Пропасть

Сон Джэ вошел в полумрачное помещение, где его уже ждал Союз. Спертый воздух пах табаком, застоявшейся едой и легким флером чьей-то нервозности. На душе Сон Джэ всё ещё оставался неприятный, липкий осадок после разговора на крыше с Сухо и Шиыном. Он был им искренне благодарен за то, что они, казалось, смогли как-то вправить ему мозги, пробив броню его отчаяния. Вот только поговорить с Со Хён ему в ближайшее время явно не удастся. Не тогда, когда за ним так пристально, незримо, но ощутимо следил Бэк Джин, словно тень, готовая поглотить любое неверное движение. Сон Джэ с привычной небрежностью опустился на край пошарпанного дивана, что-то вроде трона в этом грязном логове. Он достал сигарету, медленно прикурил, наблюдая за клубами дыма. Он видел напуганные, порой откровенно раболепные взгляды парней из Союза, что сидели или стояли вокруг, стараясь не привлекать его внимания, и лишь едва заметно усмехался. Никто из них не смел поднять голову или задать лишний вопрос. Сон Джэ никогда не позволял себе показать хоть какую-то слабость перед ними. Тем более, он не мог показать, как сильно дорожил Со Хён, как важны ему теперь Сухо и Шиын. Эти стервятники, этот «Союз», тут же набросились бы на них, воспользовавшись любой уязвимостью. Он в пол уха слышал обрывки их разговоров — бессмысленных пересудов о последних драках, мелких разборках и слухах. Ему этого было вполне достаточно. Он всегда улавливал суть, игнорируя шелуху. Внезапно, сквозь монотонный гул голосов, до него донеслись слова, от которых его руки мгновенно сжались в кулаки, ногти впились в ладони. Воздух в легких стал гуще, словно его кто-то сдавил, а взгляд Сон Джэ резко изменился, из отстраненного и равнодушного став острым, как лезвие. Он поднялся, медленно, почти хищно. — Повтори, что ты сейчас сказал? — голос Сон Джэ прозвучал низко, почти загробно, обращенный к одному из новобранцев, который до этого счастливо улыбался. Сон Джэ подошел ближе, его тень нависла над парнишкой. Дон Ха, самодовольно ухмыляясь, наслаждаясь произведенным эффектом, повторил: — Эти ублюдки из Ин Чана, что вечно ошиваются вместе, ну, Сухо и Шиын — попали в аварию на своём мотоцикле, босс. Прямо жёстко. — Он рассмеялся, явно смакуя чужое несчастье. — Вот только жаль, что выжили. Отделались лишь царапинами, говорят. Но мотик в хлам, да и сами перепугались, наверное, знатно. Сон Джэ закрыл глаза на мгновение, делая спокойный, глубокий выдох. Царапинами. Выжили. Чудо. Сухо — один из лучших водителей, кого он знал, а мотоцикл был его любимой игрушкой, он следил за ним дотошно. Просто так, по своей вине, в аварию бы он не попал. Это было невозможно. Значит, пока они были на крыше, кто-то извне, какая-то крыса, срезала провод тормоза. Но вот только для чего? Бэк Джин не давал каких-либо приказов в сторону школы Ин Чан, скорее наоборот, он постоянно повторял, чтобы они вели себя тихо, не привлекали лишнего внимания к их теневым делам. Скорее всего, кто-то видел их всех вместе на крыше. Вот только кто — это был самый главный, самый опасный вопрос. Сон Джэ аккуратным, отточенным движением рук подцепил какую-то белую папку, лежащую на столе, делая вид, что она занимает всё его внимание. Он даже не пытался как-то влиться в продолжающийся, теперь уже нервный, разговор Союза. Все его мысли были направлены на то, как бы ему поговорить с Со Хён. Что он ей скажет? Парень наговорил ей столько дерьма, столько обидных слов, что снова попадаться ей на глаза было бы равносильно самоубийству. Вот только прежде чем с ней поговорить, стоило бы её найти. Если даже её близкие понятие не имели, где она, то вот Сон Джэ, со всеми его ресурсами, тем более не узнает. И это было ещё одной ноющей раной. Парень мельком, незаметно глянул на Дон Ха, который снова стоял и что-то оживленно обсуждал с одним из своих прихвостней, его лицо сияло от самодовольства. Сон Джэ знал этого ублюдка как свои пять пальцев. Дон Ха был хитрым, скользким типом, мастером интриг и подстав. И Сон Джэ прекрасно понимал, что именно из-за этого Дон Ха, Бэк Джин так зависим не только от Баку, своего бывшего близкого друга, но и от самого Сон Джэ. Дон Ха умел создавать проблемы, подталкивать к нужным решениям и незаметно плести свои сети, из которых потом Бэк Джину приходилось выпутываться, опираясь на тех, кто обладал настоящей силой и мозгами. И Сон Джэ знал, что эта авария — лишь часть новой, куда более масштабной игры. Сон Джэ, будто подброшенный пружиной, резко вскочил, инстинктивно склоняя голову в почтительном, но вынужденном поклоне перед вошедшим Бэк Джином. Это был жест, скорее дань протоколу, нежели искреннее уважение. Каждое уверенное движение Бэк Джина, сокращающего расстояние между ними, натягивало невидимую струну в груди Сон Джэ. Напряжение сгущалось в воздухе, плотное и осязаемое, а нервы Сон Джэ звенели. — Поговорить надо, — голос Бэк Джина был ровным, лишенным эмоций, но от этого становилось только тревожнее. Он даже не ждал ответа, просто повернулся и направился к своему кабинету, не сомневаясь, что Сон Джэ последует. И Сон Джэ, стиснув зубы, последовал. Все нутро протестовало против этой обреченности. Войдя в кабинет, он постарался принять как можно более небрежный вид, растянувшись на диване, но каждая мышца под одеждой мелко дрожала, выдавая внутреннюю борьбу. — Что на этот раз? — вопрос прозвучал чуть более резко, чем он планировал, — Хочешь окончательно меня на цепь посадить? — Попытка казаться дерзким лишь выдавала его страх. Вопрос прозвучал как выстрел. — Для чего ты виделся с Сухо и Шиыном? — Бэк Джин не стал ходить вокруг да около, он бил прямо в цель. Сон Джэ резко напрягся, снимая очки и потирая переносицу. Он знал этот метод. Главный в Союзе не терпел малейших отклонений от своих правил, и уж тем более не прощал несанкционированных контактов. — А тебе я смотрю, птички какие-то напели, да? — Сон Джэ натянул на лицо кривую ухмылку, пытаясь скрыть холодную волну осознания, прокатившуюся по телу. Твою мать. Вот почему срезали провода тормозов. Как я сразу не догадался? — Нашлись люди, — голос Бэк Джина был на удивление спокойным, но в его глазах блеснуло предвкушение. Он шагнул ближе, и внезапный удар пришелся Сон Джэ прямо по виску, резкий, обжигающий. Парень стиснул зубы, чтобы не издать ни звука, но не отвернулся, встречая взгляд главы Союза. По щеке потекла теплая струйка крови, обжигая кожу. За первым последовал второй удар, гораздо сильнее, отчего в глазах потемнело и закружилась голова. — А ведь они могли бы быть уже мертвы по твоей вине. Сон Джэ сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, медленно, с трудом втягивая воздух, стараясь унять бешеный стук сердца. Он был искренне рад, что эти двое — Сухо и Шиын — обладали каким-то несусветным, чертовым везением. Отделались всего лишь парой царапин. Иначе бы ни он сам, ни Со Хён, да никто из их близких не смог бы пережить ещё одной комы. А уж тем более, сразу двух. Эта мысль, хоть и приносила облегчение, тут же сменялась нарастающей злостью на Бэк Джина. — По-моему, у нас был договор только по поводу Со Хён, — Сон Джэ провел языком по внутренней стороне щеки, пытаясь стереть вкус крови, и постарался натянуть на лицо самую снисходительную, самую самодовольную усмешку, на какую был способен в своем положении. — А её друзьяшки меня мало интересуют, сам должен понимать. — Это было ложью, и он знал, что Бэк Джин это видит насквозь. В глазах Бэк Джина промелькнул зловещий огонек. — Тогда тебе должно быть наплевать, что твоя игрушка уж слишком много времени проводит с собачкой Баку. — Слова были произнесены с таким сладострастным наслаждением, словно Бэк Джин смаковал каждый слог. Он демонстративно вытащил телефон и положил его на столик прямо перед Сон Джэ, явно предвкушая зрелище. Пальцы Сон Джэ дрогнули, когда он взял телефон. Он начал листать фотографии, и каждая из них была словно удар под дых, выбивающий воздух из легких. Вот Со Хён смеётся, вот её глаза сияют, вот она улыбаетсяэ А рядом с ней, слишком близко, этот чертов Хён Так. Он видел, как Хён Так обнимает ее, видел, как нежно целует в щеку, видел, как провожает до самого дома, стоя у двери, пока она не скроется внутри. Каждый снимок, каждая мельчайшая деталь, каждое мгновение, запечатленное на экране, заставляло его чувствовать, как Со Хён медленно, безвозвратно ускользает из его рук, отдаваясь в руки другому. Внутри поднималась волна ярости, но она была направлена не на Хён Така, а на самого себя. Он ненавидел себя за свою слабость, за то, что так легко отпустил ее, за то, что не нашел в себе сил объяснить всё, бороться. — Я слышал, она расследует какое-то дело, — Бэк Джин с победоносной ухмылкой забрал свой телефон, откидываясь в глубокое кресло, словно наслаждаясь своей ролью кукловода. — Постоянно пропадает в библиотеке. Не веришь мне, так сходи и проверь. Заодно передай через них привет Баку. — Его голос был полон насмешки, словно он предлагал Сон Джэ сладкую отраву. Сон Джэ поднялся с дивана. На лице застыла маска безразличия, сквозь которую проступала неприкрытая ярость. Он провел тыльной стороной ладони по разбитому виску, размазывая алую полосу крови по щеке. — С радостью, — прохрипел он, и в этом единственном слове читалось столько злости, что даже Бэк Джин на мгновение притих. Сон Джэ, не оборачиваясь, направился к выходу, оставляя за собой не только окровавленный след, но и обещание надвигающейся бури. Путь до библиотеки оказался не просто долгим, а бесконечным лабиринтом из переулков и собственных терзаний. Сон Джэ ускорил шаг, почти переходя на бег, будто пытаясь убежать от обжигающей ярости, что клокотала в его груди. Каждый удар сердца отдавался болезненным пульсом в виске, там, где совсем недавно приложился Бэк Джин. Перед глазами плыло, и это был не только след от удара — это была пелена из злости, ревности и унижения. Он насквозь видел этого Хён Така. Прекрасно понимал, что этот ублюдок был влюблён в Со Хён по уши. И это знание лишь подливало масла в огонь. Какого черта?! Когда он — Сон Джэ — был постоянно рядом с ней, когда владел каждым её вздохом, эта тварь не предпринимала ни малейшей попытки. Не смел даже дышать в её сторону. А теперь, когда Сон Джэ был вынужден оттолкнуть её, когда он, по сути, стал для неё «тварью» в её же глазах… тут, видите ли, всё так удачно сложилось. Го Хён Так, весь из себя рыцарь на белом коне, конечно же, решил не оставлять девушку в беде, а героически поддержать всеми возможными способами. Как мило с его стороны, просто слов нет. Эта лицемерие, эта показная доброта, это чудовищное везение Хён Така — всё это выворачивало Сон Джэ наизнанку. Что ещё больше разрывало его изнутри, так это осознание, что Со Хён игнорировала даже Сухо и Шиына, своих старых друзей, которым она доверяла. А с этим Хён Таком она не только что-то там расследовала, но и, по словам Бэк Джина, «обжималась чуть ли не по всем углам». Какого хрена этот Го Хён Так вообще имеет право лезть к Со Хён? Какого хрена он имеет право касаться её? Вопрос без ответа жёг нутро, словно кислота. Перед глазами с каждым пройденным шагом плыло от пылающей внутри злобы и агрессии. Сердце колотилось в ушах, заглушая все остальные звуки, кроме собственного, надсадного дыхания. Бэк Джин знал, куда давить, знал и продолжал. Он играл на его самых больных точках, и Сон Джэ был марионеткой в его руках. В этот момент Сон Джэ ощущал почти физическую потребность кого-то убить. Это было примитивное, животное желание, которое он с трудом удерживал в узде. Библиотека казалась всё ближе, но ярость, которая наполняла парня внутри, становилась всё более сильной, почти невыносимой. Хён Так не был таким смелым, когда Сон Джэ был в их компании, не был таким смелым, когда только-только подружился с Со Хён, когда Сон Джэ одним взглядом мог поставить его на место. Так что же он сейчас-то, мать его, начал действовать?! Какого хрена он вообще так в себя поверил?! Сон Джэ рывком распахнул тяжелую дверь библиотеки, заставив пару школьников, стоящих неподалеку, испуганно отшатнуться в противоположную сторону. О да, он видел их лица. Все его узнали, все прекрасно понимали, кто он, поэтому расходились, не мешались на пути, как тараканы, разбегающиеся от света. В их глазах читался страх, смешанный с толикой восхищения — обычное дело. — Не видел эту девчонку? — его голос, даже произнесенный вполголоса, прозвучал резко, пронзительно. Он обратился к какому-то юнцу, склонившемуся над учебником, который весь сжался, стараясь не смотреть в глаза Сон Джэ. Паренька била мелкая дрожь. — Они т-там, — пробубнил мальчик, его голос был едва слышен, он старался как можно сильнее вжаться в спинку стула, будто надеясь слиться с ней. Указал дрожащей рукой куда-то вглубь книжных стеллажей. И Сон Джэ, сжимая кулаки так сильно, что костяшки побелели, направился в тот «злополучный угол», где, как он предполагал, сидели «голубки». Каждый шаг был тяжелым, предвкушающим. И вот-вот, когда он уже почти был на месте, когда мог различить силуэты за высокими полками, он резко остановился. Замер, как вкопанный. Внезапный, леденящий душу вопрос пронзил его ярость: А имел ли он вообще право влезать в её личную жизнь снова? Он сам начертил эту границу, сам отталкивал, сам в конце концов отказался от неё. Какой, чёрт возьми, самостоятельный. Он почувствовал себя настолько же ничтожным, насколько сильной была его ярость минуту назад. — Сон Джэ? — знакомый, слегка дрожащий голос заставил его вздрогнуть и резко обернуться. Перед ним стояла Со Хён. Родная. Настоящая. Вот только её внешний вид… он был потрепанным. Под глазами девушки красовались глубокие, темные синяки из-за недосыпа, настолько сильные, что казалось, они въелись в её кожу. За те дни, что они не общались, она явно скинула пару килограммов — щёки впали, а одежда, раньше сидевшая идеально, теперь висела мешковато. Но самым страшным были глаза. Глаза, которые раньше сияли живым огнем, теперь потускнели, приобретая глубокую, неизбывную грусть, словно в них поселилась вечная тоска. И, кажется, Со Хён была явно с похмелья, судя по её бледности и чуть покрасневшим белкам глаз. Сердце Сон Джэ болезненно сжалось при виде неё. — Я… — Сон Джэ облокотился на один из стеллажей с книгами, стараясь казаться равнодушным, хотя внутри всё скручивалось от боли и вины. Он нарочито осматривал вокруг всё пространство, избегая её взгляда. — Пришёл посмотреть на твоего нового паренька. Где он, кстати? — Слова вылетели с едкой усмешкой, которую он не смог удержать. — Хён Так? — девушка раскладывала книги по местам на полке, её движения были механическими, она явно старалась как можно меньше смотреть парню в глаза. — Он уже ушёл, ты опоздал. — В её голосе проскользнула едва уловимая нотка усталости и разочарования, но Сон Джэ был слишком поглощен собой, чтобы её заметить. Сон Джэ наклонил голову в бок, его взгляд скользнул по её лицу, задержался на потемневших веках, на тонких пальцах, нервно перебирающих книги. Он рассматривал девушку так, будто это был последний раз, когда он на неё смотрел. Хотя, возможно, так оно и было, мелькнула мысль, горькая и острая. — А ты? — Со Хён наконец развернулась на 180 градусов, её спина была прямой, а плечи напряжены. Она старалась убрать дрожь в руках, которые едва заметно подрагивали. Она не призналась бы даже самой себе, но она безумно скучала по нему. И была рада хотя бы убедиться, что с парнем всё в порядке, что Союз не сделал с ним ничего непоправимого. — Бэк Джин дал какое-то особое задание? Сон Джэ замялся. Он хотел сделать шаг вперёд, развернуть девушку, убрать эту невидимую стену, что встала между ними. Он хотел обнять её, прижать к себе, вдохнуть запах её волос, поцеловать. Но единственное, что он мог делать, это просто стоять и ловить каждое движение девушки, запечатлевая в памяти этот момент. Парень слегка покашлял, пытаясь придумать какой-то ответ, хоть что-то, что могло бы разрушить этот барьер. Но тут он резко вскрикнул, его глаза расширились от внезапного ужаса. В тот же миг он схватил Со Хён за руку, с силой потянул её на себя, прикрывая её своим телом, и упал прямо на неё, принимая на себя основной удар. Девушка ударилась головой о пол, хотела тут же возмутиться, закричать от боли и неожиданности, но… но заметившая град книг, падающих на Сон Джэ, а затем ужасающий треск и грохот огромного, деревянного стеллажа, рушащегося прямо на него. Он спас её. В очередной раз. Тяжесть книг и дерева обрушилась на спину Сон Джэ, выбивая из него весь воздух. — Вы такие милые, — ледяной голос прозвучал откуда-то сверху, над руинами стеллажа. Дон Ха, невозмутимый и пугающе спокойный, стоял рядом с грудой обломков, насмешливо засмеявшись. Он поднял одну из упавших книг, перевернув её в руках, словно оценивая. — Скучала по мне, мышка? — Его взгляд, полный зловещего торжества, был прикован к лежащей под Сон Джэ Со Хён.