too different

Тело ломит от бесчисленных ударов. Они опять сломали мои новые очки. Кровь застилает глаза, и неба уже не видно. Когда меня перестанут бить? Я уже ничего не чувствую. Может я умер? Нет, живой, ребра подали знаки о помощи. Я вижу только белоснежного ангела перед собой, который смеется так по-дявольски. Как жаль что он ненавидит меня. Как жаль что я такой жалкий, чтобы влюбиться в свою смерть. Мой подбородок резко поднимают сильной рукой и я вижу твои глаза. Такие красивые, но усмехающиеся с презрением внутри. – Игрушкам не положено плакать, ботаник. Меня вновь откидывают на спину, прижав ботинком к асфальту с разводами крови. – Чего ты на меня так пялишь? Пидор что ли? Противный смех со всех сторон закладывает уши, заставляя сердце сжаться от липкого страха, что бьет по груди сильнее любого кулака. Я молчу. Я знаю что нужно молчать, иначе я умру прямо здесь, за забором. Еще пару ударов под ребра и они уходят. Ты уходишь последний хмыкнув мне напоследок. Теперь меня будут бить еще и за это. Капли дождя начинают бить меня по лицу, заставляя разлепить полные слез глаза. "Почему у нас родился такой убогий  сын?" "Мне жаль что я твоя мать." "Ты навсегда останешься ничтожеством." Крик болезненных воспоминаний заставляет меня подняться с земли. Я пытаюсь скрепить дужки очков пальцами, но ничего не выходит. Весь вымокший до нитки, я хромаю в сторону своего "любимого" дома. Если его вообще можно им назвать. И только в спину меня провожают чьи-то глаза. – Ты опять разбил очки? Какое же ты ничтожество. Ходи теперь без них раз так халатно относишься ко всему что мы тебе даем. – крик матери вытягивает меня из своих мыслей. Я не в силах спорить с ней, ведь знаю что это бесполезно. Скинув свой рюкзак на пол я запираюсь в ванной. Слезы. Жалкие слезы одолевают меня снова. Почему мальчикам нельзя плакать если им плохо? Ответа я не получаю, и снова в сотый раз смотрю на свое отражение. Это лицо никогда не было счастливым. И видимо не будет. Застывшая кровь на щеке дает о себе знать, при ее промывании. На мое лицо добавляется уже третий пластырь. Как заклеить свои ребра я не знаю, поэтому просто смазываю их рандомной мазью из полки и спешу одеться. У меня нет времени на самобичевание, ведь впереди еще куча домашнего задания. Последний учебный год в этом аду заставлял приложить последние силы ради своего будущего? Хотя я не был уверен что оно у меня будет. Если только не пырнут ножом за школой и не забьют до смерти. Единственным плюсом во всем этом будет только то, что последнее что я увижу перед смертью – это лицо Шунтаро. Шунтаро... Это главный хулиган школы. Его все обходят стороной на всякий случай. Но он меня нет. И каждый раз я пытаюсь не умереть от боли в сердце, и от его ударов на заднем дворе школы. Это так больно влюбиться в парня. А еще больнее когда он Чишия Шунтаро. Я выбегаю в школу как всегда заранее, чтобы не встретиться с бандой Шунтаро еще до школы. У моего шкафчика меня хватает чья-то рука, потянув за собой в подсобку. Неужели я не успел. Спину пронзает резкая боль, когда человек напротив кидает меня к стенке, закрывая за собой дверь. Это снова он, но на этот раз один. – Думал спрятаться от меня, Сугуру? Ты же знаешь что у тебя это плохо получается, зачем пытаешься опять? – рука снова хватает за подбородок, вынуждая меня посмотреть в лицо обидчика. – Я...я не пытался. – сердце отбивает дробь, а голос предательски дрожит, заставляя блондина напротив засмеяться. – Вау, я уже думал мы тебе отбили дар речи, хотел сказать своим, чтобы пока тебя не трогали. Но видимо не судьба. – улыбка пронзает чужие губы, – Чего ты так вчера отреагировал на педика? Может эта тема тебе близка? Чужое лицо сокращает дистанцию до пары сантиметров, заставляя меня перестать дышать. – Н..нет ты что, я прост...м? – чужая рука закрывает мой рот пока я в недопонимании смотрю в карие глаза. – Заткнись, нельзя чтобы кто-то узнал что мы здесь были вместе. По глазам вижу что ты врешь, ботаник. – блондин сокращает расстояние между нашими лицами до пары сантиметров, заставляя меня нервно сглотнуть от бабочек где-то в районе живота. – Говорю же что врешь. А знаешь что бывает за вранье? – Мхм, – рука отодвигается со рта на щеку, – Не надо, пожалуйста. – я закрываю глаза в ожидании удара, но слышу только смешок в свою сторону. –  Я не собирался тебя бить. Пока что. – звонок в коридоре сообщает о начале занятий. – Удачи, Нираги. И блондин уходит из подсобки оставляя меня в полном недоумении. Не избил и еще назвал по имени... сегодня какой-то праздник? Я не сильно хотел идти на физику первым уроком, но вздохнув все-таки поплелся к кабинету. Странный день. Последним уроком должна была быть физкультура. Самый ужасный предмет во вселенной. Кто вообще его придумал? Я был самым слабым из всех мальчиков в классе, и каждый урок меня стебали за это. Пятый круг бегом. Это уже просто садизм. – Сугуру, не отставай. Да сука. Как же заебала эта физра. На пятиминутной передышке я сел на лавку подышать, ибо в легких уже не хватало кислорода. Голос над ухом заставил меня вздрогнуть и обернуться. – Ты что уже выдохся, ботаник? – голос блондина проехался лезвием по моим ушам. – Когда трахаешься тоже так быстро устаешь? – Эм, мне это неинтересно. – я пытаюсь смотреть на все что угодно кроме лица напротив. Поскорей бы он съебал. И похоже мои мольбы сбываются. – Да? Ну посмотрим. – и ты уходишь недобро улыбаясь мне напоследок.