Elysium problems

Светлые стены школьного кафетерия были окружены звонким гулом, что состоял из громких разговоров учеников и преподавательского состава. Сквозь огромные панорамные окна светил солнечный свет. За чистым прозрачным стеклом был виден зеленый школьный двор, с ровным газоном и множеством деревьев, что украшали территорию учебного заведения. Ученики прогулочным шагом расхаживали по двору и проводили свой законный перерыв на природе, отдыхая на свежем воздухе. В середине первого семестра, в мае, погода была уже довольно теплой, хоть и дул прохладный ветерок. Но это всё же было лучше, чем умирать под палящим солнцем и задыхаться от сухого воздуха. В отдельном от школы здании народа было не меньше, чем на улице. Кто-то сидел большими компаниями за круглыми белыми столами, уплетая еду с черных подносов за обе щеки, пока кто-то другой стоял в очереди за очередной добавкой, урча не до конца наполненными желудками. Кто-то уже доел всю свою еду и просто сидел, болтая о чем-либо и листая ленту соцсетей в телефоне, дабы обсудить новые тренды моды. А кто-то просто был. Был, отчужденный от чужого внимания... Агх, какая же скукота, правда? Плевать на них, даже в ученики таких жалких людишек записывать не будем. Лучше считать их школьными призраками или невидимками, которые просто существуют и напрасно тратят весь кислород в школе. А хорошего воздуха и без них было маловато. Зачем обращать внимание на всяких неинтересных и бедных личностей, от которых только зевать и тянет? Вот именно, что просто незачем! Так что лучше обратим внимание на остальных учеников этой старшей школы. На остальных учеников этой школы, что были куда забавнее и интереснее призраков. На учеников, что светили своими дорогими ювелирными украшениями, что так и блистали на свету. На учеников, что всегда ходили с последней моделью нового телефона, были в красивой школьной форме, сшитой специально на заказ из хорошей заграничной ткани, что так и облегала изгибы их тел во все нужных местах. Их лица были выбеленными, сияли дорогой косметикой, а также подходили под стандарты корейской красоты спустя множество хирургических вмешательств. И все эти ученики выглядели такими радостными, скрывая свою алчность и враждебность за милыми ухмылками, и наивно хлопающими глазами. И у каждого на груди темно-синей школьной формы красовалась красная эмблема с белым и нежным цветком невинности — лилией. Если ты видишь знак лилии на школьной форме старшеклассника, то знай, что это эмблема старшей школы Нари. Нари — частная и довольно престижная старшая школа в Сеуле, в которую мечтал попасть каждый подросток. Самая лучшая школа во всей Южной Корее, что существовала уже не первый век и обучала самых выдающихся детей. Выпускникам этой школы были открыты двери в любой университет, где их ждали с распростертыми объятиями и горящими глазами, что были полны любви и уважения. И далеко не важно, на сколько баллов ты сдал свои экзамены, ведь до этого ты учился в старшей школе Нари. Только проблема была в том, что в Нари учились и учатся до сих пор только дети толстосумов. Дети наглых мерзавцев с большими кошельками, но с такими белоснежными выученными улыбками, от которых млели все. Почти все места в Нари были раскуплены, а школьные коридоры занимали бессовестные симпатичные личики, под которыми прятались пустоголовые идиоты. Мозг ведь нужен лишь для красоты внутренней, а ума для такого не надо. Мерзко же, когда открываешь черепушку, а там пустота, а не желеобразный орган. Из-за этого выдающихся детей в элитной школе почти что и не было. Максимум те, кто действительно с самого своего детства пахал над учебой под надзором лучших репетиторов и строгих родителей, а также те, кто сдал экзамены и попал в школу с самым чистым везением. Хотя... Про везение слишком громко сказано. Но не должна же престижная школа вызывать подозрений? Было бы странно, если бы в Нари учились одни детёныши депутатов и других важных в мире личностей, что не имеют мозгов и талантов, когда на самом официальном сайте школы написано «Для самых одаренных детей Кореи» Хотя тут больше подойдет для детей с «особенностями» Поэтому школа придумала схему, в которой под «везением» подразумевались места, что были специально отведены для детей простолюдинского класса. Для школьной администрации было очень удивительно, когда они каким-то образом обладали высоким интеллектом и сдавали сложные вступительные экзамены, ведь даже самому директору школы это было не под силу. А как же верещали эти дети, когда попадали в школу Нари. Как они были рады! Только потом плакали навзрыд из-за «безобидных» подростковых шуточек от других учеников и молчали в тряпочку, становясь школьными призраками. Мило, правда? Особенно очень иронично, когда лилия, что была главным символом школы — это чистый цветок непорочности и невинности. Но если вспомнить про такие значения лилии, как красота, изящество и роскошь, то абсолютно всё складывается на свои места. Боже, бедные забитые дети из нищенских семей, как же их жаль... Как же хорошо, что Феликс не такой. И никогда им не будет. Сама судьба наградила мальчика жизнью в обеспеченной влиятельной семье, а также красивой внешностью, по которой страдали многие. Крашеный блонд, за которым нужно ухаживать дорогими уходовыми средствами, чистая сияющая кожа с веснушками, карие оленьи глубокие глаза, а также пухлые губы, которые так и хотели поцеловать многие. Не человек, а мечта. Тот, кем всегда можно без стыда похвастаться, а также с его помощью обрести внимание и популярность. Жаль, что характер у Феликса гниловат, и не все выдерживали. Но самому Феликсу от этого зачем страдать? Пусть другие жалкие существа страдают. Быть избалованным ребёнком и не словить завышенную самооценку — сложно. Быть избалованным ребёнком с завышенной самооценкой и не попасть в компанию таких же детей — ещё труднее. Поэтому Феликс с детства был той ещё дрянью. Вечно ругался с кем-то, беспощадно разбивал чужие сердца, дрался по-честному, налетал большой компанией на одного беспомощного человека, а также распространял слухи и издевался над людьми, делая кого-то изгоем общества. Но сейчас Феликс считал, что жизнь жутко несправедлива с ним. Будучи ребенком в богатой семье, он привык, что ему потакают все. Все его самые заветные желания всегда были исполнены в обмен на то, что мальчик будет учиться и вести себя хорошо, а не валять дурь и тусоваться с пьяными сверстниками в клубах Сиднея. А Феликс что? А Феликс так и делал. Был хорошим и невинным дитем для родителей, хорошим братиком, замечательным другом, а также человеком, что хорошо относится к животным и обожает их до жути. И хоть мальчик ужасно относился к кому-то в школе, и иногда вёл себя как самое настоящее чудовище, он всё равно был хорошим с близкими. Да и тем более, когда Феликс ходил на «ночевки» к друзьям, что подразумевали под собой вечеринки с кучей алкоголя и запрещёнки, Феликс всё равно не закидывался до смерти, ведь его об этом просили родители. Ладно, маленький грешок всё же есть, но он был всего один раз. После этого Феликс пил только лёгкие напитки по типу дорогого шампанского и вина. Хотя, если бы у Феликса было желание, он бы уже давно забухал и закинулся дурью, ведь ему всё равно на запреты родителей. Просто не привлекала его эта затея и такой образ жизни, ведь всё это казалось ему очень жалким и стрёмным. Так что там про желания? А, вот только последнее и самое главное желание Феликса родители не исполнили. И желанием было не переезжать из родной и горячо любимой Австралии в ебучую Корею, где на данный момент жить особо то и не хотелось. Феликс в Сеуле был довольно часто. По несколько раз в год уж точно он был на своей коренной родине, проводя всё своё время со старшим двоюродным братом, что с самого рождения жил на другом материке. Сеул был замечательным и интересным городом возможностей, где можно было хорошо погулять и весело провести своё время, закупиться хорошей одеждой и поесть разной национальной еды. Ликс давно привык к этому городу и считал его своим вторым домом, но Феликс всё равно бы в жизни не подумал о том, что ему придется покинуть всех своих друзей в Сиднее и жить в Сеуле на постоянной основе. Парень не знает, на кой черт его отцу, с этим семейным бизнесом, надо было переехать в Корею, а также взять с собой всю свою семью, но он уже ненавидел всю эту затею. И теперь Феликс проживает свой самый ужасный и ненавистный первый день в Нари, в которую его с младшей сестрой зачислили в середине первого семестра. Понятно, что зачислили не просто так, а за огромную сумму денег, ну, а также за замолвленное от родного дяди словечко, что постоянно вкладывает немалые деньги в школьный фонд, ведь двоюродный брат Феликса уже учится здесь, причём довольно давно. По рассказам старшенького братика, Феликс узнал, что тот довольно популярен в школе, встречается с каким-то парнем, так ещё и водится с такими же богатыми и избалованными придурками. В общем, живет обычной жизнью богатенького подростка. Но несмотря на весёлые рассказы брата, от которых живот болел, сейчас Ликсу было определенно скучновато. С утра его одноклассники познакомились с ним, а на этом... И всё, ведь никто из них Феликсу интересным не показался. Ещё и тот самый двоюродный брат именно на этой неделе улетел по делам в Токио, даже не помогая влиться своим младшеньким в школу. Вот же... Козлина. Так что все уроки пришлось тупо и одиноко просиживать в телефоне и с беспроводными наушниками в ушах, даже не слушая, что говорит учитель. А тот особо и не трогал Феликса, видимо зная, из какой семьи парень, а также привыкнув к наплевательскому отношению многих детей. Поддев серебристыми палочками кусочек тёплой говядинки в кисло-сладком соусе, Феликс засунул её себе в рот, начиная аккуратно прожевывать. Нахмурившись, он тихо промычал от удовольствия, но никто это не услышал и не обратил внимания, ведь гул в столовой был очень громким. По мнению Феликса, мясо было вкусным и качественным, так еще и хорошо промаринованным. Ну конечно, что же ещё ожидать от элитной школы? Точно не помои со свалки, ведь любящие родители платят огромные деньги за комфортную жизнь их чада. Повернув голову назад, парень выцепил взглядом свою младшую сестру, что сидела за столом со своим новым классом и что-то кушала, прикрывая рот ладонью. По всей видимости, Оливия уже нашла себе новых подружек, многие из которых смотрели на нее с завистью и восхищением, активно расспрашивая о чем-то. Вот же везучая, ей в отличие от второго Ли со скуки умирать не придется. Ранее гудевший стол, за которым сидел Феликс, резко замолчал. И тут Ликс почувствовал, что все взгляды в столовой упали на него. Повернувшись обратно, Ли резко наткнулся темным взглядом на высокого парня, что с ухмылкой стоял прямо перед ним, сложив руки на груди. Симпатичный. Его наглый взгляд устремлялся прямиком на Феликса, бегая вверх-вниз, как бы оценивая мальчика. Черные волосы красавца свисали до плеч, проколотая левая бровь поднялась, пока пухлые губы растянулись в самодовольной улыбке. Интересно... Это что еще за экспонат такой? Так еще и в черной кожаной куртке, вместо школьного пиджака или кардигана. — Новенький, приветик, — с ноткой азарта в голосе произнес он, а затем положил руку на плечо парня, что сидел рядом с Феликсом, — Свали-ка, сонбэ надо поговорить с красавицей. И бедный одноклассник Феликса, имени которого он даже не запомнил (ведь был со слишком скучной внешностью и голосом), сразу же испарился с места, предоставляя свое нагретое место школьному авторитету. — Как тебя зовут, милый? — нежно спросил его тот симпатичный парень постарше, присаживаясь рядом. Он взял Феликса за левую руку, сжимая ее в своей хватке и теплых руках, а затем поднес к своим губам, коротко чмокая. Феликс, что до этого мирно жевал свою еду, лишь вскинул брови от этого жеста, стараясь не кривить лицо. Что это за херня? Он из дёшевой дорамы вылез, или какого хера этот парень ведёт себя так? — А ты сам кем будешь? — низким голосом безразлично спросил у него Феликс, прищуривая карие глаза. — Вау, — брюнет удивленно расширил глаза и ухмыльнулся, — Не такой я голос тебе представлял, но тебе все равно идёт. А ты знал, что не хорошо вопросом на вопрос отвечать, красавица? Или твои родители не учили тебя? Как зовут, я тебя спрашиваю. Выдернув руку из чужой хватки, Феликс выпрямился, недовольно смотря на парня перед собой. Большинство в столовой смотрели на это шоу с явным интересом. Не было слышно ни единого звука. Ощущение, что даже рабочий персонал перестал убираться, не звеня тарелками в другой комнате, дабы услышать этот романтичный и больше подходящий на сцену из дорамы балаган. — Ли Феликс. А ты? — А я? Ммм, дай мне подумать... — он взял палочки из рук Феликса, ловко подцепил говядину из его тарелки и засунул ее себе в рот, тщательно прожевывая, — А я твой будущий парень. Увидимся ещё, красавица. И запомни, что ты моя следующая цель. — Блять? — Феликс нахмурился и отвращено посмотрел на свои палочки, которые тот идиот кинул на стол, а затем ушел к своим друзьям под их ухмылки и смешки, — Что за придурок... — Реально придурок, даже с нами не поздоровался, — возмутился одноклассник Феликса, жуя сладкую булку. Его Феликс запомнил, ведь тот ему напоминал кого-то, только Ликс не может понять кого. И звали этого парня — Хан Джисон, — Друг еще называется... Скажи же, Сынмо? — Он с нами здоровался, Джисон, — ответил ему второй одноклассник, тяжко вздохнув. Он тоже с утра знакомился с Феликсом, причем у Феликса было ощущение, что тот знакомился с ним ради приличия. Ладно, Феликс буквально делал то же самое, так что он не оскорблен, — С утра, когда мы вместе из Элизиума выходили. Выходили вместе из Элизиума? Неужели они тоже живут в Элизиуме? Кто в кругах Сеула не знает про сам Элизиум? Да не только в кругах Сеула, да и во всей Корее в целом. Сады Элизиума или по другому «Elysium Garden» — один из самых роскошных жилых комплексов для высшего класса в Сеуле. Апартаменты мечты, доступные только для одного процента самых богатых людей. Все хотели жить там, в этом райском уголке, что оснащён всем необходимым. Своя квартира, красивые виды на самые лучшие уголки Сеула, спортивный зал, бассейн, разные клубы, добрые соседи, зона отдыха и многое другое. Только избранным удавалось познать всё это, ведь это место для богатеньких людишек и их избалованных детей. Феликс озадаченно посмотрел на них. Он теперь тоже живет в Элизиуме, но это странно, что сегодня был первый раз, когда он увидел их. Он ведь и до этого жил там, когда они с семьёй приезжали к дяде и тёте в Сеул, чтобы погостить. У него там даже своя отдельная комнатка имелась, что теперь стала его на постоянной основе. — А кто это? — спросил Ли у парней, интересуясь данным придурком, что кажись был на всю голову отбитым, а также избалованным родительскими поглаживаниями по голове. — О, новенький, наконец-то ты заговорил! Я то думаю, когда снег с земли выпадет. Предоставь это мне — Хан Джисону, ведь сейчас я тебе быстренько и абсолютно всё расскажу! — Погрустневший и надувшийся до этого Джисон сразу же улыбнулся и начал быстро тараторить, активно жестикулируя и глядя на нового одноклассника, — Мы конечно не в дораме про богатых школьников, но тут что-то подобное постоянно происходит. И знаешь, это так прикольно! Это же то самое ощущение, когда переехал в Корею из другой страны, до этого всё время напролёт смотря дорамы про романтику богатых подростков в элитных школах, а потом ты сам откидываешься в ту же самую атмосферу! Ты понимаешь насколько это круто? Или ты в Австралии дорамы не смотрел? — Смотрел, но не особо, — Феликс скучающе посмотрел в сторонку, стараясь не скривиться от такого бесконечного галдежа. Боже, раздражает. Уже голова болит. — О, вот как... В общем, парень, что сейчас подошёл к тебе — Хван Хёнджин. Он тот самый богатый и популярный парень-сердеец, что общается с другими богатыми и популярными учениками, а также имеет свою компанию друзей. Хван на самом деле придурок тот ещё, не отрицаю, но он такой угарный! Я и Сынмин, к твоему сведению, с ним дружим. Мы тоже состоим в той компашке, но сегодня мы как изгоища общества сидим за отдельным столом, потому что Сынмин поссорился со своим парнем из нашей компании, а я его поддерживаю! — Хан Джисон, умолкни ты уже, — грубо шикнул тот самый Сынмин, закрывая своей ладонью рот гиперактивному мальчику. Спасибо ему огромное, иначе бы Феликс не сдержался и въебал кому-то с ноги. Сынмо выглядел крайне недовольным, сразу было видно, что он не горел желанием находиться тут, так еще и быть свидетелем того, как нагло его личные дела рассказывают абсолютно незнакомому парню, — Про меня и Бана не обязательно было говорить. И не делай вид, что ты такой благородный, аж пиздец. Если бы Минхо не улетел в Японию, ты бы точно сидел с ними. И тут Феликса передернуло еще раз. Минхо? Его Ли Минхо? Кажется, картинка о людях здесь начинает потихоньку складываться, а друзей, о которых рассказывал его старший брат, он начинает видеть в лицо. — Минхо и Бан? — переспросил их Феликс, поднимая брови. Стало настолько интересно, что аж пришлось отложить палочки для еды в сторону, отдавая все своё внимание именно разговору. Джисон, убрав чужую ладонь от своего рта, зарядился вновь и продолжил: — Бан Чан — это парень Сынмина, с которыми они сейчас в ссоре. Поэтому Сынмо ведет себя как бяка, но не переживай, они скоро помирятся! А Минхо — мой парень, — Джисон настолько гордо заявил это и смущенно улыбнулся, что хотелось выкинуть какой-нибудь язвительный комментарий, — Минхо тоже состоит в нашей компании, но сейчас он улетел в Токио по делам, так что я тут один одинёшеньки и с разбитым сердечком! Последнее предложение Джисон сказал с драматичной интонацией, тяжко вздохнув и прижав левую ладонь к груди. Там где находилось его «больное» и «разбитое» сердце Феликс лишь удивленно посмотрел на них, а затем взял банку колы и поддел пальцем железное колечко. Напиток в жестянке характерно зашипел. Отпив глоток сладкой газировки, парень почувствовал, как жидкость пошла по горлу, а кадык Феликса дернулся, пока сам Ликс всё обдумывал. Неужели его брат встречается с таким наивным и гиперактивным мальчиком, что всё сразу же вываливает новому ученику, даже не думая об этом? А этот Ким Сынмин? Что-то он Феликса раздражает своей серьезностью и недовольным высокомерным взглядом. Хотя, тот в отличие от Джисона выглядит более умным, а также грозным. Видно, что его родители не последние люди в обществе. Надо будет с ним подружиться, но чуть позже. — Думаю, что тебе стоит ходить с нами, Феликс! — спустя минуты молчания резко выдал Джисон и сел рядом с парнем, приобнимая его за плечи, — Сблизимся ещё до того, как попадешь к нам в компанию. Феликсу лишь хотелось сказать, что тому думать нельзя, потому что нельзя напрячь то, чего нет. Но вместо этого он лишь мило улыбнулся, поглядев на нового одноклассника, заодно и на парня его старшего брата. Нельзя грубить, Минхо потом ругаться будет, а это опять надо будет показательно цыкать и переживать раздражение. Нервные клетки так-то не восстанавливаются. — С чего ты решил, что я попаду к вам в компанию? — Ликс знал, что всё равно попадет когда-нибудь в эту компанию, раз Минхо водится с ними, но с чего этот подумал так? Ещё никто не знает, что Феликс брат Минхо, ведь сам Феликс умолял Оливию и старшего никому не рассказывать об этом первые недели. Ему хотелось посмотреть на цирк. — Как с чего? — Хан рассмеялся, откидываясь на спинку стула, — Разве ты не понял? Хёнджину ты понравился! А значит, что? — А значит, что? — блондин нахмурился, отпивая еще один глоток газировки из жестяной банки. Не очень экологично и антибактериально, но всё же вкусно. — А значит, что Хёнджин скоро склеит тебя и приведёт в нашу компанию. Вот что имеет в виду Джисон, — не с особым желанием произнес Сынмин, тупо втыкая черными палочками в тарелку, — Но я искренне надеюсь, что нет. — Не переживай, Ёнмин, мне твоя компания тоже не особо нравится, — специально совершив ошибку в чужом имени, Феликс пожал плечами и притворно усмехнулся. Тихо произнесенное с чужого рта «Сука» донеслось до ушей Феликса. Ликс старался не рассмеяться ещё громче, наслаждаясь чужим раздражением. Ему нравилось, когда кто-то более жалкий ненавидел его. Это всегда поднимало и без того высокую самооценку. — Ты только не расслабляйся, новенький. Пока ещё непонятно кто ты, а также какого ты статуса и происхождения, чтобы вести себя так. На одном дерьмовом характере не уедешь, а на маленькой симпатии Хвана - тем более, — предосторожил его Ким, наигранно улыбаясь ангельской улыбкой, — Может ты не голубых кровей? — Зато вы тут все голубые, — произнёс Феликс с хитрой ухмылкой, а затем осушил банку с напитком полностью, сминая её и откидывая на стол, — Интересные вы две личности, думаю, что мы всё-таки подружимся. Только не сейчас, чуть позже. Приятного аппетита, не облюйтесь тут, смотря на чужие уродливые рожи. А то я пошёл, а спасения в виде меня уже не будет! И ушёл довольный под чужие взгляды, виляя задницей в темных обтягивающих брюках, а также чуть ослабляя красный галстук на шее.