Elysium problems

Выйдя из здания школьного кафетерия наружу, Феликс тихо усмехнулся, стараясь не засмеяться. В его представлении это всё было так забавно. Первый школьный день, что был совершенно скучным — заиграл новыми тёмными красками, что состояли из жестокого веселья и азарта. За мало проведённое время, Ликс уже чувствовал то, каков будет исход события. Улыбаясь гнусным мыслям и подставляя свое веснушчатое лицо тёплым лучикам золотистого солнца, Феликс пошёл в сторону учебного корпуса. Учиться не хотелось от слова совсем, а солнце так и шпарило, грея бледную кожу блондина. Погодка явно удалась, учитывая то, что на данный момент в Сеуле апрель. Ах, солнце... Сейчас бы улететь обратно в Сидней и уехать в загородный домик, что находится на первой береговой линии. Их вилла была райским уголком для отдыха. Теплый песок, море, бассейн, развлечения. Феликс обожал проводить там свое время, ведь именно в этом месте не надо было убивать его на бесполезную учебу. Единственное, что всегда требовалось делать в загородном домике — отдыхать. Семья Ли часто проводила дружеские встречи с другими семействами именно там. Причём встречи всегда заканчивались пьяным смехом под влиянием дорогого алкоголя и закусок. Феликс почти без вылазки плавал в море, выпивал по несколько безалкогольных коктейлей за день (до тех пор, пока живот не заболит), а также играл в волейбол с младшей сестрой, каждый раз смеясь с её смешной реакции на проигрыш. Хотелось бы ему вернуться в Австралию, но увы... Нет. На этот раз жизнь была слишком жестока с ним. Неужели это карма за все те издевательства над нищими плебеями? Нет, вряд-ли, Феликс не так уж и сильно над ними издевался. Подумаешь, довёл одного до белого каления, а другого вообще до попытки отправления на другой свет. Это не он виноват, это они не были достойны находиться рядом с ним. Феликс лениво проходил мимо остальных школьников, засунув руки в карманы брюк. Ровно шагал по плитке из серого камня, не наступая на свежий газон, который только недавно скосили. Он вдыхал в себя аромат свежей травы, дорогих парфюмов, а также цветущих растений, что были усажены по всей территории школы. Флора в Нари процветала. Вишнёвое дерево, усыпанное белыми бутонами, покачивалось на ветру, пока лепестки медленно падали на землю. Минхо говорил, что сакура цвётет в их школе всегда, несмотря на время года. В чём секрет — никто так и не понял. Но полюбоваться даром природы можно было в любой момент. И абсолютно не важно, усыпана ли сакура снегом или пропитана сладкой росой, ведь ничего из этого не делает дерево ужасным, а наоборот придаёт ему свой шарм. Больший акцент в Нари делался на белоснежные лилии, чьи лепестки так и манили взгляд. Цветы чистоты и невинности росли на каждом углу, медленно покачивались на легком ветру, радуя глаз. Вот только сами лилии особо-то и не пахли, хотя были настоящими. Говорят, это был какой-то особый сорт, который ботаники вывели специально для Нари за бешеные деньги. Символ школы берегли как зеницу ока. Садовники ежедневно осматривали каждый цветок на повреждение, а если видели хоть малейшую гниль — сразу же вырывали из земли. Прямо с корнем. А затем сжигали, оставляя от прекрасного лишь запах гари. Странно, что лилий нежно-розового или оранжевого оттенка на территории школы не рассаживали. Видимо, администрация школы довольно сильно заботилась об эстетике. Сквозь тихие и неприметные разговоры школьников, что Феликс пропускал мимо ушей, послышались быстрые и довольно шумные шажки, что с каждой секундой настигали слух Феликса всё громче и громче. Резко почувствовав знакомую хватку на своём плече, а также уловив запах родных цветочных духов, Феликс даже не шелохнулся. Просто продолжил идти дальше, но специально чуть замедлил шаг, позволяя тяжело дышащей сестре как можно быстрее догнать его. И когда девушка наконец-то сравняла свой шаг, цокая бордовыми каблуками по плитке, Ликс повернул свою голову и внимательно окинул ее взглядом. Блондинистые волосы Оливии, что ещё недавно были красиво уложены — растрепались, а ранее идеально выглаженная форма, стала чуть помятой. Ажурные длинные носки были на разном уровне, а ворот блузки выгнулся. Феликс тяжко вздохнул и остановил Оливию за руку, начиная высказывать своё недовольство: — Чего ты вся помятая? — спросил он у неё, заботливо поправляя ворот белой блузки, — Гольфы поправь, вон один съехал. — А ты чего так быстро ходишь? Я ведь не могу тебя так быстро догнать, я между прочим на каблуках! — раздраженно цыкнув, сказала младшая и дождалась, когда Феликс уберёт от нее свои руки. Она присела на свободную рядом с ними скамью и поправила носок, а затем настойчиво похлопала ладошкой по месту рядом с собой, заставляя старшего братика выполнить её прихоть, — Садись. — Каблук у неё пять сантиметров, какая же беда! — Феликс усмехнулся и присел рядышком, складывая руки на груди, — А чего ты вообще бежала? Могла бы просто позвонить. — Я звонила, но оказывается, что у какого-то идиота телефон на беззвучке. — А, точно, я же его в классе оставил, — парень хмыкнул. — Ты... Теперь понятно, почему до тебя Минхо дописаться не может, — младшая вздохнула, откидываясь на спинку скамьи, — И что это было вообще? Просвяти хотя бы ты меня, что за придурок к тебе пристал? — Это, дорогая моя сестрёнка, Хван Хёнджин — один из нас, — интригующе начал говорить Феликс, ухмыляясь уголками розоватых губ, — Такой же наглый и избалованный ребёнок, что живёт в Элизиуме, а ещё дружит с нашим любимым Минхо-хёном. Весело, правда? Как же тесен мир этой школы. — А если ты не будешь тянуть и перейдёшь к сути? Зачем ты ему? — Лив, будь хоть капельку догадливой, ты же из семьи Ли. — У тебя новая интрижка, да? Блин, тогда так неинтересно, — Оливия недовольно цыкнула, закатив глаза, — Я думала, он тебе там угрожал чем-нибудь, раз ты новенький, может быть на драку звал. — Ты дорам вместе с парнем хёна пересмотрела или что? — С кем?! — сестра расширила глаза, — У Минхо есть парень? — Ага, — хитро протянул Феликс, а затем довольно рассмеялся, — Наш милый братец закрутил роман с кем-то из Нари и даже не посвятил нас в это. Какой ужас. — И кто это? — она вцепилась в руку брата, начиная резко дергать его за нее. Любопытство пожирало девушку, — Скажи, Ликс, кто?! Он симпатичный, милый, богатый? — Лив, не строй больших надежд. Он наивный, громкий и жуть какой раздражающий. У меня чуть уши не отсохли. Как же его прибить хотелось, муха чёртова. Жужжит, жужжит, бесит. — А тогда почему Минхо с ним? Он тоже богатый? — Оливия грустно вздохнула и отпустила руку брата, вновь откидываясь на скамейку. Она достала из-под блузки цепочку с фламинго и скучающе начала рассматривать ее, сжимая в пальцах. Подвеска, усыпанная розовыми бриллиантами, была подарена двоюродным братом в честь поступления в Нари. Минхо подарил её любимой младшенькой перед тем, как улететь в Японию. — Я тебе больше скажу, он тоже живёт в Элизиуме, так ещё и с этим Хваном водится. В общем, богач богачом, но видимо только этим и вывозит. Других причин любить его я не вижу. — Везде этот Хван. Если этот Хван тебя обидит — я ему глаза своими каблуками выдру, — сказала она, показательно вытянув левую ногу. Носок бордовой туфельки переливался на свету, пока тугие ремешки обтягивали лодыжку девушки. — Не жалко? Ты же в истерике за них билась в очереди, мол они из «очень ограниченной серии». — У девки из моего класса точно такие же, бесит... Так что уже плевать, куплю другие. — Слабо, я бы на твоём месте ей туфли испортил. Это не ты должна подстраиваться под кого-то, а кто-то должен подстраиваться под тебя. — Я пока что не могу это сделать, потому что ты напрочь запретил говорить всем, из какой я семьи! — Потерпи пару неделек, Лив, иначе цирк не будет таким интересным. Тем более... Неужели ты не хочешь попробовать сама выстроить себе репутацию? Или так и будешь прятаться за мной и за Минхо? — Я не хочу делать что-то сама, я рождена для того, чтобы получать уже готовое, — недовольно хмыкнула самая младшая из семейства Ли, — Если бы все знали, что я младшая сестра Минхо, то мне бы уже давно ноги целовали. — Может они не догадываются о том, что ты младшая сестра Минхо, но я думаю, все в курсе того, что ты моя младшая сестра. Феликс улыбнулся, взглянув на профиль сестры. Они были очень похожи. Ее красивое бледное лицо также украшали веснушки, оленьи глаза были темными, а пухлые губы всегда сияли от блеска со вкусом вишни. Когда младшая сестра впервые увидела Феликса с блондинистыми волосами, она сразу же решила, что тоже хочет их осветлить. Теперь младшие из семьи Ли одна копия, что полностью соответствуют друг другу. Оба наглые, избалованные, а также острые на язык. Только у Оливии характер был помягче, в отличие от старшего братца. — Да, и теперь у меня новые «подружки» просят твой номер телефона. Король хренов, только вошёл в школу, а уже прославился и целый день светишься в подслушке. — Не завидуй, сестрёнка, кто же виноват, что я такой приметный? — Это потому что ты хайлатером перемазался. До тебя ладошкой дотронешься — она сиять будет и хер отмоется. Вдалеке послышался громкий выкрик с именем сестры. Оливия, метнув взгляд в ту сторону и завидев знакомых девушек, что были усыпаны украшениям, ухмыльнулась. Она показательно поцеловала брата в щёку и на прощанье помахала ему ладошкой, с хитрым выражением лица убегая к ним. Феликс лишь тяжко вздохнул и прикрыл глаза, откидывая голову на спинку скамьи. — Как же ей все таки мало для счастья надо... — пролепетал парень и улыбнулся, чувствуя, как после обеда его посетила приятная усталость. Хотелось спать. Чутка задремав под шелест листьев, он потерял счёт во времени, но зато заметил то, как в один момент перед закрытыми глазами стало темновато, а рядом с ним кто-то слишком громко думал и дышал. Приоткрыв глаза, Феликс с прищуром оглядел красавца, что возник прямо перед ним. Хван, мать его, Хёнджин странно улыбался, приподняв уголки пухлых губ и держа руки в карманах кожанки. Завидев чужое «пробуждение», он хихикнул и нагло сел рядом с Феликсом, даже не спрашивая разрешение. — Прости, красавица, не хотел будить тебя, — нежно промурчал он, смотря на Феликса с прищуром тёмных глаз. Пирсинг в левой брови так и блестел в лучах солнца, пока пряди его чёрных волос, упавших на лицо, вились от ветра, — Знаешь, невозможно устоять перед твоей красотой, она так и манит... Прямо приказывает мне оставаться на месте, а мне от такого аж дурно становится. — Ого, как поэтично, меня аж сейчас вырвет, — с сарказмом произнес Ли, вновь прикрывая глаза, дабы продолжить свои попытки вздремнуть. — Правда? — он засмеялся, заглядываясь на чужой профиль лица, — Мне пришла в голову мысль о том, что тебя украдут сразу же, как только я уйду. Поэтому я не смог уйти, мне совесть не позволила. — Ёнджин, ты думать не умеешь, каким образом тебе мысль в голову пришла? — Феликс раздраженно вздохнул. Он хотел побыть один, а тут ему мешает очередной любитель разговоров, — И поубавь свою фантазию, это уже слишком. То про парня заладил, то про похищение. Очень странно, на маньяка тянешь. — Хёнджин, милый, Хёнджин, — со смешком поправил его старшеклассник, — У творческих людей сильно развита фантазия, разве нет? — У творческих развита, а ты, судя по всему, просто больной на голову. — Почему ты тут один? — проигнорировав оскорбления, спросил Хёнджин, — Никто не хочет общаться с тобой? Ты прямо как брошенный котёночек. — Поверь, список тех, кто хочет составить мне компанию за день, но им жестоко отказывают — переваливает уже на несколько сотен лишних страниц. Ты, кстати говоря, из этого списка не выпадаешь. — Верю, — темноволосый засмеялся, прищурив глаза, — Ты ведь с утра из подслушки не вылезаешь. — Завидно, что твоё место занял или что? — Скорее обидно, что ты своё внимание уделил какому-то Хан Джисону, а не мне. — Хан Джисон? Это кто? — Феликс непонимающе посмотрел на Хёнджина, похлопав глазами, — А, ты про этого раздражающего паренька, что рот свой закрыть не может? Ну что тебе сказать, Джинни... Пока ты несёшь какой-то бред про нового парня, а затем уходишь, этот мелкий действует. — Обиделся на то, что я сразу же ушёл? — Хёнджин откинул голову на скамейку и ухмыльнулся, — Извини, но ты слишком горяч, я просто не смог выдержать первые несколько минут подряд с тобой. Наверное, ты привёз с собой всё тепло Австралии, раз оставил бедных людишек без моря в апреле. — С чего вдруг? — Я смотрел прогноз погоды в Австралии, там было всего лишь пятнадцать градусов. Даже у нас в апреле двадцать четыре, что очень тепло для Сеула. — Пиздец, — понимая, что он уже точно не вздрёмнет, Ликс принял сидячее положение и тяжело вздохнул, а затем покосился на Хвана, как на самого последнего идиота в этом мире. Похоже, что тот самый настоящий глупенький богач, что даже базовой географии не знает, — Для одаренных объясняю, что там в апреле всегда холодно. — А когда тепло? — В январе. — Правда? Не знал, — Хёнджин улыбнулся, опуская свой взгляд куда-то ниже и смотря на чужие губы, — Слушай, а мне нравится, когда у собеседника в голове есть хоть какие-то мозги, а язык работает. Это интереснее, чем очень глупый собеседник, которому нечего тебе ответить. — Зато у тебя в голове пустота, и с тобой нудно общаться, — блондин раздраженно цыкнул, — Хван, меня бесят самовлюбленные выскочки, которые «влюбляются» с первого взгляда, а затем бегают за мной месяцами. Я таких банальных идиотов за всю жизнь достаточно повидал, так что говорю сразу — ты меня совершенно не интересуешь. —Ах, какой же ты бриллиант, Феликс. Ты не бросаешься сразу же на шею, судя по украшениям ты богат, и у тебя есть вкус, также островат язычок, а ещё у тебя очень красивая ангельская внешность. Наверное оценки тоже хорошие, да? Прям мой идеальный тип. — Зато ты застежка, отлетевшая от дешёвой бижутерии, — с наигранной милой улыбкой произнес Феликс, а затем нахмурился и грубо рявкнул, — Кончай уже, я не буду играть по твоим правилам. Не в моей компетенции. — Привык, что все играют по твоим? — ничуть не оскорбившись, улыбнулся Хван. — Верно подмечено. — Пусть и так, но поверь мне, я умею ухаживать за людьми, а уж тем более соблазнять. — Поздравляю, король школьного двора, а от меня ты что хочешь? Дать тебе шоколадную медальку? — Ликс хмыкнул. — Я имею в виду, что, — не успел он закончить, как чуть дернулся от слишком громкого крика, что разнесся со стороны входа в кафетерий. Крик был донельзя знакомым, что сразу же стало понятно, кому он принадлежит. Тому, кто слишком активный, и чей рот никогда не затыкается. — Феликс! — закричал вдалеке Джисон, пулей несясь прямиком на Феликса. — Твою же мать, — недовольно простонал Феликс, хмуря брови. Этого ему еще не хватало. Реакция Феликса не осталась незамеченной со стороны Хёнджина. Тот вновь усмехнулся, складывая свои руки на груди. Феликс взглянул на него и сквозь тупую улыбку увидел некое раздражение и убийственный взгляд в сторону Джисона. Видимо не рад, что его дружок помешал ему строить любовь. Хан бежал на них со стороны кафетерия, ярко улыбаясь. Рядом с ним медленно шла компания подростков, состоящая из трёх человек, которых Феликс видел впервые, а рядом с ними плёлся четвёртый и недовольный Сынмин, что шёл с самого края и прятался за облиплой парочкой. — Феликс! — вскрикнул паренёк старшего братца и чуть не проскользил мимо скамейки, где сидели Хван с Феликсом. А жаль, Ликс бы с удовольствием посмотрел на то, как этот мальчуган упал и взревел от боли. Ойкнув от неловкости, Джисон радостно схватил Ликса за руки и стал восторженно о чём-то лепетать, совершенно игнорируя недовольное лицо нового одноклассника. Ликс думал, что у него скорее уши отсохнут к чёртовой матери, чем у этого раздражающего болтуна пасть закроется, — Я думал, что ты уже давно ушёл в класс! Мы как раз только что тебя вспоминали. У меня такое предложение к тебе! Знаешь, мы с Сынмо и Йеной хотим сходить в торговый центр после уроков. И я подумал о том, что ещё мы хотим взять с собой тебя! Непонятно, кто подразумевался под «мы», ведь Сынмин, что только что подошел к ним, явно был недоволен тем, что вновь видит лицо Феликса. А Йена... Кто из этих троих Йена? Кто-то из той облиплой парочки или тот, кто шёл по противоположную сторону от Сынмина? — Нам надо присмотреть новую одежду, там у разных брендов столько новых коллекций вышло! — не затыкаясь, продолжил Хан, — Тебе какой больше всего нравится, кстати говоря? О, ещё надо зайти за косметикой, а потом... Заедем в ресторан, да? Какая кухня тебе больше нравится? Феликс, а ты где живёшь? Дай свой номер телефона, нам же нужно с тобой как-то... — Отлично просто, гулянка с вами, — раздраженно усмехнувшись, резко перебил его Феликс, — Давай начнём с простого. Кто вообще такой «Йена»? Не думаю, что ты имеешь в виду деньги. Ну, конечно, если у тебя нет проблем с головой, а также выдуманного друга-кошелька. — Нет, Йена, это не японская купюрка, это... — Джисон обернулся и ещё ярче улыбнулся, завидев своих друзей, что стояли позади него, — Это тот самый Феликс! Он такой клёвый, а ещё он со мной и с Сынмином в одном классе. — Ты это уже им говорил, — раздраженно простонал Сынмин, складывая руки на груди, — И они в курсе об этом были с самого утра. — Так кто из них «Йена»? — Вот, он! — Джисон даже не показал пальцем на некого «Йену», лишь продолжал крепко сжимать ладони новенького и глупо улыбаться. Казалось, что тот ребёнок или просто какой-то умалишённый. У Минхо больной фетиш на глупых идиотов или что? Феликс молча уставился на троих парней перед ним, тяжко вздохнув. Слева ото всех стоял недовольный брюнет с маллетом и сжимал в руках свой телефон, изредка поглядывая в сторону Сынмина и чуть хмурясь. Он был довольно высоким и подкаченным, а его школьная форма идеально шла ему. Хотя, можно ли назвать это школьной формой, если у Нари она темно-синяя, а у этого она полностью чёрная. Чёрным было абсолютно всё: пиджак, что так красиво облегал крепкие плечи, рубашка, у которой были расстёгнуты первые три пуговицы, а также брюки и лакированные туфли. Сразу видно, сынок очередного авторитета, что был выше других авторитетов по статусу. Дайте угадаю, он тоже живёт в Элизиуме? Словив взгляд Феликса, он ухмыльнулся и подмигнул ему, пока Феликс не хмыкнул и перёвел свой взгляд на другого кандитата в «Йену». Справа стояла сладкая парочка в облипку, состоящая из двух пареньков, что «мило» стояли в облипочку и совсем не обращали внимания на происходящее. Первый был довольно невысоким качком-брюнетом в школьной форме, но со снятым пиджаком. Его красный галстук был ослабленным и висел где-то на шее, пока сам брюнет смотрел куда-то вдаль, рассматривая всю наипрекраснейшую флору Нари. Вторым был худенький, но довольно высокий паренёк в спортивной форме и серой кофте, что втыкал в телефон и пил персиковый сок, даже не поднимая своей рыжей головы. Видимо, эти двоя встречаются. И кто из них Йена? — Йена — это рыженький, — со смешком пояснил Хван, — Ян Чонин, о тебе говорят, поздоровайся в конце концов. — Чего? — недовольно переспросил тот самый Чонин и вытащил из уха беспроводной наушник. Когда Хван метнул головой в сторону Ли, Чонин удивленно поглядел на Феликса, словно увидел приведение, одарил его недоверчивым сучьим взглядом, а затем сладко улыбнулся. Ох, Феликс чует лицемерную сволочь, — Ты Феликс, да? Приятно познакомиться. А затем вновь уткнулся в телефон, начиная что-то активно строчить. — Привет-привет, новая любовь Хённи, я Чан, — с усмешкой произнёс паренёк с маллетом. Феликс не сдержал смешок, глядя на него. Вот он — тот, кто встречается с Сынмином, — Признаю, ты симпатичный. Хван урвал куш. — Ещё не успел, — с улыбкой произнёс Феликс, следя за тем, как Чан вновь бросил любопытный взгляд в сторону Сынмина. Но тот никак не отреагировал. Не посмотрел в сторону своего парня, не дернулся, не сказал ничего. Просто продолжил стоять на месте, делая вид, что этих слов он не слышал. Но Феликс все равно читал в Сынмине напряжение и раздражение от всей ситуации. — Эй, Чан, нельзя так говорить при своём парне, — засмеялся тот парень, что стоял рядом с Чонином, — Или вы с Сынмо всё? Неужели вы разошлись? — Нет, Чанбин, мы не расходились, — Бан хмыкнул, вновь взглянув в сторону Сынмина, — По крайней мере, мне о расставании никто не сообщал. Кое-кто же активно делает вид, что он меня не слышит. — Я делаю вид, что я тебя не вижу, а это разное, — Ким хмыкнул, безразлично глядя вдаль. — Прекратите, — Джисон наконец-то отпустил руки Феликса. Тот лишь раздраженно вздохнул и осмотрел их, начиная разминать. Казалось, что те уже успели посинеть от слишком сильной хватки, — Это Бан Чан, о нём ты уже слышал. — Уже успели поведать новенькому историю о том, какой я козёл? — Чан сложил руки на груди, улыбнувшись. — Так, Бан, цыц, не было такого, — продолжил Хан, — Это Со Чанбин и Ян Чонин! Они встречаются, ты заметил, да? Скажи же, какие они милашки! — Воздержусь, — незаинтересованно ответил Феликс. — Хёнджина и Сынмина ты уже знаешь, — Джисон радостно усмехнулся, — Со всей основой ты знаком, осталось только с Минхо познакомить! Феликсу захотелось засмеяться. Громко так, заливисто. — Минхо? — переспросил его Феликс, смотря недоумевающим взглядом, словно впервые слышал об этом имени, — Ещё раз, Джисон, кто такой Минхо? — Мой парень, — надувшись, сказал Хан, — Я тебе буквально минут двадцать назад рассказывал о нём. Неужели ты забыл? — Да я и не слушал, — Феликс наигранно улыбнулся, — Прости, мне искренне жаль. Джисон поник. Он слабо улыбнулся, грустным взглядом глядя на чужое лицо, а затем произнёс: — Ничего, все хорошо. — Кстати, а когда вернётся хён? — спросил у Джисона Чонин, наконец-то обращая своё внимание на всех остальных и убирая телефон в карман брюк. Кажется, что упаковка от его сока стала пустой, поэтому Ян переключился с напитка на еду, начиная жевать пластиковую трубочку от скуки. — Не знаю, он мне сегодня так и не ответил. Вчера он говорил, что постарается вернуться хотя бы послезавтра. — Следил бы ты за своим Минхо, Сони, — Чанбин усмехнулся, кладя свой подбородок Чонину на плечо, — Небось, он в своём Токио сидит и на аниме девчонок наяривает. Поэтому он и такой занятой в последнее время. — Очень смешно, Со, — недовольно цыкнув, произнёс Хан и ударил друга по плечу, — Он в отличие от вас всех делом занят и отцу помогает, а вы не делаете нихера. — Так ты тоже, — рассмеявшись, сказал Хёнджин. — Не отрицаю, — всю грусть с лица Джисона напрочь снесло. Он вновь заулыбался и посмотрел на Феликса, — Так ты идёшь с нами на шоппинг, да? Где ты живёшь? Дашь свой номер телефона? — Знаете, скоро урок, мне надо идти, — отмахнувшись, произнес Ли и встал со скамейки, неторопливо направляясь в сторону основного корпуса школы. — Подожди, Феликс, мы с тобой! — Джисон побежал за ним и обнял за руку, крепко прижимаясь, — Так ты пойдёшь, да? Пойдёшь? Прошу, ну я тебя умоляю! — Я подумаю. — Странный он, — сказал Чанбин, складывая руки на груди и смотря в сторону удаляющейся парочки, — Очень. — А ещё наглый и эгоистичный. Почему мы должны брать его в нашу компанию? Только потому что он нравится тебе и Джисону? Это не причина, — обращаясь к Хвану, грубо произнес Сынмин. — Ты такой же, Минни, — со смешком произнес Чан, подходя к своему парню и обнимая его за плечи. Сынмин раздраженно сжал челюсти и напрягся, стараясь не заехать кому-то в глаз от злости. — Мы не можем взять его в компанию, он же не из Элизиума, — сказал Чонин, цыкнув, — И он очень сомнительный. Кто его родители? — Это ещё не факт, — Хван засмеялся, вставая со скамейки и засовывая руки в передние карманы брюк, — Копейка, ты сам сказал, что он точно из очень влиятельной семьи. Стал бы директор просто так переводить его в середине семестра? Явно во всём замешаны большие деньги. А раз деньги большие — значит семья богатая. А все такие семейки кладут глаз на апартаменты в Элизиуме. Элементарно. — Я не помню, чтобы отец на этой неделе одобрял кому-то въезд в Элизиум или подписывал рекомендательное письмо, — нахмурившись, произнёс Чан. — Раз не помнишь — значит не въезжал никто. Я против этого придурка в нашей компании, остальные тоже, на этом всё, Хёнджин, — Сынмин цыкнул, грубо убрав чужие руки от себя, и ушел за Джисоном и Феликсом. — Чан, мне кажется, он просто ревнует, — Подняв брови, со смешком сказал Со. — Или завидует, — продолжая раскусывать зубами измученную трубочку от сока, дополнил Чонин, — У него вообще крышу снесло, когда он про новенького узнал. Плюс, они с Чаном в ссоре, а это двойной эффект его раздражения. — Или всё вместе, — Хёнджин довольно хмыкнул, — Поговорить бы вам, Чанни, пока малыш Минни не начал по полной истерить. Сам помнишь, что было в прошлый раз. — Я и без тебя знаю, — Чан тяжело вздохнул. — Я и без тебя знаю, — передразнил его Хёнджин, — Решай новую проблему, пока не стало поздно, и не вернулась старая. Или ты вновь хочешь увидеть психичку Ким Сынмина, что без конца ходит весь на нервах и дерёт себе волосы? Чанбин и Чонин подавили смешки, пока Бан сжал кулаки, недовольно глядя на Хёнджина. — Заткнись уже, — грубо рявкнул на того Чан, что уже начал раздражаться. — Заткнись уже, — вновь передразнил его Хёнджин со смешком и пошел в сторону школы.