Что происходит после концерта⚔️.

Концерт шёл отлично, скорее, замечательно. Фанаты буквально рвали свои глотки, громко крича от эйфории, которая фонтаном заполняла их вены. Все играли по зазубренным нотам, создавая ритмичную музыку, которая била по ушам с каждым разом всё сильнее. Содо привлекал внимание тем, что вечно подходил сзади к Рейну, скользя рукой по чужой груди и задерживаясь на шее. А Рейн особо не сопротивлялся, давая огненному гулю вытворять свои выебоны. Казалось, концерт длился вечность, но достаточно просто моргнуть, чтобы все находящиеся на сцене выстроились в ряд для прощального поклона. Конечно, после своего выступления музыканти кидают людям медиаторы и барабанные палочки. Каждый из фанатов тянут руки к ним, будто это летящий букет на свадьбе. И вот, все ушли за закулисья, уходя в свои гримёрки. Все ушли, кроме двоих гулей... Рейна и Маунтина. Как всегда - картина маслом. Высокий земной гуль, прижавший к стене водяного. Почти по зверски была стянута ткань с лица Рейна, закрывавшая его часть лица кроме носа. Его губы были заняты чужими в нуждающимся поцелуе, а языки сплетались воедино как какие-то тентакли. Кажется, в такие моменты, Маунтин знает каждую часть тела Рейна наизусть, так как его руки ловко скользили по чужим бокам, переходя на бёдра, и обратно на талию. Рейн мог только подчиняться напору своего любовника, обвивая руки вокруг его шеи, изредка позволяя себе прикусить нижнюю губу Маунтина. Они настолько продвинулись вперёд, что научились задерживать дыхание для более долгого поцелуя. В штанах уже болезненно пульсировала плоть, отдавая пульсацию по всему телу. Рейн уже на изнеможении из-за кислорода начал тихо мычать, пытаясь отстраниться, но Маунтин пока что был против. Руки Рейна сжали плечи земного гуля, напоминая что тот переходит границы, и тот послушно отступает. Коридор заполнило тяжёлая отдышка двух людей, оповещая всех об интимном моменте между ними. Маунтин уткнулся носом в его шею, но его губы встретила ткань, скрывающая шею. Послышалось недовольное ворчание, на что Рейн попытался остановить земного гуля. - Маунтин! Подожди немного, пожалуйста.. Не дай бог ты трахнешь меня в коридоре. — Последние слова Рейн произнёс с лёгким опасением, так как ему было бы стыдно за это, не говоря уже о мульти гуле с огненным. Конечно, этим двум никогда не было стыдно за свои откровенные страсти перед публикой, вне зависимости от местоположения. Если бы они могли сделать что-то подобное, то скорее всего их лица засветились в каких-нибудь порно-сайтах. С недовольными звуками, они кое-как добрались до ближайшей кладовки, чтобы хоть как-то скрыться от посторонних глаз. Рейна сразу прижали лицом к стене, а тело сзади назойливо напоминало о своей нетерпеливости. Чужие руки снова скользнули под его рубашку, проводя руками по бокам водяного гуля. Маунтин положил голову на плечо Рейна, издавая тихое фырканье, пока руки прижимали того ближе к себе. За целый концерт земной гуль слишком изголодался по прикосновениям, вечно замечая как Рейн даёт Содо трогать себя. От этих воспоминаний, хватка Маунтина стала сильнее, показывая бушующую ревность внутри спокойного земного гуля. Рейн запрокинул голову назад, учащённо дыша в тесном пространстве, чувствуя как чужие руки начинают расстёгивать его брюки. Водяной гуль знал что сейчас произойдёт, но сам не прочь провести время в таком виде. Штаны медленно сползали, а вместе с ними и боксёры. С прерывистым дыханием, чужие руки обхватили его бёдра, выдвигая их чуть назад, заставляя встать наполовину раком. Его хвост был благополучно закинут на одно из плеч Маунтина, открыв более откровенный вид чужого колечка мышц. Маунтин провёл по нему своими пальцами, вызвав тихий стон у водяного гуля. Земной гуль толкнул пальцы в его рот, начав водить ими вокруг языка, чтобы водяной гуль выделял больше слюны. Убедившись что пальцы свободно скользят между собой, Маунтин довольно хмыкнул, медленно вытаскивая свои пальцы. - Готов?... — Тихий голос донёсся до ушей Рейна. Водяной мог только кивнуть, так как озвучивать своё согласие ему было слишком стыдно. Но как только он успел кивнуть, он издал удивлённый стон, чувствуя как его внутренние стенки начинают раздвигать сразу два скользких пальца. Земной гуль двигал ими медленно, одной из своих свободных рук он расстёгивал пуговицы на рубашке Рейна, успокаивающе водя руками по обнажённой коже. Медленно растягивая Рейна, его пальцы достигли предела, войдя в чужое тело до конца своей длины. Он начал медленно двигать пальцами, а большим пальцем массировал его колечко мышц сверху. Рейн тихо стонал, привыкая к пальца внутри, добровольно насаживаясь на чужие пальцы. Его маленькие коготки царапали стену в поисках опоры, а стоны становились отчаянными. Но Маунтин не собирался торопиться, загнув два пальца, коснувшись сладкого места внутри Рейна, заставив того дрогнуть всем телом с язвительным стоном. Его бёдра уже двигались более откровенно, желая, чтобы Маунтин приступил к делу. Кончик хвоста Рейна дёргался, ритмично постукивая по спине Маунтина. Это невинное постукивание сводило Маунтина с ума, двинув свои пальцы вперёд более глубже, из-за чего из Рейна вырвался резкий стон. Подержав свои пальцы внутри Рейна ещё некоторое время, он наконец вытащил их. Со стороны Рейн послышался жалобный стон, а его колечко мышц выглядела более открытой. Маунтин сжал одной рукой его бедро, пока другая нетерпеливо пыталась расстегнуть свои собственные брюки. Пару раз это заканчивалось неудачей, так как те попросту не стягивались. Наконец, ремни поддались напору Маунтину, упав с лёгким звяканьем на пол. Его твёрдый член теперь виднелся на общее обозрение, но единственный кто это видел, так это - стены. Смазав свой ствол остатками слюны с пальцев, он медленно пристроился сзади, прижавшись головкой к колечку мышц. Маунтин сильнее сжал бёдра Рейн, начав медленно входить в его подготовленное лоно. Более массивная плоть начала заполнять водяного гуля, растягивая намного больше чем пальцы. Долгое мычание сорвалось с губ Рейна, когда его внутренние стенки начали сжиматься вокруг теплой плоти Маунтина, обхватывая его полностью. Земной гуль зажмурил глаза, чувствуя как его сжимают теплые стены Рейн, издавая тихое рычание удовольствия. Войдя до основания, Маунтин плотно прижался к спине басиста, начал медленно двигать бёдрами, выбивая тихие стоны из другого гуля. Из уст Рейн вылетали ритмичные стоны, а тело выгибалось на встречу чужому. Его собственный член дёргался между ног, моля о том, чтобы на него обратили внимание, но Рейн не мог просто так оторваться от своей опоры. Движения Маунтина нарастали с каждым разом, а внутри их тел разгоралось животное тепло, побуждая земного гуля двигаться быстрее в своей собственной нужде. Стоны Рейна становились всё громче, а тело иногда дёргалось вперёд от толчков сзади. Земной гуль начал тыкаться в шею Рейна, не в силах укусить его через ткань, раздражаясь от этого. Клыки барабанщика дико чесались, желая вбиться во что-нибудь, устало потираясь клыками о ткань. От неудовлетворённости своих желаний, его толчки стали более резкими, с силой вбиваясь в лоно Рейн. Водяной гуль явно не ожидал такого поворота, его глаза слегка расширились, а стоны стали громче. Басист был как жалкое месиво под земный гулём, вечно стонущий и хнычущий, пока его тело в очередной раз лишают девственности. Когда толчки стали более глубокими, говоря о приближении оргазма земного гуля, Рейн издавал серии стонов, чувствуя как его колечко мышц растягивается ещё на несколько миллиметров. Маунтин стал тихо кряхтеть, двигая бёдра Рейна в ритм своих, пытаясь ускорить процесс к оргазму. Для тела водяного Гуля это было что-то новое, из-за чего его глаза косились вверх от удовольствия внутри него. Чувства полноты сводило его с толку, затуманивания разум с каждым толчком. Толчки продолжались, и стоны тоже. Мокрые звуки совокупления заполнили маленькую кладовку, украшая её грязными стонами водяного гуля. С последним толчком, Маунтин резко дёрнулся вперёд, вплотную прижав своё тело к чужому, извергая свой оргазм глубоко в Рейн. Резкий стон вырвался из уст барабанщика, когда оргазм накрыл его как груз. А водяной гуль всё ещё был твёрдым, никак не дойдя до своего оргазма. Сам же Рейн прерывисто дышал, чувствуя разливающееся ощущение теплоты где-то глубоко внутри себя. Барабанщик медленно вышел из чужого тела, не дав тому даже время прийти в себя, сразу развернув к себе лицом. Сам Маунтин тяжело дышал, смотря на твёрдый член Рейн, которому нужна была помощь с этим. Барабанщик опустился на колени перед водяным гулём, оказавшись на уровне его твёрдой проблемы. Он провёл своей рукой по чужой длине, от самого кончика до основания, после чего медленно начал погружать чужое достоинство себе в рот. Рейн издал прерывистый стон, а его рука инстинктивно опустилась на голову Маунтина, хватаясь за чужие рога. Его язык обводил узоры на чужой головке, вызывая новые стоны у Рейна, пока он продолжал делать ему минет. Земному гулю было намного легче это делать, так как всеми любимый басист не особо хвастался большими размерами своего достоинства, из-за чего Маунтин мог свободно впустить в свой рот до самого основания член Рейна. В то время как водяной гуль мог лишь жалобно стонать, закрывая глаза от удовольствия, радуясь тому, что успел поймать такого хорошего возлюбленного. Он не смог продержаться и пяти минут, так как Маунтин всегда знал как довести того до апогея за короткое время, вечно дразня его по поводу этого. С гортанным стоном он излился в рот своего барабанщика, заканчивая это своим хныканьем. Его дыхание сбилось, поэтому он дышал и ртом и носом, что и вызывало хныканье. Земной гуль довольно поднялся с колен, а его рот сразу нашёл чужой. Он был настолько "заботливым", что поделился с Рейном его же безвкусной спермой, сплетая языки в торжественном вальсе. Так и закончилось приключение двух гулей.. (Не беспокойтесь, когда они вернулись в НОРМАЛЬНУЮ комнату, Рейн отплатил Маунтину благодарственным минетом и обнимашками😇).