Победителей не судят

      — Что плохого я тебе сделала? Скажи мне, что? — отчаянный крик молодой девушки сорвался на хрип. — Я ничего у тебя не прошу, только разрешение на право пользоваться своим телом так, как я того хочу! Это мой ребенок! И я хочу его родить!       — Нет!       Ответ не заставил себя ждать. Он был резким, хоть и не неожиданным, выбивающим весь воздух из помещения, отчего дышать становилось всё тяжелее и тяжелее. Грудь девушки тяжело вздымалась в тоненькой майке. Чёрного цвета волосы липли к вспотевшей от нервов шее. Она до хруста в пальцах сжимала кулаки и с отчаянием смотрела на своего возлюбленного.       Человек, стоящий напротив зарёванной девушки, требовал беспрекословное подчинение его персоне. Всегда. Все долгих восемь лет их знакомства.       — Почему ты так обращаешься со мной? Я не твоя вещь. Не твоя игрушка!       Это уже был даже не разговор, не просьбы, а крик души несчастной половинки.       Девушка знала, что ей не выйти из этого конфликта победителем. Она всегда проигрывала. С самого начала. С самой первой встречи. Наверное, ей следовало послушаться маму и отказаться от мечты стать поп-айдолом, но она упорно шла к своей цели, не зная, что мечта ее станет для неё большим разочарованием. В свои двадцать один она была успешной вокалисткой в женском коллективе и только начинала свой путь в корейской киноиндустрии, но всё это не приносило абсолютно никакой радости. Деньги, слава, шмотки, тачки… Всё превратилось в бесполезный хлам, никчёмный мусор, потому что горячо любимый человек отравлял её жизнь своим токсичным отношением.       Они встретились в совсем юном возрасте, когда ей было тринадцать, а ему пятнадцать. Одно агентство, одни мечты, разные возможности. Она простая кореянка из народа. Он — другой. Птица не её полёта. Человек со связями агентства, в котором они оба обучались и готовились стать кумирами миллионов. Простолюдинка и элита. Девушка почему-то посчитала возможным их союз. И он действительно случился. Через три года, когда она расцвела и стала приковывать и очаровывать своей красотой всех, кто её окружал.       Он стал её принцем на белом коне, она же для него очередным трофеем. Она хотела быть с ним по-настоящему, он же просто хотел владеть её телом. Да и пусть, этот союз уберёг её от страшной участи большинства стажёров. Девушка думала, что переиграет и уничтожит его, влюбит в себя, женит на себе. Сделает так, чтобы он не смог больше думать ни о ком другом, кроме неё, но она просчиталась. Это изначально была провальная тактика. Она попала в поле его зрения лишь из-за своей необычайной красоты и харизмы. Ведь он любил красивые вещи. Любил собирать трофеи. Она тоже оказалась одной из… Улыбчивая брюнетка, идущая по головам. Она почти дошла до своей цели. Вступила одной ногой на Олимп, но оступилась. Падать с высоты было невыносимо больно, морально и физически.       Беременность не стала её козырной картой. Она обернулась против неё позорным приговором, который закрывал для неё все двери, ведущие к сердцу этого бессердечного монстра.       — Ты сделаешь аборт по собственной воле. Если нет, то тебе помогут. И да, Джису, с этого дня мы больше не вместе!       Человек, с холодным равнодушным и вечно отстранённым выражением лица, пошёл на выход. На его красивом ухоженном лице не дрогнул ни один мускул, когда он озвучил свой приговор. Джису бросилась в ноги своего покровителя, она хватала его за брюки, она рыдала, размазывая косметику по своему хорошенькому лицу, она молила о пощаде, но её теперь уже бывший партнёр был непреклонен.       Дверь закрылась, оставляя её в одиночестве и мраке помещения. Надо было что-то делать, что-то предпринимать. Девушка набрала номер своего близкого друга. Но трубку так никто и не снял. После длительных гудков электронный голос на том конце спросил, желает ли абонент оставить голосовое сообщение. Тонкие пальцы с аккуратным маникюром дрогнули над кнопкой отбоя. Джису вытерла тыльной стороной кулака слёзы.       — Сонин, — прошептала она обречённым голосом в пустоту своей квартиры, — он бросил меня и велел делать аборт…       Срок был уже не маленький, три месяца. И эта беременность не была глупой случайностью. Это был расчётливый ход. Только вот Джису и предположить не могла, что обрекла себя этим импульсивными желанием на верную гибель. Девушка поспешила со своим расчётом манипулировать отцом ребенка. Она думала, что это её козырь, но она не знала, что сама себе подписала смертный приговор такими действиями…

***

      «Вот уже пять лет как не стало молодой и талантливой кейпоп-айдола Ким Джису. Она покинула нас слишком рано. Толпы фанатов в этот день приносят живые цветы к месту гибели девушки. Фанаты до сих пор не могут отпустить ситуацию и пытаются выяснить самостоятельно причину гибели девушки. Одна из теорий заговора гласит, что Джису не сама решилась на этот шаг. По записи с камер уличного видео наблюдения видно, как талантливая актриса и модель вошла в здание отеля, в котором остановилась, с поникшим видом. Но уборщица, которая давала свидетельские показания, сказала, что в лифте, буквально за десять минут до своего самоубийства, девушка сильно ругалась с кем-то по телефону. В этом видео мы постараемся разобраться, что именно случилось в тот вечер в отеле «Красный парус». Куда пропала уборщица после следствия? Кому могла перейти дорогу молодая кейпоп-айдол? И связано ли это как-то с тем, что за две недели до трагедии, девушке стало плохо прямо во время телевизионного интервью у известного журналиста…»       — Соболезную, но зачем ты опять смотришь теории заговоров в интернете?       Тэхен прошёл в кабинет Намджуна. Здесь как всегда было прохладно. Начальник сидел за большим рабочим столом, устало вглядываясь в широкий монитор. Намджун даже не сразу заметил, что в его кабинет вошли. Жалюзи на окнах были опущены, в помещении царил полумрак, который разгонял тусклый свет монитора. За окном уже был вечер, а Ким Намджун этого даже не заметил.       — Уже пять лет прошло с момента её гибели… — задумчиво сказал начальник. — Возможно, ты и прав. Пора отпустить ситуацию, но… Джису слишком сильно любила эту жизнь, понимаешь? Она не могла наложить на себя руки. Я чувствую это. Нет! Я знаю, что не могла…       — Но следствие говорит об обратном. Большинство её окружения говорило о том, что она находилась в депрессии, причем не первый год. А алкоголь с антидепрессантами в тот день сделали своё дело. Усугубили ситуацию до критического…       — Да-да. Я всё это не раз слышал и читал дело сестры, — перебил говорившего Намджун, — но ты же помнишь её, Тэхён. Помнишь ведь, какой она была хваткой. Как шла по головам, сметая все барьеры на своём пути. Она слишком любила эту жизнь. Слишком! И этот её секретный бойфренд… Он не засветился нигде в следствии. Так почему? Она точно была в отношениях, только никогда не говорила, с кем… Но ясно точно, что с кем-то из своего агентства и этот кто-то был не просто стажёром. Он из самой верхушки этого айсберга. Возможно, даже сам председатель компании. Или кто-то из его окружения. Почему она не называла имён? Потому что этот человек скорее всего был старый и женатый. Я больше чем просто уверен в этом! — Ким Намджун поправил падающую на глаза прядку волос, выбившуюся из модной укладки, и снова посмотрел на своего друга. — Можешь считать меня параноиком, но хоть убейте, я знаю, что она умерла не по собственному желанию.       — Она вышла в окно. Камеры с соседнего дома засняли этот момент. Очевидцы тоже описывали этот момент подробно. Улица многолюдная. Не один из десятка свидетелей даже не намекнул на нечто подобное. Она сама шагнула с карниза, и ты это знаешь.       Ким Тэхен подошёл поближе к столу начальства, рассматривая на паузе застывшее весёлое лицо сестры начальника. Девушка искренне улыбалась, лёжа в разноцветных шариках. Скорее всего это была вставка с кадрами из популярного клипа. Её жизнь была яркой, но скоротечной. Как у кометы, вошедшей в атмосферу. Она сгорала, падая на самоё дно, пока миллионы фанатов по всему миру следили за ней и день и ночь. Даже теперь, после её смерти.       — Да, но ей кто-то помог. Подтолкнул. Это же так очевидно! Мне не дали добро на повторное вскрытие. На дали возможность провести независимую экспертизу. Кремировали её тело без моего согласия. Что это, если не сокрытие улик? Где доказательства того, что она мешала таблетки и алкоголь? — Ким Намджун постучал нервно пальцами по столу и тоже посмотрел на застывшее в моменте отражение сестры.       — Но бутылки из-под алкоголя и банки от таблеток антидепрессантов в её номере были на фотоотчёте…       — Их можно было подкинуть, — перебил Намджун.       — Но полиция приехала сразу! — Опять возразил Тэхён.       — Полицию можно купить. Это же так просто для сильных мира сего! — Ким закрыл вкладку с видео о его сестре и развернулся полностью лицом к Тэ.       — Ты слишком накручиваешь себя.       — Она моя сестра! И её убили! Убили и теперь безнаказанно дальше продолжают жить. Я больше чем уверен, что это дело рук председателя. Он спал с ней. Пользовался молодым и красивым телом, продвигая её в массы. Тебе не кажется, что Джису слишком быстро взлетела на вершину? Очевидно, что ей кто-то помог. И этот кто-то трахал её взамен за свои подачки. Но заставлял молчать об их отношениях. Не она первая, не она последнияя, кто пошёл по такому пути. Только вот я подумать не мог, что она на такое способна… Продаваться ради денег и славы…       — Намджу, я всё понимаю, но время — деньги. Ты для этого меня позвал? Чтобы в очередной раз поговорить о смерти Джису? — Тэхён сказал это немного раздражённо, так как дел по самой фирме у него было и так невпроворот.       — Нет. Конечно, нет. Но моя просьба будет отчасти завязана на ней. Слышал о том, что нетфликс запускает новый проект в Корее? — Намджун бросил взгляд на часы, чтобы посмотреть, который был теперь час.       — Так, читал, но считал, что это всего лишь слухи в интернете. Хочешь сказать, что это правда?       — Да.       — Хочешь урвать место у руля? — сделал очередное уточнение Тэхен.       — Нет, у меня нет таких связей. Но хочу, чтобы ты пошёл на их кастинг.       — Я не актер, Намджу. Это в прошлом, — сразу же отмахнулся от друга Ким Тэхён.       — Но у меня нет подходящих кандидатов. Все стажёры в моём агентстве слишком зелёные и сырые. У них нет и шанса попасть в состав съёмочной группы.       — А у меня есть? — удивлённо уточнил Ким.       — Ты был лучшим из нас всех на потоке актерского мастерства. Даже лучше Чонгука, и ты это знаешь.       Тэхен помрачнел, услышав имя бывшего из уст лучшего друга.       — Когда это было? Я ушёл из сферы. Теперь я юрист, а не актёр. Я нужен тебе здесь. Решать проблемы компании, которых и так не мало. Или у тебя есть кто-то другой на примете для этой работы? Кому ты так же безоговорочно доверяешь всю документацию?       — Нет. Но сейчас ты мне нужен именно там. Компания АТМ мгновенно откусила жирный кусок от пирога нетфликса. Я слышал, что главную роль уже получил их актёр. Да и шестьдесят процентов задействованных именно их люди. Этот Хёнджин скользкий, как гадюка, весь в своего папашу. Но полностью проект он не курирует. Слышал, что режиссёром будет Чимин. Так что у тебя есть шанс получить роль, и даже не в массовке.       — Что делать, если я не хочу в этом участвовать?       Тэхен задумчиво смотрел на своего поникшего начальника. С момента смерти Джису утекло уже не мало воды. И это очень сильно отразилось на Намджуне. Он перестал улыбаться и радоваться жизни. И каждый его новый день начинался с того, что он продумывал, как бы поймать неизвестного врага с поличным, но Ким Тэхен почему-то был уверен, что сестра Намджуна действительно могла решиться на этот шаг добровольно. И сегодня в день её смерти это чувствовалось особенно остро.       — Тэ, ты должен мне помочь. Это наш шанс внедриться в их круги. Возможно, Феликс получил ту самую лакомую роль. А он очень близок к Хёнджину, все это знают.       — Я давно не практиковался.       — Это всё отговорки, у тебя врождённый актёрский талант. Пробы будут в эту пятницу. Ты обязан получить там роль, хотя бы второго плана. И дело здесь не в респекте и деньгах, хоть и в них отчасти тоже. Безусловно, это поднимет мою компанию на совершенно другой уровень, но, в первую очередь, это для Джису…       — Я могу отказаться? — Тэхен достал из кармана брюк телефон и посмотрел на время. Уже было довольно поздно. Рабочий день обоих закончился уже как полчаса назад, но они почему-то продолжали всё ещё находиться в стенах компании.       — Конечно, но это единственный реальный шанс, выпавший за последнее время, что-то найти на них. Ты, пожалуйста, подумай на досуге. У тебя есть два дня на всё про всё.       — Ты на меня давишь, братишка.       Тэ убрал телефон обратно в карман и поправил неудобно стоящий воротничёк рубашки. В офисе он всегда носил костюм-тройку, хоть и не любил классический стиль, но того требовало его положение.       — Вынужден. Сам я не могу явиться туда. Меня в любом случае не будут рассматривать, я староват для той роли. Да и не во вкусе этого слащавого утырка.       Намджун потянулся под стол и выключил компьютер, видимо, окончательно отказываясь от идеи досмотреть очередной фанатский ролик про свою погибшую сестру. Мужчина встал со своего рабочего места.       — Ты про Феликса? — уточнил Ким, о ком идёт речь.       — Про кого же ещё?! Он сейчас очень востребован в Корее. Его присутствие в проекте поднимет рейтинг сериала до небес. Это знают все. Продюсер проекта, в первую очередь.       — Хочешь, чтобы я соблазнил его?       — Не обязательно, можешь подружиться.       — Подружиться с Ли? Это же ручная крыса Хёнджина. Ты меня просишь о невозможном.       Оба двинулись к выходу. Намджун пошёл первый. Тэхен позади.       — Вы будете играть химию на экране. Экранные парочки часто переносят чувства из игры в реальность, — поделился своими предложениями начальник.       — Феликс посрать без своего покровителя не может, а ты соблазнить его просишь.       Тэ попытался вспомнить пару встреч на общих публичный мероприятиях в Сеуле, где был и Ли Феликс. И да, тот действительно не отходил от своего покровителя Хёнджина.       — Ты, в первую очередь, актёр, Тэхен, а потом уже юрист, не забывай об этом. Всё в твоих руках. Я в тебя верю.       Намджун накинул бежевый тренч и вышел из своего кабинета, за ним последовал Тэхен. Его верхняя одежда осталась лежать на заднем сидении машины.       — Ты просишь подставиться меня под удар. Хёнджин не любит, когда отбирают его игрушки. Он равняет репутацию таких людей с землёй. Рушит карьеры. Банкротит фирмы. Уводит чужих любовников. Никто не горит об этом вслух, но, опять же, все всё знают. Особенно в Корее.       — Он тоже в списке моих подозреваемых.       — Чудесно! — Хлопнул в ладони Тэ. — Поэтому ты решил, чтобы я взял все риски на себя? Мы, конечно, близкие друзья, но…       — Ты забыл, что Чон пропал буквально спустя четыре месяца после самоубийства моей сестры? Исчез так, будто его никогда и не было на этой земле. И Сонин, погибший в автокатастрофе, тоже был вхож в круг их общения. Что это, если не заговор? Все статьи на эту тему в интернете заминаются. Ролики блокируют. Будто по указке сверху. Совпадение? Вот тебе и пища для размышления.       — Это похоже уже на одержимость. Ты даже свою компанию создал, чтобы конкурировать с агентством АТМ на рынке. Но дела идут плохо. Ты едва остаёшься на плаву. Не думал поменять свою тактику расследования? У тебя не хватает ни средств, ни сил. Посмотри на себя! Одинокий тридцатипятилетний мужик, который потратил все сбережения, свои и сестры, на убыточную компанию в жалкой попытки мести, но кому? Ты даже не знаешь, за кем гонишься!       Мужчины уже вышли из здания на крыльцо. Намджун остановился посередине в ожидании подачи своей машины, Тэ же должен был вернуться после обратно на парковку.       — Мне и жизни не жалко для благой цели. АТМ должны пасть. И чем громче будет их падение, тем лучше. И именно поэтому мне нужна твоя помощь! Я рассчитываю на тебя, Тэхен. Прощай.       Ким сел за руль своего Мерседеса, сменив парковщика, и тронулся с места, оставляя Тэхёна позади на крыльце своей компании.