Отомсти за любовь

《 Проваливай из штаба!

Чтоб духу твоего здесь не было!

Ты мне противен...

И знай, я изменил тебе вчера...》

Такие слова Чуя прокручивает до сих пор, со вчерашнего вечера. Босс Портовой мафии, единственный человек, который сумел сделать из Накахары верного наставника, в неожиданный момент воспользовался им и наплевал на чувства Накахары. Чуя, мысленно досчитав до десяти, постучался в кабинет, куда привели его ноги.

Дороги назад уже нет.

×××

— Что привело тебя к нам? — спросил молодого юношу Достоевский, закинув ногу на ногу, сидя за рабочим столом. Зайдя в уютный кабинет для оформления и подписания договора, Чуя не забыл обратить внимание на Гоголя, сидящего сбоку на стуле в метре от Фёдора. Он, поджав ноги и обняв их, любовался рыжим пареньком. Фёдор и Николай являлись любителями БДСМ во всех его проявлениях и часто проводили публичные трансляции, выставляя их на сайте для взрослых. Дазай и сам не промах: в любое свободное от работы время отдавал приказы подчиненным, а затем проводил незабываемые вечера с Чуей, наслаждаясь его сдавленными стонами. Чуя очень податлив и выдержан. Ему самому нравилось склоняться в ноги, выполнять непристойные поручения босса, касающиеся секса. Выставлял себя на камеру, как настоящая проститутка. Лишь на камере, но не в реальности. Именно поэтому босс мафии часто проводил съёмки и делился самыми запоминающимися моментами во время доставляющих рыжему прелюдий, секс-игрушек и махинаций, зная наперёд, кто заглянет на его страничку. Также Дазай лично был знаком с Достоевским. Не раз Накахара замечал, как Осаму интересовал просмотр порно на канале Фёдора в стиле проявленной жестокости не только к парням, но и к развратным девушкам. Он не любил боль, но любил смотреть, как причиняют боль другим. Так Чуя узнал о существовании Достоевского. И в какой-то момент ему захотелось подружиться с этим извращенцем, чтобы определить его настоящий темперамент. Дазай всячески подражал Достоевскому. Восхищался им так же, как и ненавидел. От чего возникла такая дикая неприязнь к Фёдору, Осаму наотрез отказался говорить. — Чуя Накахара. Так ведь? — задал вопрос Фёдор с заметной улыбкой, вспомнив один из порно-роликов на сайте Дазая. Не дожидаясь ответа, он уточнил: — Позволь спросить у тебя личное: ты ведь знаком с Дазаем Осаму? — Да, но мне не хочется сейчас говорить об этом человеке, — ответил Накахара, удивляя Достоевского своим заявлением. — Я пришёл к вам, чтобы ему мстить. — Похвально, — с заметной радостью в глазах Фёдор задался вопросом: что такого мог сотворить Дазай, что заставило Чую обратиться за помощью? — Ты когда-нибудь участвовал в БДСМ-практике? — Нет, но мне хотелось бы попробовать. Так сказать, испытать новые ощущения. Накахара обратил внимание, как изменилось выражение лица Гоголя от его слов. Появилась улыбка и заинтересованность в новичке. — В таком случае, друг мой любезный, ты обратился прямо по адресу. Достоевский вынул из первого шкафчика чистый бланк и протянул его в руки. В нём были напечатаны все названия, относящиеся к сеансу, а именно: позы, приспособления для порки, игрушки, бондажи и т. д. Чуя, крутя в руке шариковую ручку, слушал объяснения. — Считай это письменным договором о соглашении сотрудничать с нами. На этом листике можешь отмечать, что тебе хочется применить на практике. Можешь пока бегло изучить. Мы тебя не торопим. Если что-то будет непонятно из лексикона — обращайся, подскажем. Накахара вчитывался в названия несколько долгих минут, мысленно выбирая из того, что знал. Каждую секунду отчётливо был слышен звук пишущей ручки по бумаге. Достоевский краем глаза взглянул на рыжего парня, который почти без раздумий помечал довольно много из предложенного. Он переглянулся с Колей, понимая, что тот тоже смотрит на рыжего с удивлением. Не успел Фёдор что-то произнести, как Чуя с довольным выражением лица обвёл последнее выбранное из списка и, будто ошпаренный, вскочил со стула. — Я всё заполнил, куда положить? Промолчав, Фёдор отпил горячий чай из своей кружки и протянул руку, чтобы взглянуть в бланк. Он ещё долго будет изучать список глазами, представляя, что нужно будет подготовить из игрушек и приспособлений к сегодняшнему вечеру. С дурной привычкой кусая зубами ноготь большого пальца на руке, Фёдор ознакамливался с предложением японца. На его лице читались и удивление, и радость, и задумчивость. Не прошло и пяти минут, как Достоевский поперхнулся чаем, удивляясь выбранному из списка. К нему пришло осознание того, что хотел испытать Чуя, но сам этого не ожидал. — Да ты, кажись, смельчак! — успел проговорить брюнет, чтобы снова прокашляться. Также он указал пальцем на заинтересовавшую Колю строчку, что вызвала у него такую реакцию. Николай, потянувшись через стол, взглянул на указанное название одной из пыток. — Ух ты! Чувствую, сегодня намечается прекрасный вечер! — хриплым голосом выдавил из себя Гоголь, держась за горло. А затем, следом за Фёдором, принял глоток чая. Теперь стало ясно, почему же Николай не продемонстрировал Накахаре свой звонкий, голосистый голос, который Чуя слышал только из видео. Не удивительно, что на вчерашней трансляции Николай сорвал голос. Он так громко выплёскивает свои эмоции, позволяя любимому другу делать с ним всё что угодно ради получения приятной боли. А вот о том, что сотворили вчера с Николаем, рыжему пареньку и думать не хотелось, поэтому он отбросил из головы вспомнившиеся пытки и страдания. — Уретральное проникновение? — процитировал Достоевский, с улыбкой глядя на парня. — Чуя, ты уверен в своём выборе? — Я хочу рискнуть, чтобы понять, нравится ли мне это. — Ты мне начинаешь нравиться, — признался он, слыша краем уха чей-то недовольный кашель, и мигом исправился, переводя внимание на друга: — как знакомый. — Но у меня есть условия! — Прошу, — поторопил его Фёдор, чтобы услышать главное правило для доминантов, которое ему запрещено будет нарушить. Чуя озвучил некоторые нюансы, которые не стоит осуществлять. — Не бей со всей силы и по одному месту, чтобы на коже потом не остались окровавленные полосы. Я видел несколько записанных трансляций с твоим участием, как ты жестоко поступаешь с девушками во время пыток с плетью, поэтому... — Не зная, что добавить и как закончить мысль, Достоевский не стал ждать, а объяснил своё жестокое поведение. — Они сами просят, чтобы я вёл себя как бессердечный доминант, ублюдок, садист и тому подобное. Имей в виду: мы с Колей любим наблюдать за мучением нижних, всегда боясь выйти за рамки договора. Так что решать тебе. Иногда боль бывает полезна. Накахара заметно отвёл задумчивый взгляд в сторону, обдумывая услышанное. Но сомнений в голубых озёрах о предстоящем сеансе Достоевский не увидел. — С новичками мы, конечно же, обходимся помягче, чтобы не нанести морального и физического вреда здоровью. — И ещё не запрещай мне кончать! — добавил Чуя, выйдя из задумчивости. — Не сильно люблю острые ощущения. — Я тебя услышал. — Сколько я должен заплатить по времени? — у Накахары возник очень важный вопрос касаемо оплаты. Он готов был порыться в сумке в поиске кошелька, если бы не следующая фраза Достоевского: — Приятель, с тебя деньги не возьму. Парень вскинул бровь в непонимании. С чего это Достоевский посчитал сделать его сеанс бесплатным? — Видишь ли, я являлся напарником Дазая, если не сказать другом. Русский умолк, когда Чуя мотнул головой. Скорее всего, знал, но не всю информацию после дальнейшей правды от брюнета. — И я задолжал ему крупную сумму. Но ты этого не слышал! — произнёс Фёдор слегка с повышенным тоном, выставив ладони, чтобы рыжий не вдавался в подробности. Вдруг Чуя захочет получить с него те деньги, что до сих пор взяты в долг. — Об этом я не знал. — А так как ты "парень" Дазая, — он продемонстрировал пальцами кавычки, имея в виду, что Накахара в какой-то мере принадлежал Дазаю, будучи бывшим. А может быть, со временем отношения сгладятся, кто знает? — брать с тебя приличную сумму означает лишь задолжать ещё. Внезапно в кабинет спокойно постучались. Достоевский знал, кто к нему мог заглянуть, и, не сказав ни слова, увидел Сигму на пороге. — Здравствуйте, — поздоровался он с администраторами, среди них обнаружив рыжего незнакомца. — А вот и наш девственник! — воодушевился Николай, натягивая улыбку при виде Сигмы. — На твоём месте, Николай, я бы поберёг горло, — подойдя к рабочему столу, работник положил на край стола сложенный конверт, объяснив перед уходом, что принёс: — Вчерашние фотки. Сигма устроился на работу к Достоевскому, выполняя роль фотографа, оператора в сфере деятельности. Сказать, что парня безумно радует профессия, — ничего не сказать. Но, как в пословице: "Глаза боятся, а руки делают" — зарабатывает за съёмки приличные деньги. — Сигма, готовь сегодня к вечеру камеру, — оповестил Фёдор оператора, облокотившись на спинку стула. Его слова возмутили фотографа. — Вы же сказали, что отпускаете меня на неделю! — С завтрашнего дня. Клянусь! Сигма промолчал, недовольно цокнув языком. — Не кипятись, девственник. — Заткнись, — прошипел Сигма, бросив хищный взгляд на Гоголя и покидая кабинет. — Наш фотограф — это что-то с чем-то, — усмехнулся Достоевский, сверля взглядом закрытую за Сигмой дверь. Разговор на этом не закончился. Фёдор сцепил руки в замок и, держа опору на локти, положил на них голову для дальнейших переговоров. Договорился с Накахарой, какое будет стоп-слово, чтобы прекратить дальнейшую практику. Из-за того, что в выбранном списке присутствует кляп, пришлось придумать какой-нибудь жест. Чуя заморачиваться не стал, а обошёлся обычным щелчком пальцев. Дальше Фёдор потребовал с японца описание, желательно в деталях, как он представляет сегодняшний сеанс. Желает ли он намеренно причинённой боли, а может быть, владеть в процессе ролевой игры? Каких именно действий ожидает от доминантов? Хочет ли он вообще секса или можно обойтись табуном прелюдий? Накахара включил несколько фетишей, которые он хотел осуществить. Рассказал от начала до конца, как представляет своими глазами фрагменты, включающие в себя определённую позу и принадлежность, тем самым вызывая у администраторов удивлённую улыбку от развитой фантазии рыжего паренька. Чуе особо роли не сыграет, в каком порядке расположатся элементы игры. Главное, чтобы на трансляцию мог зайти Дазай. Может, не сразу. Посмотрит в записи через день-два. Важный момент заключался в совести Осаму, которая должна замучить его, тем самым превратив его жизнь в сплошной туман. Чуя также признался, что всегда хотел узнать и побывать в тёмной комнате, где проводят трансляции. Фёдор любезно согласился провести для заинтересованного человека экскурсию. Вместе с Николаем он собрался показать Накахаре его заветную комнату, прихватив со стола ключи. Пройдя довольно длинный коридор, Достоевский отворил самую крайнюю дверь. В помещении включился свет, и перед Накахарой предстали всевозможные стойки и столики, которые используются для фиксации тела в определённых позах. Что-то сделано из железа и стали, а что-то — из лакированного дерева. Накахара осмотрел все окружающие его приспособления и зациклился на некоторых из предложенных вариантов. Он расспрашивал организаторов, поэтапно проверяя, как туго можно подрегулировать крепления, сделанные из настоящей кожи и прочных цепей, для добровольного подчинения... — Теперь ты под впечатлением? — спросил его Достоевский, вставляя ключи в замочную скважину. Чуя удостоился кивнуть, пока в его мыслях звучала только одна фраза:

Сегодняшний вечер будет незабываемым.