Крик (2/2)
18 мая 2025 г., 18:30
День начался как обычно - с оглушающей, своей привычностью, давящей на барабанные перепонки словно реальная тяжесть пустоты. Кадм открыл глаза, рассматривая бетонный, изрытый сетью трещин потолок. Вставать ему откровенно не хотелось, пепельные глаза лениво бродили по потолку.
Подросток, устало вздохнул, приевшимся жестом потянулся рукой к телефону. Семь пятнадцать. Парень нахмурился
«Опаздываю» - подумал он, и стал неспешно собираться на работу. Хрен кто уволит второго (из двух) работника отделения почты.
Так получилось, что ванная комната в квартире Кадма могла вмещать в себя только душевую, да раковину. Почистив зубы, он взглянул в зеркало над раковиной, особенно вглядываясь в глаза. Серые. Бездушные, словно решившие сравняться цветом с самой бездной. Если так подумать, Кадм никогда не видел своих зрачков. Были ли они у него? Но сейчас Кадм до конца не понимал что ищет, глядя в своё отражение.
Холодильник был практически пуст. Вполне логично, для жилья того, кто сразу после выписки из детдома пошёл искать хоть какое то жилье. Этим "Хоть что-то" Оказалась съёмная однушка на окраине города. Хреновый ремонт и нулевая звукоизоляция компенсировались сговорчивыми хозяевами и небольшой платой за жилье. Также были маленькая кухня, туалет и ванная. Достаточно шикарно для того, чьи вещи помещались в одной тумбочке.
На завтрак пришлось обойтись кукурузными хлопьями. Эта пародия на нарезанный картон продавалась в любом продуктовом и была настолько дешёвой, что уже заслужила себе звание "бомжовой еды" , однако, с доходами Кадма он мог позволить себе только это. На часах было семь сорок пять. Подросток хмыкнул, кладя в рот очередную ложку с хлопьями, а через секунду закашлялся, подавившись из-за резкого гудка, раздавшегося на улице.
Кое-как откашлявшись, он выглянул в окно. Внизу, возле тротуара, стоял старенький "Форд" Болотного оттенка. Владелец стоял рядом, всматриваться ввысь. Кричать с седьмого этажа было бессмысленно, поэтому Кадм покрутил выразительно пальцем у виска. В ответ он получил два весьма красноречивых фака. Вздохнув, Кадм сгрузил грязную посуду в раковину, и отправился одеваться.
Перед дверью его уже ожидал Джеймс - педантичный немец с настолько холодными голубыми глазами, что можно было охлаждать газировку, а также бледной кожей, с вечно недовольным выражением лица.
– Если сосчитать все общее время, когда мы опоздали из за тебя, и перевести в доллары в соотношении один час - один доллар, то мне бы хватило денег выкупит белый дом! - начал тот, едва увидев Кадма. Тот не успев ничего ответить, мгновенно был схвачен за плечо и утянут в сторону лифта. За то время, пока они спускались и шли к машине Джеймс без устали ругал его халатность и отношение к работе, за которое получал обычно немец, как старший.
Кто же он все таки был такой? Джеймс Портер. Кадм познакомился с ним давно, в первый раз на собеседовании, когда случайно столкнулся с ним плечом, и в ответ получил взгляд, полный желания убивать, а во второй раз уже на работе, когда Кадм пролил кофе на документы коллеги, после чего получил тонну немецкого мата и угрозу прибить, после которой им обоим пришлось остаться после работы, для восстановления документов Джеймса. На самом деле общались они довольно редко, и только по работе, однако после тринадцатого опоздания со стороны Кадма, Портер не выдержал, и подошёл к нему с вопросом:«Какого Черта?! »
С тех пор, Джеймс регулярно забирал и подвозил его до работы, опаздывая с подростком за компанию.
Что уж говорить, характер у брюнета был прескверный, такого брюзгу надо было ещё поискать. Кадм спросил бы за отсутствие усиков под носом, но полагал, что за подобный вопрос ему точно врежут.Сев в машину, Джеймс посмотрел на часы, затем, обернувшись , уже на Кадма.
– Без десяти восемь. Через десять минут мы должны быть на работе, ты понимаешь это? - вкрадчивым голосом произнёс Портер, глядя на Кадма. Тот молчал. Джеймс завел "Форд" Резко выехав на трассу, направляясь в сторону старой почты.
* * *
Как вы думаете, есть ли в мире место, где время словно бы остановило свой ход, застряв в одной эпохе? Вы наверное вспомните таинственные пещеры, со следами истории древнего мира, или музеи, в которых ты кожей чувствуешь, связь с той или иной эпохой. У Кадма на этот счет было свое мнение. Почта. Пыльное, захламенное здание, никогда не слышавшее слова "Ремонт", смотря на которое можно было испытывать только жалость. Весь вид здания так и говорил: «Добейте меня!» Кадм работал здесь уже года три, но уже успел устать от этого здания. Его работой было принимать посылки, загружать в грузовик и развозить. Много? Да. Но иначе на квартплату не хватит. Да и по сравнению с Джеймсом это были ещё цветочки. Раньше работников было больше. Но чем реже люди пользовались этой почтой, тем чаще увольнялись сотрудники. Так из работников остались только Кадм и Джеймсом, а из клиентов - пожилые и пенсионеры. Сейчас Кадм сидел "На приёме", лениво разглядывая пейзаж за окном. Это была самая ленивая и безопасная для Кадма работа - говорил иногда Джеймс. Приёмная - единственное место, где подросток точно ничего не пробьет и не сломает. Остаётся только плевать в потолок и ждать клиентов. Кстати о них... Звякнул колокольчик, и Кадм краем глаза заметил, как в дверь зашёл гость. Кадм резким движением поставил стул обратно на четыре ножки. К стойке подошёл посетитель. Он предпочитал, когда его звали Михаил, однако из-за фамилии он для многих стал "Хмельным сэром". Он приходил вот уже лет шесть, по словам бывших сотрудников, неизменно, раз в неделю. Содержимое посылок тоже не менялось из раза в раз. Обычно это были продукты, некоторая сумма денег, книги, и письмо, которое он вручал с этим проникновенным взглядом и просьбой: «Отдайте прямо в руки пожалуйста.» Это походило бы на какую-то романтическую историю, если бы Кадм не знал, кому он все это присылает, своему бывшему коллеге по работе, которого уволили за алкоголизм. А вскоре уволился и сам Михаил. Кадм вздрогнул, услышав стук коробки, которую Михаил поставил прямо перед ним. – Кадм... Рад что ты в добром здравии, - под пронзительным взглядом карих глаз становилось неуютно, а лёгкий русский акцент выдавал в нём иностранца. Кадм кивнул. Он редко разговаривал с кем-либо, ограничиваясь парой дежурных фраз при приветствии, и поддакиваниям бабушкам, которые почему-то считали, что Кадм - идеальный кандидат, чтобы рассказать ему как дела у троюродной сестры её кузины. Он не был каким-то гордецом, который считал, что люди не достойны его внимания, просто так было... Проще. Проще сливаться в серое общество. Просто жить размеренной серой жизнью. Проще... Существовать. Михаил не настаивал. Ему также, как и Кадму, хватало тишины, он не видел в ней врага. Иногда Кадму даже казалось, что они похожи. Что ещё одно сказанное слово - и они могли бы подружиться но при этом подросток молчал. Сам не знал, почему. В конце концов, тишина всегда была его лучшим спутником. Так было и сейчас. Михаил быстро подписал бумаги, отдал деньги и направился к двери. – А, и ещё, - он вдруг остановился перед самой дверью, посмотрев подростку в глаза. - Передай пожалуйста, Нэлону, чтобы прекратил так много пить, я его конечно понимаю, но пора уже брать себя в руки и преодолевать то, что так мешает ему, ты как считаешь? – Х-хорошо, сер! - крикнул Кадм, которому казалось, что он что-то упускает, какой-то шанс... Но не успел. Михаил уже вышел. Слова Кадма так и остались неуслышанными висеть в пустоте. Кадм взял посылку и понёс в сторону склада, чтобы сегодня вечером эту посылку отвезти получателю. В душе почему-то стало на пару градусов холоднее.* * *
Вечер по своей унылости не отличался от всех остальных. Плотные тучи ещё с утра заволокли небо, изредка капая дождем, словно не решаясь на настоящий ливень. Кадм, стоя у выхода с последней посылкой размышлял, стоит ли брать с собой зонт, или в принципе сойдет и так. Но услышав пару ласковых от Джеймса, он всё же направился к маленькому грузовичку, стоящему под навесом. Они Джеймсом таскали посылки. Это были подарки из разряда "Надо сегодня и как можно быстрее" По таким причинам как : "У внучки день рождения", " Племянник заболел" И "Я поссорился с ней, но не знаю как извиниться ведь меня учили, что мужики не извиняются", и другие причины, которые выдавали посетители, думая что Кадму интересно. К их несчастью, он всего лишь доставлял посылки и получал за это деньги. Ничего личного. Кадм со вздохом положил посылку от того самого парня, который утверждал, что мужики не извиняются. Иронично, что в коробке лежали 10 томиков манги, бутылка вина и конфеты. Загрузив последнюю посылку, Кадм направился к уже заскучавшему за рулём Джеймсу. На самом деле получатели таких подарков всегда были одинаковые. Старые или молодые, они в основном были не заинтересованы в тех, кто им эти посылки отправил. Взрослые люди раздраженно закатывали глаза на посылки от родителей и Кадм из раза в раз слышал что-то вроде: «Да когда они наконец успокоятся?!» Подростки... Они всегда были токсичны. Конечно были и исключения, вроде той девушки, что прижала коробку к груди, с мечтательным видом прошептав : «когда нибудь я прибью тебя!» - но это были редкие исключения. Кадм сел в машину рядом с уже засыпающим Джеймсом. – Там у тебя последняя осталась, - он окинул Кадма ленивым взглядом. Тот кивнул. Та самая посылка от Михаила. Нэлон в принципе жил недалеко от Кадма, так что... – Сам отнесёшь? - спросил он, на что Кадм кивнул. – Ну тогда давай я тебя до дома довезу, а к нему ты уже сам доберёшься. Все равно отчеты сдавать ещё не скоро, завтра утром подпись принесешь. - удивительно, но иногда Джеймс мог находить компромисс между своей педантичностью и желанием спать. Кадм вновь кивнул. Джеймс на это лишь покачал головой, заводя грузовичок и направляясь в сторону дома друга. Что поделать, мало кто переносил отчётливый звук пустоты вокруг Кадма, а оставались рядом ещё меньше. Лениво наблюдая за сменяющимся пейзажем кирпичных высоток, Кадм не сразу осознал, что бетонное нечто, куда они приехали было его домом. – Ну ты понял, подпись завтра занесёшь, - Джеймс зевнул. – Бывай! - с этими словами он выехал со двора, по дороге обматерив непутевого таксиста. Кадм же направился к дому Нэлона. Да, Нэлон жил в доме, в дачном районе, недалеко от дома, где жил Кадм. Они познакомились довольно странно, в один из дней, когда он по настойчивой просьбе Михаила отнёс письмо его другу - врачу. Он ожидал, увидеть кого-то собранного, под стать самому Хмельному, однако из за двери на него вывалился полутрезвое нечто, что сразу же затащило его к себе и предложило закусить жареной картошкой, при этом рассуждая о политике. Выглядел Нэлон лет на пятьдесят. Чёрные, вслокоченые с проседью волосы. Такого же цвета цыгановатые глаза, озорная ухмылка... Этот человек абсолютно не вязался со спокойным и рассудительным Михаилом! Но что есть, то есть. И по тому как Кадм бывал у Хэнклифа минимум раз в неделю, тот часто стал зазывать его к себе в гости. Поэтому Кадм уже, считай выучил, где находится дом последнего. Дверь ему открыли сразу же. – О, Кадми, - Нэлон закинул в рот виноградину, – Проходи-проходи, что на пороге стоять-то, - на бланк, где нужно ставить подпись, он внимания не обратил. Это и напрягало, и заинтерисовывало Кадма, то как Нэлон спокойно мог пригласить кого-то в гости. Можно потому что воровать было... Нечего? Он зашел в комнату. Пара шкафов, стол, диван, холодильник, старый телевизор. Он запомнил это место, ещё в первый раз, когда странный алкаш разговорился с ним о жизни. Сейчас, осматривая комнату, он осознавал, что если не понял, то принял Нэлона, как неизбежный элемент хаоса. – Давай уже, что там у тебя...- Нэлон наконец соизволил обратить внимание на бланк в руках Кадма. В комнате лениво вещал телевизор. Кадм думал, что работал он так, для галочки, ведь Нэлон сам с успехом мог переговорить любой телевизор. Дойдя до письма, Нэлон вдруг улыбнулся. Это была та самая улыбка, с ниткой некой грусти, которую подросток видел каждый раз, при реакции Нэлона на письмо. – Я сейчас! Конфеты к чаю занесу! - бросил Нэлон, встав и направившись в другую комнату. Кадм проводил его взглядом. Он знал, что тот ушёл минут на тридцать минимум. Потому, удобно расположившись на диване он уперся взглядом в телевизор. На каком-то канале рассказывали что-то о науке, однако в восемь сорок... На экране вдруг возник странный тип, лицом отдаленно напоминающий Иисуса, и стал заливать какие то умные речи. Что поделать, с наукой у Кадма всегда было плохо. Затем на стол была вооружена колба с непонятным содержимым. Кадм хмыкнул. Ну, извращенцы есть везде, и это в принципе уже норма. Произошла вспышка, и под колпаком уже был кролик. Только спустя пару секунд Кадм почувствовал, что что-то не так. Мысли вдруг стали тяжелыми, и липкими, словно мухи в меду. Появилось головокружение, тошнота. Он попытался отвести взгляд от экрана, однако глаза почему-то уцепились за тень, что была за спиной доктора.... Эрнстмана? Стало жутко. Это нечто смотрело прямо на Кадма. Прямо ему в глаза. Он почему то был уверен, что только он один видит это, ведь сам доктор продолжал вещать, как ни в чем не бывало. Вглядываясь в глаза этого существа создавалось ощущение, что смотришь в бездну. Бездну отчаяния и мрака из которой нет выхода. Рот существа вдруг искривился. Неестественно, жутко. По коже пошли мурашки, а где то внутри поселился липкий страх. В голове словно набатом прозвучал крик: – Помоги мне! ПО́#ÖГÙ@ ḾНĒ!$%& П@М&Г) \Ḿ#Ê!!!! Кадм не понимал что это было, громогласный крик, или могильный шепот, отвечать не хотелось в обоих случаях, однако губы против его воли прошептали: – Кто ты? - Кадм внутренне сжался, ожидая ответа. Однако его не последовало. Но липкое чувство страха не покидало его. – А теперь, - внезапно лицо Эрнстмана на экране вдруг передëрнулось кровавой рябью. На губах расцвела хищная улыбка, глаза увеличились и в них появились горизонтальные "Бараньи" зрачки. Глаза словно бегали по комнате. В какую-то секунду Кадму показалось что это кровавое лицо смотрит конкретно на него... В этот момент он выключил телевизор. Свет в комнате замигал и затем потух. Кадм сидел в тишине отчётливо ощущая, что словно не один в комнате. он замер, пытаясь отдышаться. Похоже сегодня он не уснет.
