Можжевельник

Рико держали стоящим на коленях. Руки связаны за спиной, голова опущена. Нил все равно видел его лицо. Лицо, на котором застыла тень чего-то, что явно не походило на поражение. Он выглядел так, будто просто ждёт - не освобождения, не пощады, а удобного момента для чего-то. Нил чувствовал это буквально всей кожей, всем существом, это было в его запахе вокруг. Его собственное тело отвечало напряжением на этот запах. Рядом стояли Дэвид и Аарон, усталые, запылённые, в грязи и крови. За ними, подальше, был Кевин, смешиваясь с другими выжившими, но Рико, конечно, точно знал о его присутствии. Эндрю тоже был здесь, конечно, и хотя его плечо явно нуждалось во внимании лекаря, пока они ничего не могли с этим сделать. Почему-то Нил остро чувствовал запах его крови в воздухе. Он, в целом, чувствовал все вокруг как-то слишком сильно. — Живой, - сказал Дэвид глухо, не отводя взгляда. — Поймали у ручья. — Пытался уйти? - спросил Эндрю. — Не пытался, - хрипло усмехнулся Рико, поднимая голову. — Просто не люблю, когда за спиной топчутся крысы. Он говорил спокойно, будто не стоял на коленях перед теми, кто принесет ему смерть. Будто всё это - не серьезно. Страхом он также не пах. Нил едва сдерживал рычание. Зато страхом пах Кевин, стоящий поодаль. Он выглядел бледным, с застывшим лицом, но не сводил взгляда с Рико. В момент их глаза встретились, Рико ухмыльнулся - хищно, с привычной, видимо, насмешкой. — Смотри-ка, - протянул он, наклоняя голову. — Наш маленький предатель. Жив. Даже не дрожишь. Как же быстро ты забываешь, кто сделал из тебя что-то стоящее. Забываешь свою семью. — Ты не сделал для меня ничего, - ответил Кевин тихо. — Ты просто напомнил, каким я быть не хочу. Рико расхохотался. Смех был глухой, неровный, почти болезненный, как кашель. — О, прекрасно. Философия среди грязи и смерти. И этот, - он кивнул в сторону Нила, — Этот тоже с вами. Омега с глазами загнанного зверя. Он скривил рот. Нил видел, как после этих его слов Эндрю напрягся. — Смешно. Когда-то вас боялись. А теперь у вас вожди носятся с омегами, у которых дети на руках, - бросил Рико, пытаясь, видимо, задеть кого-то из них за живое. Нил не ответил. Он просто стоял, глядя на него. Тишина между ними была густой. Какой смысл разговаривать с мертвецами? Эндрю стоял рядом, почти неподвижный, но его запах менялся - медленно, как нарастающая буря, вслед за напряжением. — Мы казним тебя по нашим законам, - сказал Дэвид. Рико снова засмеялся. — Я бессмертен, - сказал он. — Ты безумен, - бросил нервно Кевин. Рико снова засмеялся. — Значит, тебя изгнали, и ты решил, что тебе дозволено все на чужой земле? - сказал Дэвид. — Изгнали откуда? На ваши проклятые земли? Это не имеет значения. Если ты думаешь, что я этого не планировал, ты ошибаешься, - ответил Рико и Нил почувствовал, что он лжет. Это не чувствовалось в его запахе, но он знал это. Он планировал победить. Вернуть Кевина и власть обратно себе. Возможно даже, что в своем безумстве он думал, что сможет убить их всех. Он не хотел оказаться здесь. Рико усмехнулся, оглядывая их всех. — Вы думаете, убив меня, убьёте Воронов? Вы просто спугнёте стаю. Они разлетятся, а потом вернутся. Ещё злее. — Это излишняя бравада ни к чему. Я связывался с твоим братом. Я знаю правду. Никто не придет. Вы просто исчезните. А те, кто выступили против тебя - останутся с нами. Рико посмотрел на Дэвида, затем на Кевина. Затем, почему-то, на Нила, который не отводил от него взгляда. — То есть, ты уже знаешь, что твой отец мертв? Погиб, как скотина, - сказал он Нилу, видимо ожидая, что это произведет на него какой-то эффект. Почему именно он? Потому что ты омега - прозвучал в голове голос матери. На самом деле эффект был обратный, кажется одна из натянутых нитей внутри него расслабилась, ослепляя его самого, останавливая дыхание на секунды. Они ведь так и не были уверены. Даже мать, еще при жизни, не знала точно. Мир был большим и они просто убежали как можно дальше. Они спрятались как можно лучше. Видимо, Рико не устроило его молчание. — Ты зря остался жив, омега, - он выговорил это слово так, будто плевался. Как будто Нил был лично что-то должен именно ему, хотя они не были даже близко знакомы. — Когда-то я подумал, что в тебе есть что-то дикое. Твой отец говорил, что ты такой. Что ты останешься с нами. Но ты просто тень чужой силы. Впрочем, чего ожидать от омеги. — Лучше бы тебе заткнуться, - сказал Эндрю. Нил склонил голову в сторону, в легком недоумении. Он не знал, что Рико его запомнил. Тем более - настолько хорошо. Отец говорил о нем? Зачем? Он чего-то не знал? Рико перевёл взгляд на Эндрю. — Ах да, вечный страж, которого все бросают, Эндрю, никому не нужный сын, - голос стал почти ласковым. — Ты же теперь отец. Интересно, твой щенок будет рычать, как ты, или пищать, как сука, которая его родила? Ставлю на второе. Всё произошло быстро. Нил успел только вдохнуть - вонь железа, пепла, пота. И в этот момент Рико рванулся. Он не побежал - бросился, как зверь, резко, вниз, с силой, будто всё это время только этого и ждал. Руки связаны, но он всё равно двигался так, будто может убить любой частью тела. Нил дернулся, но Эндрю оттолкнул его себе за спину в мгновение. Он моргнул, увидел движение - короткое, почти беззвучное. Воздух дрогнул. И всё закончилось. Рико осел на колени, глаза всё ещё горели. Он открыл рот, будто хотел сказать что-то, но из горла вырвался только хрип. Эндрю стоял над ним, лицо неподвижное, как и всегда, только глаза блестят, а запах наполнен раскаленной яростью. Некоторое время никто ничего не говорил. Кевин выдохнул первым, как будто только сейчас вспомнил, что может дышать. — Он бы не остановился. Он обезумел, - сказал он глухо. Эндрю не ответил. Дэвид подошёл, кивнул коротко, посмотрел на тело, убеждаясь в том, что смерть пришла. — Уберите его, голову отрубите, бросьте всё за воротами. Так, чтобы другие видели. Остальное сделают животные, - сказал он. — И пусть сегодня здесь будет тишина. А завтра - пир. Аарон смотрел на тело, пока его уносили, также, как и Кевин. Также, как и все остальные. Как будто оба не могли поверить. Нил наблюдал, как Эндрю подошел к брату и что-то ему сказал, выводя из транса, после чего Аарон кивнул и направился куда-то, скорее всего искать Кейтлин. Кевин продолжал стоять. К нему Эндрю не пошел. Нил опустил взгляд. Его пальцы дрожали. Он не боялся, просто тело всё ещё не знало, что бой закончился. Он почувствовал запах Эндрю рядом - резкий, знакомый, когда он вернулся к нему. — Значит, твой отец точно мертв, - сказал он, как будто хотела перевести внимание с того, что только что случилось. Нил кивнул, наблюдая за тем, как голова Рико откатилась от тела, когда ее отрубили. — Даже если бы он был жив, он бы никогда больше не причинил тебе вреда. Ты знаешь это? Нил снова кивнул. Но ему все равно было легче существовать в этом мире, когда его отца здесь не было. Когда он мог больше не бояться. — Нам нужно заняться твоей раной, - сказал Нил и, наконец, внимательно посмотрел на Эндрю. Тот замер, вглядываясь в его лицо. Нил напрягся. — Что? - спросил он тихо. — Твои глаза, - прошептал Эндрю, не отводя взгляда. Он потянулся здоровой рукой к лицу и Нил склонился к нему, доверяя. Рука Эндрю нежно коснулась его подбородка и чуть потянула к себе, ближе. — Что с ними? - прошептал он. — Они другие, - ответил Эндрю. Единственное, где Нил мог себя увидеть сейчас, это в отражении воды, но ручей был далеко, проще было найти ближайшую емкость с водой возле чужого дома, что они и сделали. В гладкой поверхности воды Нил увидел свое лицо - все было как обычно, пока он не увидел глаза. Его зрачки были узкими. Уже чем обычно. Точно не той формы, которой должны быть. Каким они были несколько часов назад. Он уже видел такие, множество раз. Лисы, которые приходили к нему, смотрели на него такими глазами. В отражении он увидел, как подходит Эндрю. Они долго стояли молча, глядя в воду. — Я не понимаю, что случилось, - прошептал Нил, не отводя взгляда. — Мы разберемся. Ты не пахнешь как-то иначе. Голос Эндрю был спокойным и уверенным, как и его запах, что позволило Нилу принять ситуацию проще. Если Эндрю говорил, что они разберутся, значит так и будет. Он чувствовал себя нормально. На самом деле для такого боя, он чувствовал себя слишком нормально, что тоже казалось странным. Эндрю втянул воздух рядом с его шеей, а затем поцеловал ниже уха, там, где билась вена. Нил повернулся к нему всем телом, и снова прижал свой лоб ко лбу Эндрю, придерживая его за шею. На его собственном затылке тут же оказалась теплая, твердая рука. Несколько секунд они просто дышали вместе. Сердце Нила постепенно успокоилось, напряжение ушло. Но Эндрю все также пах кровью. Он сам тоже ею пах. Заныл раненый бок. Как будто все ощущения тела навалились разом, как будто оно стало тяжелее, но он устоял. А еще скучал по дочери. Хотел взять ее на руки и прижать к себе, вдохнуть ее запах, чтобы перебить все остальное. В груди стало тяжело. Эбби, скорее всего, вернется как только до нее дойдут вести, что все закончилось в их пользу. Что им больше ничего не угрожает. — Никто ведь не прошел мимо нас? - на всякий случай спросил он Эндрю. — Только мертвецы, - ответил тот. Этот ответ Нила устроил. Никто не смог проникнуть в поселение, чего они и добивались, и никто не обошел их, чтобы пройти дальше. Значит он скоро увидит своего щенка. А пока были другие заботы. — Нам нужно посмотреть, что с твоим плечом, - сказал он и Эндрю не стал спорить. Кровь была темной и шла уже не так сильно, как до этого. Нил склонился и попробовал ее на вкус* — Рана глубокая, но не задето ничего важного, нужно промыть и зашить, а Эбби вернется и даст мазь от болезни, - сказал он. Они медленно побрели обратно в свой дом. Эндрю, судя по всему, тоже очень устал, и немного хромал на левую ногу. Без Элизабет дом казался неполным, но Нил подавил в себе эти чувства. Она скоро будет здесь. Он прошел мимо пустой колыбели, к сундуку, где был мешочек с волокнами, которыми он мог зашить рану на плече Эндрю. Этот навык у него был с самого детства. — Что ты будешь делать с Кевином? - спросил Нил, больше чтобы отвлечь Эндрю от боли, нежели из любопытства. — Ничего. Он может делать все, что хочет. — Ты простишь его? Эндрю молчал несколько секунд, прежде чем сказать: — Нет. Я никогда не смогу доверять ему до конца. Нил был с ним согласен, но почему-то ему казалось, что с течением времени Эндрю может изменить свое решение. Впрочем, это было не его дело. Ему, в целом, не хотелось иметь никаких дел с Кевином. Когда все было готово, Эндрю потянулся к нему: — Теперь твой бок, - сказал он. Нил тяжело вздохнул, но не стал сопротивляться, позволяя снять с себя одежду. Ощущать теплые пальцы на коже было приятно. — Неглубоко и уже не кровоточит, кровь засохла. Нужно промыть и наложить повязку. Но, вокруг есть синяк. Тебе больно дышать? - спросил Эндрю сосредоточенно наблюдая за его лицом после осмотра. Нил глубоко вдохнул и выдохнул, ощущая легкую боль. — Немного, но не слишком. — Возможно трещина в костях, - сказал Эндрю, как можно осторожнее дотрагиваясь до ребер, которые прощупывались сквозь кожу. Ну, не в первый раз. У них не было мазей для повязки, поэтому они просто оставили рану на его боку открытой, после того, как промыли. Ощущая, казалось, всю усталость мира, Нил упал спиной в свое гнездо. Все болело, а глаза закрывались, но он боролся со сном, потому что ждал стука в дверь. Эндрю лег с ним рядом с тяжелым выдохом. — Она скоро будет здесь, - сказал он. — Я знаю, просто кажется не видел ее так давно, - сказал Нил, зевая. Эндрю просто кивнул и зевнул за ним следом. Очевидно, они оба боролись со сном, но держались из последних сил. Когда в дверь, наконец-то, постучали, его сердце снова забилось слишком быстро и он подскочил в гнезде, затем быстро поднялся на ноги и оказался возле двери. Эбби улыбалась, держа в руках Элизабет и сумку с ее вещами. Нил тут же взял дочь из чужих рук и прижал к себе, глубоко вдыхая ее запах. Тут же раздался плач. — Она скучала, - сказала Эбби. Нил кивнул, но не мог ответить - слова застряли где-то в горле. Элизабет пахла теплом и молоком, и этим странным, почти диким запахом жизни, который бывает только у новорождённых. Нил чувствовал, как дрожат его руки, не от усталости, а от того, что снова держит её. Эндрю стоял рядом, молча. Его взгляд был устремлён на ребёнка, но в нём было что-то другое - спокойствие, которое он позволял себе только рядом с ними. Он протянул руку, провёл по лицу дочери легким касанием. — Всё хорошо, - тихо сказал он и Нилу показалось, что говорил он это скорее для себя, чем для них. И впервые за эти долгие дни это действительно звучало правдой. — Дэвид сказал, вам обоим нужно лечение, давайте быстро разберемся с этим, - произнесла Эбби и они вошли обратно в дом. Пока она занималась плечом Эндрю, Нил быстро покормил дочь, чтобы та быстрее успокоилась и, действительно, плач почти сразу прекратился, как только она начала есть. К моменту, когда Эбби занялась его ребрами, она уже спала. — Не сломано, но трещина, скорее всего, есть, - подтвердила она вывод Эндрю, затем нанесла мазь на рану, запретив любые тяжести больше веса ребенка. Удивительным было еще и то, что глаза Нила вернулись к нормальному состоянию за это время, поэтому показывать Эбби было просто нечего. Они оба умолчали об этом. — Много сна, много еды, вам обоим, - сказал она перед уходом, оставляя склянку с мазью. Когда дверь за ней закрылась, внутри стало тише. Тишина не была пустой - она была живой, как дыхание после бега. Все снова было на своих местах. Эндрю успел зажечь огонь в очаге, воздух еще прогревался, но было уже теплее. Нил сидел в гнезде, уложив Элизабет на своё покрывало. Эндрю опустился рядом, тяжело, будто каждое движение давалось с усилием. Он пах железом и кожей, но этот запах был теперь не угрозой - он был домом. Нил протянул руку, сжал ладонь Эндрю, чувствуя под пальцами тепло и пульс. Эндрю повернулся к нему и тихо сказал: — Когда я увидел, что он кинулся к тебе… я не думал. Просто сделал. Нил поднял глаза. — Я знаю. — Я бы сделал это снова. — Я знаю, - ответил он. Элизабет пошевелилась, издала тонкий звук похожий на писк, и оба инстинктивно склонились к ней ближе. Она не плакала - просто искала запах. Нил улыбнулся, касаясь губами её макушки. Эндрю посмотрел на них и чуть заметно улыбнулся тоже - редкой, усталой улыбкой, от которой у него мягчали глаза. В окне шумела ветка можжевельника - того, что рос рядом с домом. Нил всегда любил его запах. Сухой, смолистый, чистый. Весна пахла этим можжевельником, кровью, влажной землёй и чем-то ещё - чем-то новым. Свободой, наверное. Нил снова зевнул. Им, скорее всего, нужно было поесть, но он не чувствовал голода. Эндрю поднялся и осторожно взял Эли на руки, чтобы не разбудить, отнес ее в колыбель, устраивая поудобнее. Нил снова растянулся в гнезде, на спине, вытягиваясь в полный рост. Бок дернуло болью, но он проигнорировал ее. Эндрю вернулся и устроился рядом, укладываясь ближе, утыкаясь Нилу носом шею. Они оба были в синяках, им нужно было помыться, запах тоже был не из лучших, но сил не было. Сон, наконец-то, окончательно победил.