Излом

Если и правда говорить о них, то истории заканчиваются прискорбно. Не всегда, да и не у всех,как показывает практика. Но вот некогда очень особенный мальчик по имени Моник закончил свою историю трупом, не то что бы он им не жил, но теперь по крайней мере в мире на одно чудовище стало меньше. Рико про это еще не знал конечно, да об этом и миру то поведать не будет кому, не то что Рико. А вот что касаемо самого юного и неокрепшего Рико. Жертвы вечной боли и надругательств. У него в жизни армагеддон только вступил в полную силу. У Рико не было особо времени что бы думать над этим, потому что сразу случилось слишком много вещей. Появилось слишком много незнакомцев в черных одеждах. Много выразительных и чужих запахов. И боли. Его двигали и носили, спрашиыали, словно он мог ответить хоть что то. Юношеское сознание трещало под всем этим, люди говорили и кто-то даже блевал. Негромкие голоса, шаги. Тело дрожало и тут же болело, Рико пришлось хорошо стараться что бы не плакать снова, таблетка еще действовала, но сенсорика просто перегружалась и это создавало определенный диссонанс. В себя юноша приходил по таким же частям, как его разбирали до этого. Жирной ублюдины не было, он мог подметить что даже воздух казался иным. И когда Рико все-же осмелился открыть воспаленные веки, сердце пропустило удар и существовала вероятность что не один. Место, где он проснулся окончательно, было чистым и новым. Пахло иначе и чувствовалось приятнее. Со временем Рико понял что его даже отмыли, кожа уже не была липкой от грязи физической. Но вот моральная облепила его с пущей силой. Наверное в тот момент мальчишка понял что от этого его больше не отмоют, никто, и он сам тоже.. Комната была не такой как подвал, все еще темной и унылой, но чистой. Рико глазами медленно искал труп еще недавно жившего ребенка, но пол был чистым, как и постель. Не было не звука летающих мух, не личинок на полу, и Рико пока не понимал, нравиться ему это или нет. Он не попытался встать, больше не хотел, чем не мог, нога саднила и это ощущалось как конец света почему-то. Но решать что не было сил и понимания, что конкретно он хотел решать и хотел ли? -Очнулся, какая удача, мы тут уже все подумали что ты закончишь на этой койке.-тихий голос ударил по голове как звук колокола. Тело неосознанно напряглось, ожидая боли и ничего больше, слова осознавалась туго, хотя сознание казалось чистым. Мужчина в белом халате появился резко, и скорее всего из-за шторки в дальней стороне комнаты, а Рико этого совершенно и не заметил.. Мужчина подошел к нему и тело вытянулось по струнке, но не слова он не проронил. -Ну и чего ты как оленёнок, не узнаю тебя, Рико. Поседел.. -мужчина с долей веселья рассмеялся, трепая больную голову Рико по белым волосам.-Даже раньше чем я. Подытожил мужчина, выдыхая, сжимая тонкие губы. - Тэцуджи скоро обещал зайти.-он говорил это так просто словно Рико должен был что то понимать, но сознание звенело, а тело чесалось от того что все было слишком чужим, он не понимал что должен делать и где он. Рико как птичка наклонил голову просто не понимая кто такой Тэцуджи и откуда этот мужчина его знает. Но спросить не решался, мужчина уже отошел к столу, на Рико накатывала усталость, и хотелось безумно спать. Было страшно уснуть в этом незнакомом мире и еще страшнее оставаться в сознании. Что то упорно отсекало его от нормальности, от мира. И он поддался этому смотря в нереальные серые глаза, которые частенько выручали его в самых худших ситуациях. Все еще он не понимал не кто он, не где, потерянный и одинокий. У него даже отобрали этот чертов труп, единственное что не причиняло ему вреда и было рядом, но даже этого не осталось. Остался только дикий ужас, Рико прикрыл глаза, судорожно выдыхая незнакомы и такой чистый воздух. Можно поспать, время еще есть. Когда за ним пришел еще один незнакомый мужчина, Рико уже накормили и даже сменили повязки. Рико даже не дергался в попытках уйти от касаний, он просто это принимал, пусть местами болело до слез. Но он понимал что этим всем стоит пользоваться, чудовище где-то рядом и перевязывать его он не будет. Когда в комнату вошел мужчина с этим холодным, темным взглядом Рико неосознанно подобрался всем телом. Мозг судорожно пытался вспомнить, потому что Рико был убежден что должен был помнить, что это было важно, что есть правила и люди.. И… где оно все? Пустота, паника подкатывала к горлу и грозилась выйти наружу вместе со всем съеденным ранее. - Рико. Как ты себя чувствуешь? Интересный вопрос, Рико открыл рот в попытке что то сказать, но только жалко что то прохрипел. Голова резко мотнулась, что бы избавиться от всех пугающих мыслей, и попробовать еще раз выдать что то внятное. - Я порядок.. -в итоге кивнул он, стараясь попутно не отводить замученного взгляда от высокого мужчины, разглядывая морщинистое лицо. Мужчина покривил губы, и вторил киванию Рико. -Порядок. – эта гнетущая неловкость выжигала что то в Рико, он боялся не так этого чувства как периферию того что он многое упустил и что то должно быть еще. - Ты помнишь что случилось? Помнишь что происходило? -задал он вопрос стальным голосом, наверное Рико и забыл как моргать, повторяя за старшим. -Помню.. Я ничего не помню. -с легкой паникой и поспешно прохрипел юноша. Он не понимал что конкретно должен сказать что бы не разозлить мужчину, было настойчивое чувство что трость в его руках могла бить достаточно сильно и сбежать Рико не удастся. Мужчина все еще без особых эмоций смотрел на него, после чего повернулся спиной и ушел за загадочную шторку, за нее Рико выводили только когда нужно было отмыть его, или в туалет. Было странно ощущать что этого больше не придеться делать под себя. Не сказать что юноша расслабился сразу после того как мужчина повернулся к нему спиной, но и прежнее напряжение было уже другим. Не таким острым. Он бездумно лежал на подушке, отсчитывая просто свои вдохи и выдохи. Раз. Вдох. Два выдох. Это помогало заглушать настойчивый гул мыслей. И ещё отвлекала от зуда заживающего тела. Рико измучено моргал, копаясь в себе, а потом снова переходил на отсчет. Пока не засыпал и вовсе. И так день за днем, это не было тоскливым для него, юноша постепенно стал понимать все и кое что припоминать. Людей. Команду. Себя, кажется выходя из под влияния таблеток, коими его пичкала ублюдина, он стал приобретать куда более человеческие формы, стал лучше осознавать себя, осознавать что вообще это за чувство. Начал становиться более активным, теперь он даже что то читал, когда ему это позволяло состояние. Во общем тихая рутина так и текла в его калеченой жизни, многое он так пока и не понял, но его устраивало и то что его больше не терзали и воспринимали как человека. Он уже спокойно мог сидеть на кровати, свободная одежда была черной, и он уже привык к этому, хотя и смириться все еще не мог, белые как сметана волосы были собраны сзади в небрежный хвост. Он вчитывался в текст и смутно осознавал что покачивается во время любого процесса, занимательно было то что его это в кои-то веки успокаивало. Посетителей кроме врачей и как оказалось его дяди, у него не было. С ним почти не ооворили, его личили и одна из ласковых медсестёр даже подбадртвала, но большего никто так и не давал. Ровно до определенного момента. Шторка небрежно и даже как-то судорожно качнулась, а потом на него уставилась пара затравленных зеленых глаз. Рико поднял голову и замер. Конечно он уже знает чьи эти глаза и не удивлён что видит их, жутко понимать что однажды его сознание забыло Кевина.. Перестроило его под себя и щаставило поверить в другую историю, была ли она правдивой, Рико пока был не в курсе. Он больше не мог доверять себе. Рико оставалось судорожно сжимать книгу в хрупких запястьях, когда парень в наглую рассматривал его, белея лицом, что ему не шло. -Значит правда все таки. – голос стал для Рико своеобразной неожиданностью. Его он не представлял, а теперь когда услышал то напрягся сильнее. Не верилось что его Кевин такой живой и вполне реальный стоит тут. Он просто не давал себе в это верить. -Ты.. Хозяин говорит что ты играть пока не можешь. Где ты был? -видно было что юноша говорил через силу и какое-то неясное волнение. -Играть? -Рико вздёрнул бровь и посмотрел на свое калеченое тело. Это уже и не смешно, захотелось хорошенько приложиться головой о стену. - Да. Ты же.. Говорят ты потерял память.. Мне вообще нельзя сюда приходить. – словно собираясь с мыслями говорил юноша. Он как то не складно собирал мысли, мялся на месте, длинные руки странно не могли найти себе места. Рико внимательно следил за этим, хотел потянуться и успокоить эти нелепые движения, они будили в нем что то еще более странное и забытое. Но он решил пока просто наблюдать за странным гостем. Конечно он молчал, потому что если вспоминать то что было с тем уродом в подвале, то Рико просто не понимает как ему говорить со своим товарищем.. Если это конечно точно товарищ. Рико поправил прядь что выскользнула с хвоста, и уставился на книгу поведя плачем куда-то в сторону. -Хозяин сказал что скоро ты переместишься обратно в комнату. -Моя комната? -спросил Рико и кажется это снова что то попортило на лице Кевина, Рико никак на это не реагировал, просто не понимал что это за перемены и как он должен себя вести. -Наша. Вороны, парная система.. Ты правда ничего не помнишь? Спросил его юноша, а Рико и не то что бы не помнил, он наверное уже не хотел помнить или знать, он снова пожал плечами и замолчал вовсе. Кажется Кевин больше не знал как вывести Рико на диалог, его рот закрывался и открывался, но без особого результата. В итоге он что то пробормотал и ушел. Рико был немного разочарован. Не такого он хотел разговора, но он слишком был слаб в своей собственной памяти, что бы помнить что обычно он говорил Кевину. Стало даже неуютно в собственной шкуре, и беда была не только в Кевине. Или в дяде. В других так называемых «Воронах». Дело было в серых глазах, он знал что Жан тоже не был выдумкой. Уже нет, но как в случае с Кевином он совершенно не помнил в каких отношениях был с ним и что будет если Жан тоже придет сюда. Или он то может и не придет, но если про переселение правда то у Рико есть все шансы его встретить где-то там, за этой шторкой. И что ему сказать.. Не может же он сказать ему то что так хотел сказать когда был в том ужасном месте? Рико поёжился и даже скривился, он не часто позволял себе такую вольность. Кривиться ему было нельзя, мало ли где этот урод ходит, но от всех этих жужащих мыслей он невольно позволял себе такие пакости. Он стянул со слабых волос резинку и аккуратно лег назад в постель, накрываясь темным одеялом, прикрывая глаза, снова считая свои вдохи и выдохи. Тело безумно зудело. Он устал.