Stray Kids: Serotonin

Отдельный мир, который каждый создает для себя, тот мир, в котором будет комфортно, в котором чувствуешь себя особенным или наоборот, таким же, как и все, мир, в котором каждый день протекает по-особенному. Правда, потерять свой мир очень просто, поэтому нужно ценить каждое мгновение. Ну, добро пожаловать в мир Бродячих Детей. Мир, который они создали для себя, хоть и не luxury, но своё. Бан Чан, который выпустился из ада под названием “Дом интернат для детей имени Чхве Чжода”. Среди ребят, проживающих там, “21” считается счастливым числом — что может быть лучше свободы после совершеннолетия. В том числе и Крис с нетерпением ждал двадцатилетия. После выпуска парень сразу же отправился в бывший дом родителей, который находился в уголке Букчона. На часах 08:40. Парень стоял у старого дома, белые стены и окна которого были разукрашены граффити. По всему двору был разбросан мусор всех классов: окурки сигарет, банки из-под пива, всякие обертки и бумаги. Парень не в восторге от увиденного, но и чувства гнева тоже отсутствуют, ему абсолютно неважно, что произошло с этим домом. “Лучше бы уже всё сожгли, придурки”. Из-за этого дома, который остался от “любимых” родителей, Чану не выдали квартиру, которую он ну очень хотел. Осматриваясь, в глазах играет картина того вечера… Тринадцатилетний мальчик выбегает с криками на улицу, прося прохожих о помощи. Опухшие глаза — то ли от того, что много плачет, то ли от болячек. С носа шла кровь, которая смешивалась с соплями и слезами, стекая по губам. Дядя, прошу вас, спасите Ханну, прошу! — душераздирающие крики мальчика лишь отпугивали прохожих. — Ты сопляк! Вернись, сказал! — из дома выбегает мужчина, затаскивая мальчика обратно за волосы. Прошу, не надо, Папа! — отчаянно пытаясь вырваться, мальчик цеплялся за руки отца, от боли было чувство, будто вырвут волосы вместе с кожей головы. Мальчик сидел в темноте в углу запертой комнаты, было холодно и больно. Запах рамена прорывался сквозь щели под дверью. Подбежав к двери, маленький Чан начал вынюхивать вкусный запах. Из другой комнаты раздавались громкие пьяные насмешки родителей. “Ханна…” — прошептал мальчик, жалея младенца. Лежа на холодном полу с пустым взглядом, раздумывая, когда же наступит конец всему, становилось ещё холоднее, веки невольно потяжелели. В пустой комнате слышны лишь свои же вздохи и выдохи, которые раз за разом становились всё тише. Пустая сумрачная комната. На полу лишь изможденное тело. По всему дому шум, но в голове вакуум, от которого всё кажется заглушённым. Бледная кожа и бумажные губы, голубые ногти рук и ног. Казалось, что это конец. Но дверь в комнату распахивается, и на пороге появляется женщина в полицейской форме. На лице мальчика мелькает улыбка с надеждой. Всё, что было дальше, помнится размыто. Неделю спустя после заселения. На часах 10:50. Из окон, которые были уже чистыми до блеска, в дом пробивался солнечный свет, наполняя его тёплым уютом. Парень спал на диване, до которого ещё не дошли лучи солнца. Появился мужской силуэт, высматривающий с окна гостевую комнату Чанского дома. Услышав звуки снаружи, парень проснулся. Спустя несколько секунд, с недоумением, Чан начал раздумывать, кто же это может быть. Собравшись с духом, он подошел к окну, высматривая источник звука. Напротив окна на скрипящей качеле сидел парень, накинувший на голову джинсовый бомбер, пытаясь спрятаться от пылающего солнца. Ахнув, Чан пошел встречать больно знакомого гостя. — Эй, Ли Минхо! — потрёпанный, прикрывая рукой глаза, дабы разглядеть дурацкое выражение лица друга. Чан стоял у порога дома. Кошачьи глаза смотрели из-под бомбера с дерзкой улыбкой.

***

— Да брось, бро, у меня выпуск буквально через полгода, они не будут меня искать, им это только на руку, что я сбежал. — набивая рот лапшой быстрого приготовления. — Без тебя мне там делать нечего. — Заткнись и кушай. — Чан лежал на том же самом диване напротив Минхо. Чан наконец выспался и проснулся уже к вечеру. Утреннего гостя уже не было, и парень начал думать, что это ему просто приснилось. Дома всё ещё не было домашнего уюта, Чан практически жил только в гостиной. Ежедневной рутиной парня было: поесть и полежать. Спустя пару часов Минхо снова нарушил покой парня. Но уже не с пустыми руками. — У тебя дома нечего есть, и так грязно, раз уж я буду жить здесь, мне нужно создать удобство для себя, и я решил воспользоваться средствами, которые мне оставили родители, хоть и не много, но пару месяцев прожить можно. — Тихо бормоча, сразу же начал распаковку, расставляя всё по пустым полкам. Будто бы дом окрасился во все краски и загорелся огоньком того самого уюта. На лице Чана была улыбка, наверное, она означала обманчивую надежду, но глаза блестели яркой уверенностью. Парни начали уборку под громкую музыку, которую они оба любили слушать, когда прогуливали уроки ещё со времён средней школы. Hello Stranger, I’m pulled closer Pulling, tugging, dragging Even closer I go to you without thinking Curioser and curioser as I go Who are you, you that makes me act like this? А ведь эти двое даже не подозревали, что именно тем вечером они построили фундамент своего скромного мира, в котором они будут блуждать ещё долго. Спустя год. Комната, стены которой развешаны плакатами разных музыкантов. Освещение на пространство давали лишь гирлянды, развешанные по всей комнате, они были вовсе не для красоты, а ради экономии на коммуналке. Запах сигарет будто бы уже впитался во всё, что присутствовало в этих 9,5 кв.м. На полках расставлены банки из-под пива и энергетиков, это не коллекция, это был просто сумасшедший бардак. Всё же это было уютное убежище парня от суеты, происходящей за пределами двери, в которую только что ворвался старший с просьбами о помощи. — Бинни, можешь сбегать кое-куда? — Чан попросил младшего сходить за пивом в ближайший магазин. — Разве не Сынмин теперь самый младший? Почему я до сих пор на побегушках? — Чанбин, выражая недовольство, накинул на себя любимую ветровку “Adidas”. Не важно, что он не хочет идти, важно то, что этого просит Чан. Был бы это Минхо или же Сынмин, он бы давно послал их на три буквы. — Не хочу отвлекать Сынмина, он усердно учится, — подтягивая купюру, подметил старший. Выходя из комнаты, перед Чанбином красовалась давно знакомая картина: Минхо, который шаманит на кухне, пытаясь придумать, чем же накормить детей на ужин, телевизор, на котором на всю громкость шла любимая передача старшего, учебники младшего, который усердно готовится к очередным пересдачам, дабы поступить в заветный университет. — Хорошо, я за пивом. Лино, что-нибудь нужно с магазина? — обуваясь, парень на всякий пожарный решил уточнить, чтобы не пришлось повторно бегать за продуктами. — Думаю, нет, поспеши, скоро будем ужинать. — Можешь захватить энергетик, кажется, я сегодня не буду спать, — младший выглянул из комнаты измученной мордой. Проигнорировав просьбы младшего, Бинни поспешил удалиться. Путь в ближайший магазин — прямая тёмная дорога, в конце которой только горел свет в магазине, освещая витрину. Подходя ближе, заметил сидящего напротив витрины парня, уплетающего горячий рамен. Зайдя в магазин, Чанбин взглянул на него краем глаза и прошёл дальше к холодильникам. Взяв по две банки пива на троих, направился на кассу. “Хоть бы мелочь домой приносил, паршивец.” — Дайте ещё банку энергетика. Выйдя из магазина, пошёл тем же путём. В темноте вдоль дороги шёл тот же парень, было понятно, что он не в лучшем состоянии по его кривой походке, и как удачно Чанбин оказался рядом, когда тот упал на тротуар. — Эй, ты пьян? Встать сможешь? — в ответ парень промычал что-то непонятное. — Зачем так напиваться, деньги на такси есть? Где ты живёшь? — парень был в отключке. — Ну, черт. Если даже парень был худощавым, нести его на спине было тяжело.

***

Из щели жалюзи подкрадывались лучи солнца, из-за которых стразы на топе парня, сладко спящего на чужой кровати, стреляли бликами. Левая рука болталась с края кровати, а правую он откинул за голову. Короткий топ, задранный до груди, оголял туловище, изгибы талии, не подобные мужскому, одним словом — он был изящным. Было тихо, комфортно и тепло, даже запах сигарет никак не мешал парню отоспаться. Но всё же головная боль и похмелье с вчерашней пьянки дали о себе знать. Пробудившись, парень не сразу обратил внимание на вовсе незнакомую ему комнату, разум охватывает паника, но и головная боль не отстаёт. Неустойчиво шатаясь, он выбегает из комнаты. В гостиной, совершенно не привычная данной ситуации картина, сидел парень, поедая рамен и параллельно изучая книгу. Довольно безобидный, не уронив ни слова, он поднял взгляд на незнакомца, выбежавшего из комнаты Хёна. Целую вечность длилась эта тупая пауза, оба смотрят друг на друга, незнакомец замер в нелепом положении. — Здрасте, — попытка замять эту неловкость, не получив ответа, кидает краткую улыбку и сматывается из чужого дома. Младший, пожав плечами, продолжил заниматься своими делами. — Сынмина, ты тут один? — Минхо вылезает из своей норы, направляется на кухню и осматривает гостиную. — Странно, мне послышалось, что кто-то пришёл. — Так это был вчерашний парень, он ушёл, — не отрываясь от учебника. — Ты всё ещё готовишься? Нужно передохнуть, так голова может взорваться, — подсев рядом, ставит холодную банку энергетика. — Так он всё-таки купил, — фыркая, откидывает учебник. — Слушай, ты так много учишься, уверен, что в твоём мозгу есть место для всего этого? — Чего? — не обращая внимания, выпивает из банки. — Освежает, болдеет, вовсе не слушая старшего. — Ну, я к тому, что у тебя не получается сдать экзамен, возможно, всё, что ты учишь, вываливается с другой стороны, пока ты запихиваешь другие знания. — Активно пытается подколоть младшего, это ещё не удавалось Хёнам, хоть младший, кажется, безобидный, на яве он суровее. — Хен, это не так работает, — глотнув пару раз напитка, прибирается со стола, складывает учебники, идёт сливать остатки рамена. — Прости, но правда не выношу твою компанию, твое мышление меня убивает, я пойду к себе, — разочарованно ноет. — Эй, огрызок, это было грубо! — Минхо давно смирился с прямолинейностью младшего, хоть и принимает всё в шуточной форме, но каждый раз поражается выходками Мина. Войдя в комнату, взмахом скидывает стопку книг на рабочий стол, расположенный у двери напротив кровати, и без этого расставленный книгами. Комната пропитана самим Сынмином, везде разбросаны лекции и рефераты. С ходу разлёгся на кровать, лежал в раздумьях, то ли молодость, то ли тоска. Впереди много целей и планов, старания будто бы не оправдываются. Жизнь кажется мимолётной, а ты всё ещё стоишь на старте. Гложет обида на самого себя, прожив четверть жизни, всё ещё не пройдя первый пункт “плана успешной жизни”, висящий на дверце шифонера. Не это ли поражение? Смартфон парня вибрирует, на лице появляется мгновенная улыбка, садится, обхватывая колено рукой, а другой стремительно открывает чат, на котором уведомление от онлайн-друга, с которым Мин поддерживает связь довольно давно. — “Хён, доброе утро. Я вернулся, прости, что не писал.” — “Неужели? Я уже начал волноваться.” “Всё в порядке, рад, что ты развеялся.” — “Да, LA и вправду шикарен. У меня есть подарки для тебя, тебе понравится.” — “Это повод для встречи?” — “Kx, возможно.” Новое сообщение от Чан Хёна. — “Сынмина, какая книга тебе нужна? Можешь уточнить ещё раз название?” Сообщение старшего вернуло парня в реальность, чувства стыда и того, что он стал обузой для Чана, его мучили. С немой грустью на глазах, парень поднял взгляд на последний пункт “План успешной жизни”.

***

Крис шёл по прямой улице, направляясь домой. Подушки пальцев онемели от тяжёлых пакетов, но парень уверенно шёл в свой дом. Проходя мимо соседнего дома, он заметил бабушку. Довольно пожилая женщина, с длинными седыми волосами, собранными в необычайно красивую заколку, украшенную Монголией. Это украшение казалось тяжёлым, выделяясь на фоне её старомодной одежды, тем самым дополняя её образ. — Бабушка Чу! — несмотря на то что парень громко позвал её, бабушка всё равно не услышала. Он зашёл на территорию соседнего дома, оставив пакеты на столе у входа. — Бабушка Чу, как ваши дела? — подойдя поближе, легко, но с теплотой обнял бабушку. — Чани, боже, я не заметила тебя, — хриплым, дрожащим голосом с нотками радости, она удивленно взглянула на него. — Как у тебя дела, как поживают ребята? Вы хорошо питаетесь? Вы молоды и должны следить за здоровьем. — Всё в порядке, бабушка. Вам стоит отдохнуть, вечером я сам полью цветы, — успокоил её Чан. Бабушка Чу была для него как родная. В детстве она так же заботилась о нём, забирала к себе, чтобы покормить, а в благодарность он помогал ей по дому и поливал эти самые цветы. В гостиной было пусто. Зайдя в дом с пакетами, Чан привлёк внимание всех. Дом наполнился воплями. — Говядина! Браво, Крис! Ещё говядина, браво! Как много говядины! — два Мина шарились на кухне, а Чан лишь тихо смеялся, отдыхая на диване. — Ты что, лотерею выиграл? Столько всего накупил, — наверняка спросил Минхо, шустро раскидывая всё по полкам. — Сегодня вручили премию, — Чан разом прикрыл уши, корчась в предвкушении ожидаемой реакции. — Уоооу, да неужели? — парни были в восторге. Премия, которую обещали полгода назад, наконец-то была получена, и все ждали её с нетерпением, переживая больше, чем сам Чан. — Сегодня будет вкусный ужин, все должны присутствовать, — объявил старший, хихикая, и удалился в свою комнату. Вечер. Все были в ожидании ужина. В основном всё шло как обычно. Младший зубрил в своей комнате, Минхо созванивался с работодателями в поисках работы, а Чан пошёл к бабушке Чу, как и обещал ей. Чанбина ещё не было, его график работы строго по расписанию, и он остаётся на работе до позднего вечера. — Да! Неужели? — радостные крики Минхо были слышны за пределами дома. — Чан! — парню понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что старшего дома нет. — Сынмина! — подбегая, он взмахом открыл двери в комнату, тем самым застукав младшего, который разговаривал с кем-то по видео-звонку. Это была важная персона, ведь на лице младшего сияла улыбка до ушей. Но через секунду он стал каменным, прикрывая экран смартфона. — Ой, я что, помешал? — Какого чёрта ты не стучишься?! — младший пытался скрыть испуг, но не получилось. — Чего тебе, говори быстрее. — Я нашёл работу, завтра стажировка… — не успел старший договорить, как на него посыпались грубые слова и вопли. — Да мне какое дело до этого! Убирайся, ты мне мешаешь! — старшего буквально вытолкнули из комнаты, захлопнув дверь перед носом. — С этим ребёнком точно что-то не так.

***

Солнце скрылось за горизонт. Сынмин всё так же сидел в комнате, не выходя даже на манящий ароматный запах, исходящий из кухни. Минхо был занят готовкой, ужин уже был почти готов. Чан вернулся не с пустыми руками. — Чу передала свежий кимчхи к ужину, — старший выглядел уставшим, но, несмотря на это, глаза радовались, видя почти готовый ужин. — Лино, это выглядит вкусно, пойду приму душ, хочу расслабиться и вкусно покушать. — Доверься мне, Чан, могу приготовить кимчхи чиге, займёт от силы двадцать минут, — ответил Минхо, уверенный в своих силах. — Его дело предложить, а старшего просто согласиться молча. Чанбин, уже с порога, почувствовал запах и понял, что его сегодня вкусно накормят. — У кого это у нас золотые руки?! — громким эхом, увидев накрытый стол, он воскликнул. — О, а вот и ты! Быстро мой руки и садись, мы только тебя ждали, — ноет младший в ответ, а Бинни дразнит его, бормоча что-то под носом. — А где он? — заглянув в свою комнату, Чанбин спросил. — Кто? — в недоумении ответил старший. — Ты про вчерашнего парня? Так он ушёл сразу же, как проснулся. Я даже не успел с ним поговорить. — в ответ Бинни кивнул. — Дома закончилось пиво, я схожу, пока не начинайте, — быстро обувшись, он выбежал в сторону магазина. Парень стоял на кассе, оплачивая покупку. В тот момент краем глаза он заметил вчерашнего незнакомца, проходящего мимо магазина. Схватив пакет, Бинни выбежал и начал осматривать его. — Эй, ты, стой! — крикнув парню в след, он побежал догонять его. Незнакомец, обернувшись, на секунду в недоумении начал убегать. — Эй, ты чего убегаешь? Стой! — Чанбин сам не понял, что произошло, и не знал, почему вообще бежит за ним. — Я просто хочу спросить, почему ты ушёл утром. Услышав эти слова, незнакомец наконец остановился. — Ну, слава богу! С такими короткими ногами я бы тебя не догнал, — подойдя к незнакомцу, наклонившись, Чанбин начал отдышку и жестом показал ему подождать. — Так это был ты вчера ночью? — заговорил незнакомец. — Да, ты же валялся посреди дороги, что мне ещё оставалось делать? Я не собирался причинить тебе вред, я просто хотел помочь, — разъяснил Бинни. Он был чуть ниже незнакомца, но это не мешало смотреть прямо ему в глаза. — Да, я сильно напился. Так чего ты за мной гнался? — незнакомец был груб и холоден, что возмутило Бинни. — Вообще-то, я хотел узнать, всё ли у тебя в порядке и вообще узнать хоть твоё имя, это что, плохо? — Я Хван Хенджин, а то что у меня происходит, тебя, думаю, не касается. — Раз уж так, в следующий раз оставлю тебя валяться на улице. Ни капли благодарности, — скрипя зубами, Чанбин решил оставить Хенджина в покое. — Ты не назвал своё имя, — услышал Бинни из-за спины. — Поделишься пивом? — продолжил Хенджин. Чанбин замер, затем медленно обернулся обратно. — Идём со мной, не пожалеешь. — от него веяло доверием и уверенностью. Обдумывая пару секунд, Хенджин пошёл за ним. Молча шёл за Чанбином, натянув капюшон на куртке.