Смена ролей

Эграссель снова ночевал у Вальдхара. Для них это уже стало обыденностью и даже более частым явлением, чем дневные визиты. Ночью Эграссе было ещё легче ускользнуть из-под взора отца и сбежать из дома. А ещё ночью в тёмном доме наедине с отстранённым отцом было очень грустно и одиноко, потому Эграсса предпочитал коротать долгие ночи у Вальдхара. С ним они, наоборот, казались слишком уж короткими. Двое сидели на кровати, увлечённые разговором, который для них был в разы интереснее сна. Разговор, конечно, был не таким возвышенным, как всякая умная болтовня Эграсселя и Лололошки, но для Эграссы эти простые разговоры с Вальдом были самыми приятными. — Вальд, тебе же точно не в тягость меня принимать? — шутливо спрашивает Эграссель, частично всё же переживая, не зачастил ли он с визитами. — Пару ночей я могу и дома провести, ты только скажи. — Эграсса, не начинай, — отрезал Вальдхар, приобнимая Эграсселя за плечи. — Сам знаешь, я только рад тебя видеть. Особенно зная, что у тебя дома делается. Разве я могу тебя не пустить? Эграссель тихо смеется и отводит взгляд. — Ладно тебе, — отмахивается он. — Всё не настолько серьёзно… — Это не единственная причина! — прерывает его Вальдхар, заметно взвинченный из-за того, что Эграсса в очередной раз отказывается признавать жуткий характер его ситуации. — Я просто рад тебя видеть. В любое время, Эграсса. Нравится мне, что ты рядом, понимаешь? Несмотря на то, что эти слова вылетели из Вальдхара, словно дробь из пулемёта, он был искреннен в каждом из них. Он действительно всегда был рад принять Эграссу, не из-за какой то там нужды, а просто из желания видеть своего любимого эльфа рядом, ощущать его присутствие. Выслушав Вальда, Эграссель улыбнулся и кивнул, прильнув ближе к Вальдхару. — Понял, понял. Больше не буду докучать тебе этими расспросами. По крайне мере, этой чудной ночью, — с той же мягкой улыбкой заверяет Эграсса, устраиваясь напротив Вальдхара. — Давай сменим тему. Вальдхар кивает. Ему и самому не хотелось омрачать эту чудесную ночь разговорами на не самые приятные темы. Он опускает свою руку на длинные, золотистые волосы Эграсселя, перебирая мягкие пряди. Волосы Эграссы были его отдельной слабостью, да и в целом дополняли обожаемый Вальдхаром светлый и лучезарный образ прекрасного, нежного эльфа. Вальдхар смирился с тем, что в их дуэте он был более «диким», «неотёсанным», да и не то чтобы он сильно хотел идти против этой данности. Его устраивало то, что ему просто нужно держать Эграсселя в своих сильных руках, не позволяя миру покуситься на его непорочную красоту… Сквозь тело Вальдхара пробежал внезапный заряд, вышедший мурашками на коже. Опустив взгляд, Вальд увидел причину странного чувства — руки Эграсселя что-то забыли на его груди. Эграссель по-хозяйнически трогал… нет, нагло лапал грудь Вальдхара. Вот это новости. — Эграсс? — озадаченно спросил Вальд, но руки не убрал. Эграссель ничего не ответил и продолжил бесстыдно изучать своими руками тело Вальдхара — опустился по груди к бокам, потом перешёл к спине, словно пытаясь хорошенько ощупать ярко выраженные мускулы через слой толстой ткани. Вальдхар ни отстранялся, ни приближался, только тяжело дышал и держал руки навесу, потому что конкретно в этом моменте мысль о том, чтобы, как обычно, положить их на спину или плечи Эграсселя, казалась слишком… Слишком. — Вальд, что ты так напрягся? — спрашивает Эграсса, обвивая свои тонкие руки вокруг Вальдхара и прижимаясь к нему. — Мы же постоянно так делаем, когда я прихожу к тебе. — Нет, не постоянно! — возражает Вальдхар. — Обычно ты… ну, не трогаешь меня так. — Если ты против, то я могу перестать, — всё так же невозмутимо продолжает Эграссель. — Да нет, ты не так понял, Эграсса! Я не против, просто… — Просто что? Повисло молчание. Эграссель терпеливо ждал ответа, в то время как Вальдхар попросту молчал, пытаясь подобрать слова. А ответить-то было нечего. Он и сам не понимал, отчего вдруг так разнервничался. Они действительно были вместе уже давно, объятия и поцелуи для них были обыденностью, а тут Вальдхар навёл какую-то панику из-за того, что Эграсселю просто захотелось его потрогать. Вальду вдруг стало очень неловко, и неловкость усилилась, когда он почувствовал, как его щёки резко вспыхнули жаром. — Не знаю, — пробормотал Вальдхар, наконец позволяя своим ладоням медленно опуститься на спину Эграсселя. — Не ожидал просто от тебя такой инициативы, вот и всё. Эграссель мягко рассмеялся и положил руку на щёку Вальдхара, заставляя его посмотреть на себя. — Серьёзно? — переспрашивает эльф, улыбаясь. — Вальд, поверь, я и не такое могу. Тебе ещё удивляться и удивляться, будь готов. Тягучая неловкость растворилась так же быстро, как образовалась, и Вальдхар со всей искренностью рассмеялся в ответ. И правда, Эграссель был мастером в искусстве удивления Вальдхара, и Вальдхар был от этого без ума. Длинные пальцы Эграссы ловко поддели и чуть оттянули воротник Вальда, от чего тот снова слегка опешил, но в этот раз пришёл в себя в разы быстрее. У него не было причин сопротивляться. Наоборот, ему хотелось ускориться, разложить перед Эграсселем всего себя сию же секунду, но он сдерживался. Ему было интересно, какого это — отдать весь контроль в руки эльфа, которого он привык видеть совершенно непорочным, невинным и нуждающемся в защите и заботе Вальдхара. И это любопытство было в разы сильнее нежелания выходить из зоны комфорта. Пока Эграссель расправлялся с пуговицами на рубашке Вальдхара, Вальд потихоньку начал отвечать тем же: сначала прошёлся руками по изящному контуру плеч эльфа, потом начал торопливо расстёгивать его рубашку. — Красивое у тебя тело, — ухмыльнулся Вальдхар, любуясь открывшимся перед ним видом и уже явно чувствуя себя поувереннее. — Даже лучше, чем у всех твоих подружек? — шутливо спросил Эграсса, обнимая Вальдхара и прижимаясь своей обнажённой грудью к его. В ответ Вальдхар легонько, но очень внезапно укусил Эграсселя за ухо, от чего тот звонко ойкнул. — Ерунду не говори, они с тобой и рядом не стояли, — пробурчал Вальдхар и начал осыпать шею Эграсселя поцелуями. — Да и… нет у меня больше никаких подружек, ты сам знаешь. — Знаю… знаю, просто шучу, — с трудом проговорил Эграсса, томно вздыхая между словами. Эграсселю безумно нравилось наблюдать за тем, как внутри Вальдхара разгоралась неудержимая страсть. Он, конечно, прекрасно знал, что Вальдхар его обожает, но подставляться под проявления этого обожания ему всё равно очень нравилось. А ещё больше нравилось провоцировать Вальда на эти проявления, хотя настолько далеко Эграссель ещё ни разу не заходил. И Вальдхар тоже. Для них обоих это было очень в новинку, и даже Эграссель, будучи зачинщиком всей этой «игры», не совсем понимал, что ему делать дальше. Границы дозволенного вдруг стали очень размытыми. — Вальд, позволь мне… — едва слышно прошептал Эграссель и неторопливо, но уверенно повалил Вальдхара на кровать. На долю секунды Вальдхар засомневался, что всё это действительно происходит наяву. Образ Эграсселя, нависающего над ним, был слишком… невероятным. Нереальным. Золотистые локоны обрамляли изящное, светлое лицо, а выразительные и улыбчивые глаза смотрели так влюблённо, что сердце Вальдхара, кажется, забилось немного чаще. Вальд вытянул руку, чтобы погладить Эграссу по щеке, и убедился в том, что никакой это не сон — чужая кожа ощущалась тёплым и родным бархатом против его ладони. Слишком реально, чтобы быть какой-то там фантазией. — Ну, так и будешь просто на мне сидеть? — усмехнулся нетерпеливый Вальдхар, пытаясь подзадорить Эграсселя. — Совсем недавно ты был раз в сто настырнее. Эграсселю захотелось как-то подразнить Вальдхара в ответ, но ничего толкового в голову не лезло. Видимо, при виде соблазнительно лежавшего под ним возлюбленного все излишне сложные мысли вылетели из головы Эграссы с бодрым свистом. Поэтому в ответ на подтрунивания Вальдхара Эграсса смог выдать только неловкий смешок, после чего принялся компенсировать своё минутное бездействие. У него уже не было цели дразнить Вальдхара — ему самому хотелось всего и сразу, так что медлить смысла не было. Эграссель торопливо стянул с Вальдхара штаны и бельё, и с губ Вальда сорвался тихий вздох. Эграссель для Вальдхара был самым прекрасным живым существом из всех когда-либо существующих. И, несмотря на привычную себе грубость и вульгарность, Вальдхар немного боялся быть излишне напористым с Эграсселем. Он напоминал Вальду фарворовую куклу, которая пойдёт трещинами, стоит лишь надавить где-то слишком сильно, обойтись с ней слишком небрежно. Оттого Вальдхар по возможности держал руки при себе, ведь был уверен, что светлую голову Эграсселя вовсе не посещают мысли о таких низменных вещах, как плотские утехи, а значит лезть к нему с этим не стоит… Эграссель держал член Вальдхара в своей руке и ни капли не нервничал. И, господи, лучше бы он нервничал! От этого полного спокойствия Вальдхар нервничал ещё больше. Он прекрасно знал, что делать, когда Эграссель о чём-то переживает, когда что-то его тревожит. А как быть, когда взволнован сам Вальдхар, в то время как Эграссель спокоен, как удав? Просто лежать, позволяя Эграссе любоваться своим позорно раскрасневшимся лицом, будто ты не любовных дел мастер, а неопытный мальчик, впервые ощутивший чудо чужого прикосновения? Ситуация не улучшилась, когда Эграссель начал неспешно, ритмично двигать рукой по всей длине члена, параллельно наблюдая за реакцией Вальдхара. Реакция Вальдхара не заставила долго ждать: с полувздохом-полустоном он отвернул голову, более не выдерживая зрительный контакт с Эграсселем. Эграсса тихо усмехнулся, но не остановился. — Почему ты так взволнован, Вальд? — спрашивает он. — Я думал, что для тебя подобное не в новинку. — А почему… ты так спокоен, Эграсса? — Вальдхар задаёт встречный вопрос. Эграссель пожимает плечами и чуть ускоряет свой темп, опуская свободную руку на грудь Вальдхара. Вальдхар сдавленно стонет в ответ, неосознанно хватаясь за длинные волосы Эграсселя и немного оттягивая их. Эграссель тихо мычит и сжимает член Вальдхара у основания, от чего тот вздрагивает, шумно выдыхая, и пытается притянуть Эграсселя ещё ближе к себе. Чем тяжелее дышит Вальдхар и чем сильнее его пальцы путаются в уже порядком взъерошенных волосах Эграссы, тем быстрее Эграссель двигает рукой, не забывая попутно ласкать тело Вальда. Эграссель знает, что сейчас Вальдхар уязвимее, чем когда-либо ещё. И Эграссе позволено разделить с ним эту уязвимость, увидеть Вальдхара полностью обнажённым перед собой, в буквальном и фигуральном смысле. Вальдхара, который не обнажается никогда. Вальдхар слабо взялся за тонкое запястье Эграсселя и направил его на более быстрый темп. Эграссель послушно ускорился, периодически сжимая чужую длину в своей руке. Судя по выражению лица, Вальдхару это нравилось… хотя, это и так было довольно очевидно. — Эграсса… — едва выдавил из себя Вальдхар, снова пытаясь притянуть Эграсселя как можно ближе к себе. — Не останавливайся. Эграсса и не думал останавливаться. Уж точно не сейчас. Ему хватило лишь пары особенно размашистых и быстрых движений, чтобы Вальдхар содрогнулся под ним и, так крепко цепляясь за волосы, что Эграссель тихо простонал, кончил ему в руку. Эграсса медленно отпустил член Вальда и опустил теперь свободную руку ему на живот. — Что скажешь, Вальд? Мне удалось тебя удивить? — спрашивает Эграссель, блаженно улыбаясь. И Эграсса, и Вальдхар тяжело дышали, глядя в красные и поблескивающие от пота лица друг друга. Вальдхар осторожно выпустил из рук волосы Эграсселя, позволяя прядям свободно повиснуть. — Удивить — это мягко сказано, — ответил Вальдхар, стараясь втиснуть слова между сбивчивыми вдохами. — Ещё бы ты меня не удивил. Я не думал, что ты так умеешь, Эграсса. — Значит, мой план выдался удачным. Но ты меня тоже удивил, Вальд, — добавляет Эграссель. — Я догадывался, но не знал наверняка, что у тебя есть такая… Чувствительная сторона. Это был интересный опыт. Вальдхар молча утягивает Эграсселя в крепкое объятие, плотно прижимая его разгорячённое тело к своему. — Только не злоупотребляй этой моей… «чувствительной» стороной, как ты сказал, — нарочито строго наставляет Вальдхар. — Если я вафлей стану, то кто будет как следует о тебе заботиться? — Не переживай, я не буду, — смеётся Эграссель. — Ну, только если совсем немного.