Часть 13. Касание без пощады.
1 мая 2025 г., 06:39
Эта ночь должна была стать особенной.
Не просто игрой.
Не просто наказанием.
Погружением.
Погружением Гарри в полное подчинение.
В полное растворение в желании.
На самую грань.
Северус подготовил всё тщательно.
Комната была наполнена приглушённым светом.
На стенах висели канделябры.
Посередине — крест.
Тот самый.
И кожаные ремни.
И шёлковые верёвки.
И набор самых красивых, самых безжалостных игрушек.
Гарри знал.
Когда вошёл — голый, босой, дрожащий от предвкушения —
он знал:
его будут ломать этой ночью.
И он хотел этого.
Он жаждал этого.
Северус подошёл к нему.
Коснулся шеи кончиками пальцев.
— Поттер, — его голос был тёмным, низким, хищным, — последний шанс отступить.
Гарри смотрел в глаза.
И дрожащим голосом произнёс:
— Пожалуйста, сэр… заберите меня всего.
И Северус улыбнулся.
Жутко.
Красиво.
— Тогда будь хорошим мальчиком. И слушайся.
Его связали на кресте.
Тугие ремни раздвинули ноги.
Запястья закрепили высоко над головой.
Он был открыт.
Беззащитен.
И абсолютно в руках Северуса.
Первое прикосновение — лёгкий удар плёткой по внутренней стороне бедра.
Гарри вздрогнул.
— Считай, Поттер, — приказал Северус.
И началось.
Удары были быстрыми.
Меткими.
Жёсткими.
Не на разрушение — на разжигание огня в венах.
Каждый шлёпок оставлял красный след.
Каждый удар заставлял Гарри стонать и дрожать в ремнях.
Потом — щипцы.
На соски.
На бёдра.
На пах.
Северус был безжалостен.
Он доводил его до предела.
Поднимал — и отпускал.
Дразнил.
Выжигал страсть.
Когда Гарри был уже на грани слёз,
когда тело его дрожало от перенапряжения,
Северус подошёл вплотную.
И скользнул языком по вздутой вене на шее Гарри.
— Ты хочешь, чтобы я вошёл в тебя сейчас, Поттер?
Гарри закричал:
— Да! Пожалуйста!
Но Северус отступил.
И продолжил игру.
Он ласкал его пальцами.
Языком.
Всюду, кроме нужного места.
Доводил до безумия.
Гарри извивался в ремнях, мокрый от пота и слёз, умоляя.
И только тогда, когда Гарри всхлипнул:
— Я не могу… пожалуйста… заберите меня…
Северус вжал его бёдра руками.
И вошёл резко.
Целиком.
До конца.
Гарри закричал.
Это был не просто секс.
Это была потеря себя.
Растворение.
Полное подчинение.
Толчки были глубокими.
Резкими.
Без остатка.
Северус держал его крепко, вбиваясь с силой, заставляя Гарри чувствовать его в каждой клетке.
И Гарри хотел только одного:
быть с ним.
Быть в нём.
Быть его.
Они сорвались вместе.
Крича друг другу в губы.
Слёзы.
Стоны.
Безумие.
И когда Северус отпустил ремни, поднял его на руки,
Гарри плакал ему в шею.
— Ваш… только ваш…
И Северус шептал ему:
— Мой мальчик. Моя гордость. Моя жизнь.
И мир схлопнулся до этого:
до двух тел, двух душ, спаянных навсегда.
