Идеология питерских свиданий

Судьба сталкивала с Громом с ненавязчивой настойчивостью. Олег называл это свиданиями, Серёжа — катастрофой. Оперативная эвакуация во время переговоров: Серёжа только отмахнулся от подбежавшего медика, только повернул голову — а Олег уже стоит так близко-близко к Грому, непривычно открыто смеясь при посторонних и, запрокинув голову, открывая беспечно горло. Серёжа тогда поймал себя на отсутствии дыхания, но собрался и подкрался ближе. Игорю неимоверно шёл бронежилет и водолазка. Серёжа ничего в этом не понимал — может, только на общем уровне, — но Олег придирчиво и по-хозяйски потрепал нагрудник, осмотрел швы сбоку, пробежав пальцами по краю, и скривился. Игорь позволил это с каким-то нечитаемым выражением лица — Серёжа обычно легко читал людей, но не этот конкретный экземпляр. — Ну что это такое, совсем менты обнищали? — Олег поджал губы, но позволил Грому сделать шаг назад. — Поговори у меня — если бы не начальство, вообще бы не надел. — Дурак? — Лучше вообще без них, чем в этом. Олег, подумав, кивнул. Серёжа только стоял рядом, пригревшись у его бока. К Игорю подбежал щуплый низкий паренёк и, что-то воодушевлённо жестикулируя, начал объяснять. Игорь, после пары взмахов руками, извинившись, утащил коллегу прочь. — Ну что ты его цепляешь? Олег вздохнул и потащил Серёжу к машине, поправляя по пути его пиджак. — Не обиделся твой Игорь, не бойся. Ехали молча; в тишине небольшой пробки на мосту Серёжу понемногу начало клонить в сон. — А что, жилеты совсем дерьмовые? — Совсем. *** Петербургский вечер окутал улицы дымкой словно старый фильтр на объективе. Олег стоял у припаркованной машины в ожидании — сегодня на встрече он не был нужен, — а четырьмя этажами выше в здании Серёжа в ярости распинал приборзевших «инвесторов». Многие хотели прибрать кусочек побольше от бизнеса в таких молодых руках, но они плохо осознавали масштабы бедствия. Большинство ведётся на внешность хрупкого, внезапно обогатевшего детдомовского мальчика с тягой к искусству. А потом от таких глупцов остаются только головёшки. Серёжа — не пылинка, от которой можно отмахнуться, а пожар в Сибири. Олег уже привычный к этой рутине, но сегодня в воздухе пахло иначе. Мелом и порохом. Его взгляд зацепился за фигуру в потрёпанной кожаной куртке, откровенно выделяющуюся среди россыпи полицейского голубого… Что-то совсем знакомое, вертится на языке… — Игорь? — Олег подходит ближе, слыша фоном треск полицейской рации. — Ты что, патрулируешь тут? Игорь отрывается от бумаг в руках, окидывает взглядом с ног до головы — и вдруг облизывает быстро губы, а Олегу как-то внезапно перестаёт быть скучно. — Да вот, начальство направило, курирую потихоньку. А ты, как всегда, в роли тени? Олег хмыкает, скрестив руки на груди. — Тень, которая может сломать тебе руку, если что. — Он бросает взгляд вверх, на небольшой балкончик с витиеватыми столбцами. — Ну, знаешь, работа. Игорь рассмеялся, как будто это только между ними, и этот тихий смех был таким же тёплым и густым, как хороший кофе. Олег замечает вскользь, что, действительно, коллеги Игоря всей своей небольшой кучкой оказались шагах в пяти, старательно не смотря в их сторону. Любопытно. — Да уж, у тебя работа — это отдельный вид спорта. — Игорь замолчал, поглаживая край бумажек в руках, прежде чем продолжить. — А я, знаешь, подумал: может, после смены куда-нибудь заглянем? Пивка, может, или чего покрепче? Олег задумался на секунду; его взгляд скользнул по Игорю, оценивая. — Ты, конечно, знаешь, как соблазнить человека, — сказал он с легкой усмешкой. — Ладно, только если ты обещаешь, что не придётся рассказывать всем, как я тебя однажды спас от пьяного хулигана. — О, да кто к нам полезет. — Игорь подмигнул. — Но я могу сделать вид, что забыл бумажник; станешь моим героем. Олег улыбнулся, чувствуя где-то за рёбрами странную тяжесть, — и вроде бы что-то щёлкнуло. *** Игорь скептически приподнимает бровь, отхлёбывая пиво. Приглашение прозвучало спонтанно, даже для него. Но в Олеге было что-то… компанейское, что ли. Эта смесь спокойной силы и едва уловимой иронии. Интересно, что этому телохранителю за надобность в компании простого опера? Олег, в свою очередь, лукаво ухмылялся, наблюдая за реакцией Игоря. — Чего смурной, или думаешь, я планирую что-то противозаконное? — поддразнил он, подвигая к Игорю свой бокал дорогого виски. — Просто захотелось разбавить компанию более… живым человеком. Все эти светские морды уже оскомину набили. Олег говорил это с таким видом, будто делал Игорю огромное одолжение, от которого невозможно отказаться. В воздухе повисло напряжение, пропитанное игрой и взаимным любопытством. Игорь почувствовал, как уголки его губ невольно ползут вверх. — Ну, раз уж ты так настаиваешь…— протянул он, делая вид, что сдаётся под напором. — Только учти, если что — я при исполнении. Все твои махинации я прикрою… разве что за очень хорошую плату. Олег рассмеялся, запрокинув голову. — О, я знал, что ты не такой простой, каким кажешься! А насчёт платы — думаю, договоримся, я всегда щедр с… с друзьями. Он подмигнул, и Игорь почувствовал лёгкий укол смущения, смешанного с азартом. Эта игра ему начинала нравиться. Кажется, вечер обещал быть интересным. Очень интересным. — Ну-ну, посмотрим, — пробормотал он себе под нос, с интересом осматриваясь. Виски оказалось отменным, но всё-таки Игорь был человеком пенного. Но, тем не менее, вкусно — и почему-то остро на языке. — Что ж, Олег, развлекай. — Игорь откинулся на спинку дивана, чувствуя, как напряжение постепенно отступает, уступая место предвкушению. Вокруг кипела жизнь классического бара. Только вот музыка — живая, на небольшом пятачке в конце зала; запахи — будто дороже; и огни на стенах мягкие, от которых Игорь довольно жмурился как кот, — ни в какое сравнение с теми лампами, что вечно жужжат в отделении. Заведение вовсе не в стиле Грома, очевидно. Но сейчас всё это казалось лишь фоном для этой странной, неожиданной встречи. Кто знает, к чему она приведёт? Может, к разоблачению какой-нибудь грязной схемы, а может… к чему-то гораздо более интересному. Игорь только не мог пока себе признаться, на какой именно итог рассчитывал.