War Games

После событий «War Crimes» Сокка и Зуко сбежали с военного корабля Джао и начали свой путь через Царство Земли. Вместе с незнакомой территорией им предстоит преодолеть общую травму, а также понять, какое место они занимают в войне и в жизни друг друга. Сокка понимает, что дружба с врагом чревата осложнениями, но ему, наверное, следовало бы догадаться, что дружба с Зуко, в частности, будет похожа на многократное окунание головой в ведро с разъярёнными огненными хорьками. Катара тоже борется со смятением, вызванной дружбой с врагом, но это оказывается не так сложно, как она ожидала, когда их старые раны затягивают узы общего свирепого горя. (то, что она учится новым способам использовать свою магию, тоже не мешает) Азула, испытывая недоверие со стороны Хозяина Огня, сталкивается с несколькими неприятными сюрпризами и вынуждена принять пару непростых решений. К счастью, она умеет принимать разумные решения гораздо лучше своего брата. Возможно, её отец допустил небольшую тактическую ошибку.

***

Пролог Первый лейтенант Ро стоял у фальшборта и смотрел на пляж. Деревья вдалеке качались на лёгком ветру, подобно часовым, следящим за бурной активностью на берегу. Позади него нервные члены экипажа отмывали палубу от крови. Семеро мужчин мертвы, жертвы недовольства Джао. Его гнев был… взрывным, и люди буквально потеряли головы. Ро был очень рад, что не стал одним из них. Набираясь энергии, он сделал несколько вдохов. Пока что он не был одним из них. Предательство Тайдзю стало шоком — с учётом того, что он знал, и вовсе ужасающим — но, к счастью, глубина гнева Джао сделала так, чтобы он ни о чём не проболтался. Тем не менее побег Зуко и водяной крысы подверг их всех большой опасности. Джао послал солдат на берег, стоило ему понять, что произошло. Ро видел маленькие фигуры солдат на песке, готовящихся двинуться в лес. Конечно, мальчики, может быть, и утонули, но Ро так не считал. Зуко был удивительно живучим паршивцем. Он выживет, хотя бы чтобы досадить им. И тогда он пожелает расплаты. Они были идиотами, что посчитали его запуганным, Джао был самонадеян и самоуверен. Ему стоило забрать всё, что он хотел, от мелкого мерзавца и убить его ещё до того, как они оказались так близко к земле. Джао затеял рискованную игру, и все они проиграли. Пока он наблюдал, к берегу направилась очередная лодка со своей порцией солдат. В их распоряжении было много людей, хотя по очевидным причинам они не могли использовать флот. Остальные капитаны отправились вперёд, в то время как Джао занялся своей «секретной» миссией. Ро был уверен в солдатах, эти мужчины были опытными — они проложат путь вглубь страны, найдут источники пресной воды и, несомненно, выйдут на след. Мальчики были слабы, ранены и на незнакомой территории. Рано или поздно они будут пойманы. Ро не был человеком, который особо часто задумывался о собственных промахах или ошибках; он предпочитал думать о них как ошибках других людей, какими они обычно и были. Но воспоминания о последнем акте мести были омрачены беспокойством. Он до сих пор наслаждался ими. Это ощущение власти нельзя было повторить и вряд ли придёт к нему снова. Родной сын Хозяина Огня, кровь Озая — вот это был будоражащий опыт. Это всегда могло повлечь за собой риск, но страх, стыд и необъяснимая привязанность Зуко к недоноску из Племени Воды сделали бы из него простую мишень для манипуляций, как раз до того момента, как ему бы пришлось умереть. Это стоило риска и было незабываемо, но теперь ещё и стало серьёзным поводом для беспокойства. Если им не удастся схватить Зуко, то вся команда окажется на виселице. Но если они его схватят, то на кону будет стоять шея Ро. Зуко ни за что не упустит возможности рассказать Джао о том, что Ро сделал, — его последний акт мести перед смертью. Джао может не поверить ему, но может и поверить. И тогда Ро попрощается с головой. Иного пути больше не было. Ро должен был найти его первым и убедиться, что он не станет молоть языком. Меч в брюхо был слишком быстрой для него смертью. Но пока стоило смириться и с этим. Таким образом Ро спасёт свою шкуру да ещё и станет героем экипажа. Беспроигрышный вариант, лучшие шансы. Он высадится на берег со следующей лодкой и выследит их. Он рассчитывал, что на их поиски уйдёт день или около того — достаточно долго, чтобы Джао был вынужден вернуться на корабль, а Ро мог взять управление на себя. Джао не преминул бы воспользоваться шансом, чтобы кто-то, кому он доверял и кто знал, насколько это важно, возглавил погоню. Затем нужно будет просто «случайно» убить Зуко, прежде чем отвести его к адмиралу. Возможно, при удачном стечении обстоятельств они могли бы воссоздать их последнее утро на корабле. Но если нет, то всегда можно было поиграться с водяной крысой. Сперва он убьёт его друга у него на глазах, потом, может, сломает ногу, чтобы пресечь любые другие попытки побега. И он был уверен, что после всех этих хлопот мальчик должен ему глаз. Он смотрел за приближением лесной границы. Солнце поднималось, и он чувствовал, как оно насыщает его вены огнём и силой. Глава 1 Азула, кронпринцесса и наследница престола, улыбалась. Найти её дядю оказалось поразительно просто. Он сам пришёл к ней. Он выглядел удивлённым, увидев её, не испуганным, что было глупо с его стороны, но определённо удивлённым. Говоря по правде, она тоже слегка удивилась. Она не ожидала, что человеком, держащего брата Мэй, окажется тот самый мужчина, которого она искала, но она была не из тех, кто смотрит в рот дареному коню. — Дядя, — располагающе сказала она, — добро пожаловать в Новый Озай. — Ей показалось, что назвать город в честь отца было хорошей идеей. Вдали от удушающего страха дворца она чувствовала себя лучше, менее противоречиво. Хотя она по-прежнему прекрасно понимала, что её положение зыбко и что она ещё далеко не в безопасности. Впрочем, убийство или поимка Айро будет неплохим началом. — Дядя? — спросила девчонка из Племени Воды, настороженно переводя взгляд с неё на Айро. Мальчик в глупой шляпе с открытым любопытством глазел на неё. В какой любопытной её дядя оказался команде. — Принцесса Азула. Как ты выросла! — сказал Айро, подражая её тону. Она была одурачена не больше, чем он. Они оба понимали, к чему это приведёт. Он передал младенца, которого держал, девчонке, которая практически автоматически взяла ребёнка и затем нахмурилась, естественно, недовольная тем, что её обременяют извивающимся чадом. Младенец беспечно протянул пухлую ручонку и подёргал одну из висящих петель её волос, на его маленьком толстом личике появилась весёлая улыбка. — Кажется, у вас есть что-то, что принадлежит моей подруге. — Азула указала на Мэй. Она сохраняла расслабленную позу и лёгкий тон в голосе. — Только если ты отдашь нам Буми! — потребовал мальчик, шагнув вперёд. Айро бросил на него взгляд и кивнул. Азула прищурила глаза. В том, как держалась их странная маленькая шайка, что-то было не так. По возрасту, силе и статусу возглавлять их должен был Айро, но он слушался мальчишку. — Сделка отменена, — сказала она. Ей нужно было больше информации, и одним из способов её получить было разозлить их. Девчонка из Племени Воды приняла боевую стойку, подняв одну руку и держа младенца другой. Это должно было значительно ослабить её попытки воспользоваться магией. Мальчик хмуро взглянул на неё и стукнул палкой по земле, это казалось скорее вызовом, чем угрозой. Азула разглядела её: это была не палка, а некое приспособление в сложенном виде. Мгновение спустя она сообразила, что это было — планер, нечто, что не видели вне музея уже около сотни лет. Её данные подсказывали, что Аватар путешествовал с парой детей из Племени Воды, и что девочка была магом воды. Глядя на любопытную группу, Азула убедилась, что её подозрения были верны. Что ж, ей повезло. Однако это будет затруднительно. Айро вовсе нельзя было назвать тряпкой, пусть он и был толстым и ленивым. Девчонку она решила проигнорировать: с ней могла справиться Мэй или Тай Ли. Аватар мог представить собой грозного противника, но, судя по всему, он пока что был обучен лишь наполовину, так что она с большой вероятностью могла сразить его. Поимка Аватара, безусловно, превзойдёт избавление от Айро. Но, возможно, был способ добиться и того, и другого, если немного нарушить баланс. Она убрала лишние эмоции с лица, расслабила агрессивную стойку. — Дядя, я уверена, ты слышал, что тебя объявили предателем, — торжественно сказала она. Айро кивнул. — Я так и подозревал. Тебе дали приказ арестовать меня? Или убить, но этого ему знать необязательно. — Именно. И я собираюсь. Ты ведь понимаешь, это не мой выбор. — Она говорила тише, с некоторым сожалением. Он снова кивнул, с такой же настороженностью. Значит, не полный идиот. Азула несколько раз глубоко, заметно втянула в себя воздух и на миг опустила взгляд в пол. Без особой драмы, но достаточно, чтобы показать её дискомфорт. — Мне не доставляет удовольствия терять ещё одного члена семьи. — Она подняла глаза, чтобы проследить за его реакцией. Он был напряжён, обеспокоен. Он не знал. Но её слова и тон, несомненно, подсказали ему, что ему не понравится то, что она скажет. Казалось, он почти боялся попросить её рассказать подробнее. Славно. — Дядя, я намерена взять тебя в плен, это мой долг. Но прежде чем мы будем вынуждены совершить столь неблаговидный поступок… Полагаю, ты не слышал новости? — Какие новости? — В его лице был страх, он даже не пытался это скрывать. Он не знал судьбы Зуко, но подозревал, скорее всего, не спал ночами, глядя на звёзды и волнуясь. Что за жалкая трата сил и времени — нервничать из-за кого-то другого, когда ему следовало бы беспокоиться о собственном положении. — О моём брате. — Она сделала ещё один искусно выверенный вдох. Достаточно, чтобы показать, что она испытывает сильные чувства, без нужды переигрывать. — Какие новости, Азула? — настойчиво произнёс он, напряжённый от бурных эмоций и ужаса. Она чувствовала, что тот был натянут между ними, как тетива, готовая к её следующим словам, чтобы пустить стрелу. — Три недели назад его признали виновным в государственной измене. — На каких основаниях? — сказал мальчик, Аватар, немного испортив её момент. А может, и нет, он выглядел расстроенным. Очень странно. Может, Зуко и впрямь был предателем, а не просто тупицей. Айро явно им был, учитывая его компанию. — Государственная измена, — обратилась Азула скорее к Айро, а не ребёнку, делая вид, что не считала того важным. — Ты ведь слышал о Синей Маске, дядя? Что ж, похоже, Зуко втайне увлекался самосудом. Очевидно, он освободил Аватара, пока его держали в крепости Похай. — Она серьёзно взглянула на Айро. — Это шокирует, я знаю. Но это доказано очевидцами. — Такими как этот ублюдок Джао, которому она ещё собиралась отплатить за наглость проливать королевскую кровь. Аватар слегка побледнел. Значит, она была права, может, ей удастся подкосить не только Айро. Девчонка из Племени Воды повернула голову к Аватару. — Серьёзно? Зуко? — недоверчиво спросила она, мотая головой в явном неверии. Её волосы покачались в стороны, и Том-Том снова схватился за них и радостно дёрнул, но она, казалось, была слишком захвачена шоком от этого откровения, чтобы сделать что-то большее, чем просто поморщиться. Любопытно: Аватар знал, кто был его спасителем, в отличие от своих союзников. — Где он? — потребовал Аватар. Он ступил вперёд так угрожающе, каким мог быть мальчик в забавной шляпе. — Дядя, мы не можем ждать. Мы должны найти корабль. Дядя? Она взяла себя в руки, чтобы её бровь не поднялась до самых волос. Очень фамильярное обращение к магу огня королевских кровей. Здесь было над чем поломать голову. В глазах Айро теперь был чистый страх. Её всегда смущало и сбивало с толку то, как Зуко удавалось внушать одним людям такую сильную любовь, а другим — такую губительную ненависть. Это одновременно интриговало и раздражало её. Впрочем, сейчас это уже не имело значения. Она старалась не выдать злости в голосе, торжества в жестах, но это было тяжело. — Боюсь, для этого поздно, — сказала она, наблюдая, как её слова обрушиваются на Айро, как страх на его лице превращается в отчаянную душевную муку. — Ты о чём? — спросил Аватар. Она видела по лицу Айро, что он уже знает, каким будет её ответ. Её отец не позволял изменщикам жить. — Его казнили. Как только Джао получил приговор. — Она дала искренней злобе просочиться в голос: — Они даже не удосужились привести его домой. — Ты лжёшь! — сказала девчонка. У неё тоже был шокированный вид, не печальный, но расстроенный. Чем только Зузу занимался во время изгнания? — Я не лгу, — огрызнулась Азула так, чтобы показалось, будто её задело это обвинение. Она медленно вдохнула и чуть отвернула лицо, вполглаза следя за реакцией дяди. — Я бы не стала лгать, он… он был моим братом. Я была там, когда отец получил известие. Порой по ночам, когда она лежала без сна, а страх бурлил в её жилах, она по-прежнему чувствовала запах сожжённых волос. Она взяла то от воспоминания, что ей требовалось, и отбросила всё остальное. — Джао отправил его волосы в качестве доказательства. Отец сжёг их. — Она взглянула Айро в глаза. — Всё кончено, дядя. Он поверил ей. Его лицо скривилось и сморщилось от такого искреннего горя, что это зацепило что-то внутри неё. Не жалостью, а чем-то другим. Наверное, так он выглядел, когда умер его сын. А теперь — при известии о смерти Зуко. Он не выглядел бы так, если бы умерла она. Никто бы так не выглядел. Азула не знала, почему это так её разозлило. Смерть брата и отстранённость отца выбили все её эмоции из колеи. Это приводило её в ярость, что, как она теперь думала, было, вероятно, симптомом болезни; сентиментальность, слабое и бессмысленное чувство. Однако сейчас на это не было времени. Он был почти готов. — Прости, дядя. — сказала она. Девчонка протянула руку к Айро, но глаза её оставались на Аватаре. Его маленькое лицо было полно вины и боли. Азула приготовилась, вдохнула и собралась призвать молнию. Глаза Айро метнулись к её глазам, стоило первой вспышке силы пронестись сквозь её тело. — С дороги! — крикнул он, но у него было гораздо меньше времени на уклонение, чем он думал. В считанные секунды молния оказалась на кончиках её пальцев, и она направила выстрел прямо на него. Пока сила струилась через её тело наружу, она смутно видела, как девочка из Племени Воды отпрыгивает в сторону, защищая ребёнка, а Аватар разворачивает посох. Затем ударила молния. Айро… поймал её. Его волосы встали дыбом от электричества, которое шло сквозь его тело. На мгновение Азула испытала истинный страх, её собственная смерть превратилась в непоколебимый факт, после чего он поднял два пальца к небу и выпустил взрывную волну, треск и грохот которой разнёсся над городом и озарил каркас диким бело-голубым светом. Как он это сделал? Она никогда не слышала ни о чём подобном. Её преимущество было потеряно, чтоб его. Но времени задумываться не было. Он выглядел слегка поколебленным, волосы его ещё торчали в разные стороны. Может, у Тай Ли получится нанести удачный удар, и они смогут одолеть его без неё. Теперь её целью был Аватар. Его глаза округлились, когда он почувствовал на себе её внимание, и она не дала ему времени опомниться, прежде чем напасть. Вместо того чтобы сражаться, Аватар убежал или, скорее, полетел. Прямо к тому месту, где они спрятали безумного короля Буми. Азуле было не до спасения вдобавок к её провалу в устранении Айро, и она побежала следом, используя шкивы под подмостками, чтобы подняться до его уровня. Трепет погони разгорался в её теле бурным огнём. Это было так просто, так легко. Никакой путаницы, никаких сомнений. Азула поправила выбившуюся прядь волос. Мальчик сбежал. Они все сбежали. И хотя Буми по какой-то непостижимой причине самостоятельно вернулся в плен, день всё равно был потерян. Тем не менее это не было полной катастрофой. Каждое столкновение с врагом чему-то учит, даёт ценную информацию, которую можно использовать в будущем. Сражение с магом воздуха оказалось гораздо сложнее, чем она предполагала, — не в последнюю очередь потому, что он вообще сражался не так, как маг огня. Он то и дело уклонялся, а своей техникой в основном оборонял, что создавало неожиданные трудности. Кроме того, он умел двигаться так, как не могла она, — взлетать в воздух, с лёгкостью используя подмостки и возвышенности. Ей придётся подумать, как противостоять этому. Эта мысль была захватывающей, увлекательной. Целую вечность Азула не чувствовала себя такой живой. Ещё одним плюсом к сегодняшней неудаче было то, что теперь она знала, что они путешествуют вместе. Следить за Аватаром с его летающей коровой было гораздо проще, чем искать старика, прячущегося в толпе жителей Царства Земли. Более того, если её цели будут путешествовать вместе, ей не потребуется разделять внимание. Она подавила улыбку, которая хотела расплыться по её лицу, скрыла радостное возбуждение, охватившее её. Это была её возможность, её шанс вернуть расположение отца. Она ухватится за него обеими руками.

***

— Да ёбаной свинообезьяне в рот! — возопил Сокка, в который раз наступив на колючий участок травы в лесу. Его ноги не были созданы для хождения по всей этой херне, ему было больно! А ещё хуже было то, что это замедляло их, чего они не могли себе позволить. К тому же, казалось, месячный контакт с грубой стороной языка Зуко понизил тон его словаря. Или, может, расширил его, но так, как, наверное, не одобрил бы его отец. Если ему когда-нибудь удастся встретиться с Катарой и Аангом, он должен будет сдерживать ругань. Ключевое слово — «если». Он споткнулся о какую-то другую шипастую палку, поджидавшую его в кустарнике, и вновь выругался. Они шли по лесу уже большую часть дня, и шаг их становился всё медленнее и медленнее, хотя страх перед преследованием возрастал с каждой секундой. Их ноги привыкли к обуви и не привыкли к хождению после месяца плена, но это была лишь часть проблемы. Более насущными вопросами были истощение и травмы. Первая удача с момента выхода на пляж пришла с неба: жирные капли раннего весеннего дождя начали бить по лесным кронам со знакомым и желанным звуком. Сокка никогда не думал, что будет скучать по дождю, но ощущение было потрясающим. Он стоял, откинув голову назад, пока вода попадала ему на лицо, прохладная и свежая. — Так не выпьешь, — сказал Зуко чуть спереди, в его голосе отчётливо звучали разочарование и тоска. Сокка разделял его мнение. Им стоило взять с собой одну из своих жестяных кружек, хотя она наверняка потерялась бы в море. Зуко тоже поднял лицо к небу, чтобы дождь смыл немного грязи и пота. Его рубашка потемнела от воды, и это натолкнуло Сокку на мысль. Он отвязал от пояса полоски разорванной одежды и отдал половину Зуко, который растерянно взглянул на них. — С помощью этого можно собрать, — сказал ему Сокка и продемонстрировал, проведя одним из обрывков по мокрым, низко свисающим листьям большого куста. Ткань впитала воду, и он поднёс ее ко рту, а затем сплюнул. — Фу, солёная, — с отвращением сказал он. Ему надо было об этом подумать, она ведь была вымочена в морской воде. Он отжал её и попробовал снова, отжал во второй раз. С третьей попытки он получил несколько глотков питьевой воды — недостаточно, чтобы утолить жажду, но если они будут маршировать в том же духе, то, возможно, им хватит, чтобы они не упали замертво от обезвоживания. Зуко кивнул. — Давай пить на ходу, — сказал он. Он был как стихия, никакие глупые ветки или назойливый голод не могли остановить его или его упорное желание продолжать идти. Где-то через час Сокка нашёл какие-то ягоды, они были маленькими и фиолетовыми, и он узнал их из своих ранних путешествий по Царству Земли, так что можно было не волноваться о нечаянном отравлении. Внезапный понос был бы уже солью на ране, а ещё, скорее всего, убил бы их. Ягоды были немного не по сезону, слишком сладкие и мягкие, но они давали небольшое количество драгоценной энергии и немного дополнительной жидкости. Дождь закончился, и жажда вернулась в полную силу. — Зуко, на, возьми, — сказал он. Зуко остановился и поглядел на кучку сплющенных ягод в руке Сокки. — Мне не надо, ешь сам. — Ещё как надо, съедим по половине, — настаивал Сокка. — Нормально всё, я не голодный. Давай пойдём. Сокка закатил глаза так драматично, как только мог, хотя Зуко уже отвернулся. Тот снова начал идти. Его отказ беспокоил, дело было не в том, что ягоды были немножко раздавленными и непривлекательными: они с удовольствием ели огурцы, буквально прилипшие к груди Зуко, — отчаяннее ничего не придумаешь. Если он действительно не был голоден или его тошнило, с этим нужно было разобраться. — Погоди-ка, Солнышко. Зуко, как и ожидалось, обернулся и оскалился в ответ на прозвище. — Не зови меня так. — Я буду звать тебя как угодно. И это смешно, потому что ты самый не солнечный человек, которого я вообще встречал. — Ты не такой смешной, как тебе кажется, Племя Воды. О, это уже провокации. — Не-а, я гений комедии. У тебя просто недоразвитое чувство юмора. И если ты не съешь эти ягоды, то мне придётся угощать тебя юмористическими байками. — Сокка угрожающе улыбнулся. — Может, изложу их стихами, шутка с рифмой вдвойне смешнее шутки в прозе. Зуко принял уместно и, возможно, до оскорбительной степени обеспокоенный вид. — Пожалуйста, не надо. Разве мы уже не настрадались? — жалобно сказал он. Сокка резко хохотнул: — Беру свои слова обратно, ты умеешь шутить. — Затем он посерьёзнел. — Ну пожалуйста, съешь хоть немного, а? Я обещаю, они съедобны. Тебе нужна энергия, как и мне, даже если тебе плохо. — Мне не плохо, просто есть не хочется. — Зуко, мы больше месяца почти ничего не ели. То, что ты не хочешь есть, — не нормально. Зуко в кои-то веки остановился, чтобы Сокка мог догнать его и хорошенько рассмотреть. Он был в прескверном состоянии, хуже, чем когда они покинули пляж, если это было возможно. Бледный и слегка дрожал. Это могло быть истощением, Сокка надеялся, что дело в этом, но у него закралось ужасное подозрение, что тот действительно заболел. — Зуко, пожалуйста, — сказал он. Тот немного покусал разбитую губу: — Ладно, если ты заткнёшься. — Он взял ягоды и насильно проглотил их, хотя выглядел так, словно его вот-вот стошнит. — Пойдём, — сказал он. Сокка начинал ненавидеть эти слова. Они шли. С течением дня становилось всё очевиднее, что Зуко хуже и хуже. Это ужасало. Сокка привык полагаться на упорство Зуко, его силу, как физическую, так и силу духа. Он просто продолжал идти вперёд, что бы ни вытворяла с ним вселенная. Это и не изменилось, не совсем, но тело не могло столько выдержать, даже если движущий его разум не знал ничего кроме упрямства. Он раскраснелся, с него ручьями стекал пот, а путь через лес стал каким-то неуклюжим. Он петлял и кренился, ему приходилось цепляться за деревья, чтобы не упасть, или, что ещё больше тревожило, чтобы не налететь на них. Сокка, шатаясь, шел позади него, проклиная все растения, которые когда-либо роняли свои ветки на землю, чтобы по ним ходили ничего не подозревающие путники, но он больше следил за Зуко, чем за тем, куда ставит ноги. Казалось, он не мог ничем помочь, но надо же было сделать хоть что-то. Он обдумывал всё более решительные варианты, наблюдая, как его друг ковыляет впереди, бормоча и рыча на листву, спотыкаясь и оступаясь на исцарапанных и побитых ногах. Пристально следя за Зуко, пока тот хромал впереди него, Сокка заметил, что пот на его ногах становился красным; сначала он подумал, что это потекла краска с рубашки. Затем он осознал, что это. Он не давал себе задуматься о более интимных травмах, которые могут быть у Зуко, хотя следовало бы. Об этом глупо было не думать, а ещё Зуко никогда, никогда бы об этом не заикнулся. Столько ходить, должно быть, было для него мучительно, а кто знает, какой вред он себе наносит, игнорируя свои раны? Но, конечно, он, чёрт возьми, всё равно шёл. Он словно пытался обогнать свою боль. Наверное, в каком-то смысле так и было. Ладно, довольно. — Ай! — прикрикнул Сокка. — Зуко, погоди секунду, по-моему, я подвернул лодыжку. — Он нарочито поковылял и изобразил на лице самое страдальческое выражение, на которое был способен. Это было не так уж и трудно, у него ныло всё тело, а ожоги на руках тревожно пульсировали. — Дай гляну, — немного невнятно велел Зуко. Он опустился на колени скорее в виде сдержанного падения, чем грациозными плавными движениями, которые обычно использовал. Он требовательно протянул руку. Сокка, прихрамывая, плюхнулся на землю и выставил больную ногу. Зуко взял его за лодыжку и принялся нащупывать кожу, пока Сокка издавал соответствующие болезненные звуки. Ему не пришлось притворяться, он был рад, что лодыжка на самом деле не была вывихнута, потому что Зуко, как всегда, обращался с ним так нежно, как мул бьёт по морде. Тот критически повертел лодыжкой Сокки. — Не сломана, — сказал он. Он продолжал держать его ногу, горячие пальцы слишком крепко сжимали её. Он выглядел озадаченным, словно забыл, почему она у него в руках. — Можно мы прервёмся? Хоть на чуть-чуть? — с надеждой спросил Сокка. Мгновение явного замешательства прошло, и лицо Зуко прояснилось, скорчив раздраженную хмурую гримасу. — Нет. Что ж, этого стоило ожидать. — Зуко, нам нужно отдохнуть. Если мы продолжим так переть, я не выдержу. — Это, скорее всего, даже не было ложью. Время от времени ему нужно было отдыхать, даже если эта идея казалась Зуко непостижимой. Зуко вперился хмурым взглядом в непослушную ногу, словно мог угрозами заставить её исправить саму себя. Его пальцы ещё сильнее обхватили нежные кости, отчего Сокка скривился. — Надо идти, пока не стемнеет, а потом разбить лагерь, — в итоге решил он. — Можно отдохнуть немного, с рассветом снова двинемся в путь. Уступки лучше он, пожалуй, не получит. Сокка подсчитал, что идти оставалось ещё около часа. Вполне посильно для него и, надеялся он, для Зуко тоже. Единственным другим вариантом было попытаться сесть на Зуко, чтобы он взял перерыв, но это с большой вероятностью закончилось бы поломанными костями (Сокки). — Ладно, помоги мне встать, — с неохотой сказал он. Он с удовольствием сидел, а теперь, когда ему приходилось опять идти, он час должен был притворяться хромым. Впрочем, оно будет стоить того, если заставит Зуко остановиться и дать своему телу передохнуть. Потом ему придётся подумать о другой проблеме. Пара часов отдыха не остановит кровь, и Зуко нужно было продезинфицировать другие раны. Он снова пожалел, что не знает больше о растениях Царства Земли, о том, что может унять инфекцию, или хотя бы из чего можно было сделать безопасную припарку. Зуко поднялся на ноги, немного пошатался, а затем протянул руку Сокке. Он подтянул его к себе, и Сокка схватился за его плечо, чтобы устоять на ногах. От него исходил жар, и не как от мага огня. Зуко смотрел на него критическим взглядом, наверняка оценивая его способность идти с ним в ногу. — Обопрись на меня, — наконец сказал он. — Не наступай на неё сильно. Звучало просто, но Зуко отправился в путь в том же решительном, но беспорядочном темпе, что и раньше, и они продирались сквозь заросли, как парочка пьяниц. Наверное, на это было бы смешно смотреть, если бы не было так чертовски грустно. Наконец они остановились на поляне под большим деревом. Они не столько сели, сколько свалились в кучу обмяклых конечностей, слишком измученные, чтобы даже распутаться. Сокке казалось, что даже Зуко достиг своего предела, а его-то был достигнут три часа назад. — Спим здесь? — спросил он, едва ли в состоянии произнести слова. Зуко промычал, что Сокка посчитал за подтверждение. Сокка почувствовал звук сквозь щёку, которой прильнул к его груди. Духи, но он был горячий. Это было не только от измождения; у него явно был жар. — С тобой всё нормально? — спросил Сокка. Он не ожидал и не получил вразумительного ответа. — Ага. — Точно? Потому что мне кажется, ты бы сказал «ага», даже если бы потерял ногу из-за гангрены и у тебя загорелись бы волосы. Зуко моргнул, глядя на крону дерева. — У меня горели волосы, не рекомендую, — пробубнил он. Сокка приподнял себя на локтях, чтобы хорошенько его рассмотреть. Глаза Зуко были немного расфокусированы, и он раскраснелся. Сокка прижал руку к его лбу. — У тебя жар, — сказал он, хотя уже знал об этом. В его желудке закопошился новый всплеск страха. Ему было так тошно всё время бояться. Ему просто хотелось минуту покоя, разве он многого просил? — Нет, — упёрся Зуко, закрыв глаза. — Просто устал. Ладно, это была хрень полная, но Сокка не мог больше ничего поделать, когда у них были ограничены ресурсы, а его собственное утомление и жажда уже затуманили его разум. — Тогда поспи немного, — сказал он. Беспокойство поселилось на дне его желудка вдобавок к остальным тревогам и страхам. Он должен был мыслить логически и практически. Бессмысленно мечтать о том, чего у них нет. Завтра он поищет полноценный источник воды и посмотрит, сможет ли найти что-нибудь знакомое для жара Зуко. Вероятно, дело было в инфекции, усиленной ото всего, что Зуко пережил за последний месяц. Не говоря уже о том, какой удар был нанесён его эмоциональному состоянию, хотя Сокка подозревал, что и до этого оно было не особо здоровым. Неясно было, сколько времени уйдёт на поиски свежей питьевой воды, поэтому Сокка снова поднял своё уставшее тело и развесил куски ткани на низко висящих ветках, надеясь собрать утреннюю росу. Когда он закончил, Зуко уже спал, наполовину свернувшись калачиком и немного дрожа. Не зная, как помочь, Сокка прижал его к себе, одновременно в ужасе от жара, который исходил от него, как от печки, и невероятно благодарный за него в холодную ночь. Оставалось надеяться, что утром будет лучше. Утром всё было хуже. Сокка проснулся первым, а солнце уже висело высоко в небе. Это было плохо. Они потеряли драгоценное время, и его ловушки для росы почти полностью высохли. Ему пришлось потрясти Зуко, чтобы разбудить. Тот потел и дрожал, а его целая щека покрылась румянцем. Они никак не могли продолжить путь. Зуко слишком быстро терял жидкость, и потребность в воде резко возросла. Зуко сел, вид у него был сонный и растерянный. Он, как маленький ребёнок, потирал покрытый шрамом глаз и моргал, глядя на Сокку. Тот приготовил все свои аргументы и встал в боевую позу, зарывшись пальцами ног в землю и готовый к словесной схватке до смерти. — Зуко, я немного разведаю местность, найду что-нибудь поесть и выпить, пока мы не отправились в путь, хорошо? — сказал он, начав просто и спокойно. До угроз и мольбы он ещё дойдёт. Вместо того чтобы спорить, Зуко кивнул, продолжая потирать лицо. То, что Зуко не стал препираться, пугало больше всего, и Сокка почувствовал неуклонный поток быстро растущей паники. Сокка не хотел идти слишком далеко, но понимал, что ему придётся. Он оставил Зуко дремать под большим деревом, пока в безопасности, но то, что тот остался без защиты в таком состоянии, вызывало ужасную тревогу. Единственное, что Сокка мог, — так это как можно скорее вернуться. Он избегал низко свисающих густых зарослей, состоящих из плотных колючих деревьев с тёмно-зелеными листьями, и придерживался найденных им звериных троп. По ним было не так тяжело ходить, что дало ему немного ускориться, и он надеялся, что рано или поздно они приведут его к источнику воды. На обочине тропинки он нашел несколько вяжущих с виду бледных ягод, которые не узнал. Он сорвал одну и раздавил её между пальцами. Она пахла сладко и терпко, и у него потекли слюни. Но он не был идиотом, как бы ни был голоден. Он вытер немного сока о внутреннюю сторону локтя и отметил, где они находятся. Если не будет никакой реакции, он заберет их на обратном пути. Тропа продолжала медленно спускаться вниз, а растительность становилась всё гуще, и ориентироваться было всё труднее. Через десять с лишним минут, когда рука не испытывала ни жжения, ни дискомфорта, он поднёс к губам немного ягодной мякоти, ещё остававшейся на пальцах, и попробовал на язык. Вкус был острым, с намёком на обещанную сладость. Он решил, что если к моменту возвращения его губы не распухнут и не начнут чесаться, он может набить ими сумку и надеяться, что это придаст им сил, нужных для дальнейшего пути. Он вытер остатки сока о штаны и пошёл дальше, внимательно прислушиваясь к звуку текущей воды. Он застыл, когда ему показалось, что он слышит далёкий шум. Это мог быть ручей или река, и его сердце заколотилось в надежде. Он двинулся вперёд, время от времени останавливаясь, чтобы сориентироваться. Он так сосредоточился на этом шуме, что чуть не пропустил другой звук. Шелест листьев указывал на движение чего-то крупного через листья. Он остановился, и ему представилось восхитительное животное, которое он мог бы съесть. Но если он не собирался пытаться схватить его одними руками, то не было смысла радоваться. После воды оружие будет следующим в его списке. Он подумал, что смог бы соорудить грубую рогатку и, конечно, копьё, если найдёт подходящий камень для создания острия. Шум повторился, и Сокка замер, его усталый и сонный мозг наконец бросил бешеные мысли о еде и резко спустился на землю. Это не звучало так, как будто что-то проходит мимо. То, как оно остановилось, когда остановился он? Что-то преследовало его. В нём забился адреналин, и он застыл, пристально глядя в ту сторону, откуда донёсся шорох. Внезапно издалека послышались слабые крики. Они доносились со стороны лагеря, где он оставил Зуко больным и беззащитным. Его охватил ужас, и страшная реальность происходящего обрушилась на него в тот же миг, как из густых кустов выпрыгнул солдат Народа Огня. Несколько часов лишнего сна настигли их. Солдаты Джао, здоровые, сытые и обутые, проделали путь за ночь. — Стой, где стоишь! — крикнул солдат, взявшись за меч. Страх нахлынул на Сокку, как волна, и он бросился в сторону, перекувырнулся, вскочил на ноги и побежал.