Панацея

J'étais censé t'aimer mais j'ai vu l'averse

J'ai cligné des yeux tu n'étais plus la même

Est-ce que je t'aime ?

J'sais pas si je t'aime.

Est-ce que tu m'aimes ?

J'sais pas si je t'aime.

Est-ce que tu m'aimes

©Maître Gims

Был обычный жаркий, сумерский день. Я рассматривала новые ткани, что ко мне привезли, и молча прикидывала в уме, что из них можно сшить, чтобы это имело успех у сумерских девушек. Лёгкий ветерок задел штору, от чего та отодвинулась, впуская в затхлое помещение моего ателье – солнечный свет. Нахмурившись, я отложила пурпурную шёлковую ткань обратно на стол. Моя белоснежная кожа не терпела солнечного света, и, родившись в солнечном Сумеру – я приняла за привычку прятаться от него. Мне не раз предлагали переехать в Фонтейн. В конце концов, для такого умелого дизайнера – я бы смогла там удачно осесть, да и солнца там меньше. Но мне всё же больше нравилось дома. Я люблю эти оживлённые рынки, запах пряностей и тёплый тропический климат. В Фонтейне такого не найти. Я осторожно протянула руку к солнечному лучу, немного поигравшись с падающим на мою кожу светом. Улыбнулась. По правде, хотелось бы – так же, как и остальные – прогуливаться в такие тёплые дни по городу, не прикрываясь капюшоном, накидкой, не мазаться кучей лекарств, чтобы попросту не сгореть. Но у судьбы – свои планы на меня. Закрыв солнечный луч шторкой, я вернулась обратно к тканям. Пурпурный шёлк приятно перетекал из одной руки в другую, показывая мне свой королевский блеск. Из него бы вышла прекрасная юбка или шаль. Я махнула двумя пальцами в воздухе, после чего молния отсекла мне небольшой кусок ткани. Взяв лоскут, я открыла дверь в небольшое помещение мастерской, где, сев за стол и взяв листы бумаги - принялась чертить силуэт и одежду для него. Ближе к вечеру ко мне постучали. Устало волоча ноги за собой, я подошла к входной двери. Единственным моим желанием было не увидеть по ту сторону Аль-Хайтама, так как после его признания, что я ему не безразлична – он постоянно обивает порог моего дома и действует на нервы. Выдохнув, я открыла дверь. На пороге стоял мой сводный брат. — Шади, я уже думал, что ты опять в голодном обмороке, — с порога запричитал Тигнари, после чего взглянул на мои уставшие глаза и нахмурился. — Хотя, я смотрю, ты к этому близка. — И тебе привет. Помахав головой, он достал из подсумка мешочек и молча протянул его мне. Мы оба знали, что там, поэтому озвучивать это лишний раз было не нужно.Взяв лекарство, я приоткрыла дверь шире, приглашая его внутрь. — Нет, Шади, ты пойдёшь со мной. — Куда? — я удивлённо округлила глаза, не понимая, что задумал брат. — На рынок, прогуляться, — хмыкнул, — ты же, я вполне уверен, не выходила из своей норы уже давно. — С чего ты взял? — я нервно отвела стыдливый взгляд. Тигнари же демонстративно опустил голову на бок, посмотрел на что-то за порогом, а после - на меня. Выглянув, я увидела вазон с засохшими падисарами. — Чёрт, я забыла, что они тут стоят... — виновато прикусив губу и поджав уши, я взглянула на него. Парень с улыбкой приложил руку ко лбу и тихо хихикал. — Нари! — Ты лучше бы собиралась, а не ругалась. Выдохнув, я взяла с тумбочки свои любимые туфли с подошвой из чистого золота и быстро всунула в них ноги. Сняв с крючка сумку – я по привычке потянулась за плащом, но вовремя остановилась. Вечером он ни к чему. Нари заботливо взял подержать мою сумку, пока я закрывала дверь, после чего вернул её с довольной улыбкой. Хоть я и была приёмной, и никакого кровного отношения не имела ни к нему, ни к его родителям – меня растили как собственную дочь. А Тигнари стал для меня настоящим братом, и что тогда, что сейчас – даже слушать не желает о том, что на самом деле я не родная. Он всегда очень беспокоился за меня, старался помогать и защищать во всём, на что хватало его сил. Я же считала, что он попросту тратит на меня время и силы, поэтому зачастую – даже до сих пор – стараюсь справляться со всем сама. Только вот из-за постоянных переработок я иногда забываю поесть и уж тем более не выхожу неделями на свежий воздух. Из-за этого ему порой приходится приводить меня в чувство после обмороков. Сейчас же парень был очень рад тому, что ему удалось вытащить меня на улицу, и, мало того – даже не уговаривая. Мы прошлись по вечернему рынку, где я внюхивалась в приятный аромат пряных специй. Подойдя к одной из лавок, я прикупила пару мешочков куркумы, имбиря и корицы. Втянув носом этот резкий, но такой приятный для меня запах, я удовлетворённо замычала, в то время как любящий более пресные блюда без специй брат – закашлялся от одного только взгляда на меня. Дойдя до лавочек с фруктами, Нари неожиданно подал голос: — Шади, почему ты не отвечаешь на письма Тиори? На секунду я замерла, но взяла себя в руки и продолжила обыденно перебирать персики зайтун. Откуда он знает? — Она хочет, чтобы ты приехала к ней, — запнулся, — в Фонтейн. — Я знаю. Просто... я ещё не закончила один проект и не могу... — Шадия! Я посмотрела на его нахмуренное лицо. Он редко называет меня полным именем. — У тебя только вечные отговорки! В этот раз у тебя не получится увильнуть – я лично тебя соберу и отправлю. От такого заявления я оторопела. Что значит – отправит? — Зачем…? — Чтобы ты развеялась. Перестала чахнуть в четырёх стенах…! — Их не четыре… — Мне плевать, сколько их. В Фонтейне тебе будет лучше. Поедь туда – на неделю... Смотря на его умоляющий и уставший взгляд, я не могла сопротивляться. Но всё же... мне не хотелось покидать родное Сумеру – даже на неделю. Я грустно отвела взгляд. Тигнари же легко дёрнул меня за хвост — совсем как в детстве. — Прошу. Один раз. Нервно выдохнув, я кивнула. — Хорошо. Но только потому, что ты попросил. — Я пригрозила брату пальцем, на что тот улыбнулся и потянулся обнять меня.

***

В течение пары дней я отправила Тиори ответное письмо с просьбой встретить меня, а также повидалась с Нилу. Она узнала, что я еду в Фонтейн, и пришла просить привезти пару бутылочек местного популярного напитка – «Фонта». Я попросила её не рассказывать о моём отъезде Кавеху, ибо тот обязательно разболтает всё Хайтаму – чего мне совсем не хотелось.Но в итоге они оба узнали об этом... от моего брата. Мне казалось, меня пришли провожать в последний путь – настолько много людей собралось. Даже сам генерал Махаматра нашёл время прийти. Хотя я догадывалась, что его позвал Нари, чтобы проследить за секретарём. Уже отплыв на добрых пять-шесть метров, я всё ещё видела, как ревущий навзрыд Кавех начал вытираться о накидку Аль-Хайтама – за что сразу же получил подзатыльник. Посмеиваясь, я сильнее натянула капюшон, после чего села под специально поставленный для меня навес. По прибытии в Порт Ормос мне нужно было пересесть на большой грузовой корабль, который уже довёз бы меня до места назначения. Поговорив с капитаном судна, я узнала, что отплытие будет не скоро – и мне пришлось искать, как скоротать время. Ноги сами привели меня на рынок. Я расплылась в довольной улыбке, чувствуя запах моих любимых сумерских пряностей. Невольно вспомнилась Тиори. Наверное, ей тоже нужно что-то привезти? Так ведь? Пройдясь по рядам, я нашла нужную лавку со сладостями и выбрала в подарок для подруги печенье с лепестками сакуры и кленовые булочки момидзи – в память о её родной Инадзуме. Отойдя от лавки и проходясь вдоль рынка, мой взгляд вдруг встретился с... пустотой. Нет, приглядевшись, я поняла – это была маска. Чья-то маска. Я остановилась и в ступоре начала разглядывать её владельца: высокий человек стоял возле одного из прилавков, рассматривая товар. Одет во всё чёрное, поверх – накинутая меховая шуба. Даже невооружённым глазом было видно – он воин. Настолько массивно он выглядел. Наверное, ему очень жарко... — пронеслось в голове при одном только взгляде на шубу. Но маска... она будто специально притягивала мой взгляд к себе. Я пыталась разглядеть что-то в темноте под ней, но видела лишь кромешную тьму. На секунду я подумала, что он такой же, как и я – альбинос, прячущийся от тёплого сумерского солнца… Но мой взгляд зацепился за тёмные, длинные волосы. Они были точно воронье крыло. Густые, блестящие, явно ухоженные. Незнакомец будто почувствовал мой взгляд – слегка повернулся лицом в мою сторону. Теперь он, как мне казалось, смотрел прямо на меня. Мы стояли так в ступоре пару секунд – пока к нему не подбежали несколько Фатуи. Вот тогда я и поняла, на кого смотрела всё это время. Фатуи что-то сказали незнакомцу, после чего указали в мою сторону. От страха и непонимания я чуть не подпрыгнула. Нервно сглотнув, я поспешила прочь, почти бегом направившись к кораблю. Забежав на борт, я тут же закрылась в выданной мне каюте и зашторила все иллюминаторы. Путь к порту Ромарин был не близкий – около трёх суток в дороге и одной остановкой в Натлане для пополнения припасов. Два дня я не выходила из своей каюты, питаясь тем, что взяла с собой. Всё это время меня не покидала мысль о том, как я беспардонно пялилась на того воина Фатуи. Кто он – всё ещё оставалось загадкой. Но выглядел он достаточно устрашающе, и, как мне показалось, вполне тянул на одного из Предвестников. А если это действительно так… Значит ли это, что я, возможно, разозлила своим любопытством одного из Предвестников?Помотав головой, я отогнала глупые мысли. В ночь перед прибытием я осмелилась выйти. Надев самое простое, похожее на ночнушку сумерское платье – я поднялась на верхнюю палубу. Встав на самый край, упершись в высокий бортик, я рассматривала пейзаж, открывавшийся за водной гладью. Высокие, чёткие скалы Натлана отличались от пейзажей Сумеру – они были ровные, будто вырезанные, тогда как у нас горы мягкие и плавные на вид. Вдоль берега, прямо у воды, сновала ночная живность – совершенно не похожая на ту, что я знала с детства. Разглядывая невиданный мною ранее пейзаж, я не заметила, как кто-то подошёл сзади. — На секунду мне показалось, что вы – призрак.— Раздался глубокий, холодный мужской голос. Я хотела обернуться, взглянуть на его владельца, но... — Прошу, не поворачивайтесь. Подчинившись, я снова уставилась в темноту над водой. — Полагаю, должен последовать вопрос: «почему»? — Не хочу...— Голос запнулся.— Недоразумений. — Простите, если напугала. Моя белая кожа не терпит солнца, поэтому я привыкла к ночным прогулкам.— Подняв голову вверх, я посмотрела на звёзды. Позади послышался лёгкий скрип дерева и пара тяжёлых шагов. Подумать только, как я их раньше не услышала? Я почувствовала, как аккуратно подняли прядь моих волос. Хотелось увернуться, возмутиться, устроить скандал... но я сдержалась.Повисла давящая тишина. Спустя минуту мои волосы отпустили. — Извините за дерзость.— Послышались быстрые шаги, удаляющиеся прочь. Я успела обернуться и увидеть лишь тёмный силуэт. Мою кожу пробрал лёгкий холодок. Потерев плечи, я в последний раз взглянула на звёзды, после чего побрела обратно в свою каюту. С утра мы прибыли в порт Натлана, в котором мне предстояло провести два часа, пока не разгрузят товар и не пополнят припасы. Была жаркая, солнечная погода, но даже это меня не остановило: накинув на себя зелёный с золотыми узорами плащ, я сошла с корабля, чтобы прогуляться немного по порту. Выглядел порт очень похожим на порт Ормос. Правда, вокруг не было чего-то особо примечательного – лишь корабли, лодки, лавки с разным товаром, да работники порта. Моё внимание привлекло необычное растение, что пробивалось сквозь развалившуюся каменную кладку сбоку дороги. Подойдя ближе, я отодвинула булыжники и увидела растение полностью: это было маленькое мясистое растение, что своей формой напоминало лапу какого-то животного. Я аккуратно провела по нему рукой, улыбаясь одной мысли о том, насколько это растение упрямое. Его явно не один раз давили ногами, даже приложили отпавшей каменной кладкой сверху, но оно всё равно упрямо проросло – назло своим обидчикам. Я взглянула на траву, что была неподалёку, и аккуратно, подкопнув цветок руками, вытянула его с корнем оттуда, где он рос, и перенесла к траве. Вырыв небольшую лунку, я посадила туда цветок, после чего промыла руки, что теперь были в земле, в морской воде, и, набрав небольшое количество воды в ладоши, полила цветок на его новом месте. Довольная, я присела рядом с ним, наблюдая за людьми в порту.Я смотрела, как мужчины разных возрастов носили коробки. Проследив за одним из них, я встретилась со знакомым силуэтом – тот самый воин фатуи стоял и, как мне казалось, смотрел в мою сторону. На нём всё так же была шуба, а рядом с ним стояли двое парней-фатуи, что активно осматривали ящики. Я вновь заглянула в темноту маски, убедившись, что там ничего не изменилось, и всё так же была видна лишь непроглядная тьма вместо лица. Неожиданно в мою голову забрался вопрос: неужели он видел, что я только что делала? В этом не было ничего такого, но, думая о том, кто за мной наблюдал всё это время, – немного пугало. Незнакомец же, казалось, не двигался – замер на месте, как статуя, и даже не отреагировал, когда к нему подбежал какой-то рыжий парень в странной одежде. Он был очень оживлённый, ходил вокруг воина и, не затыкаясь, что-то ему эмоционально рассказывал. Незнакомец же не пошевелился. На секунду мне стало смешно, и, улыбнувшись, я закрыла рот рукой, слегка хихикнув. Через секунду рыжий испуганно замер, взглянул на воина, после чего перевёл такой же взгляд в мою сторону и, сложив руки в форме сахарницы с ехидным лицом, принялся вновь докучать своему коллеге. Тот же, в свою очередь, даже не шелохнулся, но, когда рыжий развернулся и наигранно сделал пару шагов в мою сторону, воин схватил его за плащевидную ткань сзади и поволок в противоположную сторону. Уже через пару минут они скрылись, а я с улыбкой продолжила наблюдать за матросами.

***

Через день мы уже были в порту Ромарин. Пройдясь по небольшому порту, на одной из лавочек я нашла Тиори, что мирно читала газету. Увидев меня – она обрадовалась и встала, чтобы меня обнять. — Шади, я скучала и очень рада, что ты приехала! — Скажи спасибо моему брату, — с улыбкой прыснула я. — Обязательно. Ты же по-другому не то чтобы приехать – ты бы мне даже не ответила, если бы я не отправила письмо Тигнари. Я закатила глаза, на что подруга рассмеялась и, взяв меня под руку, повела к подъемнику. Мы сели на аквабус до города, и в течение практически всей поездки дизайнер задавала мне различные вопросы про то, как я жила всё это время, а также рассказывала про свою жизнь в Фонтейне. Пока она рассуждала о том, какие она делала в последнее время заказы, – я рассматривала пейзажи Фонтейна. Пики острых скал казались мне устрашающими и не очень дружелюбными, а из-за пасмурной погоды всё казалось серым и грустным. Спустя пару минут начал подкапывать дождь, после чего появился приятный запах сырости. Тиори подняла ладонь, на которую упало пару капель воды, после чего улыбнулась и взглянула на меня. — Местные жители, часто, когда идёт дождь, говорят: «Гидро-дракон, гидро-дракон, не плачь!». Они считают, что дождь – это слёзы гидро-дракона. Забавно, да? — Учитывая, что архонт твоей родины управляет грозой, – то меня это скорее даже не удивляет. Подруга рассмеялась мне в ответ, после чего продолжила рассказывать о культуре данной страны. Когда мы прибыли в город, начался настоящий ливень. Нам пришлось бежать к ателье без зонта, так как мне не хотелось сидеть в толпе недовольных людей и ждать, когда дождь закончится. Дизайнер же сначала была против этой затеи и настаивала на том, чтобы либо сидеть ждать, либо бежать сразу к ней домой. Мне же скорее хотелось попасть в родную среду ножниц, тканей и ниток. Поэтому я решила взять подругу шантажом: и после того, как я сказала, что только там отдам ей сладости – она побежала первая. Захлопнув двери, мы с Тиори по-детски посмеялись со своей выходки. С нас обоих капала вода, мы были растрёпанные и с размазанным макияжем. Как и обещала, я отдала подруге сладости, после чего она сразу же начала их уплетать. Её не волновало, насколько сейчас она – лучший дизайнер во всём Фонтейне – выглядела. Она просто с улыбкой запихивала в рот своё любимое печенье, в то время как я осматривала её работы. В углу, вдалеке от витрин, стоял манекен с красивым сиреневым платьем. Я подошла к нему поближе, чтобы детальнее рассмотреть, но вдруг из забитого печеньем рта отозвался голос: — Я его сшила для тебя. В удивлении я обернулась к подруге, вопросительно вскинув бровь. Та мне кивнула на мой немой вопрос. — Мне показалось, для тебя это будет интересным опытом, — проглотив остатки печенья, она продолжила. — Наша одежда мокрая и негодная, поэтому предлагаю тебе сходить в ванную и, свежей и ароматной, надеть мой подарок. Хмыкнув, я согласилась. Было приятно понимать, что она потратила столько времени на то, чтобы сделать для меня платье. Оно не отличалось каким-либо изыском, который так любили фонтейнцы, – это было самое простое платье. Тиори знала, что в их фасонах мне больше нравится простота. Было приятно, что она это помнит. Подруга провела меня в ванную, после чего скрылась в глубине дома. Меня удивило наличие целой ванной комнаты в ателье, ведь сама Тиори жила в отдельном доме, и тут она ей попросту не нужна. Но, зайдя внутрь маленькой, уютной ванной, я поняла, что вновь осталась один на один со своими мыслями. Сев в тёплую воду, я вновь стала вспоминать того незнакомца. Он никак не выходил из моей головы, казалось, что-то тянуло меня к нему… но что? Его внешность? Я не видела, как он выглядит на самом деле. Его поведение? Он тихо стоит, как статуя. Его загадочность? Да, может, дело в этом. Но, раз меня так тянет к нему, то что может меня связывать с фатуи? Я не имею права лезть в их дела – и, чего доброго, могу лишиться головы, если продолжу попадаться им на глаза. — Не думаю, что мы ещё встретимся… так почему я переживаю? — прошептала я, проводя щёткой по ключице. Меня пугал тот рой мыслей про этого воина, что заполнил мою голову. Я пыталась отмахнуться от них, но тут же вспоминала ту тьму под маской. Успокоившись, я встала из ванной и насухо вытерлась. Мысли так и роились в голове, но я стала меньше обращать на них внимание, так как мне нужно было идти обратно к подруге.

***

Практически всю неделю я провела в ателье, помогая Тиори с заказами. Пару раз она меня водила в театр, где она меня познакомила с господином Нёвиллетом. Как оказалось, мужчина был обо мне наслышан и попросил сделать для него костюм. Я хотела было отказать, но Тиори ответила за меня, заставляя взять эту работу. Пару дней я убила на создание костюма для верховного судьи, после чего была щедро отблагодарена господином за прекрасную работу. После этого моя подруга стала агитировать, чтобы я осталась в Фонтейне, но я активно отказывалась, как и всегда. За день до моего отбытия я сидела и работала над пошивом очередного платья для очередной богачки. Столь увлечённая своей работой, я даже не заметила, как мне стала помогать Тиори: она тихо прикрепляла иголками те украшения, которые я ещё не успела пришить на свои места. — Шади, есть серьёзный разговор. — Я вопросительно на неё взглянула, на что та продолжила свою мысль. — Мне пришло приглашение, хотя, точнее, заказ на пошив одежды для фестиваля. Я бы хотела, чтобы ты поехала со мной как моя помощница. Что скажешь? На секунду зажмурившись, я переварила информацию, после чего, поджав одно ухо, я слегка наклонила в интересе голову. — Полагаю, если в предложении фигурирует слово «поехать», то этот заказ не из Фонтейна? И куда ты меня предлагаешь отвезти? — Натлан. Скоро там фестиваль, и меня пригласили пошить для него одежду. При только первом слове я впала в ступор. Натлан? В голове вновь всплыла темнота маски фатуи. Есть ли шанс ещё одной встречи с ним? Я нервно преподнесла иголку ко рту и слегка прикусила, обдумывая возможность, что передо мной открылась. Мне очень хотелось разгадать загадку той маски, но я очень боялась лишиться за это головы. — Хорошо. — В конце концов победил интерес. Тиори же обомлела. Она, очевидно, не ожидала того, что я не только соглашусь, но и ещё без уговоров.