Destroy. Control. Subjugate.

Магикс. Чудесное Королевство волшебства, его города были оснащены передовыми технологиями, а его древние традиции оберегались и передавались каждому новому поколению. Его знаменитые три школы привлекали юных магов со всего волшебного измерения, Магикс сохранял баланс между позитивной и негативной энергией, между чёрным и белым колдовством, позволяя юным волшебникам самим выбирать свой путь, давал возможность проявить свои силы и использовать их во благо всему Королевству. Но однажды этот баланс был разрушен. Такое раньше происходило и в остальных волшебных измерениях, но эта война принесла за собой куда большие жертвы, и положение вещей никогда не стало прежним. Эта история про трёх юных волшебниц, чьи амбиции и силы впоследствии, станут угрозой для всего Магикса. Названные сёстры, что вернут могущество ведьм в полном размере. Но всё начиналось далеко не в Магиксе. Каждая из названных сестёр начинала свой путь поневоле, затянутая в водоворот неконтролируемых ими событий, и тогда они ещё не знали, что однажды тьма окутает их сердца, а они, одурманенные силой и властью, разрушат этот мир. После поражения Домино весь волшебный мир охватил глубокий траур. Это место было святилищем для Пламени Дракона, и легенда о потерянной Принцессе-Хранительнице разрослась слухами по всем Королевствам. Прошло немного лет с ожесточённой войны, которую возглавлял сам Лорд Даркар вместе со своими приспешниками, одними из которых были самые могущественные ведьмы всего волшебного измерения – Три Древние Ведьмы, чья история берёт начало с самого зарождения волшебных Королевств. Их почитали и боялись, как и сам Лорд они были частью этого мира, скрывались в тени, и искали самый удачный момент для нападения веками… Отважные герои из Команды Света смогли их победить и заточить в самых отдалённых уголках волшебного измерения, но их энергия витала в атмосфере долгие годы, и весь мир понимал, что однажды они вернутся, ведь существа темнее самой ночи и древнее самого мира, так просто никогда не сдавались… ***** Вечно светлая и приветливая Солярия оставалась такой же, как и прежде. Зло не смогло сюда добраться, и жители этого Королевства почти не познали весь ужас происходящего на других планетах. Солярия была спасительной нитью для тех, кому было слишком тяжело – почти со всех ближайших планет сюда эвакуировали жителей некогда процветавших Королевств, и Солярия, такая же солнечная и приветливая, вселяла надежду и тепло в сердца людей. Но были в ней и свои тени, одна из которых пока ещё была слишком мала, чтобы что-либо решать, и только-только начинала познавать свои силы. Впрочем, она давно поняла, что не сможет излучать тот же свет, как и все вокруг. Её родители были в меньшинстве, они так же предпочитали оставаться и действовать в тени. Они окрестили будущую волшебницу именем Дарси, в честь её пробуждающихся сил тьмы. Они всегда говорили ей действовать тихо и осторожно, изучать магию, когда никого нет рядом, и объясняли, что их силы здесь не принимают. По вечерам Дарси слушала вдохновлённые рассказы родителей о том, как силы зла захватили и уничтожили Домино, но, когда они доходили до части, где Ведьм смогли заточить, а могущественного Лорда ждала участь поражения, их голоса набирали окрас небывалой печали, ведь они верили, что древнее зло сможет добраться и до Королевства, и тогда они все наконец станут единым целым, перестанут находится в тени вечного света, и их сила в полную мощь покажет солярийцам их место. Дарси училась играть в противоположность, когда посещала школу днём, улыбалась, как все, уважительно обращалась с профессорами, прилежно училась и не вызывала никаких подозрений, создавая о себе нужное впечатление отличницы и тихони. Тем не менее, ей нравилась эта игра, нравилось пользоваться привилегиями отличницы, использовать их для своей выгоды, манипулировать одноклассниками, и она знала, что никто её ни в чём не обвинит, пока она сама не покажется в поле зрения и не расскажет о сотворённых ею проделках. Для изучения своей родной магии она использовала либо дом и родительский контроль рядом, либо уходила на болото и пыталась самостоятельно обуздать свою силу. Это место не пользовалось среди людей славой, поэтому для неё это была идеальная возможность практиковать свои силы в одиночестве. Тем более, обитающие существа в нём так идеально подходили для юной колдуньи и её пробуждающейся силы контроля разума. Хоть они и были безобидными, но Дарси нравилось ощущать их преданность, сталкивать между собой и наблюдать, как они выполняют всё по её воле. Однажды, сидя на широкой кочке, возле низко опустившейся ивы к мутной вязкой жиже, устремив взгляд в одолженную из школьных архивов книгу и размышляя над новым заклинанием клонирования, Дарси услышала треск где-то недалеко, и это не было похоже на движение мелких существ, которых она подчиняла. Что-то огромное и неаккуратное надвигалось в её сторону, и она стала тщательно осматриваться. Благо, её зрение позволяло видеть каждую деталь издалека, но очки всё равно приходилось носить из-за того, что вблизи, на расстоянии вытянутой руки, уже всё начинало плыть без них. Она попыталась сконцентрироваться и применить заклинание слияния с внешней средой, чтобы понаблюдать за неизвестным чудищем. Ей нравилось изучать каждое действие разных существ, и, возможно, она попытает удачу и ей даже хватит сил подчинить и это существо? Слившись с кочкой, она увидела огромного неотёсанного огра жёлтого цвета в порванных лохмотьях. Переставляя свои огромные грубые лапы, он тяжело дышал и пыхтел, ломая ветки и проминая траву, жёлтые как кожа зубы и торчащие клыки были видны из его огромной пасти, а в руках он нёс огромную вязь из трав и ягод. Дарси ещё не видела огров в этих краях, видимо, этого привезли из другой планеты совсем недавно, и по идее его должны были держать под стражей. Всех магических разумных существ не отпускали без проводника, пока не убеждались, что они безопасны. Хотя, может, этот огр и не опасен? Дарси не ощущала страх, ей всё казалось интересным. Дождавшись, пока огр отвернётся, чтобы что-то собрать с кустов, она начала растворять заклинание слияния, чтобы попытать удачу и подчинить это существо себе. Присев на одно колено и опираясь руками о кочку, она случайно поскользнулась второй ногой, обувь которой скрежетом пронеслась по каменистой поверхности, покрытой мхом. И тут этот увалень начал поворачиваться в её сторону. Она не успела снова переключить себя в состояние слияния, и существо расширенными глазами с красными белками заторможено смотрело на неё, а Дарси, поджав губы и стискивая зубы, пыталась не двигаться, выглядя в своей боевой позе куда устрашающе, чем она могла от себя ожидать. Огр неуклюже стал разворачиваться, и, бросив короткое «Ой», стал бежать в противоположную сторону. Даже Дарси осталась в недоумении, не понимая, почему он не набросился на неё, но она всё-таки попытала судьбу и, сорвавшись с места, побежала за ним: – Эй, подожди! Я тебя не обижу, я хочу узнать откуда ты взялся! – Дарси понимала, что если рядом есть ещё разумные, то он мог рассказать им о том, что видел странную девочку на болоте, а новость могла распространиться и по школе, и тогда бы её стали допытывать, что она там делала, а ей никак нельзя было раскрывать свои секреты! Поэтому единственным способом было остановить огра, в беге она не могла применить заклинание, юный мозг первый раз встретился с такой ситуацией и не мог позволить Дарси сконцентрироваться на том, что ей нужно было. Огр замедлил свой бег и развернулся в её сторону, почти падая от перемены скорости. Дарси смешила его неуклюжесть, она поняла, что он не представляет опасности, такой большой увалень, а смог испугаться ребёнка! – Правда? – его громкий, грубый, но испуганный голос донёсся будто со всех сторон к ней, и он почесал свободной рукой затылок, – Мы боимся людей, они обижали нас, – сейчас он звучал как самый настоящий ребёнок, и Дарси на секунду даже стало его жаль, но она неотрывно смотрела и пыталась предугадать следующее действо неотёсанного огра: – Слушай, я не как остальные люди, может быть я и хочу тебе помочь, только не рассказывай никому что ты меня тут видел, и тогда ты можешь свободно идти куда захочешь, – она поправила очки и устало вздохнула, ей очень не хотелось сейчас разбираться с этим чудищем, а ещё больше не хотелось, чтобы он кому-то рассказывал о том, что видел её! – Оо, Кнуту ещё никто не хотел помогать, спасибо Вам огромное! – он радостно сложил ладони вместе, упуская из руки вязь из трав, и недоумевающе посмотрел вниз, наклоняясь, чтобы взять её. «Мдаа, видимо, придётся долго с ним возиться», – подумала юная волшебница, и, сложив руки на груди, стала наблюдать за его потугами. Гипноз она не пробовала применять, всё-таки, это существо казалось разумным, а на них Дарси ещё не пробовала разучивать свою магию, к тому же, её энергия исчерпалась недавним заклинанием слияния со средой. – Так значит, тебя зовут Кнут, да? Странное имя. Но ладно, как ты тут оказался? – спросила она без надежды, что это чудище вообще способно было на длинные переговоры, но пока у неё ещё было время изучить его, да и интерес внутри не замолкал, всё-таки это была редкая возможность встретить ещё одно новое для неё существо. – Это имя мне дали люди, а сами мы не имеем имён, моя семья осталась на Линфее, а меня перевезли сюда работать, но всё что я делаю никому не нравится, и они начинают обижать меня, и я сбежал от злых людей, и сейчас живу в лесу рядом, меня всё ещё ищут потому что иногда я слышу голоса людей возле леса, и мне приходится прятаться, а на болото я пришёл за травами, а потом увидел Вас и испугался, потому что думал, что Вы расскажите плохим парням обо мне, и меня снова заставят на них работать, – закончив свой лаконичный рассказ, огр снова почесал затылок и опустил взгляд, а после с надеждой посмотрел на Дарси, – Но вы же не расскажете обо мне, правда? Дарси смотрела на него скептически, хуже никому не станет если она покроет это существо, если он, конечно, сам не разболтает о ней. – Я не расскажу, при условии, что ты тоже умолчишь о том, что видел меня. И на этом болоте нет трав, если конечно ты не хочешь приготовить зелье, которое обсыплет тебя зелёными бородавками. Потому что я вижу, что ты всё-таки собираешь целительные травы, а это болото таковых здесь не имеет, чтобы ты знал, – она тонко намекнула на некомпетентность огра в этой местности, указывая взглядом на вязь в его руке, – пойдём, мне нужно забрать свою книгу, и я покажу где собрать нужные травы, – она указала огру, чтобы он шёл чуть вперёд, Дарси нужно было видеть и контролировать, чтобы он не убежал, а также наблюдать, чтобы сюда не забрёл кто-то ещё. Она понимала, что у этого огра здесь никого нет, он прячется от людей, и это была для неё новая возможность научиться расширять и использовать свои силы. Дарси понимала, что Кнут ведомый и ей будет легко управлять и манипулировать им, она понимала, что это будет взаимовыгодно для них обоих – она будет прятать огра от людей, а он добровольно-принудительно будет соглашаться на "уроки магии". Спустя непродолжительное время, несколько раз в неделю она преднамеренно уходила в лес и обучалась контролю своей магии, теперь уже на разумном существе. Так же, для пущей убедительности, она собирала ему необходимые травы, искренняя детская радость всегда отображалась на лице Кнута широчайшей улыбкой, и Дарси понимала, что такие мелочи привяжут огра ближе к ней, чтобы он не посмел удрать от неё. Она смогла обучиться телепатии и общаться на расстоянии, научилась телепортации на короткие дистанции, и смогла передать силу огру, чтобы всегда понимать, где он находится. Контроль разрастался, она ощущала энергию внутри себя, она знала, что однажды станет сильнее прежнего, и родители её в этом поддерживали, они верили, что она станет Избранной. ***** Королевство Даймонд славилось своей чудесной удивительной природой. Покрытые кристаллами деревья необычным образом изгибались и росли дорожкой между уступов и холмов, фиолетовые блестящие камни покрывали большую площадь его местности. Внизу, за горами, расположился величественный дворец, будто сделанный из песка, и город, здания которого были плотно прижаты друг к другу, создавая впечатление, что никому из его жителей не скрыться друг от друга. На одном из балконов дворца расположилась одинокая фигура. Покачиваясь в кресле, она смотрела далеко за горизонт, покрытый горами. Это была юная принцесса, наследница трона Даймонда, ей перепал свободный от учёбы час, чтобы передохнуть перед следующими утомляющими часами учёбы и тренировок. Королевство хоть и казалось беззаботным и свободным от проблем, но оно тихо готовилось к чему-то, будто зная, что нужно ждать опасности откуда-то извне. И принцессу, которая по несчастливой случайности стала обладательницей силы мороза и льдов, обучали будто бы по самым жёстким военным программам – каждый час её расписан поминутно, она практически не видит мир, только один час в день она способна отвлечься от всего и побыть наедине со своими мыслями. Обладая такой силой, родители окрестили её Айси, они понимали, что её стихия сильна и могущественна, и контролировали её, обучали дисциплине и не позволяли быть слабой. Они не хотели, чтобы Та Самая узнала о том, что их дочь может быть Избранной для Них. Вдалеке, на устланной зелёной короткой травой поляне бегали множество рыжих лисичек, за одним из деревьев пряталась одна из них, рядом с маленькими, недавно родившимися лисятами. Девочка помладше бегала рядом и, когда заприметила лежащую за деревом лисичку, мягким шагом подошла к ней, рассматривая с улыбкой и восторгом. Она хотела поделится такой радостной находкой с её сестрой, но они не были близки, и практически не общались. Принцесса Сапфира была беззаботным ребёнком, её магия тянулась к родному источнику этого места – кристаллам, она умело создавала фиолетовые кристальные цветы, вплетая их в венки, которые так сильно хотела подарить своей старшей сестре. Айси всегда по-чёрному завидовала её беспечности и беззаботности, крича ночами в подушку от безысходности и обиды. Почему она должна пахать за двоих и рвать волосы от напряжения, пока её неугомонная сестрица может целыми днями носится за этими верещащими лисицами? Она не могла успокоиться, и, когда родители заводили разговор о ней и Сапфире, она взрывалась и просила ответов, от того, почему она должна страдать, на что получала одни и те же ответы – она кронпринцесса, она должна быть сдержанной, держать тон, должна обучаться дипломатии и политике волшебного измерения, и не тратить время на глупые размышления о своей судьбе. Она наследница трона и должна готовиться к тому, что будет править Королевством, должна быть готова к любой опасности, тренироваться, и не использовать свою родную магию. Айси хотелось всё перевернуть и разреветься от вселенской несправедливости от своей судьбы, но она продолжала делать то, что ей было велено, она не могла убежать, она верила, что, когда она станет Королевой, всё будет так, как захочет она сама. В очередной раз грезя мечтами о будущем, она нехотя вспомнила о своей младшей сестрёнке, резвящейся на поляне за дворцом. Устало поднявшись, она решила забрать её оттуда, чтобы родители снова не ругали её, что она упустила эту проворную лисицу из виду. Будто бы у неё был выбор, будто бы она могла следить за всем что происходит вокруг. С мрачным видом она пошла в сторону Сапфиры, в очередной раз проклиная каждую минуту, что ей придётся с ней провести рядом. Заприметив Айси, Сапфира побежала ей навстречу, но увидев с каким лицом она смотрит на неё, решила всё же неловко отойти, смотря со скромной улыбкой на неё и держа руки за спиной. – Сколько раз я тебе говорила, не отходи далеко от дворца одной, не подставляй меня, – холодным голосом, не терпящим возражений, начала Айси, сложив руки в замок на животе, – каждый раз я нахожу тебя здесь, чего ты так прикипела к этим противным существам? Сапфира обиженно сдвинула брови вниз, и, сделав шаг к ней, сказала: – Ты не права! Они очень милые и игривые, смотри! – она указала пальцем на ту, что сидит под деревом, – У неё лисята! Разве это не прекрасно? – она верила, что, хотя бы лицо Айси сможет смягчиться, но оно даже не дрогнуло, и Сапфира обиженно отвернулась, глотая слёзы. Каждый раз она учит её, как жить, пытается навязать правила, составленные для самой Айси, и делает всё чтобы и её сердце однажды покрылось безразличием и холодом, как случилось с самой Айси. – Сапфира, ты не понимаешь, как мне тяжело. Ты даже представить себе не можешь, сколько мне приходится терпеть и проживать, пока ты целый день можешь свободно бегать по двору, и ни о чём не думать! Почему родители тебя так жалеют, почему они тебя не нагружают так, как меня? Ах, да, конечно, ты же наша любименькая доченька и сестричка, не такая, как Айси, которой не повезло родиться с магией холода, потому что её могут однажды найти приспешники Трёх Ведьм, потому что она не такая, как остальные! Бесчувственная, злая, обидчивая! – Айси не могла держать свои чувства под контролем, каждый день внутри неё наращивалась эта буйствующая стихия, и теперь она ощущала, как начинает срываться, глаза застилала пелена, а кончики пальцев начали покрываться инеем. – Айси, я не виновата ни в чём! Нам просто не повезло, я бы сама хотела учиться и быть рядом с тобой, но родители мне не позволяют, мне очень жаль, что они относятся к тебе иначе! Но ты не должна становится злой, ты не такая! Не такая, как они… – она прижала ладони к плечам, она стала чувствовать, как воздух вокруг неё начал холодеть, а её глаза блестели от наступающим слёз, – Айси, пожалуйста, хочешь я поговорю с родителями, они меня послушают, они поймут, только успокойся, прошу… – Сапфира не могла держать слёз, она боялась за себя и за сестру, ведь когда Айси переставала контролировать себя и свои эмоции, её магия начинала вырываться наружу, будто бы выжидая подходящий для этого момент. – Знаешь, иногда мне кажется, что лучше бы тебя никогда не было. Может быть я бы тогда не видела родительскую любовь, которую они посвятили не мне, а тебе, и мне было бы легче. Лучше бы меня избрали, и я перестала чувствовать постоянную боль от сдерживаемой магии, – эти фатальные для Сапфиры слова стали словно нож в спину, она верила всю свою жизнь, что Айси её любит, по-своему, не проявляя чувств, но всё же любит... Сапфира не могла её отпустить, она верила, что однажды поможет сестре, но сейчас её сердце разбилось вдребезги, и она сорвалась с места: – Да как ты можешь такое говорить, Айси?! Разве ты не понимаешь, что я пытаюсь тебе помочь, сделать во благо, чтобы ты отвлеклась и увидела светлые стороны жизни! Которыми я хочу с тобой делится, а ты от меня отдаляешься! – Сапфира сделала к ней шаг, пока Айси, опустив голову, сжимала руки в кулаках до дрожи, с её губ сорвалось глубинное «Замолчи…», – Поверь мне, я не желаю зла, и никогда не желала! Отпусти эту обиду, позволь мне помочь, и не вини меня во все своих бед... –Я сказала замолчи!! – как раскат грома пронёсся по поляне громкий возглас Айси, и перепуганные лисицы побежали во все стороны, а лисица под деревом поджала хвост и прижала лапами к себе своих лисят. Выставив руку в защитном жесте, Айси не смогла проконтролировать поток энергии, вырвавшийся из её нутра вместе с криком, и с отчаянным вздохом Сапфира остановилась в полуметре от неё – земля под ней стала стремительно замерзать, а ноги покрываться льдом, вверх, пока он не достиг уровня её живота. Ноги сковал обжигающей лёд, юная принцесса в отчаянии и панике посмотрела на не менее шокированную старшую сестру рядом. – Я... Прости... – только и смогла выдавить из себя Айси, отходя назад, наблюдая за результатом своих действий. Она не выдержала и, развернувшись, убежала прочь во дворец, с заледеневшими пальцами и слезами на глазах, не веря, что только что сделала. Она впервые применила магию на человеке, да ещё и на родной сестре… – Айси, вернись, Айси, не оставляй меня здесь!! – доносились отчаянные вопли Сапфиры сзади, но Айси будто что-то несло вперед, она боялась того, что натворила, она закрывала лицо руками и плакала холодными слезами, она не хотела этого делать, это всё не она... Отчаянные мысли перемешивались со злобой и обидой, копившимися годами внутри неё, она металась между здравым смыслом и местью всему миру, всему, что позволило ей стать той, кем она сейчас была. Постоянные упрёки родителей были постоянными. Мать, будучи феей, превозносила их, бесконечно говорила про их бесполезные для Айси силы, питая надежды на то, чтобы Айси сама однажды стала одной из них, и одновременно с этим продолжались попытки подавления её характера, попытки сломить личность и окончательную волю, за которую так отчаянно хваталась Айси, пытаясь не сойти с ума, когда изувеченные разум и тело продолжали держаться, всё это копилось внутри неё, не позволяя свободно дышать. Постоянное лицемерие витало вокруг, особенно когда их Королевство принимало гостей из других планет, родители были вежливы и отзывчивы с ними, на людях они начинали относится к Айси хоть с каким-то уважением, но эти противные взгляды, как же она это всё ненавидит... И убегая сейчас от рвущихся наружу чувств, от силы, которая выплеснулась на сестру, которая ничего ей не сделала, но Айси всё равно на ней сорвалась, она понимала – сейчас ей будет очень больно. И она не спрячется. ***** Мелодия была одним из тех мест внутреннего круга Магикс, на которой издавна поддерживаемая гармония была нарушена: нищета, голод, разруха – всё это стало преследовать её жителей после отчаянных попыток отбить силы зла Лорда Даркара. Некогда процветающая планета, одухотворённая и пропитанная гармонией в каждом уголке своих владений, теперь испытывала на себе последствия ужасных атак. Но постепенно планета начинала исцелять свои раны, а песнь китов снова начинала звучать для всех душ Мелодии. Люди теряли себя в музыке, она объединяла сердца и не давала их воле к жизни погаснуть. Но даже самые знаменитые исполнители, и самые заветные слушатели были подвластны творящейся вокруг бедности и разрухе, она могла настигнуть их в любую минуту, поджидать из-за угла, когда сердца людей горели наиболее ярким светом надежды и мечты о лучшем. Некогда весёлый город, утопающий в шуме фестивалей и радостного смеха, теперь пустел. Люди выходили только по нужде, не было больше на их лицах умиротворения и радости, серое небо и пыль некогда шумного города покрывали всю его часть. Бродила без цели лишь она – не хотела возвращаться домой, как и всегда. В наушниках, спрятав руки в карманы старой куртки, в ободранных джинсах и со спутанным хвостом непослушных кудрей, она хотела остаться здесь, даже на этой безжизненной и пустой улице куда лучше, чем в доме её вечно ругающихся родителей, каждый день намеревавшимися устроить настоящий хаос вокруг. Она сама была олицетворением этого хаоса – бушующая стихия ветров стала ей подвластна буквально с рождения – неконтролируемый поток энергии и взмах руки заставлял воздух подчиняться ей, когда она была в стрессе, злилась или плакала. Однако, её душа хотела угомонить если не свои чувства, то хотя бы постоянные драки и крики в её доме. С нарушенной гармонией внутри Мелодии, на ней часто проходили сильные дожди и грозы. Вот и сейчас Сторми смотрела в небо и дожидалась начала очередной непогоды, которая успокаивала и умиротворяла её, как и разрывающая громкая музыка в её ушах. Такое имя было дано ей через буйствующий характер и сильную связь с разящими небо раскатами грома и разрушающей всё на своём пути бурей. Когда все дети боялись и прятались от сокрушающей непогоды, Сторми наоборот будто бы прилипала к окну, и с неподдельной радостью наблюдала за царящей атмосферой вокруг: проливной дождь, ветер сносит всё на своём пути, и люди, которые поспешно пытаются покинуть улицу, будто бы они оказались на поле боя. Только так она могла почувствовать себя живой. Сторми всегда тяжело шла на контакт, ей давалось не без труда выстраивать социальные контакты, которые, впрочем, всегда заканчивались тем, что она всегда с кем-то ругалась и дралась. Она не хотела быть похожей на своих родителей, но её темперамент давал о себе знать, чувствительная натура резко реагировала на любые упрёки и претензии в свою сторону, и ей легче было взорваться – неконтролируемые приступы агрессии часто ставали обсуждаемой темой в школе. Ей было тяжело оставаться на одном месте долго, неусидчивость и плохая концентрация внимания так же влияли на то, что она не могла учиться так, как все. Все всегда что-то от неё требовали, не спросив, что хочет конкретно она сама. А Сторми хотела лишь понимания и каплю любви в свою сторону. Как волчонок, который бросается на всех, чтобы покусать, она лишь старалась таким образом себя защитить, а люди не пытались увидеть что-то глубже в ней, нечто ранимое, что она пыталась спрятать глубоко внутри себя, чтобы не было больше больно. Она давно поняла – мир к ней жесток, мир в принципе никогда не был благоразумный и справедливый, но, кажется, конкретно ей досталась участь похуже, чем у остальных. Первые капли упали на вздёрнутый нос девочки, и взгляд, устремлённый в небо, наконец перестал быть таким мрачным. Первая молния и судорожное ожидание первых раскатов грома заставляли Сторми чувствовать себя счастливой, и улыбка невольно вырывалась из неё, озаряя собой всё это унылое местечко. Дождь и ветер окутывали её, и взмахом руки Сторми направляла ветер, гоняя листья по асфальту, вращая пальцами создавала вихрь, который воронкой пожирал всю пыль и мусор, и приятный свист заполнил её слух даже через играющую музыку в наушниках. Такие моменты всегда отпечатывались в её душе светлым пятном, это были маленькие радости, позволяющие Сторми проживать очередной день за днём. Вибрация в кармане снова омрачила её, она понимала, что её небольшая радость снова меркнет перед огромной стеной рутинных чувств раздражения и обиды. Воронка усмирилась, мусор шумно разлетелся куда попало, и Сторми достала старый разбитый телефон из кармана, отвечая на звонок: – Сторми, где тебя носит? Тащись домой, немедленно! – голос матери заставил её обречённо вздохнуть, и недавно усмирившаяся натура снова начинала протестовать из-за того, что её будет ждать: – Да-да, я в пути, – ответила она раздражённо, после услышав обрывчатый возглас матери: – Только попробуй… – не успела она договорить, перед тем как Сторми сбросила звонок. В голове проносились тысячи мыслей, от недовольства, что с ней снова начнут обращаться как с дикой псиной и упрекать во всех грехах человечества, и она раздражённо зарычала, пиная банку перед собой. Ускоряя шаг, у неё даже не было настроения включить музыку, а взбушевавшаяся непогода, ровно, как и её состояние, более не смогли дать ей нужного успокоения. Дверь была незакрыта, и Сторми как ураган ворвалась домой, хлопая ею. Скинув обувь и рюкзак, она поспешила бы к себе в комнату, если бы не её мать, которая закрыла собой проход. Насколько бы Сторми не казалась смелой и задиристой перед остальными, рядом с ней она становилась поникшей и зажатой, готовой запрятаться далеко-далеко только от одного её взгляда. – Сторми, сколько можно? Мне снова сообщили о том, что ты грубила профессорам сегодня и чуть не полезла с одним из них в драку, ты вообще понимаешь, что ты творишь, дрянная девчонка?! – на последних словах её голос снова стал грубым и жёстким, а Сторми хотелось зажать уши и закрыть глаза, просто исчезнуть в этот момент, и она невольно опустила взгляд, – Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! – она грубо схватила девочку за подбородок, заставляя смотреть на себя, и глаза Сторми стали накрываться пеленой от надвигающихся слёз, – Сколько можно нас с отцом позорить, у тебя вообще мозгов не хватает? – Я просто защищалась, – на удивление твёрдым голосом сказала Сторми, на что её мать посмотрела на неё, как на полоумную, и издала истерический смешок: – Это ты называешь «просто защищалась»? Так теперь это называется? Ты, негодница, ещё раз сотворишь подобное, и я лично придушу тебя этими руками, и скажу, что «я просто защищалась» – она перекривила последние слова, и к облегчению Сторми, наконец её отпустила, – Какая же ты жалкая. Неугомонная, тупая, так ещё и лгунья! – Пожалуйста, давай не сейчас, мам, – Сторми не выдерживала этого накала, ей хотелось как можно быстрее исчезнуть либо же взорваться, но она держалась на последнем натяжении нити её терпения, и пыталась пройти мимо, пока её мать ходила взад-вперёд: – Ты смотри на неё, убегать удумала! Ты у меня ещё получишь, а ну стой когда с тобой разговаривают! – Просто отпусти меня, и я уйду, ладно? Либо же перестань меня контролировать и смирись с тем что я такая! – Сторми развернулась к ней и с нескрываемым раздражением начала огрызаться, она больше не могла терпеть, когда с ней так обращались, обида и ярость просто разрывали её душу, она перестала что-либо видеть из-за слёз. – А ну заткнись и не перечь мне! – щека Сторми будто воспламенела, когда она получила затрещину, это стало её пределом, она ненавидела эти моменты всей своей душой, и она сорвалась с места, оттолкнула мать и вбежала молнией в свою комнату, оглушительно закрывая и запирая дверь. В голове стоял звон из-за пощёчины, лицо краснело и горело, и ей даже показалось, что во рту появился вкус крови. Она взорвалась истерикой. Она всё ещё слышала крики и удары в дверь, а она сама, упав на сломанную кровать, уткнулась лицом в одеяло, оглушительно завывая, как раненный и подбитый волчонок. Её скромная комната была будто разрушена торнадо – сломанная мебель, предметы, валяющиеся по всему периметру. Когда такие моменты, как сейчас, происходили с ней, она начинала всё здесь разрушать, яростно рвать и метать, пока не наступали опустошение и слабость, и тогда она тихо ложилась на пол и позволяла горячим слезам просто скатываться вниз. Она вскочила и пнула ногой стол, в очередной раз его переворачивая, боль в ноге отрезвила её – но сегодня был не тот день, у неё просто не осталось сил что-либо рушить, и она снова упала, закрывая горящее лицо руками, пока стихия за окном не усилилась, будто бы чувствуя её состояние, поддавалась и так же неугомонно бушевала, ревела и стонала, ветер рвал деревья, а дождь хлестал в закрытое окно. Сторми распахнула его и вдохнула прохладный воздух, ей стало легче дышать, дождь и шум смогли унять боль её израненного сердца. – Ну смотри, Сторми, вот придёт вечером отец и тебе точно не поздоровится! – донеслась до неё последняя фраза, и Сторми устало села на подоконник, опуская голову на колени. Раньше родители не обращались с ней так, а теперь, будто бы намеревались выплеснуть на ней очередной свой гнев, искали любую причину, чтобы докопаться и поселить в ней ещё больше злобы и ненависти. Минут через 10 она смогла успокоиться, теперь пустота занимала большую часть места в её сознании. Подняв стол и хаотично раскидав предметы что были на нём ранее, она решила переодеться и отвлечь себя творчеством. Есть не хотелось, да и если бы и хотелось, всё равно она бы не выходила из комнаты ближайшие пару часов, или, с учётом ситуации, до завтрашнего утра. Сняв джинсы, она посмотрела на свои колени – они были в синяках и ссадинах, недавних огрубевших шрамах. Результаты очередного «воспитания» от её отца. Поэтому сегодняшний вечер должен был стать для неё очередным кошмарным испытанием. ***** В миллиардах световых лет, на просторах самых отдалённых уголков волшебного измерения, где нет ничего светлого и дружелюбного ко всем магическим существам, расположилось секретное место, отделённое от всех остальных. Это место пропитано ненавистью и болью, кошмарами и страхами, а бесконечная тьма и страдания способны свести с ума даже самых стойких магических существ. Здесь всё меняется под влиянием негативной энергии, этим местом пугают всех детей, о нём гласят легенды и покрывают пеленой таинственности и запретности. Оно было создано для самого страшного зла, самой чёрной и убийственной магии, которая только могла существовать. Спустя множество веков оно стало тюрьмой для самых страшных созданий и существ, будто бы присланных из самого ада. Теперь в нём было заточено зло, которое не так давно кошмарило волшебное измерение и смогло уничтожить целое Королевство. Три Древние Ведьмы стали извечными пленницами Обсидиана, их физические тела уничтожены, но их дух и энергия до сих пор существовали, они не были до конца уничтожены. У них было достаточно сил, чтобы связываться с другими существами, но они потеряли всё своё могущество и никогда бы не смогли выбраться из своей тюрьмы без чьей-либо помощи. А помощь у них имелась – те немногие приспешники, которые остались служить Трём Ведьмам даже несмотря на их поражение, когда всё волшебное измерение было наполнено ненавистью ко всем ведьмам, до сих пор выжидали нужного момента и исполняли их приказы. Сейчас двое из них покорно опустились на колено и ждали дальнейших указаний своих Госпож. Они имели доступ к этому месту благодаря их Покровительницам и собственному могуществу и силам, поэтому могли без препятствий добраться сюда и исполнять волю, которую им поручили. Тем более, одна из ведьм была самой настоящей Хранительницей этого места, но тем не менее, не имела достаточных сил для того, чтобы освободить Трёх Ведьм. – Сёстры, – начала первая из трёх витающих духов между огромными столбами из чёрных кристаллов, которые будто бы поглощали собой весь попадавший на них свет, – разве вы не чувствуете, как начала распространяться энергия по всем Королевствам? – зазвучал голос духа ведьмы, который будто окутывал всё морозом и отдавался во всех местах одновременно, сама ведьма была с синеватым отливом и воротником, напоминавшим множество айсбергов. – Да, сестра, – продолжила за ней вторая ведьма, имевшая фиолетовый отлив и длинные волнистые волосы, – ещё одни наследницы наших сил начали пробуждаться, нельзя терять времени, нужно доставить их поскорее нашим слугам, – она облетела двух опустившихся ведьм, которые дожидались следующих указаний. – Сёстры, почему бы нам не выбрать тех, кто уже пробудился? Вы же знаете, чем больше детей будет знать о том, что им предстоит сделать, тем выше наши риски! – вступила в разговор третья ведьма, дух которой имел розовый отлив и напоминавшие грозовое облако волосы. – Не переживай, Тхарма. Я чувствую, какая сила у этих детей, их ауры пропитаны ненавистью, тьмой и жестокостью, из них получатся те ведьмы, которые станут нашими новыми телами, – сказала самая первая ведьма, витая вокруг чёрных кристаллов. – Не могу не согласится с ней, Белладонна. Вспомни, сколько раз нас разочаровывали: Валтор на Омеге, Гриффин предала нас, а многие колдуны и ведьмы даже не пытались нас найти! – вторая ведьма подлетела к Белладонне и встала рядом с ней. – Лилис, это наш единственный шанс выбраться отсюда и получить Огонь Дракона! Вопреки всему, Мандрагора и Морра до сих пор с нами, и они доставят девчонок в Орден, и если магическая связь новых наследниц совпадёт, они сами поймут, что нужно делать! – Простите, что прерываю Вас, Госпожа Белладонна, – обратилась одна из ведьм, всё так же стоя на колене, она подняла взгляд на витающих духов, – но как Вам известно, до сих пор не было обнаружено и следа от последней Принцессы Домино, которая в теории должна была быть последней на данный момент Хранительницей. Возможно ли быть такое, что Огонь мог исчезнуть вместе с самой Хранительницей? – Мандрагора была самой верной и главной приспешницей Трёх Ведьм, Хранительницей Обсидиана и ведьмой насекомых, именно она смогла найти их и стать Хранительницей этого места, чтобы иметь к ним доступ и исполнять их волю. – Мандрагора, не может быть такого, чтобы Огонь исчез навсегда из волшебной вселенной! Тогда исчезло бы всё измерение, и не было бы и нас, и этого места. Огонь – это основа всего, столп сотворения всей магии! – ответила ей Тхарма, величественно возвышаясь над ведьмами. – Она права. Дафна постаралась в последней битве, нам до сих пор неизвестно, что случилось с последней Принцессой, но Огонь всё ещё существует. Есть древнее пророчество – когда артефакт, созданный из Огня Дракона, окажется рядом с Хранительницей Огня, та впервые проявит свою силу, и тогда мы легко сможем её отыскать. Если эти юные колдуньи и правда являются настоящими наследницами наших сил, у них есть все шансы, чтобы отыскать артефакт, и для этого они пролетят через все планеты волшебного измерения, но они отыщут девчонку, я вам обещаю. – проговорила Белладонна, обращаясь ко всем. – Когда мы можем приступать к работе, Госпожи? – пропела сладким, но наполненным ядом, голосом вторая ведьма, – Одна из девочек, которая обладает силой холода, проживает в Королевстве Даймонд, а я давно мечтаю обосноваться там, если Вы позволите… – Морра была ведьмой-шаманкой, она управляла стихиями с помощью посоха, и её самой любимой и сильной была стихия холода, она носила черепа магических животных на голове, её плечи обрамляли красные дреды, а глаза всегда были скрыты чёрной бахромой. – Не смей, Морра. Твоя задача забрать девчонку и стереть память всем, кто её когда-либо знал, если Королевство узнаёт, что ты там была, они сразу поймут, что мы задумали, – ответила ей Лилис, их задача должна была оставаться тайной для всех, эти девочки, как и остальные, кто обладал нужными силами, были единственным шансом для возрождения Трёх Ведьм. – Как пожелаете, мои Госпожи, – хитро улыбаясь, пропела ведьма-шаманка. Она уже имела в своей голове план по завоеванию этой планеты, и, если не останется жителей на ней, а доступ к планете будет ограничен – кто тогда узнает, что это сделала она? – Приступать можете сейчас же. Мандрагора забирает девчонок из Мелодии и Солярии, Морра – девчонку из Даймонда. И чтобы не отклонялась от плана, поняла? – на последней фразе Белладонна подлетела к шаманке и окутала её тёмной энергией, от которой Морре стало не по себе. – Да, Госпожа, – поклонилась в ответ она, понимая, что не стоит показывать свои эмоции раньше времени. – Переместите их в наш Орден в Магиксе. Наши слуги хорошо постарались и организовали приют для прикрытия, там им помогут понять всю важность их миссии. А после вы должны залечь на дно и копить силы. Мы вас призовём, когда настанет нужный момент. Сёстры, я чувствую, что именно эти колдуньи и станут нашим отожествлением, нашим возрождением. Мы не должны вмешиваться в их работу, наше существование не должно быть для них известно, ведь тогда они попытаются связаться с нами и поймут, что мы сможем использовать их тела! Они будут знать только то, что им нужно будет получить Огонь Дракона, а после мы отберём и силы, и тела, и Огонь! – Да, сестра, наконец мы закончим начатое! Но как же меч Оритела? Когда он проснётся, нам нужен будет юный благородный Король, который сможет его вытащить и тем самым освободить нас! Неужели эти девчонки способны будут его найти? – спросила Белладонну Тхарма, витая возле неё. – Не беспокойся, Тхарма, когда девчонки получат Огонь Дракона, они сюда наведаются, и даже этот меч будет подвластен Огню! Когда они его уничтожат, сами не поймут, кого они освободят! – залилась едким смехом Белладонна, – и тогда мы приступим к нашему плану, сёстры! – все ведьмы залились глубоким смехом, пробирающим до дрожи, и витающие чёрные кристаллы будут единственными, кто услышит и впитает их пронзительный смех… ***** Хоть Дарси и нравились рассказы родителей про ведьм и их силы, про то, насколько они были могущественными и великими, но их помешательство всё-таки не очень было присуще самой Дарси. Да, она хотела быть ведьмой, она чувствовала себя таковой и видела проявление своих сил в тёмных искусствах, но она бы не хотела всю жизнь быть помешанной на старых россказнях, превознося древнее зло и не видя более ничего вокруг себя. Иногда ей казалось, что вот-вот и её отдадут в какую-нибудь секту, и её силы станут использовать другие колдуны и ведьмы для своих целей. Дарси была независимой, гордой, и не стала бы попросту тратить свою жизнь на вечное служение, скорее, она сама бы могла всех собрать вокруг себя и подчинить. Хитростью, обманом, манипуляциями – даже не применяя заклинания, но она могла заставить кого-угодно восхищаться ею и превозносить, даже укромный взгляд её янтарных глаз мог зачаровать всех в округе. Ровно как она любила восхищение к своей персоне, ровно так она любила действовать через других – а после наблюдать, как за её подлые проступки наказывают остальных. Она находила это чрезвычайно великолепным зрелищем, наслаждаясь страданиями других, и понимала, что никто не сможет её ни в чём упрекнуть. Дарси возвращалась домой после очередных магических тренировок с Кнутом – этот огр веселил её, и она в каком-то смысле даже смогла им проникнуться, но всё равно знала и понимала, что в первую очередь он нужен ей для корыстных целей, а не каких-то посиделок, но после уроков, рассказанных заунывным тоном профессорами, было, однако, интересно слушать истории из жизни Кнута, ещё когда он проживал на Линфее. И таким образом она больше могла узнать об этой планете, её обитателях и мироустройстве, а знания для неё были жизненно необходимыми, в первую очередь для её будущего становления, как ведьмы. Придя домой она сначала не обратила внимание на родителей, которые, как и всегда, находились в превознесённом состоянии, но, когда они, завидев её, подскочили как ошпаренные и присели перед ней на колени, она начала подозревать что-то неладное. – Дарси, случилось невероятное! – обратился к ней отец, выглядя одновременно и встревожено, и нетерпяще-радостно, – Тебя избрали! Ты наследница Великой и Неповторимой Лилис! Дарси, это чудо! Мы так надеялись, что это случиться, и слава Великому Дракону, теперь наш род наконец покажет этим самозванцам, где их место! – их взгляд, будто полный безумия, заставил Дарси сомневаться в их адекватности, и она недовольно скрестила руки и посмотрела на них: – Так, это уже не смешно. Я конечно, понимаю, что вы очень их любите и уважаете, но не стоит теперь и меня в это… ввязывать… – её речь стала медленной на последних словах, когда она посмотрела, как из-за угла будто выплыла неизвестная ей женщина, окутанная насекомыми, которых она даже сперва не услышала. – Ты пока что не наследница Лилис, но потенциально ты на эту роль подходишь. Тебе повезло, что они у тебя такие, – она кивнула в сторону её родителей, которые теперь судорожно преклонялись перед стоящей впереди ведьмой, – ты уникальна, не каждой юной колдунье выпадает такой шанс. Я Мандрагора, я помогу тебе обуздать твои силы, ты должна пойти со мной, и ты поймёшь, сколько в тебе нераскрытых талантов, и сколько миров ты можешь покорить, ты Избрана самой Тьмой, и не стоит растрачивать свои силы попусту, со мной ты сможешь достигнуть небывалых высот, – сладкие речи Мандрагоры были обусловлены тем, что она имела дело с непростой колдуньей – изучая девчонку, она понимала что она владеет и силой разума, была очень способной и дедуктивной, и не согласится идти с ней за просто так, поэтому её главная задача была убедить её и заставить понять, что ей необходимо покинуть это место, чтобы она поверила ей, ведь без собственного желания с ней нельзя будет в дальнейшем работать. – Я понимаю, что ты хочешь меня убедить и всё остальное, но тебе какая от этого выгода? Потому что навряд ли тебя прислали сами Три Древние, а про уникальность собственных сил я прекрасно знаю, поэтому мне нужно знать, что ты получишь взамен, – Дарси понимала, что за просто так ничего в этом мире не делается, и поэтому не могла не быть дотошной ко всем словам этой ведьмы. – Понимаешь, Дарси, ты бы могла очень сильно пригодится в одном деле, которое поможет тебе обрести власть над всем миром. Речь идёт про Огонь Дракона. Да, сейчас о нём слагают легенды, но подумай – если у тебя будет достаточно сил, чтобы его отыскать, ты станешь владеть абсолютно всем, ты сможешь подчинять себе целые Королевства, быть властительницей всех миров, а наш Орден сможет расширить свои границы и распространиться по всем мирам, и тогда мы все будем довольны. Идёт? – ведьма встала позади Дарси, кладя руки на её плечи. Дарси не хотела соглашаться на неизвестную авантюру, в которой ей обещают эфемерные бессметные богатства, без уточнения условий и фактов. Она знала, что наследницы Трёх Древних живут не сладко, такие ведьмы обычно очень сильно привязаны к своих хозяйкам, даже несмотря на всю силу, что они получали, по итогу они могли её использовать только в целях Древних Ведьм. Впрочем, точных знаний и фактов о преемницах почти что не было – знания о ведьмовском мироустройстве были множество раз исправлены и переделаны, и от первоначальной сути по итогу мало что могло остаться. Поэтому размытые знания ещё больше заставили Дарси сомневаться в этом предложении. – Нет, я так не могу. Я хочу быть рядом со своей семьёй и обучаться тёмным искусствам здесь, я сама смогу много чего добиться и без Вашей помощи, – Дарси попыталась отойти, как Мандрагора стала крепко держать её за плечо: – Семья тебя ничем не поможет, ты в ограниченном положении на этой планете. Ты же знаешь, как здесь не любят ведьм, особенно ведьм тьмы, и что знаний здесь для тебя уж точно не будет достаточно для дальнейшего развития. А время идёт, ты будешь зря растрачивать свою силу без новых знаний и навыков. Сопротивление бесполезно, ты же не хочешь, чтобы твои близкие пострадали? – Дарси понимала, что её сейчас шантажируют, и она ничего не могла противопоставить этой ведьме. Было бы глупо бороться, она явно намного сильнее неё, и Дарси просто на просто забрали бы насильно, и ей бы было больнее от полученных травм. – Хорошо, я пойду с тобой, только не трогай их, – Дарси перевела взгляд, родители так и остались стоять завороженно, будто бы сами были под гипнозом. – Вот и славно, Дарси, ты сделала правильный выбор. Только, на твоих родителей всё равно нужно немного повлиять, – Дарси резко развернулась и встревоженно посмотрела на ведьму, – и не только на них. Все, кто тебя когда-либо знал, должны избавиться от всех воспоминаний о тебе. Простая предосторожность, – Мандрагора не стала дожидаться ответа Дарси, которая уже собиралась возразить, и ведьму окутал рой насекомых, а всё вокруг неё залило тёмным свечением. Она стала применять заклинание забвения, забирая себе часть магической энергии Дарси, чтобы смочь проникнуть во все её связи. Дарси стала ощущать лёгкое опустошение внутри себя, а голова начала кружиться, но она всё ещё пыталась устоять на ногах. Мандрагора распространяла заклинание по всем ветвистым путям каналов взаимодействий Дарси, чтобы каждое разумное существо стёрло о ней память навсегда. Однако, доступ к одному из каналов был закрыт, и ведьма не смогла в него проникнуть. Мандрагора не обладала силой контроля разума, то, что ей сейчас было доступно, это были общие ведьмовские заклинания, доступные колдуньям с большим багажом опыта и знаний за плечами. А уникальные силы, которые были даны от природы, могли использоваться только обладающей данными силами ведьмой. Для Дарси всё происходящее стало напоминать бредовый сон, перед глазами всё начало расплываться, а реальность вокруг искажаться, пока её не стало затягивать в воронку телепорта. Казалось, она одновременно находилась в невесомости, и вместе с тем что-то настойчиво пыталось тянуть её за собой, и ей стало казаться будто всё её тело начало растягиваться вместе с затягивающей всё в себя воронкой. Всё закончилось так же резко, как и началось, её выдернуло из портала, и она упала на траву, не в силах пошевелиться. Через несколько минут, когда головокружение начало спадать, она села на колени, оттряхивая юбку от травы, и стала осматриваться вокруг. Ведьмы рядом не было, как и телепорта, она была в что-то наподобие школьного двора, на задней его части. Рядом было здание, а вся территория была огорожена высоким забором, поэтому она не могла понять и увидеть, где конкретно она находилась. Что ж, видимо, выбора у неё нет. Ей не хотелось сразу заявляться перед всеми, нужно было изучить то место, в котором она оказалась, и спокойно обдумать всё произошедшее. В её голове проносились одни за другими мысли о том, что случиться с её родителями, как она теперь будет жить, что с ней будет… С этими размышлениями она встала и стала медленно и осторожно обходить территорию её будущего «дома». ***** Сторми оставалась в своей комнате, погружённая в свои мысли. Недавнее наваждение отошло на второй план, и даже мысли про будущее наказание не слишком сильно её страшили. Зачем постоянно думать о том, что и так неизбежно произойдёт? Вместо этого она решила снова погрузить сознание в музыку и начать рисовать. Хоть у неё и не было таланта, но это занятие её успокаивало и настраивало на то, чтобы отвлечься от реальности. Сторми часто витала в облаках, что неудивительно, и любила грезить фантазиями о чём-то для неё недостижимом – о хорошей семье, о понимании вокруг, о том, что она смогла стать великой волшебницей и получить всё, что только хотела. Её рисунки были абстрактными, через скрытые образы, в каждой линии, форме и цветах скрывалась вся её суть, то, что она бережно хранила внутри себя. Вот и сейчас, диагональные линии, расчерченные чёрной ручкой, проходили через весь лист, создавая ощущение движения вперёд, рядом вились линии, схожие с ветвями деревьев, а на их кончиках застыли яркие капли разных расцветок. У подножья абстрактных деревьев разместились спирали. Сейчас она смешивала в них разные цвета её карандашей, создавая раскрашенные лужи. Она не осознавала тот смысл, который переносила на свои рисунки, она лишь знала, что это то, что ей хочется выудить из себя, что рвалось наружу и требовало своего исполнения и нахождения своего места в материальном мире. Сквозь громкую музыку она всё равно смогла услышать его. Стук в дверь заставил её вздрогнуть, и голос, не предвещающий ничего хорошего, вновь возобновил тревогу в её неспокойной душе: – Сторми, выйди ненадолго. Нам нужно поговорить, – отец не любил долго ждать, и Сторми не пыталась оттягивать эти моменты, потому что знала, что это чревато тем, что ей будет только больнее. Сняв наушники и отложив карандаши, она встала и ощутила, как невольно подкосились её ноги. Это была остаточная память – когда приближается опасность, что оставила шрамы, зажившее место начинает болеть. Тяжёлыми ногами она побрела к двери, кончики пальцев немели от холода, а лицо наоборот пылало. Отперев дверь, она подошла к родителям, которые как ни в чём не бывало расположились в гостиной. Сторми хотелось как можно быстрее это пережить и забыть, она не любила, когда оттягивают такие тяжёлые моменты, её терпение надрывалось и она начинала ещё сильнее погружаться в негативные чувства. – Ты меня очень, очень сильно разочаровала, Сторми. Сколько не повторяй – всё бестолку, сколько не учи – не понимаешь, ты хочешь, чтобы с тобой обращались по-плохому? – отец медленными шагами стал её обходить, и Сторми чувствовала, что скоро сойдёт с ума от выжидания. – Нет, отец. – ответила тихим голосом она, потупив взгляд в пол. – Что ты там скулишь? Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю, и говори чётко и громко, тебя ещё и этому нужно учить? – его тон стал повышаться на последних словах, и Сторми без промедления посмотрела отцу прямо в глаза. Внутри неё бушевала разрастающаяся стихия, ей хотелось уничтожать, её руки дрожали, а глаза наполнялись яростью. Ей было одновременно и страшно, и ненавистно смотреть на него, но всё, что ей приходилось сейчас делать, это смиренно ждать и терпеть, когда хотелось сорваться и уничтожить всё вокруг. – Ты совсем обнаглела, мы тебя растим, даём всё что тебе нужно, а ты, неугодная тварь, вот так пытаешься нам отплатить? – атмосфера начинала накаляться, с каждым его словом Сторми всё сильнее сжимала руки в кулаки. Боль её отвлекала, не позволяла вырваться наружу буре раньше времени, – Ты ещё будешь падать перед нами на колени, когда потеряешь всё! – он резко дёрнул Сторми за руку, и она от неожиданности пошатнулась и упала, плечо свело болью, а её саму жёстко взяли за волосы, поднимая голову, от чего Сторми зашипела, когда шею пронзила боль. «Главное пережить, главное переждать» – это всё, о чём она могла сейчас думать, ей было ненавистно и противно оказываться в таком положении, хотелось рычать и кусать, чтобы защититься, но она знала на опыте – это всё равно её не защитит. Внезапно комнату заполнила резкая вспышка, от чего её глаза рефлекторно зажмурились, а отец отпустил её волосы, и она резко упала на пол снова. – Это ещё что за… – сорвалось с его губ, прежде чем рой насекомых окутал появившуюся сферу в центре комнаты, и оттуда материализовалась странного вида женщина. – Ведьма! – прокричала мать Сторми, отшатываясь и отходя к стене, – Что тебе от нас нужно? Оставь нас! Сторми устало поднялась на локтях, всё ещё фокусируя свой взгляд, она пыталась разглядеть незваную гостью. Последняя направила два роя из насекомых на её родителей, тем самым они окутали их, не давая отбиться, подняли в воздух и отвлекли от ведьмы. – Здравствуй, юная наследница Тхармы. Я Мандрагора, и я пришла забрать тебя отсюда, – ведьма стала приближаться к Сторми, на что последняя оскалилась и резко встала, отодвигая руки в защитном жесте: – Не трогай меня! – она направила поток воздуха на Мандрагору, пытаясь сбить её с ног, на что та просто развеяла энергию девочки, подходя ближе. Сторми не понимала, что происходит, но точно что-то нехорошее, эта женщина не внушала доверия, и все инстинкты девочки кричали только о том, что ей нужно защититься. – Я тебе не враг, дитя, я помогу тебе обуздать твою силу. Я знаю, ты ведь хочешь отомстить всем своим обидчикам, и у тебя будет такая возможность. – Я не понимаю, о чём ты! Я сама за себя могу постоять, ты мне никто! – Сторми снова попыталась атаковать, на что Мандрагора просто сковала девочку в энергетические путы. Сторми пыталась вырваться, ей совершенно не нравилась вся эта ситуация, страх и ярость затмили всё её сознание, а недавно успокоившаяся непогода за окном снова взбушевалась, только в этот раз в сто крат сильнее. Ветер был настолько сильным, что выбил окна, и стёкла посыпались по полу, разлетались по комнате в порыве ветра. Шум ливня заполнил помещение, а молнии за окном стали сыпаться одна за другой, а раскаты грома вибрировали в ушах. Мандрагора понимала, насколько сильна и могущественна сила в руках этой девочки, которая ещё не научилась правильно ею управлять, и было очень важно направить её мысли в нужное русло. – Ты можешь стать могущественной ведьмой, такой сильной, что больше никто не посмеет тебя впредь обидеть. В твоих руках необыкновенный дар, который ты сейчас растрачиваешь попусту, здесь тебе никто не даст нужных знаний. Я знаю, ты их терпеть не можешь, – она указала рукой на окружённых насекомыми родителей Сторми позади себя, – разве тебе не хочется доказать им, что ты способна на большее? Тогда они наконец тебе поверят. Сторми не понимала, что ей чувствовать, и сомнение отразилось на её лице. С одной стороны, ведьма была права – Сторми явно испытывала обиду на своих родителей, но с другой – разве она хотела им что-либо доказать? Но, думая сейчас над этим вопросом, девочка искренне, глубоко внутри своей души хотела доказать им, что она лучше, чем они думают. Она не хотела признавать этих мыслей, хотела быть самодостаточной, но она так же и зависела от них, у неё больше никого кроме них не было. И, раз уж ей выпал такой шанс – стать сильнее и доказать им то, что она способна на большее, нужно ли отказываться от такой возможности? Мандрагора воспользовалась замешательством девочки и открыла портал, отправляя её в Магикс. Она знала, на что нужно давить, чтобы убедить девочку в том, что ей это нужно, а дальше поймёт, каково у неё предназначение. Ведьма стала использовать заклинание забвения, и, как и на Солярии, теперь никто на Мелодии и не вспомнит о существовании девочки по имени Сторми… ***** Сторми резко вскочила, как после резкого полёта во сне, судорожно осматриваясь. Её голова закружилась, а пустой желудок сжался, и резкий приступ заставил её сложиться пополам. Сплёвывая желчь, она вытерла рот рукавом гольфа и пыталась унять дрожь, не понимая, что только что случилось и где она оказалась. Высокий забор, здание с множеством этажей – это напомнило ей приют, в который когда-то давно грозились отдать родители, подводя девочку к воротам, пока она плакала и умоляла не делать этого. Мысли о них заставили её помрачнеть – теперь, когда они не рядом, она не знала, что будет дальше. Потому что даже кошмарные события могут приесться, стать родными и знакомыми. А неизвестность – самый большой страх, доселе известный разумным существам. Дарси осматривалась и не заметила ничего подозрительного и странного вокруг территории, но вдруг до её слуха донёсся какой-то шум, будто бы что-то с грохотом уронили на траву. «Неужели Мандрагора вернулась?» – первое, что подумала она, осторожно идя на звук и заворачивая за угол. Но, к своему удивлению, она увидела лишь испуганную девочку в старой грязной одежде и запутанными волосами, будто бы в них поселилось целое гнездо. Дарси не скрыла удивление на лице, и, осторожно подходя к девочке, стала размышлять, откуда она тут взялась. Убежала из здания? Она бы услышала шаги. Телепортировалась? Неужели ещё одна наследница нашлась? Сторми заметила движение боковым зрением недалеко от себя, и, заприметив неизвестную девочку, отскочила от неё, начиная защищаться: – Эй, ты как тут оказалась? – она смотрела на неё с оскалом, на что Дарси лишь спокойно присела возле неё, не желая вступать в конфликт: – У меня тот же вопрос к тебе. Тебя кто-то телепортировал? – когда она присела ближе, Сторми рассмотрела её: тёмное аккуратное каре, очки на всё лицо, какая-то непонятная школьная одежда (видимо, здешняя форма) – она сразу не понравилась Сторми. – Тебе-то какая разница, зазнайка? – Сторми отвернулась, подперев рукой щёку, ей не хотелось связываться с этой заумной, она сразу вычисляла ботанов и профессорских подпевал, и обычно такие всегда её сдавали, за что, естественно, всегда получали от Сторми впоследствии. Дарси понимала, что она явно тут оказалась не по своей воле – она научилась считывать эмоции на лицах людей, а эта девочка очень ярко показывала всё, что у неё происходило внутри. – К тебе не заявлялась женщина с насекомыми? – начала с главного Дарси, чтобы избавить себя от лишних расспросов. Девочка резко повернулась к ней, на секунду её лицо выразило удивление, а после она снова натянула маску надменности, но глаза стали живые и её интерес к разговору повысился: – Откуда ты про неё знаешь? Вы заодно? – Сторми насторожилась, очевидно, эта зазнайка точно должна что-то про неё знать, и то, почему она явилась именно за Сторми. – Да конечно, я бы в жизни не согласилась оказаться здесь! Очевидно, ей нужны наследницы, а мы так неудачно обладаем нужными для неё силами. Меня телепортировали из Солярии, конечно, это не самое лучшее место для жизни, но находится здесь уж точно не лучш… – Стоп-стоп-стоп, какие наследницы, какие силы? И мне она сказала, что я могу стать сильной ведьмой, чтобы всем отомстить. И в смысле из Солярии? Где мы тогда сейчас? – Сторми не унималась, недавнее раздражение сменилось непониманием ситуации, в которой она оказалась. Дарси встала и тяжело вздохнула, поправляя очки. Будет тяжело во всём этом разобраться, тем более, когда её собеседница задавала столько вопросов, на которые Дарси и сама хотела бы иметь ответы. – Так, давай начнём с начала. Я Дарси, ты? – Сторми… – Смотри, Сторми, я не знаю где мы, но очевидно, мы совсем в другом месте. Эта ведьма, Мандрагора, стёрла память всем, кто нас когда-либо знал, присела на уши и пообещала великую власть, но это странно, ведь она должна же что-то получить взамен? Она упоминала какой-то Орден, но я никогда ранее не слышала об Орденах, в которых орудуют ведьмы… И так же сказала про Огонь Дракона, что самое странное, ведь никто не знает, где он и вообще, что с ним случилось. – Сторми смотрела на неё непонимающим взглядом, она мало что могла понять из того, что рассказывала Дарси – историю магического мира она учила плохо, и поэтому не могла знать, что конкретно та имеет ввиду. Но очевидно, что она хотела разобраться в происходящем, и сейчас стоит отложить в сторону свои предрассудки насчёт этой девочки и попытаться выслушать её. Дарси смотрела на Сторми и понимала, что она явно не знает о том, в каких обстоятельствах оказалась. Но если она и правда одна из наследниц, значит, нужно держаться рядом и попытаться разобраться во всей этой ситуации. – И раз мы оказались здесь вместе, нужно постараться выяснить, что происходит. И пойти ко входу, всё равно у нас нет выбора, а оставаться на улице нет смысла, нас всё равно найдут. Так что, идёт? – Дарси протянула руку, чтобы помочь девочке встать. Сторми понимала, что держаться ей больше не за кого, они стали жертвами обстоятельств и тут нет смысла препираться и задирать нос. Тем более, эта Дарси показалась ей не такой уж и заносчивой, может быть, им удастся продержаться вместе какое-то время. – Ну, раз уж мы в одной лодке, – Сторми взялась за руку и встала, – то выбора и правда нет. Пошли, зазнайка, – сказала Сторми с улыбкой, не подразумевая в этот раз задеть её, а Дарси только хмыкнула, и они одновременно повернулись на голос вышедшей из-за угла женщины со стороны входа. – Вот вы где, девочки, мы вас уже долго ждём. Добро пожаловать в ваш новый дом. ***** Сапфира так и осталась со скованными во льду ногами кричать своей убегающей сестре, она разрывалась слезами и не понимала, почему та с ней так поступила. Её душа сейчас болела куда сильнее, чем ноги в обжигающем льде, она ведь просто хотела ей помочь! Девочка закрыла лицо руками, пряча слёзы, ей было страшно, обидно и холодно, она постоянно прокручивала мысли о случившемся происшествии и пыталась понять, что она сделала не так? Была слишком доброй, слишком весёлой, убежала далеко, сказала что-то, что Айси не понравилось… Думая о ней сейчас, она ещё больше начинала плакать, она так ею восхищалась, так хотела быть рядом и показать ей всю красоту того мира, в котором они жили… Её немые размышления и всхлипывания прервала тень над головой. Тучи заполнили всё небо, и Сапфира обречённо вздохнула. – Прекрасно, ещё и дождь сейчас начнётся… – проговорила она дрожащим голосом, пытаясь успокоиться и понять, что ей делать, как внезапно небо пронзила резкая молния, и стало темно, как ночью, и прямо перед ней появилась тёмная сфера, окутанная тёмно-розовыми молниями. Сапфира испуганно подняла руки, не понимая, что ей делать, как из этой сферы появилась женщина в тёмных одеяниях с шаманскими символами. Прямо за ней появились ледяные големы, которые тяжелой поступью следовали за женщиной. Когда она опустилась на землю и стукнула своим посохом, вся земля начала покрываться льдом, а с каждым её шагом лёд усиливался. Горы, деревья, кристаллы – всё началось покрываться льдом, пока она приближалась к Сапфире, которая лишь и могла что смотреть на неё с неподдельным ужасом. – Добрый день, девочка. Не подскажешь, где находится замок Королевы Даймонда? – её пропитанным сладким ядом голос прозвучал для Сапфиры как самое скверное, что она могла слышать, а её подлая улыбка, сквозь которую виднелись острые как шипы клыки, вселяла в Сапфиру омерзительные ассоциации с пастью монстра, поедающего детей. – Нет! Что тебе нужно от мамы? Королева не разговаривает с ведьмами, а я вижу, что ты – ведьма! – на Даймонде было распространено особо неприятное отношения к ведьмам, и Сапфира понимала, что ничего хорошего она точно сейчас не предложит, и знала, что её семья в опасности! – Я Принцесса Сапфира, и мой долг защищать моё Королевство! – Сапфира пыталась тянуть время, пока руками сзади пыталась разломить лёд, но в голову никак не шло нужное заклинание, – И ты не посмеешь навредить Королевской семье! – Сапфира, – ведьма-шаманка с интересом смотрела на неё, переводя с взгляд с девочки на так и сидевшую лисицу под деревом, защищавшую своих лисят, и не скрывала довольную улыбку, которая не предвещала ничего хорошего, – красивое имя. Сильное и дерзкое, как дикий зверь! – она нависла над девочкой, поднимая руку, из которой розовым свечением искрами начала осыпаться магическая энергия. – Иди поиграй с другими щенками! А на трон Даймонда взойдёт новая Королева! – Сапфиру начали окутывать и облеплять магические искры, под натяжением лёд раскололся, а сама она начала понимать, как уменьшается, пока не ощутила, что с грохотом падает на замёрзшую землю. Она попыталась встать, но не смогла, и поняла, что её превратили в зверя, когда попыталась закричать, но голоса не было – вместо него она издавала скрипящие и стрекотащие звуки, как лиса. Девочка ничего не могла сделать, и только наблюдала за тем, как ведьма-шаманка направляет големов в сторону дворца. Она попыталась побежать, чтобы опередить их, но её с помощью телекинеза подняла ведьма: – Не так быстро, юная Принцесса, ты разве не слышала, что твоя семья теперь здесь? – она отбросила Сапфиру, которая стала белоснежным лисёнком, к лисе, сидевшей под деревом. Сапфира скулила и пыталась встать, но новое тело никак не хотелось ей поддаваться, и она могла только слышать, как ведьма заливается едким смехом, пока сама скулила от разрывающих сердце терзаний. Айси бежала вперёд, не чувствуя ног, разум метался между тем, чтобы вернуться, и тем, чтобы всё-таки добежать до своих покоев и спрятаться, обдумать случившееся, пока её не найдут, она не расколется, и её не накажут. Нет, она не может вернуться, она не может сейчас смотреть на неё, видеть её испуганное лицо в истерике, и закованные во льду ноги. Что бы с ней сейчас не сделали, но она боялась того, что натворила. Её родная магия была разрушительной – мороз, что она создавала, забирал энергию и постепенно убивал. Когда-то давно, ещё в раннем детстве, она случайно заморозила птицу, что залетела к ней в окно – она видела, как она трепыхалась, пока совсем не затихла. И когда лёд растаял, птица больше не смогла взмахнуть своими крыльями и улететь… Может, подсознательно Айси желала того же и для Сапфиры, но боялась себе в этом признаться, и, смахивая в очередной раз слёзы, она вбежала в главный зал, так не вовремя сталкиваясь с родителями... – Айси, что с тобой, что за слёзы? – спросил её отец, подходя к ней вместе с матерью. Айси упала на колени, понимая, что ей не утаить того, что она сотворила. – Посмотри на меня, что случилось? – продолжались расспросы, а Айси никак не могла сказать самое главное, и её длительное молчание может много стоить впоследствии: – Сапфира... – только и смогла выдавить из себя Принцесса, а родители встревоженно переглянулись между собой: – Что Сапфира? Что с ней, ты что-то с ней сделала? – начала взрываться мать, и как только Айси подняла на неё взгляд, неожиданно дверь в зал резко распахнулась. Занятые состоянием Айси, никто не заметил, как во дворец проникли ледяные големы, грохот шагов которых стал раздаваться по всему залу только сейчас. – Сапфира умерла, уважаемая Королева, – в проёме материализовалась женщина, театрально поклонившись, она пропела ядовитым голосом эти фатальные для всех слова. – Стража! Где все? Ты поплатишься за то, что проникла сюда, чёртова ведьма! – яростно прокричал отец, а мать, превратившись в фею, стала атаковать ведьму фиолетовыми кристаллами. Всё, что существовало для Айси, рухнуло в один момент. В голове была только одна фраза: «Это я во всём виновата». Если бы она не убежала, если бы она вернулась и освободила её… – Не смотрите так, эта девчонка получила по заслугам! Она перечила новой Королеве Даймонда! – ведьма сделала несколько изящных шагов вперёд, отбивая атаку, а пол под её ногами стал покрываться льдом. – Да как ты смеешь, Морра! Пока я жива, ты никогда не станешь Королевой, проклятая ведьма! – между её матерью и ведьмой была самая настоящая битва не на жизнь, а на смерть, а Айси так и сидела на коленях, не в силах пошевелиться и сделать что-либо. – Айси, не сиди на месте, сражайся! – кричал ей отец, кидая ей меч, материализованный матерью, пока сам боролся с наступающими големами. Айси видела, что её родителям было тяжело в бою, очевидно, они проигрывали такой сильной ведьме. Нет, она ощущала, что не могла за них сражаться. Видя, какими они сейчас выглядели жалкими перед её глазами, она вспоминала моменты, когда они превозносили великие силы светлых магов, а их собственное величие, по их словам, было почти что уникальным во всём волшебном измерении. И наблюдая за тем, как мать отлетела от атаки ведьмы и не смогла встать, она окончательно разочаровалась в том, что ей всю жизнь пытались навязать. Они сами говорили ей: «Слабость – это худшее, что может существовать в человеке, те, кто сдаются, просто не умеют сражаться». А сейчас были не лучше тех, кого так рьяно ненавидели. А Сапфира… – Айси, – её размышления прервал голос Морры, внезапно решившей обратится к ней. Айси повернулась к ней и увидела, как големы сумели одолеть и её отца, – ты именно та, кто мне нужна. Пошли со мной, Избранная Белладонной, – поняв, что её избрали, она понимала – это её шанс. Она устала от несправедливости, от лицемерия и лживости вокруг. Айси не хотела видеть эту жалкую картину в виде побеждённых родителей перед собой, и встав, ступила шаг к ведьме. – Айси, не делай этого! – отчаянно попыталась остановить её мать, – Ты не понимаешь, на какой путь встанешь! Сколько мы тебя учили – долг Королевства прежде всего! Ты должна защитить свой народ! – даже сейчас её мать думала только о почестях, – Разве не этому мы тебя учили? – Айси, вопреки всему, делала шаг за шагом, приближаясь к ведьме, – Ты, предательница! Я так и знала! Лучше бы она тебя убила, вместо Сапфиры! – Айси медленно развернулась к ней, не скрывая шокированный и ненавистный взгляд. Как она смеет так говорить, потеряв одну дочь, отправлять без жалости на смерть вторую? – Вы никогда меня не любили. Вы растили меня только для того, чтобы впоследствии избавиться. Запрещая использовать магию, оставляли ни с чем, только чтобы потом отдать на растерзание. Если вы готовы так запросто меня сослать на смерть, чем вы лучше ведьм? – её холодный голос, лишённый эмоций, скрывал всю ту злость и обиду, что копились внутри неё. Морра, наблюдавшая за данным зрелищем, воспринимала семейную драму как театральное представление, и не скрывала ядовитой улыбки, приобняв за плечи подошедшую Принцессу. – Ты никогда не будешь такой как Сапфира! И ты ни капли не заслуживала нашей любви, никогда! – Айси видела, как маска её матери рушилась на глазах, теперь ей нет смысла скрывать то, что для Айси было и так очевидно. – Я ненавижу тебя, – сказала тихо Айси, принимая эти слова, как данное, как то, что она ощущала всю свою жизнь, но не могла найти случая, чтобы их проговорить. – Думаю, пора прекращать это великолепное представление, – манерно сказала ведьма-шаманка, направляя посох на бывшую Королеву. Теперь два бездыханных тела сковал лёд, и Морра вывела Айси за собой с помощью левитации, теперь они витали над дворцом. Ледяные големы расширяли свои владения, замораживали город, а вышедшие люди, которые отчаянно боролись за свою жизнь, заметно проигрывали им. Айси наблюдала за этим зрелищем и не смогла скрыть улыбку. Почему-то, ей доставляло это некоторое облегчение. – Видишь, Айси, каких высот ты можешь достигнуть, если ты будешь изучать свою магию! Они сдерживали тебя, и никогда не дали бы шанса познать то, как прекрасно может быть, когда целые Королевства находятся в твоей власти! И не нужно для этого учиться скучнейшим переговорам и политике, ты просто забираешь то, что хочешь, и никто тебе не посмеет перечить! – объясняла ей ведьма, придерживая за плечо, пока Айси наблюдала за воцарившимся хаосом вокруг, – Ты начнёшь управлять своей стихией так же, мы ведь с тобой похожи, понимаешь? – продолжала сладкой и ядовитой речью Морра. – Я понимаю. И наглядно это вижу. Всю жизнь меня держали, как прокажённую, говорили, что делать, не спрашивали моего мнения, и я не позволю больше так обращаться со мной. Я стану сильнее, и докажу, что быть ведьмой – это значит быть могущественной и непобедимой. Морра довольно улыбалась, и, положив руку на голову Айси, проговорила ей последние слова: – Хорошая девочка, – прежде чем отправила бывшую Принцессу в Магикс. И Айси более не увидит, как продолжало умирать и застывать во льдах её Королевство, и не узнает, что где-то под снегом бьётся сердце белой лисицы – вечной бессмертной узницы этого места.