Любовь по контракту

Одним тёплым вечером Чимин собирал сумку в роддом. Руки до этого дошли только сегодня, раньше было то некогда, то слишком сильная усталость, от которой хотелось спать целыми сутками. Омега положил красивую одежду на выписку, пелёнки и документы. Пришедший с работы Юнги улыбнулся, чмокнув супруга в макушку: — Собираешься? Молодец. А мне что нужно, только документы? Пак положил руки на колени, облизнул губы, начиная разговор: — Об этом я и хотел поговорить. Юнги сел рядом с ним, демонстрируя готовность слушать. — Я не хочу партнёрские роды. Мин взял его за руку, встретился взглядом с омегой: — Могу я узнать причину? — Я не хочу, чтобы ты меня видел таким. Надеюсь, ты меня поймёшь. Юнги погладил тыльную сторону ладони большим пальцем: — Если ты уверен, что справишься сам, то я поддержу любое твоё решение. Чимин активно закивал, затем обнял супруга, вздохнув с облегчением, что альфа понял. Юн же поздним вечером всё-таки оплатил партнёрские роды и посмотрел какие вещи нужны, на всякий случай. *** — Зайчик, а ты почему не спишь? — Юнги обнял его со спины, посмотрел на супруга через зеркало. — Если честно, немного волнуюсь. Не совсем понимаю, как буду справляться с Сонхёком один. — Я могу работать из дома и помогать тебе, либо, если моей помощи будет не хватать, наймём няню. Чимин кивнул, он, видимо, всё ещё находился в своих мыслях. — Все проблемы будем решать по мере их поступления. — Юнги поцеловал супруга в шею, а затем ободряюще улыбнулся. — Подойдём спать? Из-за тяжёлого рабочего дня и сильной усталости Юн не сразу проснулся от шёпота омеги: — Юнги, Юнги… — Чим легонько его толкнул. — Пожалуйста… Мин с трудом приоткрыл один глаз и так же шёпотом спросил: — Что случилось? — Кажется, началось… Альфе понадобилось несколько секунд на осознание, затем он включил бра, таким быстрым подъём ещё не был. Чимин смотрел на него испуганными глазами, показывая на мокрое пятно на кровати. Юнги погладил тыльную сторону ладони супруга, спросил: — Живот болит, тянет? — Нет, всё как обычно… Он казался таким напуганным, заламывал пальцы рук, растерянно глядя на альфу. — Сейчас я помогу тебе одеться. Юн довольно быстро справился с омежьей одеждой, его действия было довольно-таки хорошо слажены для человека, который проснулся пять минут назад, в отличие от Чимина, бедный аж пошевелиться боялся. — Всё будет хорошо. — Юнги обнял супруга, погладил по спине и волосам, а затем чмокнул в макушку. — Не надо плакать и накручивать себя, я рядом, слышишь? Пак несколько раз кивнул, вдыхая родные феромоны, затем, чувствуя, как уверенность альфы передаётся и ему, сказал: — Я тогда позвоню врачу. Юнги подбадривающе улыбнулся: — Давай, я пойду пока вещи в машину отнесу. Как позвонишь, спускайся вниз, я тебя обую. Мин не стал звонить никому из родителей, всё-таки глубокая ночь на улице. — Малыш, ты позвонил врачу? Чимин вкратце пересказал их диалог альфе, тот кивнул, помогая супругу сесть в машину. В общем и целом, врач не сказал ничего сверхъестественного и пообещал, что тоже скоро приедет в больницу. Уже в машине омега, видимо, подуспокоился, и появились слабые схватки. Через полчаса они уже были в больнице. Юнги помог поднять все вещи в палату, чмокнул Чимина в губы: — Буду ждать новостей. — он приобнял Пака за плечи, ободряюще улыбнулся, наблюдая за реакцией. — Если больше моя помощь не нужна, то я пойду. Врач сказал, что подойдёт в течение десяти минут. Омега растерянно посмотрел на альфу, словно это не он просил уйти во время родов. Чимин глубоко вдохнул, борясь с подступающим к горлу острым комком и слезами, с трудом кивнул и выдавил из себя слабую улыбку. Юнги вышел из палаты, тихонько прикрыв за собой дверь. Омега же навернул кружочек по просторной палате, наставляя самого себя: «Надо успокоиться. Я же сам его попросил, логично, что Юн ушёл.» Пак погладил живот, в который раз не зная куда себя деть. Помимо большой кровати в палате была ванна, фитбол и какое-то страшное приспособление, назначение которого омега не хотел знать. На пеленальном столике у окна в красивых органайзерах лежали памперсы и одноразовые пелёнки. Он неуверенно ходил по палате, осматривая её содержимое. Когда вошёл врач, Чим и вовсе подпрыгнул. — Добрый вечер. Как ваше самочувствие? Омега с усилием несколько раз кивнул и тоской подумал о том, что иногда думать, а потом делать — оказывается довольно полезно. После всех тестов и осмотра, Пак услышал следующее: — Пока схватки слабенькие, есть возможность отдохнуть или перекусить. Потом будет не до этого. Знаете, как управлять светом? Чимин на всякий случай уточнил и теперь снова остался один. «Поспать что ли?» Омега забрался на кровать и приглушил свет. Поясница невыносимо ныла и омега не мог найти удобное положение. *** Юнги в это время успел сходить в магазин и вернуться обратно в больницу. Он видел, что супруг «в сети» и написал сообщение: — Как дела? На несколько минут появился долгий статус «печатает…», настолько долгий, что Юн успел заскучать. В итоге, пришло длинное сообщение с подробным разъяснением своих тревог и даже дошло до извинений. — Хочешь, я к тебе приду? — Хочу, но мы же с тобой тогда разговаривали, и я сказал, что хочу сам. Юнги, конечно, не станет говорить, что предусмотрел и такой вариант развития событий, но пойдёт на небольшую хитрость. — Я могу попробовать договориться. Мин подождал ради приличия десять минут, а потом только поднялся в палату. Юн поставил пакет рядом с кроватью и поцеловал супруга в висок. — Не голодный? — Если только чуть-чуть. А есть йогурт? Альфа кивнул, достал несколько баночек на выбор. Следующие полчаса прошли довольно спокойно, а дальнейшие события Чимин помнил, как в тумане. *** Неяркий солнечный свет резал глаза, омега поморщился, попытавшись спрятаться. От этого незначительного действия живот пронзила острая боль, от которой на глазах выступили слёзы. — Тише, тише… — Юн зашторил окно, а затем вернулся к супругу и погладил его по волосам. — Не двигайся так резко. Чимин осторожно согнул ноги в коленях и снова закрыл глаза. Юнги укрыл омегу одеялом и снова погладил. Вдруг к Паку пришло осознание, он вздрогнул, испуганно зашептал: — Где он? Где Сонхёк? — Чш-ш-ш… — альфа приобнимает супруга за плечи, ласково гладит, стараясь успокоить, а по лицу Чимина потекли слёзы то ли от испуга, то ли от новой боли из-за движений. — С ним всё хорошо, за твоим сыном присматривает медперсонал, чтобы ты мог отдохнуть. — голос звучит так уверенно, что Пак не сомневается в их правдивости. Тёплые губы касаются виска, Юн нежно целует его, а затем максимально осторожно промакивает слёзы бумажной салфеткой: — Попробуй поспать, я буду рядом. Чимин протянул руку, которую альфа накрыл своей и улыбнулся, поглаживая тонкие пальчики. Спустя полчаса Юнги его ненадолго оставил и спустился на этаж ниже в детское отделение, чтобы проведать сына. Тот не спал, кряхтя, смотрел в потолок. Мин с улыбкой осторожно прикоснулся к нему, Сонхёк от неожиданности ещё больше закряхтел, а потом и вовсе расплакался. Юн этого совсем не ожидал и поэтому немного растерялся. Проходящий мимо бета предложил свою помощь: — Господин Мин, не хотите взять Сонхёка на руки? — Да, но мне нужна ваша помощь. — неловко улыбнулся альфа, мечась взглядом между плачущим омежкой и медперсоналом. Юноша показал ему, как поднимать ребёнка и предложил попробовать самому. Юнги впервые почувствовал, как трясутся руки, когда он поднимал сына. Мин с улыбкой прижал Сонхёка к груди и, покачиваясь, стал успокаивать. Когда омежка затих, альфа прошептал: — Простите, мне так стыдно… Я даже этого не знал. Бета понимающе улыбнулся, поглядев на спящего малыша: — Ничего страшного, главное, что вы хотите учиться. Если вам нужно ещё что-нибудь подсказать, то весь персонал к вашим услугам. Юн выдохнул, затем спросил, словно ему кто-то мог запретить: — Могу я его забрать? Бета активно закивал: — Конечно, конечно, только не забудьте покормить и если будете ночевать вместе в палате, то предупредите кого-нибудь здесь. — Хорошо. — Как господин Пак? — Отходит потихоньку, но всё равно тяжело. — Позвать кого-нибудь осмотреть вашего супруга? — бета завертел головой, высматривая кого бы озадачить. — Да, было бы хорошо, но чуть-чуть позже, он только заснул. Бета кивнул, а затем поклонился: — Я вас понял, позовёте, как проснётся. Юнги поднялся обратно в палату. — Малыш, ты чего? Чимин тяжело дышал, держась за живот. Альфа аккуратно положил сына на пеленальный столик и подошёл к супругу. — Где болит? Мой хороший… — Юнги заключил омегу в объятия, сам сел на кровать, и посадил Пака на себя. Чим ткнулся носом ему в плечо, прошептал: — Живот, живот очень сильно болит. — Давай ляжешь, и я позову врача? Омега помотал головой, вдыхая феромоны Юна. Сонхёк зашевелился, и Чимин вздрогнул, спрашивая: — Там С-сонхёк? Я хочу его увидеть. Когда Юнги предложил принести его, омега наотрез отказался, сказал что дойдёт сам. Альфа взял супруга под руку, и, подстроившись под медленный шаг Чимина, довёл его до пеленального столика. — Чш-ш-ш… Тише, мой маленький… — Пак подхватывает сына на руки и ловко успокаивает. — Ты его кормил? — Чимин-а, ты что, плачешь? Омега шмыгает носом, качая головой: — Неважно. Приготовь смесь. Юнги довёл его до кровати и приготовил смесь для ребёнка. — Мы же сегодня ночуем вместе? Ты же не отдашь его врачам? — При одном условии — тебя посмотрят врачи. Твоё самочувствие должно быть хорошим. Чимин согласился. Он последние полчаса няньчился с сыном, а Юнги будто отошёл на второй план. Мин был даже отчасти рад этому, что супруг не впал в депрессию — при всей его сдержанности, альфа никогда не слышал таких истошных криков, а омега этого и не помнит. «Так будет даже лучше.» — подумал Мин, усмехнувшись. В кармане завибрировал телефон, Юн с уверенностью мог сказать, что это отец. — Юнги, где тебя черти носят? Дома нет, на работе сегодня не появился. — Мы сейчас в больнице, ночью у Чимина начались схватки. Тон мужчины сразу сменился с возмущённого на взволнованный: — Как Чимин-а? Ты почему не позвонил? — Отошёл почти, сейчас Сонхёка переодевает. А не позвонил потому что была середина ночи. — Я рад слышать, что всё хорошо. Когда выписка? Я приеду. — Я тебе попозже всё скажу, врач пришёл. — Здравствуйте. — бета поклонился и попросил Юна выйти, чтобы провести осмотр. Мин кивнул и, взяв сына, вышел за дверь. Через пять минут ему позволили зайти обратно. — Позвольте забрать Сонхёка. Юнги без препирательств отдал бете ребёнка и прошёл к Чимину. — Что сказал врач? — альфа приобнял супруга за плечи, чмокнул в макушку. — Живот может болеть, сказали, что нельзя поднимать тяжести и завтра, если с моими анализами и с анализами Сонхёка будет всё хорошо, то выпишут. — Малыш, я буду надеяться. — Юнги погладил его по ладошке. — Могу тебе массажик перед сном сделать. — А ты ляжешь со мной? — Лягу. — Юн осторожно опрокинул его на кровать и поставил руки по бокам от лица супруга. Чимин улыбнулся, обнимая альфу за шею. Мин подцепил край футболки, которую омега испуганно вырвал и прошептал: — Тебе не надо на это смотреть. — Чимин-а, зайчик, всё в порядке. Но трогать не буду, если не хочешь. Омега кивнул и снова обнял Юна за шею. Альфа же, в свою очередь, с улыбкой прошептал: — Я так тебя люблю, ты даже не представляешь. Знаешь что у меня для тебя есть? Он достал из нижнего ящика продолговатую бархатную коробочку и открыл её, следя за реакцией омеги. — Самому красивому, милому, обаятельному и любимому супругу. Пак улыбнулся, рассматривая красивую цепочку, потом чмокнул супруга в губы: — Спасибо! Спасибо! — Для тебя ничего не жалко, а это лишь дополнение к основному подарку. Юн с загадочной улыбкой полез в карман и достал небольшой ключик, положил его в ладони Чимину. — Что это? — У моего зайчика была одна мечта, и я думаю, что ей пора исполниться. Заметив непонимание на лице омеги, продолжил: — Мне очень понравились твои чертежи, и я приобрёл помещение для твоего цветочного магазинчика, а также готов помочь с организацией и ремонтом. Пак шокировано посмотрел на супруга, закрыл рот руками и замотал головой: — Не верю, ты же шутишь? — Нет. — качнул головой Юнги, очень довольный собой. — Всё правда. — Но это же слишком… Юнги, я тронут. — сиплым голосом произнёс Пак, чувствуя как по щеке покатилась первая слеза. Мин заключил его в объятия, произнёс: — Ну вот, а я думал, что ты обрадуешься. — Я рад, я правда рад — плакал омега. — Ты самый лучший! — Тише, тише… — альфа погладил его по спине, успокаивая. — После выписки тебе всё покажу. — Я тебя люблю… Я тоже очень сильно тебя люблю. *** Наутро, перед приездом родителей состоялся неприятный разговор, Юн был на нервах, но изо всех сил сдерживался: — Зайчик, хватит мучать Сонхёка, ты его уже в третий раз переодеваешь, он же не кукла. — Я почти закончил. — завязывая чепчик, ответил омега, а затем поинтересовался. — А ты не видел мой корсет? Мин, конечно, видел его и собственноручно убрал с глаз долой. — Чимин-а, у тебя болит живот, а ты хочешь его ещё и корсетом перетянуть? — Я чувствую себя с ним уверенно, мне нужен плоский живот, а не так, что я как будто всё ещё в положении. — Зайчик, не зли меня, пожалуйста. Это вполне нормальное состояние после родов и жертвовать своим самочувствием ради внешнего вида — это глупо. — Да? Очень приятно это слышать. — омега фыркнул, продолжив. — Из-за всего народа, что там собрался, я теперь просто обязан выглядеть хорошо. Юнги рыкнул, проведя руками по лицу, его так раздражало это желание угодить всем, что аж руки чесались выкинуть все эти корсеты и обзвонить все магазины, чтобы их Паку вообще не продавали. — Иди сюда, я помогу зашнуровать. Он осторожно зашнуровал корсет так, чтобы он точно не передавливал и, как только закончил, получил нежный поцелуй от супруга с искренними извинениями. — Прости меня, ты действительно прав… — И ты меня прости, что вспылил. Мир? — Мир. — улыбнулся Чимин, прижавшись к родному плечу.