Одно неважное дело

У покоев Эйгоны дежурит Кристон Коль. Стоит Джейсу подойти, как тот подбирается, вытягивается смирно, но на лице его мелькает откровенный страх. Не удивительно. Даже каменные стены и дубовые двери не могут заглушить крики, что слышны из покоев. Джейс делает шаг вперед, и Коль моментально преграждает ему дорогу. — Может не нужно, ваше величество? Джейс пытается улыбнуться и легко хлопает Коля по плечу, забранному белым доспехом. — Все в порядке, — мягко говорит он и входит. Стоит оказаться внутри, как звуки становятся почти невыносимо громкими. К крикам присоединяются влажные шлепки и тяжелое дыхание. Свою жену Джейс находит почти сразу. Эйгона опирается локтями о стол и прогибается в пояснице. На ней тонкая полупрозрачная туника, и Джейс прекрасно видит, как колышутся ее груди в такт движениям. Эймонд за ее спиной обнажен полностью. Он крепко держит ее за бедра и вбивается быстрыми резкими толчками. На мгновенье Джейсу становится не по себе, однако уходить уже поздно. Дверь хлопает за спиной, Эймонд замирает, а Эйгона ругается сквозь зубы. — Твой муж здесь, — говорит Эймонд таким спокойным тоном, словно не он только что предавался разврату со страстью молодого жеребца. — На хуй моего мужа! — кричит Эйгона. — Если ты сейчас не продолжишь, я… Ах!.. Эймонд срывается на бешеный темп мгновенно, так что Эйгона едва не падает на подкосившихся ногах. Джейс наливает себе вина, неспешно обходит комнату. Он шел к Эйгоне с определенным вопросом, но теперь не может вспомнить, с каким. Эйгона даже не пытается сдерживаться. Стонет так, словно они с Эймондом одни в комнате. В замке. В целом мире. В постели с Джейсом она себя так не ведет. Она изгибается и закатывает глаза. Ее трясет. Пальцы впиваются в столешницу так, что становятся совсем белыми. А в следующий миг она обессиленно падает грудью на стол и тяжело дышит, словно вот-вот лишится воздуха. Эймонд выскальзывает из нее очень медленно, осторожно. Он все еще возбужден, и Джейсу надо бы радоваться, что Эймонд не излился в его жену, но он не может оторвать взгляд от возбужденного члена. Сам того не желая, он оказывается позади Эймонда. — Позволь… Он тянется и обхватывает член еще влажный от соков его жены. Ведет рукой сначала неспешно, а потом все быстрее, как мог бы ублажать себя. Ему почти хочется, чтобы Эймонд его оттолкнул, однако тот напротив — расслабляется под его руками и откидывает голову Джейсу на плечо. Он тихо стонет, кажется, впервые за сегодня, когда семя толчком вырывается из него, орошая полупрозрачный шифон туники Эйгоны. Эймонд отстраняется и тянется к паху Джейса, но тот отходит, изо всех сил стараясь придать лицу скучающее выражение. Он возбужден, безумно возбужден, но не позволит Эймонду себя касаться. Эйгоне же он попросту не нужен. Джейс устраивается в кресле с кубком в руках. Эймонд начинает одеваться. Эйгона сонно тянется и уходит в другую комнату. На Джейса она даже не смотрит. — Что привело? — спрашивает Эймонд. Он одевается, но не спешит. Сейчас он все еще обнажен по пояс, и Джейсу требуется немало усилий, чтобы на него не смотреть. — Одно дело, — отвечает он. — Но теперь я вспомнил, что есть еще несколько, которые я хотел бы обсудить. — Прямо здесь или пойдем в зал совета? Эймонд говорит спокойно, но Джейс не может избавиться от ощущения, что его слова звучат двусмысленно. Ему кажется, конечно, ему только кажется. — В зал совета, — решает он и поднимается из кресла. — Можешь не спешить. Коль у дверей смотрит на него с нескрываемым волнением, но в его взгляде мелькает явное облегчение, когда вслед за Джейсом выходил Эймонд, и они удаляются к залу совета, обсуждая государственные дела.