Водитель для альфы или защитить любой ценой

             Ли Минум сидел в своём кожаном черном кресле за массивным столом и нервно теребил в руках телефон, перебирая его пальцами. С одной стороны, всё складывалось, как нельзя хорошо: те, через кого он хотел заниматься поставкой оружия, наркотиков и контрабанды, очень успешно заключили контракт с самой крупной логистической компанией Кореи, которая имела большой успех и такую же репутацию. А это значило только одно — меньше ненужных глаз и больше возможностей для осуществления своих планов. Ведь частенько могут закрыть глаза на недочёты у компании, которая заслужила такое доверие.       С другой стороны, всё шло как-то слишком медленно. Альфа хотел ускорить работу, ведь груз, который стоял у берегов Китая, ему нужен был еще вчера. А еще ему не давали покоя японец, который, по проверенным источникам, увеличил свой доход вдвое, каким-то образом заключив контракты с известными бизнесменами, и племянник, который из-за своей глупой мести никак не мог решить вопрос с этим японцем.       Тяжело вздохнув, Ли Минум поднялся с кресла, обогнув массивный стол, и подошёл к окну своего особняка. За стеклом уже ощущалось дыхание непогоды: ветер усиливался, становясь всё настойчивее, словно предостерегая о приближающемся дожде. Он прижал ладонь к холодному стеклу, вглядываясь в тёмные силуэты деревьев сада, которые тряслись под натиском порывов ветра.       — Видимо, пора брать всё в свои руки. — произнёс он тяжёлым голосом, чувствуя, как гнев нарастает внутри него. — Совсем ты от рук отбился, племянничек.       Развернувшись, он вернулся к столу, где с яростью схватил телефон. Набирая номер, он не мог избавиться от внутреннего напряжения. Долгие гудки на том конце провода заставляли его нервничать; он стучал пальцами по лакированной поверхности стола, словно пытаясь выпустить накопившуюся злость.       — Что так долго? — резко вырвалось у него, когда наконец раздался ответ. — Когда груз отправите в Корею? — его голос звучал хрипло от раздражения. — Это долго, решите уже вопрос с Чоном, чтоб корабль как можно быстрее пришёл!       Словно не в силах больше выносить эту ситуацию, он отключил телефон с глухим щелчком, крепко сжимая его в руках.       — Чёртовы ублюдки! — закричал он в пустоту кабинета, и его голос отразился от стен, как удар грома. — Всё приходится делать самому!       В этот момент он почувствовал, как гнев наполняет его до краёв — если хочет добиться своего, ему придётся действовать решительно и без колебаний. Самому. Ветер за окном завывал, словно поддерживая его намерения — время пришло.       Его злость и негодование были прерваны вибрацией, которая прошла по ладони от крепко сжатого гаджета в руках. Развернув его экраном вверх, он усмехнулся и принял звонок.       — Ты вовремя, только о тебе вспоминал. — скалился альфа, выпрямляясь в спине.       Стиснув зубы, он слушал голос на другом конце провода и чувствовал, как раздражение медленно поднимается из глубины его груди, заставляя сердце биться быстрее. Слова племянника звучали нерешительно, и это лишь подливало масла в огонь.       — Здравствуй, дядя. — произнес тот, и в голосе послышалась неуверенность, которая раздражала мужчину еще больше. — Я знаю, что доставил тебе много хлопот.       На мгновение воцарилась тишина, и седовласый альфа уже было подумал, что племянник собирается признаться в своих ошибках. Но затем тот продолжил, будто пытаясь оправдаться:       — У меня всё практически готово.       — Практически? — прозвучало в ответ, и в голосе мужчины зазвенел ледяной сарказм. — Это не ответ, племянничек. Все должно было быть сделано еще неделю назад!       Он ударил кулаком по столу, на поверхности которого дрогнула стопка документов, а в воздухе повисло напряжение.       — Да, ты прав, — согласился тот, будто ища оправдание для своей медлительности. — Но здесь нужна тщательная подготовка, и ты знаешь об этом.       Старший знал это слишком хорошо. В их деле даже малейшая ошибка могла обернуться катастрофой. Каждая деталь должна была быть продумана до мелочей, иначе все труды пойдут прахом. Но как же он ненавидел ждать! Особенно сейчас, когда груз был нужен срочно.       Он закрыл глаза на мгновение, стараясь успокоить бурю эмоций внутри себя. На данном этапе ему ничего не оставалось, как только набраться терпения — хотя оно уже было на исходе. Каждый миг ожидания казался вечностью, и мысль о том, что все может пойти не так, заставляла его нервничать еще больше.       Молодой альфа продолжал говорить, его голос звучал резко и хрипло, словно он не совсем контролировал свои эмоции. Он с ухмылкой вспоминал о недавней стрельбе, когда Чон оказался уязвим, оставшись без своего телохранителя.       — Я обещал всё решить, и я это сделаю, — четко произнес тот. — Он сейчас более уязвлён. Знатно я помял его выскочку, — добавил, смеясь. Внезапно улыбка исчезла, и он стиснул зубы, словно вспомнив о том, что не смог завершить начатое. — Жаль, что не убил.       — Надо было стрелять в голову! — резко отозвался Ли, повышая голос, наполненный гневом, с невозможностью сдержать раздражение. — Будто не знаешь, что они броники носят!       В трубке повисло напряжение. Альфа в очередной раз ощутил нарастающее давление внутри себя, а Ли, засунув правую руку в карман штанов, смотрел куда-то в глубь сада, где охрана ходила по территории.       — Ещё одна неделя… максимум. — более спокойно сказал дядя и положил трубку.

***

      Тэхён лежал на кровати в бежевой майке и серых штанах, ощущая, как его тело постепенно приходит в норму, и чувствовал, как время тянется бесконечно. Неделя больничного переросла во вторую, и каждый день казался ему вечностью. Потолок над головой казался бесконечным, и мысли крутились в голове, словно зацикленный фильм. Он пытался понять, как мог так сильно привязаться к этому альфе. И не просто к альфе, а к своему подопечному. Раньше он всегда относился к своим клиентам исключительно как к работе — без лишних эмоций и привязанностей. Но с Чонгуком всё было иначе.       Чон категорически отказался возвращать его на работу, настаивая на том, что здоровье Тэхёна — это приоритет. Каждый день он присылал фотоотчеты: то с улыбкой, сидящим за столом в офисе, то с Намджуном, который обсуждал что-то важное. И всегда вокруг Чонгука была охрана — водитель, телохранитель и еще три крепких парня, которые всегда следовали за ним в другой машине. Да уж, Намджун позаботился как никто другой. И Тэхён знал, что его подопечный находится под надежной защитой, но это не приносило ему успокоения.       Он был не рядом с ним, и эта мысль терзала его душу, как острый нож. Почему он так беспокоится? Президент в безопасности — лежи и отдыхай, но Ким не мог заставить себя успокоиться. Ему нужно было чувствовать его присутствие рядом, ощущать запах шафрана, который всегда сопровождал Чонгука, ощущать тепло его тела и дыхание в спину с заднего сиденья машины. Только тогда бы он смог расслабиться и забыть о своих тревогах.       Каждый раз, когда он закрывал глаза, в его воображении возникал образ альфы — с легкой улыбкой на лице и искрящимися глазами. Тэхён вспоминал их разговоры, смех и моменты близости, когда тот натирал спину мазью. В эти мгновения он чувствовал себя живым, полным энергии и счастья. Но сейчас он был один, и пустота вокруг него лишь усиливала тоску.       Каждый миг вместе, накладывал отпечаток на его сердце - время, проведённое в стенах компании, в машине или дома, стало чем-то большим, чем просто профессиональные обязанности. Тэхён не мог избавиться от ощущения, что между ними возникла какая-то связь. Он чувствовал, как сердце колотится при каждом его слове, как дыхание Чонгука утяжеляется, когда они рядом. От зорких глаз не ускользнуло и то, как Чонгук иногда задерживал взгляд на нём дольше, чем следовало бы, заставляя табун мурашек пробегать по коже. Всё это говорило о его заинтересованности, которое Тэ не мог не заметить. И, если б не работа, то он давно бы позвал его на свидание.       «Неужели Чонгук тоже по альфам?» — мелькнула мысль в его голове. Или же это просто эффект афродизиака? Как бы там ни было, ответов не находил. Он не мог понять, что происходит между ними, и это сводило его с ума.       Промычав своим мыслям, Тэхён перевернулся на живот и поджал подушку под себя, словно искал утешение. Как же ему надоела эта «лежачая» и скучная жизнь. Время тянулось медленно, и каждый день казался похожим на предыдущий. Сначала Чонгук приходил к нему два раза в день, помогая мазать спину. Его прикосновения были такими нежными и заботливыми с одной стороны, и такими крепкими и жаждущими, с другой, что после таких встреч Ким бежал в душ, где, стоя под горячей водой, кончал с его именем на губах. Эти моменты были сладкими, но сейчас они казались далекими, как сон.       Затем Чонгук стал появляться реже — раз в день, и вот уже несколько дней его не было вовсе. Президент звонил, интересуясь самочувствием, но не приезжал. Тэхён чувствовал, как внутри него нарастает тревога, но так и не решался задать вопрос: «Почему ты не приходишь?» Рот словно сковывало — ведь это было неправильно и глупо. Чон не должен был проявлять к нему столько внимания.       Каждый раз, когда президент звонил по видеосвязи, Тэхён забывал, как разговаривать. Он зависал глазами на экране, изучая каждую деталь собеседника — его волосы, которые слегка растрепались, искреннюю улыбку и блеск в глазах. Однажды даже пришлось прикинуться, что связь прервалась, когда он не с первого раза услышал, как альфа зовёт его. Словно в замедленной съемке он смотрел на Чонгука, а тот ухмылялся на его глупые оправдания.       Телохранитель снова перевернулся на спину и уставился в потолок. Мысли о том, что происходит между ними, не давали ему покоя — он знал, что рискует всем ради того, чтобы быть с Чонгуком. Страх перед неизвестностью сковывал его, но каждый день без этого альфы становился испытанием.       Сев на кровати и взглянув в окно, за стеклом которого где-то внизу люди спешили по своим делам, машины проезжали мимо, солнце медленно опускалось за горизонт, а мир продолжал вращаться, он вдруг ощутил сильное желание быть частью этого мира снова, но только рядом с Чонгуком.       Звонок в дверь прервал его самокопание, заставляя надеть тапочки и встать с кровати. Тэхён медленно открыл дверь и увидел курьера — молодого, улыбчивого альфу лет шестнадцати с ярким зелёным ирокезом, который выделялся на фоне серого коридора. Он протянул мужчине несколько пакетов с едой из службы доставки и, не дожидаясь вопросов…       — Всё оплачено, — сказал курьер, делая лёгкий поклон, прежде чем быстро развернуться и исчезнуть в коридоре, оставив Тэхёна в полном одиночестве. Альфа даже не успел спросить, от кого это.       С любопытством он закрыл дверь и направился к дивану в гостиной. Сев на мягкие подушки, он стал вытаскивать из пакетов одну коробку за другой, каждая из которых была аккуратно упакована и подписана яркими наклейками.       Первая оказалась с супом — горячим и ароматным, с насыщенным бульоном, который манил своим теплом. Рядом лежала жареная курочка в кисло-сладком соусе, а хрустящая картошка дополняла это великолепие, обещая хруст при каждом укусе.       Тэхён осторожно открыл следующую коробку и обнаружил креветки на гриле — они были красиво оформлены, с легким налётом специй, которые придавали им аппетитный вид. А в последней его ожидал загадочный салат, о котором он не имел ни малейшего представления. Не забыв про напиток, он вытащил бутылку домашнего холодного лимонного чая и налил в стакан — прозрачная жидкость с дольками лимона плавно покачивалась внутри.       Посмотрев на всё это, он почувствовал, как его живот заурчал от голода. Ещё бы, он не ел вторые сутки — просто не было аппетита. Мысли о том, кто бы мог так позаботиться, прервал звонок на телефоне через приложение для видеосвязи, и всё встало на свои места.       — Так и думал, что это ты. — сказал он, расплываясь в улыбке после того, как включил камеру. — Хочешь, чтобы я лопнул? — установил телефон на стол, прислонив к одной из коробок.       — И тебе привет, Тэ. — специально сделал акцент на имени Чонгук, улыбаясь в ответ, будто это была его любимая мелодия. — Прости, я опять не смог приехать. Столько дел. — тяжело вздохнул, ударяя от досады себя по бедрам и говоря с сожалением. — Ну как ты? Понравилась еда? — поинтересовался альфа, сидя в чёрной майке за столом в кресле.       — Спасибо большое, я пока только разложил и не успел попробовать. — усмехнулся Ким, открывая суп, аромат которого проник в нос и заставил желудок громко заурчать.       — Оо, видимо давно не ел. — засмеялся президент. — Тогда предлагаю начать наш совместный ужин. — подмигнул Чон и придвинул к себе точно такую же доставку. Растерянность на лице телохранителя лишь подстегнула его улыбку, которая вызвала ступор у альфы на экране телефона. Он явно наслаждался этой игрой на расстоянии. — Ешь, а то опять скажешь, что экран завис. — усмехнулся и, зачерпнув ложкой суп, положил себе в рот, довольно жуя.       Съев пару ложек супа, Тэхён скривился от огня на его языке и аккуратно наклонил коробку, где черными корейскими буквами сбоку было написано «юккедян». Он тяжело вздохнул и отодвинул от себя первое в сторону — а так хотелось супа — теплого и ароматного, но он понимал, что сегодня ему это не светит.       Чонгук, с интересом наблюдавший за действиями альфы, нахмурился в недоумении, не понимая, что происходит. Почему Тэхён вдруг потерял интерес к еде?       — Что-то не так? — поинтересовался он. — Невкусно? Пересолено? Остро? — приподнял брови.       — Последнее. — вздохнул Ким, большими глотками вливая в себя холодный чай. — Я не ем острое.       — Не по вкусу? — удивился Чон. Все корейцы любят острое, и чем острее, тем лучше.       — Мне-то по вкусу, а вот моему желудку нет. — пожал плечами. — Я разве не говорил? — поднял глаза и с каким-то сожалением посмотрел на экран.       — Прости, может я упустил этот момент…       — Нет. — махнул рукой, перебивая и улыбаясь. — Скорее всего я просто не сказал. Ну ничего. — потёр оживленно ладошки друг о друга. — У нас ещё есть курочка, креветки и какой-то неизвестный мне салат.       Когда Чонгук услышал слово «салат», он автоматически поднял голову к верху и с трудом сглотнул прожеванную еду — новое блюдо, которым он решил угостить Кима, оказалось по какому-то старому рецепту одной тетушки и было не только вкусным, но и достаточно острым. Кто же знал, что его охранник не любит такое, а точнее его желудок.

🎵 Forever Star — Yi Hao Zhang

      Отложив остатки еды в сторону, Чон, не желая терять ни минуты, любовался парнем, не сводя глаз с экрана, который увлечённо ел курочку, закатывая глаза от удовольствия. Будто каждый из его вкусовых сосочков ликовал от гастрономического восторга, передавая все эмоции на лицо.       Президент не мог оторвать от него взгляд, ловя каждое движение губ, каждое выражение лица — как же соскучился по этому теплому свету, который излучал Тэхён. Каждый день, что он проводил на работе без него, заставлял тосковать еще больше.       Телохранитель что-то рассказывал, жестикулируя руками, в которых уже была очищенная креветка, а его низкий и бархатный голос мягко лился из динамиков, заставляя альфу неосознанно облизывать губы и внимательно вглядываться в каждую деталь: как уголки губ слегка поднимаются, когда тот рассказывает о чем-то смешном, как брови нахмуриваются в задумчивости, когда речь идет о чем-то серьезном.       Чонгук особо и не вслушивался в рассказ, летая в своём мире — мире, где не мог отвести взгляда от парня напротив, такого странного, смешного, сильного и в тоже время нуждающегося в любви.       Он сглотнул от своих мыслей. А точно ли Ким такой нуждающийся? Может как раз наоборот? Может ты сам, мистер Чон, настолько влип в этого человека, что не можешь без его общения и него самого, что тебе уже далеко всё равно, что тот одного пола с тобой? Так кто здесь больше жаждет этой любви?       Он настолько завис на образе телохранителя, что, если бы не пришел в себя и не услышал голос Тэхена, ему самому пришлось бы придумывать отмазки о неисправном экране и плохой связи. Тэхен ковырялся в еде, что-то удивлённо рассматривая.       — Что это? — спросил альфа, поднося к экрану ложку, на которой лежал большой тёмный кусок — Горький перец? — округлил глаза. — А это? — достал еще какой-то ингредиент из салата. — Лук? Да ты издеваешься, Чон Чонгук? — чуть повысил голос от негодования и перевёл взгляд на парня с экрана. — Пуля меня не убила, так ты решил добить? — состроил милую и одновременно обиженную рожицу, заставляя президента заливаться смехом, откидываясь назад.       Его сердце наполнялось теплом, а с лица не сходила нежная улыбка, которую Чон пытался спрятать, закусывая нижнюю губу. Как же он был прекрасен в этой домашней одежде и со взъерошенными волосами. Альфа хотел запомнить каждую мелочь, каждую эмоцию, чтобы потом, находясь в одиночестве, возвращаться к этим воспоминаниям и вновь переживать ту радость, которую приносит в его жизнь этот удивительный человек, заставляя забывать всё — преследование, шантаж, угрозы. После этих мыслей улыбка сошла с лица мужчины, заставляя Кима ближе придвинуться к экрану.       — Что-то не так? — прищурил глаза. — Рассказывай, что случилось? — качнул головой вперёд.       — Нет ничего такого, о чём следовало бы беспокоиться. — сглотнул президент и откинулся на спинку кресла. — Сейчас главное, чтобы ты поправился…       — Перестань заговаривать мне зубы, Чон Чонгук. Говори, что случилось? — немного привстав, потребовал Ким. — Я не при смерти. Я должен знать, что там творится за пределами этой квартиры. — махнул рукой вперед да так, что задел телефон, который благополучно упал на стол.       Президент не просто так не появлялся у Кима все эти дни. И когда он думал о Тэхёне, его сердце сжималось от тоски и желания. Он мечтал бросить все и мчаться к нему, обнять, прижать к себе, как в те беззаботные дни. Но каждый раз, когда он вскакивал с рабочего кресла или с дивана дома, останавливал себя, зная, что за ним установили слежку, и каждая попытка увидеть Тэхёна могла обернуться катастрофой. Его душа разрывалась от тоски, но разум настойчиво говорил: «Не рискуй».       Когда Намджун ворвался к нему в кабинет с несвойственным ему лицом, которое всегда было спокойное и уверенное, а сейчас искажено тревогой, Чон понял, что дело совсем плохо. Ситуация ухудшалась с каждым днём. Они пытались отследить, кто замешан в этом деле, но без результата. Каждый раз, когда они думали, что вышли на след, он оказывался ложным. Их просто водили за нос. Противники были умны и хитры и играли в очень опасную игру, где каждый шаг мог стать роковым.       Теперь мистера Чона уже сопровождало три машины, в одной из которых всегда был Намджун. Он не мог позволить подвергать президента еще большей опасности. Когда Чонгук упомянул о Тэхёне, что навещает его, начальник охраны категорически запретил ему это делать, ведь узнав, где тот живет, они могли это использовать против президента. Чонгук это понимал, молча кивнув в ответ поникшей головой. Он должен был защищать Тэхёна, даже если это означало оставаться вдали от него. Поэтому все передвижения стали строго — дом-работа.       — Я жду, Чонгук. — не унимался голос на другом конце видеосвязи, выводя альфу из его мыслей.       — За мной установили слежку. — вздохнул он, не желая волновать Кима. — Поэтому было принято решение не приезжать к тебе. — резко перевёл на него взгляд. — В целях твоей безопасности, Тэ.       — И чтоб меня потом не использовали против тебя, как твоё слабое место? — сложил руки на груди, откинувшись на спинку дивана.       — Ты всегда всё знаешь. — усмехнулся президент.       — Так значит я твоё слабое место, мистер Чон? — приподнял брови вверх, взглянув на него с игривым вызовом.       Чонгук застыл, его сердце забилось быстрее, а мысли закружились в хаосе не зная, что ответить. Слова застряли у него в горле, как будто пытался выдавить из себя правду, но она была слишком тяжёлой для произнесения. Он мог лишь смотреть на него.       Все его тщательно выстроенные стены начали трещать под давлением такого простого вопроса. Он знал, что не может скрыть свои чувства, которые написаны на его лице так же ясно, как и звёзды на ночном небе.       Он был слаб перед ним, осознавая, что именно телохранитель за этот небольшой период стал тем самым слабым местом, где его уверенность рассыпалась в прах; человеком, кто способен увидеть и принять тебя таким, какой ты есть на самом деле, не требуя ничего взамен. И главное, что он уже принял свою истинную сущность и не хочет от неё никуда бежать.       — Да, Тэ. — после паузы ответил Чонгук, не сводя с него глаз. — Только я не понимаю, как эта информация могла дойти до них.       — А она и не дошла. — цыкнул Ким. — Просто они могут использовать всевозможные варианты. А так как я всегда был рядом… — пожал плечами. — Кстати, они могли и раньше установить слежку, когда ты приезжал сюда. Единственный плюс, я не выходил из дома, и они не могут знать точно, к кому ты приходил. — провёл языком по сухим губам, привлекая к ним внимание.       — Господи, не делай так, Тэхён. — взмолился Чонгук, зарываясь пальцами в волосы. — Я…       Телефонный звонок на кнопочный телефон прервал их диалог, как гром среди ясного неба. Лицо Чонгука мгновенно напряглось, когда он увидел на дисплее имя, а взгляд его стал холодным.       Нажав на кнопку, он поднёс аппарат к уху, и тяжёлый вздох вырвался из его груди, как будто он пытался подготовиться к тому, что услышит. На том конце провода раздался голос, который не обнадеживал. Каждый произнесённый звук резонировал в его сознании, вызывая внутри бурю эмоций.       Он закрыл глаза на мгновение, стараясь собрать мысли в кулак, но слова продолжали звучать, не оставляя ему шанса на спокойствие. Каждое сообщение было как удар — громко и болезненно.       — Что случилось? — обеспокоенно спросил Ким, когда альфа закончил.       — Рабочие моменты. — сухо ответил тот, но в следующий момент перевёл на него взгляд и мягко улыбнулся. — Мне нужно идти. Я ещё позвоню. — и, не дав ответить, сбросил видео звонок, оставляя Тэхёна одного в тишине квартиры.

***

      Юнги не выходил из головы Чимина после того чаепития у него дома. Чтобы он ни делал, альфа всегда был перед глазами — то увидит на него похожего человека, то услышит голос точь-в-точь, как у него, заставляющий поворачиваться и искать глазами. Наверное, это первый альфа после давних и болезненных отношений, который заставил омегу посмотреть на него иначе.       Каждый раз, когда Чимин закрывал глаза, он вновь ощущал тепло, исходящее от Юнги, когда тот наклонился к нему. Его тихий и глубокий голос, напоминающий мурлыканье кота, звучал как музыка, способная успокоить даже самые бурные мысли. Чимин помнил, как их взгляды встретились на мгновение, когда тот навис над ним, и в этом взгляде он увидел что-то большее — искру понимания и нежности.       Пак старался отвлечься: погружался в работу, навещал Тэхёна, но в каждом разговоре искал хотя бы намёк на Юнги. Его мысли путались, как листья, уносимые ветром, и каждый раз он возвращался к тому единственному моменту — к тому, как альфа смотрел на него с лёгкой и мягкой улыбкой, не как на кусок мяса, который хочется съесть, разорвать, а как на что-то ценное и хрупкое, что берегут где-то в районе сердца.

🎵 Sunday light — Moai

      В один из вечеров, когда солнце окрасило небо в золотистые оттенки, Чимин решил прогуляться по парку недалеко от его дома. Он надеялся, что свежий воздух поможет ему очистить голову от навязчивых мыслей о подполковнике.       Остановившись у пруда и посмотрев на отражение в воде, он вздохнул и закрыл глаза, представляя себе Юнги рядом — его уверенные шаги, лёгкое прикосновение к руке, тёплый взгляд. Эти мысли заставляли его забывать о прошлом и думать только о том, что может быть — Мин именно тот, кому не страшно дать шанс.       Вновь открыв глаза, он увидел вдалеке фигуру, которая шла к нему. Сердце Чимина забилось быстрее — это был Юнги, как всегда одетый в черные штаны карго, берцы, кепку и бомбер. Альфа заметил его и улыбнулся той самой улыбкой, которая заставила Чимина потерять дар речи.       Когда мужчина приблизился к омеге, его сердце забилось быстрее. Он остановился на мгновение, любуясь тем, как свет играл на коже Чимина, а его отражение плавно колебалось на поверхности воды. Юнги сделал шаг вперёд, стараясь скрыть напряжение внутри себя.       — Я так могу и заявление на тебя написать. — цокнул Пак, когда подполковник приблизился к нему.       — Зачем? — удивился альфа, ухмыляясь.       — Завсем. — закатил глаза омега. — Что за вопросы? За то, что преследуешь меня. — сложил руки на груди и демонстративно приподнял подбородок наверх.       — Ну и самомнение. — цокнул Мин в ответ. — Вообще-то, это парк, тут люди гуляют так-то. — развёл руки в стороны, слегка наклонившись. — Кстати, и тебе привет. — осмотрел омегу. — Шикарно выглядишь.       — Спасибо. — покосился на него майор, сдерживая довольную улыбку.       Чимин и правда в свободное время от работы, а его было не так много, старался надевать более красивую одежду, подходящую омеге. В его шкафу можно было найти вещи от довольно известных дизайнеров, которые стоили не малые деньги, вот только не всегда выдавалась минутка их выгулять. На нём был шёлковый розово-коричневый спортивный костюм от Гуччи с зелёными лампасами по бокам. Да, не самый любимый цвет омеги, но что-то он в нем увидел, возможно, другого себя, когда впервые надел в магазине и уже не захотел расставаться.       — А ты, я смотрю, себе не изменяешь. — хмыкнул, оглядывая с ног до головы мужчину. — Один и тот же наряд. Слу-уша-ай. — протянул он, поворачиваясь к нему лицом. — Может он у тебя один единственный и тебе нужна моя другая одежда? Ты скажи, сходим, купим. — ехидно улыбнулся и мысленно ударил себя по лбу, что опять не смог сдержать свой язык.       — Знаешь, вот смотрю на тебя, на такого милого, нежного и… — Юнги замолчал на мгновение, наблюдая за реакцией омеги, которая не заставила себя ждать и в виде улыбки показала, что ждёт продолжения лестных слов. — И поражаюсь, откуда в тебе столько яда и как ты живёшь с ним. Изжога не мучает?       — Если только гастрит. — недовольно буркнул тот в ответ. — Страдаю им с детства.       — Оно и заметно. — хмыкнул тот, видя недовольное, но безумно красивое лицо перед собой. — Ладно, в сторону любезности, я тут по делу…       — Я же сказал, что преследуешь. — показательно надул губы и прищурил глаза Пак.       — Чимин. — сделал глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. Спорить с этой занозой было себе дороже. — Пошли, познакомлю кое с кем. — сказал подполковник и качнул головой в сторону, приглашая следовать за ним. — Везде может быть прослушка, но здесь в парке этот процент снижается к нулю.       Юнги шёл прогулочным шагом по парку, проходя мимо шумных компаний, словно они с Чимином находились на свидании, а не в данной ситуации. Его уверенные движения и расслабленная осанка создавали впечатление, что у него нет никаких важных дел, которые могли бы отвлечь его.       Последние новости, что он получил, требовали немедленного реагирования, поэтому ему пришлось проследить за омегой и поймать его в оживленном месте. Конечно, он мог просто позвонить и в качестве прикрытия позвать на свидание, но было рискованно. Или их прослушают и будут следить еще тщательнее, или омега не так поймёт и откажет. И что было хуже, не понятно.       — Может скажешь в чем дело? — спросил Пак, понимая, что они идут в сторону густой лесопосадки.       — Я пока не знаю, кому так перешёл дорогу Чон, но за ним идет очень хорошая слежка. А возможно и прослушка. — он вздохнул и перевёл взгляд, обнимая Чимина за плечи. — Так надо, потерпи немного. — сказал шёпотом, словно мурча, практически на ухо, когда омега дернулся. — За нами тоже могут следить. Сделаем вид, что мы на свидании.       Чимин был просто готов растаять здесь и сейчас от его голоса, запаха пачули и теплоты тела, что так дарили эти объятия. Он выдохнул, и его рука, скользнув по спине, обняла Юнги за талию в ответ, приняв условия игры. Переведя взгляд, Пак увидел довольную усмешку альфы и сам расплылся в улыбке. И пусть это была всего лишь игра на публику, но именно в этот момент пришло осознание, что рядом с ним хочется быть обычным омегой — слабым и беззащитным.       Тем временем на одной из строящихся высоток недалеко от парка прижался к пыльному от строителного мусорв полу снайпер, разглядывая парочку через прицел. Ветер играл в его черных волосах, раздувая чёлку, но он не обращал внимание.       — Что видишь? — послышалось в ухе.       — Парочка пошла в лес.       — Видимо решили потрахаться на природе. — смех раздался в динамике.       — Видимо. — ухмыльнулся в ответ снайпер. — Я бы тоже такой булочке вставил свой хотдог.       — Чёртов извращенец. — заржал альфа в ответ. — Снимай наблюдение.       Скрывшись от любопытных глаз, они направились вглубь леса, где густые деревья образовывали естественный барьер, отделяющий их от остального мира. Листья шептались на ветру, а в воздухе витал запах хвои и свежести.       Внезапно из-за ствола большого дерева вышел человек. Его фигура выделялась на фоне зелени: альфа был на голову выше обоих, с крепким телосложением. На нем был синий спортивный костюм, который подчеркивал его мускулатуру. Коротко стриженные волосы придавали ему строгий и решительный вид.       Он прищурился, разглядывая приближающуюся парочку. Взгляд его был проницательным, словно он мог читать мысли. Чимин резко отстранился от Юнги и встал рядом. Его милая улыбка пропала с лица, а руки сжались в кулаки, готовые к бою.       — Вы пришли, — произнес альфа, его голос был низким и уверенным. — Я вас ждал.       — Приветствую. — лицо Юнги озарила небольшая улыбка, и он протянул руку для рукопожатия. Чимин выдохнул, понимая, что это и есть тот человек, с кем хотел познакомить Мин. — Как долетел?       — Спасибо, вашими молитвами. — отзеркалил улыбку мужчина и перевел взгляд на Чимина, как бы намекая представить его. — Познакомишь?       — Ох, да. Это Пак Чимин, майор, о котором я говорил. — сказал подполковник, убирая свою руку из крепкого рукопожатия. — А это капитан… — замолчал, наблюдая, как поменялось лицо омеги с милого и пушистого зайки на майора.       — Имя у капитана есть или мне самому придумать? — резко отчеканил Пак, переводя дерзкий взгляд на альфу. — Что застыл? — дёрнул подбородком вверх.       Подполковник выпрямился в спине и откашлялся — не ожидал он так быстро опять увидеть эту фурию. Хотя, наверное, мог понять желание держать свой образ неприступного омеги, которого не могут сломить альфы.       — Капитан Судзуки Аято. — быстро отчеканил тот, видя замешательство на лице альфы. — Прибыл из Японии в помощь мистеру Юкинава. — и, улыбнувшись, расслабленно добавил. — Вы именно такой, каким я себе и представлял. Суровый, холодный и очень красивый.       — Колокольчик, значит. — вздохнул Чимин, осматривая его с ног до головы и игнорируя слова про красоту.       — Это теперь навсегда. — промычал себе под нос Мин, имея ввиду прозвище.       — С какими новостями к нам? — Пак продолжал подозрительно осматривать капитана.       — Как вы знаете, кто-то хочет сильно навредить мистеру Юкинава и господину Чону. Было принято решение объединить наши силы, чтобы в кратчайшее время разобраться с этой, скажем так, проблемой. — прочистил горло.       — Юкинава в курсе, что мы вдвоем ведем дело? — приподнял брови Чимин, указывая рукой на Мина и себя.       — Нет. — усмехнулся тот. — Но он в курсе, что вы два высококлассных спеца и приказал мне вас обоих найти. — замолчал и добавил. — Он очень щедро отблагодарит.       — Ну раз господин Юкинава такой щедрый, кто мы такие, чтобы ему отказывать. — усмехнулся омега. — Тем более в общем деле. Да? — перевёл свое внимание на шокированного от смены его настроения Юнги и ударил по руке.       — Однозначно. — кивнул подполковник. — Корейцы своих на войне не бросают…       — Ага, даже если они японцы. — перебил его омега, кинув взгляд в сторону Колокольчика.