Созвучие красок

После той ночной прогулки их общение стало постепенно наполняться чем-то новым. Они не сговаривались о встречах, но всё чаще пересекались в кафе, где Нил продолжал работать, а Эндрю будто бы случайно появлялся именно в его смену. Иногда Эндрю оставался надолго, с блокнотом в руках, делая быстрые наброски или просто наблюдая, как Нил бегает между столиками. Переписка между ними началась легко и просто. Сперва короткие сообщения: "Кофе был терпимым." "Ну раз так...В следующий раз попрошу Кевина больше не добавлять тебе двойную порцию карамели)" "На самом деле кофе был не слишком уж и плохим.." А потом сообщения становились длиннее: обсуждение музыки, книг, случайных тем. Нил часто пытался разговорить Эндрю, раз за разом возвращаясь к теме той самой картины. "Ну покажи уже картину. Ты же сам сказал, что я вдохновил тебя, мне полагается увидеть результат." "Не готов." "А чего стесняться? Думаешь я раскритикую? Или может, ты рисовал меня с хвостом и ушами?" "Интересная идея. Запишу." Нил смеялся, читая эти короткие ответы, но не сдавался. Прошло несколько недель. Их общение стало частью повседневности. Теперь их часто можно было встретить улыбающихся в свои телефоны. Иногда Нил скидывал короткие видео, где он играл на скрипке, записанные на телефон. Эндрю редко отвечал что-то конкретное, но Нил знал что тот слушает. В один из прохладных летних дней Эндрю впервые решился. "У тебя есть время сегодня?" "Завидую твоей спонтанности. Есть." "Приезжай ко мне в студию." Нил удивился. "Серьёзно?" "Да. Давай, пока не передумал." Адрес пришёл спустя минуту. Студия Эндрю находилась в старом здании. Высокие потолки, большие панорамные окна с видом на город. Лестница скрипела под ногами, когда Нил поднялся на нужный этаж. Дверь была приоткрыта, но он всё равно постучал. — Заходи. Голос Эндрю прозвучал где-то из глубины помещения. Нил толкнул дверь. Внутри пахло красками и сигаретами. Вдоль стен стояли мольберты с незаконченными работами, разбросанные кисти, банки с водой. На одном из столов валялись карандаши, исписанные блокноты. Эндрю сидел у окна, спиной к двери, склонившись над холстом. — Прямо как в фильмах — заметил Нил, закрывая за собой дверь. Эндрю обернулся. — Разочаровал? — Пока нет. Но я всё ещё жду подвоха. Эндрю медленно встал и подошёл к дальнему углу, где стоял накрытый тканью холст. На секунду он задумался, а потом снял покрывало. Нил замер. На картине он увидел самого себя, тот самый момент, когда он играл на скрипке на площади. Вокруг него будто вихрем кружились тени людей, размытые и расплывчатые, а он сам был удивительно чётким и как будтосветился. Рыжие кудри светились в лучах заходящего солнца, а лицо отражало полное погружение в музыку. Нил ещё никогда не видел, что бы кто то так чётко сумел бы передать емоции через картину. — Это... — Нил выдохнул. — Ты. — Я вижу. Он подошёл ближе, разглядывая детали. Взгляд сосредоточенный и отстранённый одновременно, лёгкий наклон головы, тонкие пальцы зажатые на грифе скрипки. — Ты так меня увидел? Эндрю чуть заметно пожал плечами. — Как смог. Нил долго молчал. — Знаешь, мне казалось ты покажешь что-то… другое. Что-то более абстрактное. Но это… слишком реально. Эндрю усмехнулся. — Я не люблю абстракцию. Они замолчали. В студии было тихо, слышался только слабый шум ветра за окном. Нил продолжал рассматривать картину, будто пытаясь понять что-то важное. — А сколько ещё картин? — осторожно спросил Нил. Эндрю повернулся к другому мольберту. — Хочешь увидеть? — Конечно. Эндрю показал ему ещё несколько работ. Нил увидел себя в разных образах: где-то это были только контуры, где-то размытые силуэты, в другой его лицо было почти неразличимо, скрытое в тенях и красках. — Ты словно собираешь меня по кусочкам. — Может быть. Нил сел на подоконник, задумчиво глядя на картины. — Ты рисовал меня, даже когда я об этом не знал. Эндрю тихо хмыкнул. — Это мило. Хотя на тебя не похоже. Миньярд только скосил на него взгляд, но ничего не сказал. Нил остановился у окна. С улицы тянуло прохладным воздухом. — Здесь уютно — тихо сказал он, глядя на улицу. Эндрю встал рядом, остановившись чуть ближе, чем обычно. Нил чувствовал, как рядом с ним затаилось тепло. — Ты часто так кого-то приглашаешь? — Нет. Нил повернул голову, их взгляды пересеклись. Эндрю не отвёл глаз. — Почему тогда я? Эндрю посмотрел на него пристально, и в его взгляде не было привычной отстранённости. Только лёгкая задумчивость и возможно нечто большее. — Ты знаешь — Тихий голос, почти шёпот. Нил чуть заметно вздрогнул, будто эти слова сдвинули в нём что-то с места. Он не был уверен, что делает, но в этом моменте это казалось правильным. Нил прикусил губу, на секунду отвёл взгляд, но тут же вернул его обратно. Между ними было всего пара шагов. — Я могу угадать. Эндрю склонил голову чуть набок. — Попробуй. Медленно, осторожно, он шагнул ближе, преодолевая то пространство, что оставалось между ними. Его рука чуть дрогнула, словно он хотел поднять её, коснуться Эндрю, но не решился. Эндрю не отступил. Он просто смотрел, не отводя взгляда. Нил замер всего в нескольких сантиметрах. Его дыхание смешалось с дыханием Эндрю, и теперь воздух казался тяжелее. Он видел как взгляд Эндрю на мгновение скользнул к его губам, и сердце сбилось с ритма. Решившись, Нил медленно потянулся вперёд. Их губы встретились несмело, осторожно, словно оба проверяли, не разрушит ли это хрупкое равновесие между ними. Поцелуй был лёгким, почти невесомым, как прикосновение крыла. Эндрю не двинулся, не отстранился, но и не ответил сразу. Он просто стоял, позволяя этому моменту случиться. Нил отстранился первым, глаза его были широко раскрыты, дыхание сбилось. — Если я ошибся… — его голос дрогнул. Эндрю не ответил словами. Вместо этого он медленно наклонился к нему и сам коснулся его губ, чуть увереннее, твёрже. Поцелуй был таким же сдержанным, но в нём уже не было сомнения. Нил замер, чувствуя как ладонь Эндрю едва заметно коснулась его запястья. Это было почти неуловимо, но от этого прикосновения пробежала дрожь. Когда они отстранились, Эндрю смотрел на него спокойно, с привычной невозмутимостью, но в глазах что-то изменилось. — Не ошибся — тихо сказал он. Нил на секунду прикрыл глаза, пытаясь вернуть дыхание. Потом усмехнулся, чуть покачав головой. — Теперь я точно приду на выставку. Эндрю медленно выдохнул, взгляд его смягчился. — Посмотрим. Тишина снова окутала комнату, но теперь она была тёплой, уютной. И в этом молчании было больше, чем в любых словах.

***

В кафе было шумно, как обычно. Звон чашек, гул голосов, запах свежей выпечки и крепкого кофе. Эндрю сидел за привычным столиком у окна, лениво мешая ложкой слишком сладкий карамельный латте. Напротив расположились Ники и Аарон. Ники что-то весело рассказывал, размахивая руками, а Аарон лениво листал ленту в телефоне. — Ты опять с этим лицом, Эндрю — поддразнил Ники, склонив голову на бок. — Скажи честно, ты специально заказываешь этот приторный латте, чтобы только на Нила посмотреть? Эндрю поднял на него ленивый взгляд, не утруждая себя ответом. — О, смотри, он покраснел — захихикал Ники, ткнув локтем Аарона. — Это свет так падает — буркнул Эндрю, отводя взгляд в сторону. Аарон бросил короткий взгляд на брата, затем на Нила, который мелькал между столиками с подносом в руках. — Ты хоть сам понимаешь как палишься? — лениво протянул он. — И что это у вас теперь? — Никакого "этого" нет, — сухо отрезал Эндрю, делая глоток кофе. — Конечно нет — фыркнул Ники. — Поэтому ты знаешь его график лучше, чем он сам. Кевин, проходя мимо, усмехнулся, уловив часть разговора. — Если что, я за это не отвечаю, — бросил он, ставя заказ на соседний стол. — Ты ещё тут? — Эндрю скривился. — А ты? — парировал Кевин и удалился за стойку. Ники ухмыльнулся: — Слушай, а ты хоть сказал ему про выставку? Эндрю замер на секунду, затем полез в карман за телефоном. Эндрю: "Выставка послезавтра. Галерея на Пайн-стрит, 19.00 Нил не заставил себя ждать с ответом. Нил: "Приду. И постараюсь удивить тебя." Эндрю нахмурился. Удивить? Что бы это значило? День выставки наступил быстрее, чем Эндрю ожидал. Галерея на Пайн-стрит была заполнена людьми. Картины, написанные за последние месяцы, висели на белоснежных стенах, освещённые мягким светом ламп. Среди них было несколько портретов Нила — лёгкие наброски и детальные изображения, полные движения и эмоций. Ники, Аарон и Кевин уже были там. — Ну что, где твой скрипач? — Ники с любопытством окинул взглядом толпу. Эндрю молчал, напряжённо вглядываясь в дверной проём. И вот Нил появился. В тёмных джинсах, светлой рубашке и с футляром от скрипки в руке. Он выглядел спокойно, но в глазах горел огонёк. — Привет — Нил подошёл ближе, взгляд скользнул по картинам. — Они потрясающие. Эндрю кивнул, пряча неловкость. — Это ты и хотел показать? — Нил ухмыльнулся, кивая на портрет с его образом. Эндрю собирался что-то ответить, но в этот момент Нил открыл футляр и достал скрипку. — Что ты… — начал Эндрю, но Нил лишь подмигнул. Он медленно поднял смычок, и по галерее разлились первые ноты. Музыка была лёгкой, воздушной, и в то же время глубокой. Люди замерли, обернувшись на источник звука. Картины на стенах словно ожили, музыка наполнила их движением, смыслом. Это был идеальный тандем искусства. Эндрю стоял, не в силах отвести взгляд. Музыка проникала под кожу, заполняя всё вокруг. Нил играл с такой отдачей, что казалось, он разговаривает со всеми сразу, и при этом не отрывая горящих глаз от него. Когда последние ноты затихли, в галерее повисла тишина, а затем раздались аплодисменты. Нил опустил смычок, тяжело дыша. — Ну как, удивил? Эндрю медленно подошёл ближе, остановившись всего в шаге. — Ты знаешь — тихо сказал он, голос был ровным, но в глазах что-то блеснуло — я терпеть не могу, когда меня выводят из равновесия. Нил усмехнулся. — Придётся привыкнуть. Эндрю медленно поднял руку, и не отрывая взгляда убрал рыжую прядь с его лба. — Возможно. Ники где-то за спиной восторженно захлопал в ладоши. — Ну всё, теперь это точно "оно"! Аарон только вздохнул, а Кевин качнул головой с лёгкой улыбкой. Эндрю не обратил на них внимания. — Пойдём отсюда — тихо сказал он. Нил кивнул. — Только заберу скрипку. Эндрю чуть улыбнулся. — Не забудь. Она теперь часть моей выставки. И пока вокруг галерея наполнялась разговорами и смехом, они вышли вместе в прохладный вечер, оставляя за спиной картины и музыку, зная, что их история только начинается.