Контракт на любовь

      Несмотря на то что Тэхён и Чонгук прибыли точно в назначенное время, в «личный островок безопасности» Чон Хосока и Пак Хён Шика они всё же приехали последними. Впрочем, как и подобает главным героям, с лёгким опозданием, но в самый нужный момент.       У массивных, кованых ворот их уже ждал Пак. Он тепло улыбнулся, приветствуя гостей, и, отодвинув засов, распахнул ворота внутрь. Пропустив их на территорию, он захлопнул створки за спиной и, раскинув руки в стороны, с весёлой гордостью произнёс: — Добро пожаловать в наш скромный, но очень уютный дом! Все уже здесь. Ждем только вас.       Тэхён и Чонгук с интересом огляделись по сторонам. Территорию скрывал высокий, плотный забор, изолируя её от любопытных глаз и создавая атмосферу полной уединённости. Пространство напоминало ухоженный уголок дикого леса, повсюду росли высокие деревья, их кроны мягко шевелились на ветру. Ни клумб с яркими цветами, ни типичных загородных беседок или качелей видно не было. Всё выглядело строго, сдержанно и естественно — как будто человек и природа здесь давно заключили мирный союз.       Сам дом был двухэтажным, выполненным в современном минималистичном стиле: светлые фасады, панорамные окна, ровные линии и никаких излишеств. Он не кричал о роскоши, но выглядел надёжно и стильно — настоящая крепость для тех, кому нужна была тишина, безопасность и немного воздуха скрытые от чужих глаз.       Зайдя в дом, Хён Шик окинул Тэхёна и Чонгука внимательным взглядом с головы до ног, и, расплывшись в добродушной улыбке, с лёгкой насмешкой в голосе произнёс: — Ну вы, конечно, выглядите круто в этой байкерской экипировке! Сплошная кожа — будто сошли с обложки модного журнала для байкеров.       Он рассмеялся и покачал головой: — Но боюсь, в кожаных штанах вам тут будет не слишком комфортно. Жарко сегодня, сами понимаете. Пойдёмте, найду вам что-нибудь полегче.       С этими словами он подошёл к стене, где ловко открыл встроенный шкаф. — Куртки можете вешать сюда, — добавил он, указывая на вешалки. — А футболки оставляйте, они вам к лицу. Вы в них, как два близнеца, — усмехнулся Пак, бросив на них тёплый, чуть озорной взгляд.       Чонгук и Тэхён обменялись взглядами и засмеялись в ответ, атмосфера была лёгкой, почти домашней, и именно такой, какой им сейчас хотелось. Пройдя дальше вглубь дома, Тэхен и Чонгук быстро поняли, что перед ними вовсе не обычное загородное жилище. Дом был спроектирован с явным уклоном в сторону уединения и безопасности — словно современная версия маленькой крепости.       Толстые стены, надежные двери, продуманное зонирование — всё говорило о том, что здесь ценят не только комфорт, но и приватность. Просторные помещения соединялись светлыми коридорами, а большие панорамные окна выходили во внутренний двор, скрытый от посторонних глаз.       Внутренний двор напоминал уютное убежище: здесь располагался бассейн с раздвижной крышей, позволяющей наслаждаться купанием как в солнечную, так и в дождливую погоду. Вдоль стен росли аккуратно подстриженные кусты, создавая атмосферу уюта и защищённости.       Это было место, где можно было расслабиться, выдохнуть и на время забыть о внешнем мире.           Переодевшись в лёгкие спортивные штаны, которые им любезно передал Пак, Тэхен и Чонгук последовали за Хен Шиком. Их не покидало любопытство: почему в доме, не было ни души, кроме них самих, и куда, собственно, их сейчас ведёт Пак.           Пройдя по длинному светлому коридору, ребята поняли, что обходят дом по периметру. Чем дальше они отходили от входной двери, тем отчётливее становились звуки голосов и аппетитный запах жареного мяса. Наконец, Пак открыл очередную дверь и, с улыбкой кивнув, жестом пригласил их войти первыми.       И в тот момент, переступив порог, Тэхен и Чонгук замерли на секунду — перед ними, в просторном внутреннем дворике, собрались все, кто с нетерпением ждал их появления. Улыбки, оживлённые разговоры, лёгкая музыка и аромат барбекю наполнили пространство атмосферой тёплого, почти семейного уюта.           Тэхен и Чонгук, не сдерживая улыбок, первыми поприветствовали всех присутствующих. Хосок, который в этот момент оживлённо беседовал с Ким Сок Джином, обернулся на знакомые голоса. Его лицо озарила фирменная обворожительная улыбка, и он воскликнул: — Ну наконец-то! У нас уже всё готово. — Подойдя ближе, он тепло пожал им руки и с искренним воодушевлением продолжил: — Мы уже все познакомились, и я рад, что не ошибся ни в ком из них. Впрочем, как и в вас. Ким Сок Джин, следом за Хосоком, подошёл к ребятам и с дружелюбной улыбкой пожал им руки. — Чонгук, — произнёс он, улыбаясь, — сегодня ты выглядишь гораздо увереннее и спокойнее. Он весело подмигнул Тэхену: — Ты, часом, не плеснул ему чего-нибудь успокоительного перед встречей? — Нет, — с улыбкой покачал головой Тэхен, обнимая Чонгука за плечи. — Ему это не нужно, когда он знает, чего ждать от встречи. — Оу, — с добродушной усмешкой произнёс Сок Джин, возвращаясь к столу и беря с него бутылку пива. — Рад слышать, что наша компания не пугает Чонгука. Но всё же могу предложить пива — так сказать, для лёгкого расслабления.       Ким Намджун, стоявший у барбекю и, судя по всему, отвечавший за идеальную прожарку мяса, махнул им рукой и с широкой улыбкой громко произнёс: — Привет! Наконец-то я вижу вас вместе вживую! — и весело рассмеялся.       Тэхен в ответ тоже махнул рукой и тепло его поприветствовал. Чонгук, чуть более сдержанно, почтительно поклонился и произнёс вежливое «здравствуйте».      С кресла-качалки встал невысокий мужчина с проницательным, почти лисьим прищуром: — Я Мин Юнги, — вальяжно произнёс он, протягивая руку. — Рад, наконец-то, встретиться с вами обоими, — добавил он, крепко пожимая Тэхену руку.       Затем он повернулся к Чонгуку и, крепко пожимая ему руку, глядя ему прямо в глаза, сказал: — Чонгук, честно говоря, я не был уверен, что ты пойдёшь против агентства. Но, знаешь… я рад, что ошибался. Вы можете рассчитывать на мою поддержку. Без колебаний. — Спасибо, — спокойно, но с теплотой в голосе ответил Чонгук. — Для нас это многое значит. — А я тоже рад личному знакомству, — раздался новый голос. К ним подошёл высокий, харизматичный мужчина с прямой осанкой и чёрными, как смоль, волосами. В его взгляде читались сила и уверенность. — Пак Со Джун, — представился он, пожимая руку Чонгуку. — Это я собрал все досье на Aurora Entertainment за последние годы. И передал их Хен Шику, как только узнал, что ты, Тэхен, ищешь способ вытащить тебя. Он повернулся к Тэхену, пожимая и его руку: — Тебе мое уважение, за то что не побоялся ввязаться в эту войну. Чонгук поклонился с искренней благодарностью: — Спасибо вам огромное за помощь. Без вас мы бы не справились. Со Джун рассмеялся, дружески хлопнул Чонгука по плечу и с легкой усмешкой сказал: — Да брось. Это вам нужно сказать спасибо — за смелость, за решимость. За то, что вы не собираетесь молчать. Кто-то должен был начать, и вы это сделали. Пора было уже сбросить эту гниющую систему с пьедестала. Бан давно перешёл все границы разумного. — Если честно… — вмешался в разговор Хосок, откинувшись чуть назад в плетеном кресле и глядя на Тэхена и Чонгука с лёгкой улыбкой. — Мы все искренне восхищаемся вами. Вы ведь понимаете, что в этой войне можете пострадать оба. Это не игра — ставки высоки. Он сделал паузу, прищурился и с интересом посмотрел на ребят, сидевших на не большом плетеном диванчике на против него, плечом к плечу, будто спаянные невидимой нитью. — Но, похоже… — продолжил он с хитрой усмешкой, — это заботит вас меньше всего. Тэхен и Чонгук синхронно кивнули. Их взгляды пересеклись, и в этих взглядах было всё: спокойствие, решимость, доверие и бесконечная поддержка.       Хосок, широко улыбаясь, продолжил: — Из вас просто льётся искренность, не только друг к другу, но и ко всем, кто рядом. И знаете, это видно. Камеры могут многое приукрасить или скрыть, но вашу правду они не в силах исказить. Я просмотрел кучу информации: интервью, ролики, фотосессии, даже те кадры, где вы якобы «играли» в отношения. Но самое интересное — это то, как вы вели себя по отдельности. С фанатами, с коллегами, с прессой. И везде… везде сквозила искренность.       Он сделал вдох, и в голосе прозвучала твёрдость: — Я верю, что мы победим. Потому что ваши глаза не лгут. Никогда не лгали. В этот момент, раздался бодрый голос Сок Джина: — Все к столу! — прокричал он, громко, с задорным смехом. — А то Намджун с Хен Шиком всё съедят без нас! Смех разлился по двору, в воздухе повисло ощущение теплоты, близости и чего-то по-настоящему большого, что только начинало разворачиваться.              Тэхен с Чонгуком рассмеялись, обменявшись быстрым взглядом, в котором читалась благодарность — друг другу, Хосоку, всей этой невероятной компании, собравшейся не из страха, а из веры в них и общее дело. — Пойдём, — сказал Тэхен, подталкивая Чонгука лёгким движением плеча. — Нам точно стоит попробовать это легендарное мясо от Намджуна. — Если его ещё не сожрал Хен Шик, — подхватил Чонгук с ухмылкой.       Под общий смех они направились к столу, где уже закипела жизнь: Намджун как шеф-барбекю сосредоточенно переворачивал мясо, при этом пытаясь отпихнуть Хен Шика, который, похоже, «случайно» съедал по кусочку с каждого подноса. — Эй, Хен Шик! — возмутился Намджун, — Ты вообще людям мясо оставишь? — Я провожу дегустацию! — с невинным видом парировал тот. — И должен признать — это шедевр. — Только не говори, что ты «ответственный за безопасность» ещё и в гастрономическом смысле, — проворчал Сок Джин, разливая по бокалам пиво и лимонад.       Ребята сели за стол. Сначала было немного суетно — кто-то не мог найти палочки или вилку, кто-то тянулся за салфетками, а кто-то — как Мин Юнги — просто забрал себе всю тарелку с закуской, не делясь. Но вскоре все успокоились, вокруг разлился уют домашнего обеда, такого редкого и ценного. — Вы же понимаете, — заговорил Пак Со Джун. — Мы встряхнём не только агентство, но и всю индустрию. — Да, — кивнул Юнги, — если уж разрушать, то по кирпичикам. Чтобы потом выстроить что-то настоящее.       Чонгук отложил палочки и, чуть помедлив, сказал: — Мы готовы. Не знаю, что будет завтра, через неделю, через месяц… Но я впервые чувствую, что живу своей жизнью. Не по сценарию.       Тишина повисла на секунду. — Вот именно, — тихо сказал Тэхен, беря его за руку. — Мы не беглецы. Мы — строители. Мы творим не побег, а новую реальность. — И в этом, — добавил Хосок, поднимая бокал, — вы не одни.       Бокалы звякнули, словно запечатывая союз. И каждый за этим столом почувствовал — что бы ни ждало их впереди, сегодня началась история, которую они будут рассказывать не как о скандале, а как о пути к свободе.       За вкусной едой и обсуждением ключевых моментов будущего сотрудничества, они и не заметили, как разговор перешёл на личные темы. — Тэхен, — окликнул его Со Джун, — а как получилось, что ты оказался втянут в агентство? Ты ведь тогда не был из мира шоу-бизнеса? — спросил он с любопытством. — Оу, — с лёгкой улыбкой протянул Ким, — в этом виноват Намджун, — сказал он, бросив лукавый взгляд на сидящего напротив друга. — Ты же сам говорил, что благодарен мне за это! — с наигранным возмущением воскликнул Намджун, приподнимая брови. — Хочу подробностей, — внезапно вмешался Мин Юнги, прищурившись и внимательно глядя на Намджуна. До этого он почти не участвовал в разговоре, но сейчас его голос прозвучал с неожиданным интересом.       На миг повисла тишина, и все присутствующие с неподдельным вниманием переводили взгляд то на Юнги, то на Намджуна, явно предвкушая занимательную историю.       Намджун, обвёл всех взглядом, как будто проверяя — действительно ли всем интересно, а затем продолжил, спокойно, но с иронией в голосе: — Как-то в агентстве ко мне подошёл менеджер группы ECLIPSE, Ким Джи Хун, и спрашивает: нет ли у меня знакомых, не из шоу-бизнеса, кто мог бы сыграть парня Чонгука за приличные деньги. Я сначала отмахнулся, сказал, что таких нет. Но он всё равно стал настаивать, описывать, кого именно они ищут. И чем больше он говорил, тем отчётливей у меня в голове рисовался один человек…       Намджун бросил многозначительный взгляд на Тэхена и усмехнулся. — Всё, что он описывал, было как под копирку с тебя, Тэ.       Он почесал затылок и с лёгкой улыбкой добавил: — Я тогда и сказал: мол, есть один человек, могу с ним поговорить, но гарантировать ничего не могу. А Джи Хун, как будто за соломинку схватился. Говорит, они всех уже пересмотрели, а Бан всех забраковывает. И если мой кандидат пройдёт его отбор — гонорар удвоят.       Тэхен присвистнул, театрально возмущаясь: — Так меня ещё и на деньги кинули? — усмехнулся он, покачав головой. — Джун, я думал, ты мне друг!       Все за столом дружно рассмеялись.       Намджун всплеснул руками: — Тэ! Да ты не особо и сопротивлялся, как бы ты сейчас тут ни строил из себя жертву, — подмигнул он. — А почему ты согласился? — с интересом спросил Сокджин, отложив палочки.       Тэхен на мгновение задержал взгляд на Чонгуке, и, улыбнувшись уголками губ, ответил: — Ну, как я мог отказаться от шанса стать парнем самого Чон Чонгука?       Тот слегка покраснел, опустив глаза, но не смог скрыть довольную улыбку. — Да у него серьёзных отношений не было лет сто, наверное, — вставил Намджун, весело подкалывая. — Так что он особо ничего и не терял. А деньги ему были нужны — он ведь тогда всё мечтал расширить своё арт-кафе. У него столько идей вертелось в голове, но не всё можно было потянуть без финансовой поддержки. Вот я и подсунул ему легкий способ заработать. А получилась…история века. — Получилась — история любви, — негромко, но с теплом произнёс Хосок, глядя на ребят.       На мгновение все притихли. Улыбки сменились на мягкие взгляды, наполненные уважением, признанием и тёплой поддержкой.       Тишину нарушил Чонгук: — Может, всё и начиналось как сделка… но для меня это стало чем-то настоящим. С самого начала. Просто я не сразу это понял. — Вот теперь точно можно поднимать бокалы, — весело воскликнул Со Джун, — за случайности, которые оказываются самыми точными ударами судьбы!       И бокалы звякнули — не просто в знак согласия, а как печать новой главы. — Деньги никогда не даются легко, — тихо, но отчётливо произнёс Юнги, когда все осушили бокалы. Его взгляд был направлен прямо на Намджуна — холодный и пронизывающий. — И знаешь, я думаю, Тэхен прав. Вряд ли ты ему настоящий друг. — Что?! — округлил глаза Намджун, оторопев. — И ты туда же… — его голос дрогнул, в нём послышалась горечь. — Мне то же самое сказал Чимин, когда я ему всё рассказал. Вы случайно не братья? — добавил он, с кривой усмешкой и попыткой спрятать боль за сарказмом.       На мгновение повисла напряжённая тишина.       Всем было ясно: несмотря на шутливый тон, Намджун ощущал вину. Перед Тэхеном. Перед Чонгуком. Возможно, и перед самим собой. Он не мог предвидеть, как всё обернётся, но теперь последствия лежали на его плечах. — Чимин? — медленно переспросил Юнги, приподняв бровь. — Это случайно не Пак Чимин? Айдол из вашего агентства?       Сразу несколько пар глаз уставились на него с интересом.       Во дворе ощутимо стало тише — даже ветер будто замер.       Все знали — Юнги человек закрытый. Он редко подпускал кого-то к себе, не был склонен к откровенности, особенно в кругу малознакомых людей. Но сейчас он явно проявлял интерес. Настоящий, неприкрытый.       Хосок обвёл взглядом всех за столом и понял — кто-то уже начал догадываться. Только Намджун и Сокджин по-прежнему не понимали, к чему клонит Юнги. — Он самый, — с лёгкой улыбкой подтвердил Намджун. — Ты о нём слышал? — спросил он, ни о чём не подозревая.       Мин лишь сдержанно кивнул, не сводя прищуренного взгляда с лица Намджуна. — Это мой подопечный, — с гордостью в голосе продолжил тот. — Парень невероятно способный, харизматичный. Но… — его голос заметно потух, — в агентстве не дают ему раскрыться по-настоящему. Всегда сдерживают. Как будто боятся его потенциала. — Я это заметил, — холодно бросил Юнги, будто проверяя, поймёт ли Намджун глубину его слов. — Юнги… — осторожно вмешался Со Джун. — Это ведь для него ты пишешь те самые композиции, которые не даёшь послушать даже мне? Мин перевёл на друга спокойный, чуть усталый взгляд и произнёс: — А если и так? Тебя это смущает? — Ты о чём вообще, Юн? — в замешательстве заморгал Соджун. — Я рад, что теперь знаю имя твоей зазнобы.       Присутствующие взорвались дружным смехом и подбадривающими возгласами. Все, кроме двух — Намджуна и Сокджина. Они сидели с одинаково озадаченными лицами. — Простите, — громко произнёс Намджун, — но, может, кто-нибудь объяснит, что значит зазноба?       Он уставился на Юнги пристальным, не мигающим взглядом. — А то, — вмешался Хён Шик, широко улыбаясь и кивнув на Мина, — что наш Юнги, похоже, влюбился в Пак Чимина. — Не неси чушь, — буркнул Мин, нахмурившись. Но его голос уже не звучал уверенно. — Чимин действительно талантлив, — продолжил он, чуть тише. — И да, агентство душит его. Это видно невооружённым глазом. Я видел его однажды на сборном концерте. За кулисами от него исходила такая мощная энергия, что все рядом будто тускнели. А на сцене... он сиял. Только вот с репертуаром — катастрофа. Всё не его. Всё — чужое.       Пак Со Джун, который знал Мина не первый год, уставился на него с немым изумлением. Он не мог припомнил, чтобы Юнги когда-либо произносил столько слов, если речь не шла о музыке. Таким многословным он его не помнил от слова СОВСЕМ.       Хосок, с улыбкой глядя на Тэхена и Чонгука, которые так и сидели прилипшие друг к другу, шепнул, но так, чтобы все слышали: — Тэхен, кажется, ты был прав.       Тэхен кивнул, всё так же улыбающийся, и понимающе произнёс: — Это значит, что мы действительно в одной лодке, — добавил он, глядя на Юнги с пониманием.       Юнги поднял на него глаза, и впервые за весь день в них мелькнуло что-то почти уязвимое. Не маска равнодушия, не сарказм, а настоящая, глубокая боль и… надежда.       Ким Сок Джин, наблюдая за всей сценой, неожиданно улыбнулся и, приподнимая бокал, с лёгкой усмешкой заметил: — Похоже, у нас тут намечается ещё одна пара. Думаю, самое время выпить… за любовь. — За любовь! — весело и в унисон подхватили Тэхен и Чонгук, чокаясь бокалами. И снова бокалы звякнули — глухо, но отчётливо, как отголосок чего-то настоящего.