Пропасть

Время застыло. Но место, в котором они находились, не было тому виной. И даже сам Великий Дух, если и вмешался бы, не стал бы причиной. Всё дело – в алых глазах, прожигающих душу Джейн Хантер. В ленивом кивке головы, которым Уолтер Норрингтон одарил свою жертву. В хитром изгибе губ, вызывающем внутри дрожь. В их последнюю встречу, в эту самую секунду замер сам мир. Прислушиваясь, пугаясь противостояния, победить в котором у простой смертной не было и шанса. Как должен чувствовать себя главный герой, которому предстоит сражаться с древним злом? Она не знала. Но её случай был страшнее. Потому что Джейн больше всего хотелось вырвать собственное сердце из груди. Зачем? Чтобы ничего не чувствовать. Страх за близких, которые не отказались от неё, даже узнав о её прогнившей душе, отравлял. Девушка не боялась смерти, не боялась пыток. Это было чем-то настолько неважным, второстепенным, когда сама вселенная – в шаге от пропасти. Пропасти, в которую Джейн Хантер бросилась сама. Пропасти, которая прямо сейчас одним взглядом убивала её решимость дойти до конца. Золотой Змей начал гореть в руках. Пальцы жгло, но в груди болело сильнее. «Давай, моя маленькая мисс Хантер». Его голос прозвучал в её голове так, будто он шептал признания в любви. Тихо. Нежно. С такими эмоциями, которые тёмный дух не мог испытывать. Она не питала иллюзий – ему было чуждо то лучшее, что есть в этом мире. Девушка значила для него многое, Уолтер никогда не позволил бы ей погибнуть, но... Её сердце просило о другом. О том, что было невозможным в их истории. Казалось, металл раскалился настолько, что прожёг ей пальцы до костей. Но Джейн лишь сильнее сжала его, настраиваясь на проигрыш. Но не в войне, которую случайно начала, в другом. Ведь израненное сердце, даже собственное, не стоит смертей невиновных. – Нет! Крик Норрингтона был нечеловеческим, даже в такой момент напоминая, что они – из разных миров. А Золотой Змей, вторя своему злейшему врагу, наконец-то вспыхнул слепящим светом. Никто не успел понять, не успел среагировать – а огромный хранитель Великого Духа уже предстал перед ними в своём первозданном обличии. И если Уолтер внушал страх своим истинным обликом, то сейчас сердца смертных, решивших ввязаться в самую невероятную авантюру на Диком Западе, трепетали от восхищения. А душа девушки вдруг наполнилась такой мощью, что стало казаться, что она сейчас взлетит. Что может всё, что угодно. А в момент, когда каждый невольно застыл, преклоняясь перед невиданной силой, Уолтер Норрингтон смотрел Джейн Хантер в глаза. Не осуждая. Не угрожая. А как-то пусто, странно, будто принимая её выбор. А девушка, к которой в другой реальности с благодарностью пришёл бы сам Великий Дух, прошептала в слезах: – Останови его... И Золотой Змей ринулся исполнять волю простой смертной. А тёмный дух не двинулся с места, продолжая смотреть на девушку, которую не смог переманить на свою сторону. Но смог подчинить себе. И в те секунды на этот раз последнего проигрыша Уолтера, показавшиеся Хантер бесконечностью, что-то внутри её навсегда погибло. Перед её глазами мелькала прошлая жизнь – живые братья и мать, её детские и взрослые мечты, пройденный путь и обретённые друзья... И то, что она потеряла только что, отдав приказ теперь уже навсегда заточить тёмного духа. Джейн Хантер сломалась окончательно, одержав победу. Такую нужную каждому, кроме неё самой. А Золотой Змей, исполнив свое предназначение, покорно склонил перед ней свою исполинскую голову. Но девушка видела лишь расплывшееся из-за слёз пятно. Сотрясалась от рыданий, не веря, что сотворила. – Джейн, все хорошо... – кажется, Куана даже коснулся её плеча, не побоявшись Змея. – Слышишь? Она не слышала. В ушах шумело, а грудь сдавило так, будто она снова попалась в ловушку Уолтера и падала вниз. Вот только теперь он её не вытащит. Если только... Ещё до того, как Хантер собрала разрозненные мысли во что-то цельное, Золотой Змей медленно поднял голову. Огромные глаза, пугающие своей проницательностью, будто заглядывали в её душу. И девушка вдруг поняла, что нашла выход. Такой, которого бы не пожелала другим. Но единственно верный для неё самой, даже если тьма навсегда поглотит её сердце. Впрочем, разве это ещё не произошло? Её руки не дрожали. А в голове не осталось мыслей, сожалений и надежд. Ничего, кроме принятия пути, о котором не будут слагать легенды. Ведь герой не может отдать свою душу, верно?

***

Джейн Хантер ошиблась. О девушке, победившей злого духа, истории будут звучать ещё сотни лет. Передаваясь из уст в уста, с благоговением или с ужасом. Отдавшая тьме сердце смертная, одержавшая победу, но шагнувшая в заточение следом за своим заклятым врагом. Живые, но потерявшие подругу друзья. Великий Дух, удивленный такому исходу, но принявший его. И Уолтер Норрингтон, не простивший, но всё же встретивший её в вечном заточении. Чем не прекрасная история, друзья?