Childhood friend

Скрип открывающейся крышки эхом разнесся по сырому подвалу, выпуская в воздух затхлый запах старины и забытых воспоминаний. Первыми взору предстали поблекшие от времени ткани, свернутые в аккуратные свертки, и стопки старых, пожелтевших писем. В беспорядке громоздились потрепанные игрушки и странные, ни к чему не относящиеся предметы. Это было похоже на капсулу времени, хранящую обрывки чьей-то жизни. Эшли, сгорая от любопытства, первой протянула руку к содержимому сундука. Осторожно разворачивая один из свертков, она обнаружила потемневшее от времени кружевное платье, словно сошедшее со страниц старинного романа. Затем ее внимание привлекли серебристые цепи, больше похожие на украшения для одежды, чем на что-то функциональное. “Странно, как будто кто-то увлекался панк-культурой в прошлом,” - пробормотала она, задумчиво рассматривая цепи. Вдруг, в самом низу сундука, ее взгляд зацепился за стопку фотографий. Подцепив их пальцами, она начала перебирать пожелтевшие снимки. На них был изображен мальчик – маленький Салл. Его лицо, еще не обезображенное протезом, светилось детской радостью. Но на всех фотографиях Салл был не один. Рядом с ним стояла девочка, примерно его возраста, с длинными светлыми волосами и лучистыми глазами. Внезапно Салл замер, словно окаменев. Его взгляд, обычно скрытый за протезом, был прикован к одной из фотографий. Лицо исказилось гримасой боли и… узнавания. Губы едва слышно прошептали одно имя: -Аделина… Эшли, Ларри и Тодд переглянулись, ощущая, как в воздухе сгущается напряжение: Аделина? Это точно она, Салл? - с тревогой спросила Эшли, нарушая тишину. Ларри, нахмурившись, добавил: - Ты ее помнишь? - Тодд молча наблюдал за реакцией Салла, пытаясь понять, что происходит в его голове. Кажется, они нашли не просто старые фотографии, а ключ к забытому прошлому Салла, прошлому, которое могло хранить ответы на многие вопросы. Салл словно выключился из реальности. Бледность залила его лицо, контрастируя с ярким цветом протеза. Его руки, казалось, обрели собственную жизнь, дрожа мелко и неконтролируемо. Он уставился на фотографию, словно пытаясь прорваться сквозь пелену времени, вернуться в то беззаботное детство, запечатленное на пожелтевшей бумаге. Тишина, которая воцарилась в подвале, стала давящей и звенящей. Все трое, Эшли, Ларри и Тодд, замерли в ожидании, наблюдая за Саллом с нескрываемым беспокойством. Было очевидно, что увиденное пробудило в нем что-то глубоко личное и, возможно, болезненное. Наконец, собравшись с силами, Салл прервал молчание хриплым, дрожащим голосом: - Я… я смутно помню ее. Аделина… она была моей… моей лучшей подругой. Мы всегда были вместе - Его взгляд все еще был прикован к фотографии, словно он боялся отвести его, боясь, что изображение исчезнет, как мираж. Он немного помолчал, пытаясь собрать разрозненные обрывки воспоминаний: - Мы жили рядом… играли в лесу… у нас был свой секретный домик на дереве…- В его голосе слышалась грусть, как будто он оплакивал потерю чего-то очень важного. Затем, его взгляд резко изменился. В глазах появилось замешательство, а затем – ужас: - Но… я не понимаю… Почему я ее не помню полностью? Почему в моей голове словно пробел? Что… что с ней случилось? - В его голосе звучал отчаянный вопрос, обращенный не столько к друзьям, сколько к нему самому, к его забытой памяти.