Минхо подошёл к Джисону.
— Ты сегодня какой-то тихий, — мягко сказал он, опускаясь рядом.
Джисон улыбнулся, пряча глаза.
— Просто думаю.
Минхо наклонил голову, всматриваясь в него.
— О чём?
Джисон колебался.
А потом честно сказал:
— О тебе.
Минхо замер.
Тишина между ними была почти осязаемой.
— И? — тихо спросил он.
Джисон вздохнул, собирая в кулак всю свою хрупкую смелость.
— И... иногда мне страшно, — выдохнул он. — Что я не смогу быть для тебя... всем.
Минхо медленно взял его ладони в свои.
Сжал.
— Джисон, — сказал он тихо. — Ты уже всё для меня.
Только ты.
Только твои глаза. Твои руки. Твой голос, шепчущий моё имя.
Минхо наклонился ближе.
И нежно коснулся его лба своими губами — лёгким, почти невесомым поцелуем.
— Ты не должен бояться, — шёпотом сказал он. — Я здесь. С тобой. За тебя.
Джисон закрыл глаза.
И слёзы — лёгкие, освобождающие — скатились по его щекам.
Минхо стер их пальцами.
— Мне так страшно иногда, — прошептал Джисон, дрожа.
— Мне тоже, — признался Минхо. — Но если мы вместе — всё не так страшно.
И тогда Джисон обнял его.
Крепче, чем раньше.
И в этом объятии была не ревность.
Не страх.
Была любовь.
Та, что растёт медленно.
Та, что укореняется в боли, но цветёт через нежность.
