Смерть Невинности

Неделя первая — Понедельник. Чжун Ли был занятым и галантным мужчиной, который каждый день ходил на работу и по мере сил обеспечивал своих жену и детей. И хотя все вокруг были довольны жизнью, которую они построили, хотя его жена была довольна, а дети блаженствовали в своем неведении о мире, сердце Чжун Ли всегда жаждало чего-то большего. Он солгал бы, если бы сказал, что считает свою жену привлекательной. Не то чтобы она была уродливее или непривлекательнее других, нет, любой мужчина счёл бы её хорошенькой. Но, Чжун Ли… он всегда чувствовал, что с ним что-то не так. Он часто ловил себя на том, что пялится на других мужчин, и это было не то, чем он гордился. Чаще всего это были яркие и низкорослые мужчины, которые шныряли по клубам и барам, но Чжун Ли знал, что подходить к ним было бы слишком рискованно. Это был тот тип людей, которые бросали вызов Богу, на которых церковь смотрела свысока. Так почему же, почему же тогда, когда крошечный силуэт с волосами, заплетёнными в косички вдоль щёк, и самодовольной улыбкой на лице приблизилась к нему, когда он сидел на скамейке в городском парке, Чжун Ли чуть было не принял его за ангела?

…

— «Вы, кажется, не в лучшем настроении…» — Хихикнул милый парень, но мужчина не мог понять, издевался ли он над ним или это было чистое веселье. — «Вам одиноко?» — Юноша сел рядом с ним, но его тело было таким маленьким, что скамейка казалась длиннее, чем была на самом деле. — «Я… в норме», — Чжун Ли обратил внимание на нежную тушь мужчины, на лак для ногтей, на то, как вздрагивали его узловатые колени, когда холодный ветер дул слишком сильно. На мгновение Чжун Ли захотелось обмануть себя, заставив подумать, что этот мужчина являлся женщиной, возможно, женщина с чересчур грубоватым голосом, но даже если бы это было так, это не оправдывало бы его мыслей, связанных с изменой своей жене, тем самым предав её. — «Вы не выглядите «в норме»…» — Собеседник пожал плечами, наклонил голову и моргнул так нежно, как будто дул на семена одуванчика. Тот мягко улыбнулся, заправляя выбившуюся прядь волос за одну из своих косичек. — «Могу ли я как-нибудь развеселить Вас?» Это был маленький городок, где все знали друг друга по именам и здоровались каждое утро. И всё же, Чжун Ли мог поклясться, что никогда не видел этого юнца, не помнил ни его лица, ни имени. И, возможно, это придавало ему некоторую интригу, возможно, потому, что Чжун Ли знал, что ему нужно держаться, если он хочет сохранить лицо, которое легко растворяется в толпе и легко уносится ветром. — «Венти,» — Объявил красавец, и всё та же наглая, но вежливая улыбка не сходила с его губ, несмотря на долгое молчание. И на секунду Чжун Ли впервые услышал, как бьётся его собственное сердце. — «Чжун Ли», Его уши обвил любопытный, нежный смех. — «Я знаю.»

***

— «Ты вернулся сегодня поздно, милый,» — Её голос был сладок, как мелодия, но это был не тот, что беспрерывно звенел в его ушах. Не тот, что резонировал с ним так глубоко, как голос того странного мужчины. — «Тяжелый день на работе», — ответил Чжунли, бормоча, когда он взобрался в постель рядом с ней. Он всегда так делал: после работы сидел один и думал, а потом возвращался домой поздно. О чём думал? Ни о чём, честно говоря. Возможно, он просто убивал время. Чжун Ли вздохнул, когда его жена прижалась к нему поближе. От неё пахло янтарными благовониями, которые он так любил, её плечи были нежными, когда он обвил свои руки вокруг неё. Ещё одна ночь, ещё один день. Чжун Ли не мог сказать, что был счастлив, но, возможно, он просто недостаточно усердно молился, верно? Он не мог перестать думать о Венти. Но он знал лучше, чем кто-либо другой, что этот мужчина был всего лишь очередной песней сирены, ещё одним искушением дьявола, желая завести его в тот образ жизни, который, как он знал, был неправильным. И всё же, этот кроткий голосок всё ещё звучал в его ушах.