Клинический интерес

Холодный пот. Затрудненное дыхание. Дазай резко сел, хватая ртом воздух. Тишина общежития Детективного агентства давила на барабанные перепонки. Цифры на часах едва просматривались в темноте — 03:30. Мертвый час, когда кошмары становятся особенно реалистичными. Дазай провел трясущимися пальцами по влажным волосам. Ему снова снился он. Мори. Его присутствие, его прикосновения, его голос — всё это преследовало Дазая даже спустя четыре года после ухода из Портовой мафии. Босые ноги коснулись прохладного пола. Дазай поднялся с кровати и направился в ванную. В тусклом свете лампы его отражение казалось чужим — бледное лицо с темными кругами под глазами, пустой взгляд. Одиннадцать бинтов на правой руке, двенадцать на левой. Он пересчитывал их каждую ночь, словно это был ритуал, способ удостовериться, что он все еще здесь. Холодная вода стекала по лицу, смывая остатки кошмара. Он не позволял себе задумываться, что именно ему снилось. Просто старался смыть это, как смывают засохшую грязь. Он глянул на себя в зеркало и болезненно усмехнулся. Вдруг свет мигнул и погас. Ванная комната погрузилась в темноту, нарушаемую лишь тонкой полосой лунного света из маленького окна. Дазай замер. В полумраке его зрение медленно адаптировалось, и он снова начал различать очертания раковины, свое отражение в зеркале, и... Силуэт за его спиной. Высокий, стройный, до боли знакомый. Очертания фигуры, плечи, наклон головы — он бы узнал их из тысячи. Мори Огай. По позвоночнику пробежал холодок. Инстинкт кричал: «беги». Разум напоминал: «такого быть не может». Тело не слушалось — просто застыло, как тогда, когда Мори раз за разом касался его ранее. Тень сделала шаг вперед. Дазай видел это в зеркале, но не слышал звука шагов. Руки силуэта скользнули вокруг его талии — тёплые, даже раскалённые. Он чувствовал их даже сквозь тонкую ткань футболки. Мгновение — и будто всё внутри сжалось, превратилось в комок боли и ужаса. Глаза расширились. — Думал, что сможешь сбежать от меня? — прошептал голос прямо в ухо. Тот же голос, что и в кошмаре. Тихий, до жути знакомый. Рот Дазая приоткрылся от увиденного. Он нервно помотал головой в стороны, как будто такого просто быть не может. Пальцы мужчины на животе чуть сжались, а в потную дрожащую спину упёрлась чья-то горячая грудь. Огай раньше часто вот так держал его. Раньше... От воспоминаний прошлого Дазай онемел, попытался судорожно вдохнуть. Хриплый звук сорвался с губ, но так и не смог стать полноценным словом. Затем он стиснул зубы. Почувствовал боль в груди, будто задыхается. Ужасно тошнит. Отвращение. Биение сердца отдаётся в ушах. Весь мир сжимается в этом моменте. Дазай сильно зажмурился, до бензиновых разводов перед глазами. Когда-то давно, еще ребенком, он считал, что если закрыть глаза, монстры исчезнут. Даже сейчас, ощущая горячее, жгучее дыхание на своей шее, он надеялся, что это просто воображение, просто последствие кошмара, боже, да что угодно, только не этот человек. Хотелось крикнуть, но горло перехватило. Хотелось развернуться и ударить, но тело парализовало страхом. Не тем, который испытываешь перед неизвестностью. А тем, особым страхом, когда знаешь, на что способен этот человек. Резкий щелчок. Свет вспыхнул, ослепляюще яркий после темноты. Дазай рефлекторно открыл глаза, хотя от резкой смены освещения глаза щипало. В зеркале — только он. Один, бледный с расширенными зрачками. Никакой тени сзади. Никаких рук на талии. Никакого шепота. — Перебои с электричеством, — пробормотал с облегчением Дазай, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. — Просто перебои с электричеством. Он медленно опустил взгляд на свои руки. Они всё ещё дрожали. Обычно ему удавалось скрывать такие моменты слабости под маской беззаботности. Но здесь, в три часа ночи, наедине с собой, он мог признаться: Мори всё ещё был владельцем части его души. От этого уже не освободиться. Дазай сделал глубокий вдох и посмотрел на свое отражение. Его взгляд зацепился за маленькую деталь — едва заметный розоватый след на шее, словно от холодного прикосновения. Он моргнул, и эта злосчастная отметина исчезла. Галлюцинация. Слава богу. Просто воображение разыгралось. Но что-то внутри него знало — даже если сегодня Мори был просто видением, даже если это всего лишь последствие кошмара и недосыпа, даже если физически он был далеко... Мори никогда не отпустит его полностью. Он всегда будет приходить в кошмарах, мерещится в окнах машин. Мори всегда будет рядом, как минимум в его голове. Дазай лёг на прохладные простыни и уткнул взгляд в потолок, рассматривая серые трещины и желтоватые пятна. — Насколько же у меня всё паршиво... — едва слышно прошептал Осаму. Его тело всё ещё помнило тот проклятый момент. Едва заметно дрожал, почему-то стало так холодно... Он сделал глубокий вдох и наконец попытался закрыть глаза.