Колыбельная для Проклятых

Открыв книгу, я почувствовала, как в нос ударил приятный сладковатый запах, отдалённо напоминающий ваниль. По всей видимости, внутри книга была такой же старой и потрёпанной, как и снаружи. «Главное, чтобы она случайно не развалилась в процессе чтения...» Я провела рукой по первой странице, расправляя слегка замятый край титульного листа. Бумага была шершавой на ощупь, но это было даже приятно. В расправленном мной уголке значилась лаконичная надпись аккуратным почерком: «Дневник ныне покойной Мары» Я не ожидала увидеть что-то такое в самом начале книги, которая, как оказалось, была чьим-то личным дневником. Пусть это и было немного смущающее, но я всё же перевернула страницу, чтобы прочесть содержимое.

***

День 1, хх сентябрь 2020 Тот, кто нашёл эту книгу, прошу, сохрани её. Пусть эти записи будут хроникой наших возможно последних дней в жизни. Моё имя Мара, я родилась 2 апреля 2000 года, рядом со мной сейчас моя лучшая подруга и одногодка Желя, родившаяся 30 июня 2000 года. Я оставляю здесь эту информацию на случай, если кто-то всё же найдёт этот дневник и наши безжизненные тела. Конечно, мне бы не хотелось, чтобы мои записи послужили уликой в деле о возможном убийстве... но если есть даже крошечный шанс, что кто-то из нас выживет, а виновник будет наказан, то я непременно буду бороться за него. Если обеим из нас спастись не суждено, то я сделаю всё ради выживания Жели. После такого вступления мне, наверное, стоит объяснить всю ситуацию чуть поподробнее. Пару часов назад я и Желя очнулись в незнакомом нам месте. Как мы поняли чуть позже, кто-то вывез нас в лес далеко за городом и оставил здесь. Когда мы очнулись, рядом с нами никого не было. Только мы вдвоём и наши вещи. Ни людей поблизости, ни каких-то построек рядом, да даже следов от колёс не было. Всё это было очень странно и пугающе, поэтому на панике мы попытались позвонить нашим семьям и друзьям, но никто не брал трубки. В такой глуши у нас просто-напросто не было связи. Даже экстренный вызов не работал... В итоге, поняв, что помощи мы вряд ли дождёмся, я предложила Желе уйти подальше от этого места. Я боялась, что похитители могут вернуться в любую минуту. Желя согласилась с моим мнением, ведь её эта ситуация шокировала не меньше меня. Мы ведь просто гуляли рядом с кампусом вечером после занятий... Почему всё вышло именно так? Почему похитить решили именно нас? Мы же просто счастливо проживали свои студенческие годы и не делали ничего плохого... Мы ушли оттуда. Я не знаю, насколько далеко мы от того места, где были изначально, но за то время, что мы были в дороге, успело стемнеть. По всей видимости, сегодня нам придётся ночевать под каким-нибудь деревом. Я очень надеюсь, что в этом лесу не водится голодных диких зверей... Честно, я очень переживаю за Желю и её состояние. Первое время она была так напугана, что буквально вздрагивала от каждого шороха. Завтра нужно будет постараться как-нибудь отвлечь её от дурных мыслей. А пока всё, что я могу — это находиться рядом с ней. Надеюсь, ночью будет не холодно... Может нам стоит спать в обнимку?

***

День 2, хх сентябрь 2020 Уже второй день мы с Желей бродим по незнакомому нам лесу, в попытках выйти хоть куда-то. С одной стороны такая нетронутая рукой человека природа крайне завораживает; порой создаётся впечатление, что мы бродим внутри чьей-то с любовью нарисованной картины. А с другой стороны... иной раз я хочу биться в сильнейшей истерике от страха и ужаса, которые обитают где-то на подкорках моего сознания. Честно говоря, поблизости нет ни единого намёка на признаки цивилизации. Тут в принципе нет никаких следов людей. Ни троп, ни домиков лесничих, ни дорог, ни звуков машин или чего-то подобного. Даже ЛЭП, ради которой обычно вырубают километры леса, нам ещё ни разу не встретилась. В небе не было ни единого белого следа от самолёта... Как такое вообще возможно? Насколько же отдалённое это место? У нас вообще есть хоть какие-то шансы выжить? Единственное, что мы можем увидеть вокруг себя — это деревья, кусты и травы. И слышим лишь звуки леса, которые иногда очень сильно пугают нас. Всё время приходится быть настороже, и это очень сильно изматывает нас морально. Возможно, если бы сейчас Жели не было рядом со мной, то я бы не пыталась так отчаянно выжить. Спасибо, что мы всё ещё никого не встретили. В некоторой степени это расстраивает, а с другой стороны очень сильно обнадёживает. Так что мы стараемся не унывать лишний раз. Вполне возможно, что мы просто накручиваем сами себя и наше положение в действительности намного лучше, чем нам кажется. Скорее всего, нас уже точно ищут. Да, я уверена в том, что кто-нибудь наверняка заметил нашу пропажу! Правда, ведь? Пока шли, мы с Желей долго рассуждали, где же именно может находиться столь безлюдный лес, полностью не потревоженный человеком. Единственное, к чему мы смогли прийти — военная база. Скорее всего, где-то в этом лесу находился засекреченный военный объект, поэтому связь здесь глушат, а машины и самолёты тут редкие гости. Других логических объяснений полному отсутствию связи и признаков человека у нас попросту нет. Будем надеяться, что мы случайно не вторгнемся на запретную территорию, на которой нас быстро и без свидетелей порешают... К концу дня мы сильно проголодались, но найти что-нибудь съестное в лесу было не так уж и сложно. Да, мы рисковали наткнуться на ядовитые грибы и ягоды, которые к тому же могли быть червивыми, но другого выбора у нас не было. Конечно, мы бы могли попытаться убить какую-нибудь мелкую живность. Но у нас нет на это ни навыков, ни решимости. Скорее всего, в процессе мы если и не покалечимся, то уж точно истратим остатки сил, которые сейчас нужно беречь по максимуму. Плюсом ко всему я не хочу, чтобы Желя видела что-то столь омерзительное. Сомневаюсь, что она сможет съесть невинное животное, убитое моими руками. Я прекрасно знаю, что у неё не хватит духу на подобное. А у меня не хватит духу смотреть на её испуганный взгляд. Не хватит сил, чтобы вынести её отвращение по отношению ко мне... С водой пришлось туго... Ещё когда очнулись, обнаружили, что наши личные вещи полностью не тронуты. В моей сумке лежала полупустая бутылка воды. Я пила её на парах. Кто же знал, что благодаря ей мы сможем протянуть целых два дня... А вот у Жели в этом плане ситуация была намного хуже. Она всегда предпочитала покупать кофе в столовой или в торговых автоматах, поэтому никогда не носила с собой попить. Но из плюсов в её милой маленькой сумочке всегда валялись несколько маленьких шоколадок, которыми она заедала стресс во время занятий. Благодаря им мы смогли протянуть немного дольше. Никогда бы не подумала, что такая мелочь, как бутылка воды и ломтик шоколада будут радовать меня до слёз. Но боюсь, завтра ничего из этого у нас уже не останется... Сегодня мы попытаемся пройтись ещё немного, в надежде выйти к какому-нибудь ручью. Если удача будет на нашей стороне, то мы однозначно выживем. А если нет... Сейчас не стоит думать о плохом. В любом случае, нам нужно двигаться дальше. Из-за того, что деревья в лесу высокие, а кроны их довольно размашистые, здесь достаточно быстро темнеет, даже несмотря на то, что солнце может быть ещё в небе. Оно просто не может пробиться через все эти заросли, оставляя нас в вечном полумраке, холоде и сырости. Для нас это очень и очень плохо, ведь костёр мы разжечь не можем. Даже будь у нас спички, ничего бы не вышло, так как ветки и листья под нашими ногами влажные. У нас нет другого выбора, кроме как продолжать идти дальше и тогда возможно нам всё-таки повезёт.

***

День 3, хх сентябрь 2020 Мои силы на исходе, так что буду кратка. Всё безуспешно. Мы так никуда и не вышли. Здесь абсолютно точно нет никаких источников воды поблизости. Скорее всего, именно поэтому тут так мало животных. Они ведь тоже далеко не глупы... За день Желя полностью выбилась из сил, да и я держусь на последнем издыхании. Я еле перебираю ногами, так что при всём желании не смогу понести её на себе. А мне бы так хотелось... От постоянной ходьбы ноги как будто бы горят изнутри. А в горле нещадно саднит от жажды. Это состояние просто невыносимо терпеть. Кажется, что смерть следует за тобой по пятам. С каждой секундой всё сильнее и сильнее происходящее напоминает пытку. Я держусь лишь потому, что не могу оставить Желю одну. Я отдала ей последние остатки воды, потому что её состояние было намного хуже моего. Моё беспокойство буквально сжирает меня изнутри всё сильнее и сильнее. Смотреть на её страдания просто невыносимо. Лишь от вида её уставшего бледного лица мне становится так больно и плохо, будто весь мир ополчился против нас в желании увидеть наш скорый жалкий финал. Тем не менее мы приняли решение на несколько дней обосноваться здесь, так как поблизости было очень много ягод. Думаю, мы сможем выжать их и немного попить. А возможно это будет нашей фатальной ошибкой... Желя предложила попробовать на рассвете собрать росу и выпить её. Я согласилась, так как это наш последний шанс, чтобы выжить. Я не могу быть уверена, что наш план удастся. Да и нет никаких гарантий, что мы переживём ночь в нашем-то состоянии. Но я не перестаю надеяться на лучшее. В конце концов, я рада, что мой конец будет рядом с ней. Мне остаётся лишь молиться, чтобы она не испытывала адских страданий в наши последние часы.

***

День 4, хх сентябрь 2020 До ягод мы так и не добрались. Решили оставить их на самый крайний случай и всё-таки попытать удачу на рассвете. К нашему счастью, ночью пошёл дождь. Он был настолько сильным, что вся одежда промокла насквозь и неприятно липла к коже. Мне было ещё терпимо, так как я надела брюки и рубашку, которые быстро высохли, а вот Желя была в своём милом белом платьице, которое за дни нашего путешествия было полностью измарано в грязи. Всё-таки нам приходилось спать на голой земле. Мне было так обидно за то, что столь прекрасное создание, похожее на ангела, сейчас барахталось в грязи оттого, что ей перерезали её белоснежные крылья. Ей и до этого было холодно ночами, поэтому я отдала ей свой пиджак. Но из-за дождя ситуация стала совсем патовой. Её трясло так сильно, что даже шум дождя не мог скрыть громкого стука зубов. Мне до глубины души хотелось заключить её в свои объятия и согреть, но я знаю, что она бы не простила мне такую вольность. В темноте ночи я могла лишь молча слушать, как она старается заглушить свои тихие всхлипы руками, делая вид, что это всё из-за пронизывающего до глубины души холода, который сейчас поглощал само наше существование. Но я прекрасно понимала, что это было не так. Я прекрасно знала, что это даже не из-за того, что мы стоим на краю гибели. Я знала, что это всё из-за меня. Дождевую воду мы сразу же собирали в ладонях и пили. Другого варианта утолить нашу жажду у нас просто не было. Мы, конечно, набрали воду в бутылку, которая у нас осталась, но её нам всё равно надолго не хватит. Пластик имеет свойство гнить, так что чем дольше мы будем таскаться с водой, тем больше шансов у нас отравиться. Это временная мера. Мы не можем знать наверняка, когда в следующий раз пойдёт дождь. Нам в срочном порядке нужно найти постоянный источник воды. Я найду его любым способом ради Жели. В любом случае, сегодняшней ночью нам удалось оттянуть момент собственной смерти... Ближе к рассвету дождь утих, а солнце нежно пробивалось сквозь листву, словно извиняясь за события прошедшей ночи. Я заметила, что Желя теперь была по колено в грязи... На это было так невыносимо смотреть. Она ещё в первый день сняла свои босоножки на высоком каблуке, потому что идти на них по лесу было сущим адом. По дороге я множество раз предлагала ей свои балетки на небольшом каблучке, чтобы она не ходила по лесу босиком. Но она постоянно отказывала мне, пытаясь доказать, что сильнее, чем кажется, и точно справится с такой легкотнёй. Я никогда не считала её слабой. Я лучше всех знаю, насколько сильной и прекрасной была её душа. Но я слишком сильно беспокоилась о ней, чтобы просто так закрывать глаза на её безрассудство. Ради неё я была готова поступиться абсолютно всем, но она воспринимала это как личное оскорбление. На мои чувства она постоянно закрывала глаза, не давая мне делать больше положенного. Неужели даже перед смертью ты взглянешь на меня вот так? Скажи мне, разве я не могу хоть раз быть достойна твоей любви? Ещё вчера мы нашли каких-то ягод. Но пока что не рискуем их есть. Их внешний вид не особо внушает нам доверия... Без еды сейчас, конечно, туго, но мы не отчаиваемся. Думаем поискать что-то, что наверняка будет съедобным. Вокруг достаточно много растительности, поэтому будем надеяться, что нам повезёт. В голову закрадывались мысли о поимке какого-нибудь животного по типу зайца или белки. Всё-таки на одних ягодах да грибах мы вряд ли долго протянем... Вот только я прекрасно понимаю, что это будет тяжеловато... особенно убить ни в чём не повинное животное. У нас ведь для этого нет ни навыков, ни сподручных материалов. Мы ничего этим не добьёмся. К тому же, я немного остерегаюсь, что запах крови и гниющей плоти может привлечь голодных хищников. Хоть на дворе и ранняя осень, но это не значит, что все звери сейчас сыты и довольны жизнью. Если произойдёт то, чего я боюсь, то ни о каком следствии по делу о нашем похищении можно даже не мечтать. Будет огромной удачей, если от нас хоть что-то останется. В таком случае эти записи будут единственным свидетелем нашей смерти.

***

День 5, хх сентябрь 2020 Я не знаю, что мне делать... Мне дико страшно! Леденящий ужас буквально сковывает всё моё тело, заставляя беспомощно наблюдать за ситуацией. Вчера мы всё-таки нашли ещё грибов и ягод. С грибами всё было нормально, а вот ягоды оказались ядовитыми... Грибы ела только я и со мной сейчас всё нормально. Желя же побоялась есть грибы из-за червей, которые могли быть внутри, поэтому она обедала ягодами... Господи, не надо было вестись на её слова! Зачем я вообще позволила ей заниматься каким-то самоуправством в такой-то ситуации?! Сначала она сказала, что у неё лишь болит живот. Я забеспокоилась и дала ей воды из наших запасов. Это было последнее, что у нас было, но мне было совершенно не жалко. Однако ей стало только хуже... Последние несколько часов её почти постоянно тошнит пустым содержимым желудка с примесью крови. От боли она падает в обмороки, а всё её тело сводит судорогами. Мне до безумия страшно! Я не знаю, что мне делать и как ей помочь! У нас совершенно ничего нет! Такими темпами она умрёт либо от отравления ягодами, либо от обезвоживания организма. В этот раз я не могу рассчитывать на дождь. И за нами точно никто не придёт. Мне остаётся рассчитывать только на себя и свои силы. Я оставлю Желю, а сама побегу в ту сторону, где нас ещё не было. Я надеюсь, что смогу найти там хоть какой-нибудь источник воды. Плевать, что это будет, главное, чтобы я смогла принести Желе воды! Мне нужно сделать это любой ценой! Даже если принесенной мною воды не хватит для полноценного промывания желудка... плевать! Это должно хоть немного облегчить её страдания... Потом я просто унесу её на спине до источника воды и на месте уже полностью позабочусь о ней. Самое главное: найти воду и пережить кризис. Сейчас для меня нет ничего важнее Жели!

***

День хх Прости, Мара, я не знаю, какой сейчас день да и сколько сейчас времени... Я в принципе не знаю, сколько времени прошло с момента твоего ухода. Ты ведь даже не попрощалась со мной. Наверное, ты надеялась, что мы ещё увидимся, не так ли? Всё, что я сейчас знаю, это лишь то, что уже успело стемнеть. Это пугает, знаешь ли... Только в такие моменты ты по-настоящему понимаешь, насколько же твоё время скоротечно. Оно так неумолимо бежит дальше, что ты даже не успеваешь понять, когда именно оно успело закончиться. Вот и я не понимаю, почему мне было отмерено так несправедливо мало... Мне очень грустно оттого, что тебя сейчас нет рядом. Я так много всего хотела бы тебе сейчас сказать. Столько всего выразить... столько всего рассказать... Жаль, что я не смогу этого сделать. Но если ты всё ещё жива, Мара, то не приходи за мной. Не надо... Прошу тебя, Мара, не возвращайся! А ещё, не кори себя и прости меня за всё. Я слышала чьё-то рычание в кустах. Думаю, это за мной... На самом деле мне сейчас до смерти страшно, но я просто не в силах сдвинуться с места. При всём желании мне не хватит сил на то, чтобы убежать из лап скорой смерти... Ручка уже пару раз выпадала из моей ослабшей руки, и каждый раз я молилась о том, чтобы успеть поднять её до того, как встречу свой конец. Мара, прости меня за мой эгоизм, но мне очень страшно умирать в одиночку... Всё, чего я хочу — чтобы ты была счастлива. Поэтому, Мара... Проживи эту жизнь счастливо за нас двоих, хорошо?

***

Я помню, как бежала вперёд, не разбирая дороги, пока не услышала шум воды. Оказалось, что я выбежала к небольшому ручью. Вода там была пресная, хоть и слегка мутная из-за песка на дне. Но тогда это было не важно... Я не знала, как донести воду до Жели. По глупости, поддавшись панике, я забыла пустую бутылку из-под воды рядом с Желей. Та лежала в грязи и в собственной крови, а мой взгляд испуганно метался по её мертвенно-бледному лицу. Я до сих пор помню, какими красными были её заплаканные глаза из-за полопавшихся в белке капилляров. Этот ужас отпечатался у меня в памяти на всю жизнь. Я вряд ли смогу забыть весь тот страх, отчаяние и беспомощность, испытываемые мной в тот день. Поблизости не было растений с достаточно большими листьями. Да и я боялась, что просто-напросто не донесу воду до Жели таким ненадежным способом. Зато рядом были деревья. Мой бьющийся в истерике мозг решил соорудить из коры какую-нибудь тару. Это оказалось намного тяжелее, чем я думала... На то, чтобы отодрать кору и сделать из неё хоть что-нибудь нормальное, ушло несколько часов. Результат, к моему удивлению, стоил того, чтобы им гордиться. Полученную ёмкость вполне можно было назвать самодельной тарелкой. Будь ситуация другой, я уверена, что Желя бы тоже гордилась мной. Правда, пока я возилась с чёртовой корой, мои руки были содраны в кровь... вроде бы даже пара ногтей отвалилась... их просто вырвало с корнем, пока я пыталась снять с дерева его кожу. Но сейчас это не так уж и важно. Это нужно было просто перетерпеть... Тогда мне нужно было как можно скорее бежать к Желе. Помню, как сполоснула руки в воде. Она почти сразу окрасилась в бордово-коричневый цвет. На тот момент мне не хотелось, чтобы Желя видела меня в таком состоянии... Она бы наверняка испугалась... Да и я боялась, что случайно задену своими грязными руками её чистую воду. Если бы вода была бы запятнана моей кровью, мне бы пришлось вернуться к ручью, чтобы набрать новую. Я бы не дала Желе выпить что-то подобное... не в её состоянии... Бежать было тяжело. Приходилось постоянно смотреть под ноги, чтобы ничего не расплескать. Даже малейшая моя ошибка могла стоит Желе жизни... Вот только на тот момент я не знала, что уже ошиблась... Желя была оставлена одна чуть больше суток. Я вернулась к ней к ночи 7 дня. Но... я не успела... В моей памяти глубоко отпечаталась оглушающая тишина того дня. В тот момент казалось, что всë живое замерло вместе с моим разорванным в клочья сердцем. То, что я увидела в лагере, заставило меня закричать. В тот момент мне хотелось верить, что увиденное было лишь страшным сном, безумным кошмаром, в котором воплотились мои самые безумные опасения. Перед глазами всё плыло от внезапно появившихся слёз, а в нос ударил сильный запах железа. Он был точно такой же, как у реки, когда я смывала кровь с собственных рук... Но в этот раз запах был настолько удушающе сильным, что моё дыхание непроизвольно останавливалось, каждый раз как я пыталась вдохнуть окружающий меня воздух. Казалось, что я пропиталась им изнутри. Словно этот аромат мучительной смерти теперь был каждой частичкой меня, и как бы я не старалась убежать от жестокой реальности, теперь он навсегда останется частью меня. От металлического привкуса на языке и картины перед моими глазами меня буквально вывернуло наизнанку. Было такое ощущение, что все мои внутренности просились наружу. Возможно, они хотели стать едины с тем, что сейчас разрозненно валялось на земле. Мои руки тряслись настолько сильно, что я чуть не выронила воду, которую так бережно несла для Жели. Я не могла уронить её в тот момент... Через силу я заставила свои одеревеневшие ноги двигаться. Помню, как каждый шаг давался мне с огромным трудом. Было ощущение, что кто-то повесил на меня огромные железные кандалы, которые не давали мне идти вперёд. Было так тяжело... Мне так хотелось всё бросить и разрыдаться прямо там. Но я заставляла свои ноги идти дальше... Я хотела взглянуть хотя бы на её лицо... Потому что всё тело было разорвано в клочья. Наши вещи, как и кусочки её тела, валялись по всему лагерю. На земле были отпечатки звериных лап. А в лагере стояло гнетущее мою сломленную душу безмолвие. От мучительно болезненного осознания я чувствовала, как воздух внутри моих лëгких стремительно заканчивается. Отчаяние и печаль полностью поглотили моë помрачнëнное сознание. Дальше всë было как в тумане. Единственное, что я отчëтливо помню — это пара медвежьих лап, отпечатавшаяся на мокрой из-за крови земле...