прости меня.

Ночью я пытался покончить жизнь самоубийством. Странно, но у меня ничего не вышло. Странно, но на самом деле я лишь стоят и думал об этом и пытался в мыслях, пока сам, в свою очередь держался за жизнь до последнего. Я вдруг понял, что не могу покончить эту жизнь, пока не увижу его тело, пока не буду уверен на все сто процентов. Почему то я сильно разозлился, когда вдруг до меня дошло, что парня буквально похоронили, так ничего и не узнав и не дав ему шанса вернутся. Быть может он всё ещё жив и где то идёт, быть может просто случилось что то, где ему пришлось задержаться. Я злился на весь лагерь и злился на каждого. Был зол на всех, кто согласился провести прощальный вечер, ничего не знав. В своем гараже ночью я не появился. Просидел до рассвета возле реки неподалеку от лагеря, к которой мы толком не ходили, а после, когда солнце полностью встало и я начал слышать шум со стороны банд, то вернулся. Вернулся и впервые за несколько дней поел вместе с остальными. —рад, что вы сегодня в ресурсе, капитан. - сказал один из парней, а я ему лишь кивнул. Я был до сих пор не в ресурсе, но за ночь меня посетило много мыслей, я придумал целый план, а чтобы его осуществить, мне нужны силы. Днём я сумел найти на каком то заброшенном поле две небольшие картошки, которые начинали гнить. Для меня это была победа. Я никогда в жизни ещё так не радовался обычной картошке, но сегодня это спасает мне жизнь. Неужели это знак от мира, что мой план действительно хороший и вся планета и природа помогает мне его осуществить? Мне казалось, будто он и правда жив, будто это всё не просто так. По пути к двадцать вторых я собрал молодой крапивы, которой у нас было довольно много. Из всего этого на обед у меня получилось сварить что то типа супа. Пускай в этом была лишь вода, картошка и крапива, но поесть горячее многое значило для нас и нашего уже почти мертвого организма. —спасибо за еду. - говорят парни и расходятся по своим делам. Я же, в свою очередь, впервые за несколько недель привожу себя в порядок и готовлю вещи, которые возьму с собой. Это была фляга с водой, небольшой кусок хлеба и кофта, на случай, если будет очень холодно. На протяжении всего дня я и виду не подавал, что собираюсь сбежать. Меня бы никогда не отпустили, пускай я и сам капитан. Весь день я ходил по лесу недалеко от лагеря и собирал какие то ягоды в карман. Их было очень мало и ещё зелёные, но для меня это источник сил, поэтому всё отправлялось в карман моих штанов. Эти ягоды я никому не показывал и, возможно, поступил неправильно, но мне было важнее, как я думал. До ночи я просидел в гараже, на ужин мы ели опять картошку, которая у нас завалялась, и пили чай из цветов, которые я насобирал себе, но всё же выделил две штуки группе Сов. Солнце давно зашло за горизонт и его заменила луна. Она была не такая яркая, но как будто тоже грела. Ещё днём я вынес нужные вещи, а сейчас, когда нужно уходить, захватил факел. Все спят очень чутко, поэтому когда выходил, но сообщил парням, что иду в туалет. Те кивнули и снова провалились в сон. Мне удалось забрать тихо вещи и прошмыгнуть глубоко в лес, где я больше не видел лагерь и не слышал оттуда звуков. Факел освещал мне дорогу и грел руки, поэтому я полный сил, так как перед выходом немного поспал, иду в путь. Два дня я планировал этот выход, чтобы просто найти человека. Мне было неважно, труп это или ещё живое тело, мне хотелось найти и поставить точку, чтобы ничего меня не терзало, чтобы я мог спокойно или жить, или закончить начатое прошлой ночью. До утра я ходил по всему лесу в той зоне, в которую они должны были пойти. Тут и правда были следы, а в некоторых местах куча сгоревших веток, кажись от костра. Это давало мне надежду на что то хорошее, что на самом деле они просто задержались. По пути я не встретил ни одного продукта, который можно было бы съесть, поэтому был уверен, что еду они всё же собирали. Ближе к утру, когда я уже начал слышать щебетание птиц, разложил под небольшим кустом небольшую ткань, которую захватил с собой в последний момент. На эту ткань я положил остальные вещи, факел воткнул в землю и пошел собирать ветки. Мне хотелось перекусить и, возможно, немного поспать, чтобы идти дальше было легче, ведь последний час я начинал чувствовать усталость. Я бы мог идти до последнего, как и планировал, но понял, что если пойду дальше, то пропаду, как и он, и тогда неизвестно, что будет. Мне хотелось хорошего конца в этой истории, поэтому уже через пол часа сидел на недавно положенной ткани и грелся у костра, попивая сделанный чай из ягод. Позже горячие ягоды я съел и лёг около костра, закрывая глаза. Под тканью у меня лежал нож, который всегда валяется у меня в боковом кармане штанов. Я проваливаясь в сон и сплю, кажись, несколько часов, не просыпаясь. Меня ничего не тревожило и казалось, будто тут спится ещё безопаснее, чем у нас на базе. Проснулся я по ощущениям по среди дня, возможно было часа два. Вполне довольный, я съел небольшой кусок от хлеба, который взял, а после всё спрятал. Костер давно потух, а вот факел я потушил сам перед сном. Пока что в нем нужды нет, поэтому я просто тащу его в руке. Мой поиск продолжался и теперь я сворачивал в сторону куда по ихнему плану, они и вовсе не должны были идти, но я смотрел каждый угол, поэтому мне важно было проверить, что там происходит. Походив пол часа, я ничего странного не заметил, поэтому пошел дальше по назначенному пути. Этот лес я знал хорошо, поэтому не боялся, что потеряюсь. Он был большим, но живу я тут достаточно долго, чтобы не знать его. Я вновь встречаю следы шагов и сразу узнаю ноги парней, поэтому иду по следам в попытке понять, куда они всё таки шли, ведь поворот в сторону лагеря уже был пройден. Шаги ввели дальше в глубь самого леса. Там, где они и вовсе не должны были быть. Мне казалось это странным, но небольшой страх, который появился, не остановил меня. Я шел до последнего, пока шаги резко не оборвались. Они будто провалились сквозь землю, и теперь я не понимал, куда идти и куда делись парни. Я посмотрел на вверх, но там тоже ничего не увидел. У меня был вариант продолжить идти прямо, а был вариант свернуть. Я не могу думать логически, ведь вовсе не понимал, куда они идут, но решил всё же свернуть. Что то мне подсказывало. До самой ночи я шел, но следов больше не видел. В руках снова горит факел, я натянул кофту и продолжил длинный путь. В моменте я подумал про лагерь, который явно меня потерял, и, наверное, уже тоже вырыл мне могилу, ведь это всё, что они умеют. Они всегда кричат, что убьют каждого за своего, но по итогу бояться и дерутся только за свою жизнь. Сидят и никогда не пойдут в бой, когда в беде другой. Меня опять окутывает злоба. Думаю, я бы не удивился, если бы пришел и увидел свою могилу или пришел и попал на прощальный вечер. Наверное, я бы посмеялся. Ведь это правда смешно, когда человек на словах обещает свернуть для другого горы, а когда дело доходит до действий, то просто тихо уходит, будто вовсе ничего такого не говорил. Всю ночь ходить у меня не получилось, я почувствовал, что начал замерзать, поэтому вновь остановился под каким то кустом, расстелил себе всё и стал собирать дрова для более большого костра. За пол дня, как я ходил по ещё неисследованной территории, нашел липу и ещё ягод с грибами. Я сделал себе самый вкусный чай, а после подарил грибы и, наверное, впервые хорошо наелся за время этого похода. Факел я потушил, а сам улёгся поближе к костру. Он грел меня, а я понимал, что чувствую себя хорошо. Мне было тепло и я не голодный. Лежу и греюсь, а главное живу с огромной целью, к которой иду каждый день, не переставая. Не знаю, смогу ли я ее добиться, но каждый раз мне казалось, что вот я отдохну, встану, пройдусь и найду того, ради кого сюда и вышел. Наверное, только это не позволяло мне сдаться и вернуться в лагерь, где меня явно накажут. Мне хотелось вернуться с парнями и доказать, что я не просто главный двадцать вторых, а что я герой всего лагеря и спас не только свою жизнь, но и жизнь четырех групп, которые так и остались без главных и стали довольно подавленными. Но всё это было на втором плане, ведь вышел я сюда ради себя и из-за своих чувств. Возможно, это даст мне остынуть, и я вернусь в лагерь без него, но и без той части себя, от которой мне самому моментами противно. Хотел ли я на самом деле избавиться от этих чувств? Нет. Они заставляли меня жить и доказывать, что я не слаб. Поэтому я тут. Лежу возле костра и знаю, что как только я проснусь, то сразу стану на ноги, продолжая свой путь, и, быть может, именно завтра я закончу эту историю счастливым концом. По крайней мере, мне хотелось этот счастливый конец.