Тайные тени любви

Шаги за дверью замерли.   Сомнус не обернулся, но его плечи напряглись под тяжестью молчания. Он знал эти шаги – легкие, нарочито небрежные, словно их владелец всегда балансировал на грани между вызовом и насмешкой.   «Он не ушел»   Дверь открылась без стука.   — Забыл сказать, — голос Давида прозвучал слишком близко, слишком тепло для этой ледяной комнаты. — Одри передумала.   Сомнус медленно разжал пальцы на подоконнике. Камень под ногтями крошился, оставляя на белом мраморе тонкие царапины.   — Это не твой стиль — отменять планы, — он не поворачивался, но видел в отражении стекла, как Давид сбрасывает пиджак на спинку кресла.   — А какой у меня стиль, начальник? — Демон подошел вплотную, и теперь его дыхание снова обжигало шею Сомнуса. — Разрушать чужие?   В отражении их взгляды встретились —ледяной и пылающий.   Сомнус резко развернулся, но Давид не отступил. Они стояли так близко, что крылья Сомнуса, непроизвольно расправляясь, задели алые перепонки демона.   — Ты вернулся, — прошипел Сомнус, и в этих словах было все — и злость, и немой вопрос.   Давид ухмыльнулся, наклоняясь так, что его губы почти касались уха ангела:   — А ты ждал?   И тогда Сомнус сорвался.  Снова. Его руки впились в плечи Давида, швыряя его на стол. Донесения полетели на пол, стакан с ручками опрокинулся, оставляя на паркете беспорядок    — Ты играешь в опасную игру, — Сомнус прижал его к столешнице, чувствуя, как под пальцами бьется демонское сердце.   — Мы всегда в игре, — Давид оскалился, впиваясь ногтями в его предплечья. — Ты просто наконец решил в нее включиться.   Давид приподнялся, и их губы снова встретились — уже без злости, без притворства, только с отчаянной, голодной ясностью.   Сомнус знал — завтра он будет ненавидеть себя за эту слабость.   Но сегодня...   Сегодня он просто позволял себе падать.