Всё хорошо.

4 ГЛАВА Прошло какое-то время. Мальчики ещё не рассказали никому о своих отношениях, но Эмма знает, поэтому при ней они могут спокойно взаимодействовать друг с другом как пара. В первую неделю отношений они чувствовали какую-то неловкость друг перед другом, смущались даже при простых объятьях, хоть и скрывали это, но через недели две-три всё наладилось, им стало комфортно целовать, обнимать и гладить друг друга в любой ситуации, когда их никто не видит.   И вот, сегодня Эмма пришла к ним в гости. По сути у них приглашать людей противоположного пола не запрещено, запрещено оставлять их на ночь, а также перед приглашением следует объясняться и понимать, что в любой момент к ним могут зайти и проверить чем они занимаются. Так что никаких правил общежития они не нарушали. Ребята сидели втроём на кровати Нормана. Они разговаривали, вспоминая прошлое. Норман просто сидел, откинувшись на стену, Эмма сидела недалеко, примерно в метре от него, а Рэй лежал головой на коленях у Нормана, его ноги почти ксались ног Эммы, но были согнуты в коленях, чтобы ступни могли стоять на краю кровати, чуть дальше от правого бедра девушки. Таким образом Норман мог гладить его волосы, что он, собственно, и делал.   Их весёлую беседу прервал вопрос Эммы: –И всё же, Рэй, почему ты полюбил именно Нормана? – Рэй закрыл глаза, нахмурился и вздохнул. По нему было видно, что ему совсем не хочется говорить об этом. Эмма заметила это и поспешила извиниться:– Ой, прости, ты можешь не говорить... – Нет, я скажу, – серьёзно прервал её Рэй. – Мне казалось, что это очевидно, однако... Да, кто-то должен услышать это от меня. И я бы предпочёл, чтобы этими кем-то были вы... – Эмма немного успокоилась, но насторожилась, ведь такое начало не сулило счастливый рассказ. – Думаю, стоит начать с самого начала... Как вы знаете: о демонах я знал с рождения. Как и о том, что мне и моим близким суждено умереть. Всё это изначально ощущалось ужасно, – он поморщился и зажмурился, чтобы не уходить надолго в воспоминания, но всё же, вздохнув, продолжил, – Я отвратительно себя чувствовал. Тяжело. Одиноко...Я мог спокойно существовать, чувствовать себя живым и даже счастливым только рядом с вами. Вы оба – самое важное в моей жизни. Важнее всего на свете. Так было и в детстве. Даже больше скажу: тогда это ощущалось даже сильнее, чем сейчас. Я... Я просто не мог, узнав о романтической привязанности, не почувствовать её к кому-то из вас. А почему Норман, а не ты, – Рэй обращался к Эмме, хотя по сути рассказывал им двоим. Всё-таки это Эмма задала вопрос, значит к ней и нужно обращаться, отвечая на него. – Я не знаю. Я читал, что ориентацию не выбирают, что она зависит от многих биологических причин. Не знаю на сколько это правда, но, возможно, именно в силу ориентации мой взгляд пал на Нормана.   Эмма изогнута брови домиком. Ей было действительно жаль его. То есть... Она давно это поняла, очень давно, даже пыталась что-то ему говорить, но раньше Рэй ни в какую не обсуждал ни с кем своё состояние. Да, действительно, всё, сказанное им, было очевидно, но как же хотелось услышать подтверждение от самого Рэя... Ну вот и дождались. Эмма взяла его за плечи, подняла с колен Нормана и обняла, притянув к себе. В этот же момент парень почувствовал, что со спины его тоже кто-то обнимает. Норман. – Рэй! Мне так жаль тебя! Мы всегда будем рядом с тобой. Обещаю. Ты очень много пережил, мы сделаем всё для тебя! – Говорила Эмма. Рэй немного засмущался от таких слов, но всё равно сохранял спокойствие с улыбкой на лице. – Поэтому я и не рассказывал. Я не хотел давать повод для жалости. Всё это было давно, сейчас я уже понял, что могу расслабиться. Давно понял... * * * * * * * * * * * *  * * *  * *      Троица продолжила разговаривать на разные темы, говорили ещё часа три, после чего Эмма ушла. В целом, этот вечер ничем не отличался от остальных. Однако... Сегодняшний рассказ отмечался в памяти у Рэя. Не произошло ничего такого, всё, что он рассказал, действительно давно забытое прошлое, но... Сейчас у него будто перед глазами из памяти всплывали моменты, в которые он снова кого-то терял, в которые его родственников забирали, моменты невозможного одиночества и тяжести на душе, давления со всех сторон, плохого сна, постоянные старания просто чтобы выжить, чтобы прожить чуть больше, чем другие. Из-за всех этих воспоминаний приходилось иногда немного вздрагивать. Всё это было так ужасно... Однако один только взгляд в сторону Нормана мог прогнать эти мысли. Осветить голову и будто бы стереть память. Всё-таки он и Эмма всё ещё являются для Рэя самым ярким светом в жизни, самыми яркими лучами надежды, тепла и любви.    Норман замечал странное поведение своего соседа по комнате. Даже обращал на это внимание. – Всё хорошо? – спросил он, подходя к Рэю, пока тот сидел за своим столом. – Да, всё в порядке, – отвечал Рэй спокойным тоном. Ему не хотелось тревожить Нормана, он хотел сам решить свои проблемы, не рассказывая о них. – Я вижу, что это не так. Я не стану допрашивать тебя, но знай, что ты можешь рассказать мне всё, – он вздохнул и поцеловал Рэя в щёку, – Я люблю тебя. – Я тебя тоже, – тихо ответил брюнет. Норман ещё раз вздохнул и отошёл от возлюбленного. Тревожные мысли не покидали Рэя до самой ночи. "Почему? Это же был обычный разговор. Обычные воспоминания. Я даже не сказал толком ничего. Я же когда-то жил в этих воспоминаниях. Почему сейчас это так непривычно? Почему сейчас это кажется таким далёким, но очень близким? Как тяжёлый груз, груз воспоминаний, что идёт со мной сквозь года. Который даже в другом мире всё равно со мной. Но я жил с этим. И со мной всё хорошо. Со мной всё... Хорошо?" – мысли. Бесконечное множество похожих мыслей, вопросов, на которые нет ответа, метафор, а всё это, чтобы успокоиться, но почему-то тревожило ещё сильнее. Но он скрывал это. Хорошо скрывал, так сказать, опыт уже был. Но Норман проницательнее, чем кажется. Он всё видел, всё замечал и всё понимал, но не знал как помочь ему. Действия и прикосновения могут сделать только хуже, показаться неуместными, неправильными. Остаются слова. Какие? Если подготовить нормальные, заранее придуманные слова, то они будут правильными, но не станут звучать искренне, как бы хорошо он их не преподносил. А если не думать о том, что сказать, то лучше молчать. Тогда нужно просто наблюдать. Наблюдать, слушать, понимать. Собственно, то, чем и занимался беловолосый.    Рэй ложился спать, заранее зная что его ждёт. Бессонная ночь. Опять. Закрывает глаза, пытается уснуть. Не получается. Проходит час... Глаза закрыты, сон пришёл. Парень открывает глаза. Он на траве, под деревом, с книгой в руках, вокруг поляна и лес, за которым скрываются большие каменные стены, а перед ним Норман. Он... В приюте?... Хоть то, что он видел вокруг себя, было сном, осознать это сразу не удавалось, как обычно и бывает. Рэй непонимающе нахмурился и посмотрел на Нормана, а потом на себя. Белая одежда... Это определённо приют. Он начал всматриваться в лицо парня. Такое знакомое и родное, но... Нет, это не оно. Даже раньше оно выглядело чуть иначе. С стремительной прогрессией лицо Нормана начало меняться. На нём появлялся непривычный холод. Рэю стало не по себе. Но в один момент глаза Нормана резко расширились. Перестали выражать хоть что-то, даже холода в них было не разглядеть. Кожа стремительно начала белеть, а после приобретать сероватый оттенок, рот приоткрылся. Началось. Рэй взял мальчика за плечи, повернул спиной... Цветок. В его спину было воткнуто ярко-красное соцветие типа зонтик с длинными цветоножками, что называют "вида". Рэй знал, что так будет. Он не боялся цветка, не боялся крови, демонов... Да даже смерти он боялся не так сильно. То, что он чувствовал в этот момент было не таким простым страхом, ведь человек, что лежал перед ним мёртвым, был Норманом.Точнее не был им, но был в его обличии так, будто то же самое могло случиться и с ним. Ему снились не просто страхи, ему снилась смерть, беспомощность и ужас. Следующим кадром в этом сне стала территория бывшего приюта, но по всей площади на траве лежали трупы. Трупы детей, которых он знал и любил. Это выглядело жутко. Он знал, что это сон. Ему хотелось проснуться, но он не мог. Не знал как выбраться отсюда, перестать видеть всё это. Рэй пытался мыслить рационально, как обычно, но мысли ускользали, уступали место ненужной и чуждой ему тревоге, которую парень пытался контролировать, но не выходило. Среди мёртвых тел тех, кто сейчас жив, виднелись те, кто... Кто действительно мёртв. И тех, чью смерть ускорил сам Рэй. Тела тех, кто не смог прожить свою жизнь даже до короткого отведённого им времени, и всё из-за Рэя. Это он ускорил дату их отправки, это он сократил их и без того короткую жизнь, это он пожертвовал ими. Чувство вины. Боль. Чувство вины по сути сейчас и является одной из основных его причин жить. Он живёт, чтобы искупить грехи, чтобы теперь приносить людям пользу, а не жертвовать чужими жизнями. Конечно, были ещё причины, но сейчас они не всплывали в памяти так явно. Этот сон... Обычный. Слишком привычный. Временами подобные сны его тревожили, он всегда знал, что это сны, что в реальности всё хорошо, но там ужас вызывали не сами картинки, не то, что он видел, а то, что чувствовал в этот момент. Чувства словно тоже входили в сам сон. Панический страх сам появлялся, даже если происходящее сна его волновало не так сильно. Ему словно снилась сама тревога и страх, а не то, что их вызывает.    Он проснулся и сел в кровати, глубоко вздыхая. На лице не было эмоций, лицо почти не отличались от обычного. Волнение можно было заметить только по тяжёлому дыханию, биению сердца, ну и по тому, что он не спит ночью без особой на то причины. Но было ещё что-то... В глазах.   Со стороны послышались шорохи. Рэй повернул голову и увидел уже не спящего Нормана с его грёбаным чутким сном. Сегодня они не зашторили окна, поэтому через окно комнату освещала Луна и фонари с улицы, так что ребята вполне могли разглядеть друг друга. – Рэй, ты чего не спишь? – сонно спросил обладатель пепельных волос. Несколько секунд ответа не следовало, брюнет пытался придумать причину. Но скорость мышления Нормана была быстрее. – Опять кошмары? – отвечать не было смысла. Всё было видно. Почему-то сейчас Рэй не сильно-то и пытался скрыть своё состояние. Он безэмоционально посмотрел в ярко-голубые глаза, которые сейчас было не так видно, как днём, но для парня они всегда были прекрасны, даже когда их плохо видно. Норман поджал губы, что-то обдумывая, но потом произнёс: – Давай я полежу с тобой, если тебе так будет спокойнее. – Да не стоит... – Рэй хотел возразить, но не нашёл нормальных причин, по которым Норман не может лечь с ним. – Рэй... – нежно, заботливо и тепло произнёс Норман, чтобы успокоить парня. Потом он встал со своей кровати, преодолевая расстояние до постели соседа по комнате. Блондин осторожно сел рядом с Рэем на край кровати, улыбнувшись, посмотрел в любимые серо-зелёные очи. Глаза брюнета немного расширились, сердце забилось быстрее. Чёрт! А ведь он только-только успокоился!   Норман положил одну руку на плечо Рэя, второй провёл по его щеке, после вздохнул, закрыл глаза и обнял парня. Темноволосый обхватил его руками в ответ и прижался к нему. Так тепло... И пусть за окном холодная зимняя ночь, батареи греют просто ужасно, и он только что проснулся от ужасного страха, это не важно. Сейчас ему тепло и хорошо. Тело ещё немного подрагивало. Он не боялся дать волю эмоциям, наверное, почти впервые. Но с появлением Нормана в его пространстве негативных эмоций просто почти не осталось. – Спокойно... Я рядом, Рэй... – тихо, но ласково проговорил Норман. Ребята упали головами на подушку, продолжая обнимать друг друга. – Я люблю тебя, – сказал блондин, поцеловав Рэя в лоб. – Я тебя тоже, – отвечал брюнет, немного поднимая голову и касаясь губами щеки партнёра. После быстрого поцелуя в щёку парень прижался лицом к его груди, понимая, что рядом с ним ему больше никогда не будет страшно, а если и будет, то человек рядом способен заставить его закрыть глаза на все страхи.    Так они и уснули. Рэя иногда пронимал лёгкий страх, но Норман за столькие годы, проведённые с ним, научился чувствовать даже такие изменения в его настроении, поэтому сразу начинал его гладить, Рэй же в ответ прижимался сильнее, и им двоим сразу становилось спокойно и хорошо. Утро. Громкий будильник вырвал двоих из сна. Рэй недовольно открыл глаза. Иногда ему казалось, что у него хронический недосып, даже если нет кошмаров и других причин не спать, но полностью парень не мог быть уверенным в этом. Норман же наоборот почти всегда был бодрым, хотя энергию старался не тратить и не слишком открыто выражать свою бодрость и энергичность, в отличие от Эммы. Норман быстро пожелал Рэю доброго утра, встал с кровати и начал собираться. Второй последовал его примеру, но, признаться, не сразу. Всё-таки ему нужно было приложить больше усилий, чтобы встать с кровати. **************** Время шло. С того дня Рэя ещё не раз мучали кошмары, поэтому ими было принято решение всегда засыпать вместе, раз так будет спокойнее. Теперь парни сразу ложатся вместе, перед сном целуются или просто обнимаются. Всё хорошо. Зимнюю сессию ребята  сдали, при чём все трое очень даже хорошо. Но я не буду описывать то, сколько им для этого пришлось потратить времени на учёбу, это произведение не об этом) Главное, что сейчас все на новогодних каникулах, теперь у них больше времени на встречи с семьёй и друг с другом. Собственно, так они и проводили время. Если не Эмма, то кто-то из семьи уж точно предлагал какую-нибудь новую идею как вместе провести время, а ни та, ни те не давали выбора Рэю и Норману. Точнее формально давали, но как они могут отказаться? В общем: каникулы проходят хорошо. Приближается Новый год. У всех на окнах висят гирлянды, ярко сияют цветными огоньками, принося радость и уют, особенно детям, в домах и квартирах стоят наряженные  ёлки, даже Норман с Рэем поставили на подоконник маленькую искусственную ёлочку, правда игрушки не вешали. Магазины украшены и наполнены новогодними украшениями, мандаринами и прочей тематической ерундой. А улицы? Все улочки и переулки в снегу, сугробах. На снегу яркие, цветные и светящиеся вывески магазинов отражаются приглушённым светлым оттенком цвета самого текста или логотипа. На людных улицах дорожки окружены деревьями, а на деревьях светятся гирлянды, что ночью освещают дорогу. В общем: красота! Даже возле общаги можно заметить наряженные ёлочки и деревья с гирляндами. Кстати, на счёт общаги... В комнате стояли Рэй и Норман, что собирались выходить на улицу, ведь сегодня 31 декабря, им нужно отпраздновать такой тёплый и семейный праздник с семьёй. – И что в итоге? Как мы расскажем семье про наши отношения? – спросил Рэй. До выхода оставалось ещё несколько минут, а в голове всплыли слова парня, что прозвучали чуть меньше месяца назад, и сейчас самое время их обсудить. – Не знаю, как-нибудь выкрутимся. Расскажем, когда подвернётся случай, – проговорил Норман, не придавая этому особого значения, будто месяц назад свои опасения не он высказывал. – А что, если удачного момента всё рассказать не будет или их реакция действительно будет негативной? – Рэй предположил, что Норман не договорил, однако заключение мысли придется самостоятельно вытягивать из него вопросами. Но всё-таки он ошибся. – Не знаю. На месте что-нибудь придумаем, – как всегда спокойно ответил Норман. Брюнет подумал, что он лжёт, ведь светловолосый не из тех, кто стал бы импровизировать в диалоге, который способен кардинально изменить что-либо в его жизни по его мнению. Но зачем ему врать? Может быть, его идея была недоработанной? Или она была такой, что Рэй мог на неё не согласиться? Впрочем, из мыслей вырвал беззлобно насмешливый голос Нормана: – А ты так волнуешься?) – он сказал это с шуточной издёвкой, ведь когда-то Рэй говорил, что абсолютно не волнуется, неужели что-то изменилось? Конечно, блондин понимал что ему ответит на это его возлюбленный и в целом знал, что волнуется здесь по-прежнему только он, хотя и не показывает этого. Всё-таки быть спокойным у него лучше получается. – Не-а, просто я знаю, что ты всегда всё продумываешь, и я хочу знать о твоих планах. –Отлично. Но плана действительно нет, если случая не будет, то просто вдохнём поглубже и расскажем. – Ладно, – спокойно согласился Рэй. Такого простого ответа ему было вполне достаточно, он понимал, что в любом случае подстроится под ситуацию, имея столько информации. Да и даже если она ложная, всё равно подстроится, он ведь знает и Нормана, и свою семью, что может пойти не так? Выйдя на улицу, нужно было пройти пару домов до автобусной остановки, постоять на остановке пару минут, потом 10-15 минут на автобусе, 5 минут пешком, и парни уже оказались возле калитки. Всё это заняло минут 25. Возле большой металлической двери, собственно, такой же, как забор, находилась маленькая  серебристая кнопочка – звоночек со встроенной камерой. Они позвонили в звонок. Открывать побежала Джемима. Она увидела мальчиков и сразу открыла дверь. На пороге к Рэю сразу подбежала Джемима и обняла. К Норману же подбежала Кэрол, которая уже была достаточно взрослой и почему-то из старших ей нравился Норман. Лани и Тома о чём-то спорили там в коридоре, а с кухни и зала слышался шум. Видимо, все разделились: кто-то готовит, а кто-то, судя по звукам, упаковывает подарки и ставит их под ёлку. Хорошо, что подарки Норман и Рэй ещё давно передали, скорее всего, сейчас они запакованные стоят под ёлкой или их сейчас оборачивают в красивую бумагу. Как только мальчики сняли верхнюю одежду, с кухни вылетела Эмма с огурцом в руке. Она взглянула на Тому  и Ланиона и немного прикрикнула на них:– Мальчики! Хватит ссориться по пустякам, – после этого она перевела взгляд на Нормана с Рэем и сразу повеселела: – Привет! Простите, я сейчас не могу вас обнять, мне нужно резать салаты... Но я рада вас видеть! – с этими словами она опять удалилась на кухню. Парни переглянулись и улыбнулись с немой фразой на лице: "какая же она классная". Мысли и разговоры о любви к Эмме у них не считаются и никогда не считались изменой. Они скорее бросили бы друг друга, если б кто-то из них перестал любить Эмму. Это было внегласное правило в их отношениях. Норман и Рэй прошли в дом. Конечно же остальные тоже их тепло встретили, поприветствовали, начали рассказывать о том, как проводили время без них, некоторые по секрету рассказали какие подарки приготовили для остальных (все подарки, которые упаковывались, лежали в коробках, поэтому что находится внутри никто не видел, даже те, кто запаковывает эти подарки, видели их уже в непрозрачных коробках и оборачивали в цветную бумагу, перевязывая лентами и наклеивая бантики). Этим двоим тоже дали задание, теперь вся семья работает все вместе: помогают друг другу, иногда переговариваясь, рассказывая истории и весело шутя. Благодаря этому по всему дому были слышны голоса и прочий шум. Да в целом тихо у них никогда не было, разве что ночью, но сейчас особенно шумно. Поэтому все и любили Новый год. И нет, не потому, что было шумно, а потому, что все были вместе. Конечно, когда они все вместе, будет шумно, всё же они любят друг друга, а когда любишь кого-то, ты хочешь с ним разговаривать. Таким Новый год был не всегда. Например когда Нормана, Эммы и Рэя не было, остальные хоть и были вместе, но без них семью нельзя было назвать полной. Но сейчас всё хорошо, сейчас все вместе встречают Новый год, и всё прекрасно. Так и провозились они с этим всем до вечера. И вот: сейчас уже 10:00 вечера, стол накрыт, а все сидят в гостиной, любуются большой и прекрасной наряженной ёлочкой, разными подарками в красивых обёртках. Они, а особенно младшие, ждут не дождутся, когда можно будет открыть эти подарки, однако это будет ещё не скоро, потому что подарки у них принято по традиции открывать даже не ночью, а в новогоднее утро. Сейчас уже пора бы садиться за стол и начинать есть. И да, до Нового года ещё целых два часа, но еды у них очень много, да и их самих очень много, поэтому время пролетит быстро. Все расселись за стол, сидят, разговаривают, кушают. Норману, Эмме, Рэю, Дону и Гильде дома, кстати, уже могли налить немного алкоголя, несмотря на то, что 18 лет никому из них не было. Просто взрослые считали, что в возрасте 15 лет уже можно немножечко налить. Ребята просто пили сколько налили, не хотели больше, но и не отказывались, хотя Гильда немного побаивалась пить, но в целом никто не жаловался, только Дон иногда просил чуть больше, чем ему наливали, правда больше двух раз по половине бокала вина (даже чуть меньше половины бокала) ему не наливали. Ну, маленький ещё. Остальные, смотря на то, как он просит, смеялись и иногда подшучивали на тему того, что в будущем он может стать алкоголиком, но, конечно же, все надеялись, что такого не произойдёт, однако сейчас всё это выглядело очень смешно, а что будет потом – думать будем уже потом.  Но тут Нормана кто-то легонько толкает в бок, он поворачивает голову и встречается взглядом с Рэем. – Что ты хочешь?– наверное, эту фразу произносят, когда не хотят общаться с собеседником, однако Норман даже эту фразу сумел употребить здесь с такой интонацией, будто весь во внимании, что, кстати, являлось правдой. – Когда мы расскажем? – да, сейчас  Рэя всё-таки начало это волновать. Точнее не сама ситуация, а отсутствие сроков. Раз решились говорить - надо сказать, это брюнет и так знает, а больше никто ему ничего не сказал. – Не сейчас, Рэй.  Когда придёт время - расскажем,  – в этот момент их диалог услышала Эмма. Забыв обо всём, она решила спросить: – Что? Что вы хотите рассказать? – произнося это, она случайно привлекла ненужное внимание к ним, а соответственно и к диалогу, и к проблеме. Норман и Рэй многозначно и немного недовольно (ну Норман немного, а Рэй всегда смотрит будто чем-то недоволен, сейчас это ещё сильнее видно по его лицу) посмотрели на неё. Девушка ещё не долго смотрела на них удивлённым взглядом. – Ты идиотка? – нет, Рэй так не считал, просто не думал , что Эмма так быстро забудет обо всём. Да, она не знала, что они станут скрывать это, но ему это казалось очевидным, так что девушка вполне могла догадаться до всего, не привлекая внимания. Но, кстати, сразу после его слов, она всё вспомнила и обо всём догадалась. – А! Да!... Да... То есть, нет, я не идиотка, я просто, да, я поняла о чём вы... Да, надо бы рассказать. Да, – быстро и возможно немного неуверенно произнесла девушка. Рэй недовольно вдохнул и закатил глаза, Норман в ответ на это просто хихикнул. В целом никто не обратил на них особого внимания, поэтому после этого короткого диалога все просто продолжили беседовать как ни в чём не бывало. 12 ночи. Новый год. Под бой курантов все загадали желания. Какие? А вот это уже никому рассказывать нельзя, иначе не исполнятся) После этого включили музыку, и дети начали танцевать, а те, что постарше или не очень любят такое, остались за столом, продолжая беседовать. Да, сейчас поздно и нельзя шуметь, однако сегодня новогодняя ночь, а в  новогоднюю ночь можно всё. Однако всё имеет конец, и эта ночь – не исключение. Младшие уже все легли спать, Анна осталась почитать в зале, все младше неё спали, а все старше неё сидели на кухне и о чём-то разговаривали. – Да ты идиот! – выпало изо рта Рэя, после чего он встал со стула. Да, что-то пошло не так, и сейчас они с Доном немного поссорились. Возможно, даже маленькая доза алкоголя так повлияла на них, а возможно они просто раньше не обсуждали друг с другом какие-то спорные темы, раньше действительно подобное не сильно волновало. Но в любом случае это лишь маленький конфликт, о котором завтра все, включая самих Дона и Рэя, забудут. – Всё, я иду спать, – вынес вердикт Рэй и ушёл. Возможно он действительно легко мог отдаться эмоциям, когда это ни на что не влияет. Ну или ему просто хотелось поскорее уйти отсюда. В любом случае сейчас все смотрели в спину Рэя, боясь, а может просто не хотя, произнести хоть слово. Тот же стремительно и быстро удалился с кухни, но только Норман заметил, что как только Рэй пересёк порог кухни, его шаг значительно замедлился. Все так и смотрели на дверной проём между кухней и коридором, потом перевели взгляд на Дона, мол, это из-за тебя такая реакция. Но через несколько секунд Норман встал. – Я пойду за ним. Может успокою... – сказал он и, не дожидаясь ответа, вышел с кухни. Все просто переглянулись, что-то сказали Дону и начали вести разговор на другую тему.   Как только Норман вышел, он заметил спину Рэя, что уже подошёл к лестнице. Норман подбежал к нему. – Рэй! Ты правда так разозлился на него? – с беспокойством, но и некой усмешкой спросил Норман. – Ну так если он дурак! – вскрикнул Рэй, взмывая руку в сторону кухни,чтобы точно было понятно кого он имеет ввиду под словом "он". Норман подошёл ближе и положил палец на его губы. – Тише. Дети спят, разбудишь ведь, – спокойным тоном произнёс Норман, тепло улыбаясь. Рэй легко убрал руку Нормана от своего лица. – Да как тут тише?! – продолжал кричать он, хотя в этот раз был действительно потише. Норман вздохнул и взял его за руки,после чего посмотрел в глаза и тихо произнёс: – Если я тебя поцелую, ты успокоишься? – Рэй удивился, это даже было видно на его лице. – Что? – в начале он не совсем понял о чём говорит Норман. Но потом понял, что блондин имеет ввиду не обычный поцелуй в щёку или куда-то ещё, такие поцелуи у них происходят каждый день по нескольку раз, а настоящий глубокий поцелуй в губы. Да, такие поцелуи для них были чем-то гораздо более интимным (скорее в плане эмоциональной близости), были чем-то сокровенным, что происходило крайне редко. За почти месяц отношений так они целовались только раз 5 и пока что каждый из них помнил в голове каждый случай, сопровождаемый таким "интимным" поцелуем. И если шестой раз произойдёт прямо в Новый год, то для них двоих этот Новый год станет более особенным. Осознав это, Рэй немного засмущался, из-за чего стал спокойнее и немного отвёл взгляд куда-то в сторону. – Ты имеешь ввиду... – Да, я имею ввиду настоящий поцелуй в губы. Или ты против? – спросил Норман, явно давая понять, что ждёт ответа. Рэй посмотрел ему в глаза и усмехнулся. – Ну давай. – с улыбкой произнёс он,после чего сам поцеловал Нормана в губы, положив руки на его плечи и постепенно углубляя поцелуй, делая его долгим и особенным. Норман в свою очередь обнял Рэя за талию, притягивая к себе, при этом поцелуй не разрывал, а сам отвечал на него и провоцировал некоторые попытки углубить его. В этот момент этажом выше проснулся Фил. Он встал с кровати потому, что не мог уснуть из-за музыки, которую забыли (или просто не хотели) выключить. Мальчик хотел спуститься вниз, на кухню и попросить выключить музыку или хотя бы сделать её потише, но, спускаясь по лестнице, которая была ближе к двери комнаты, в которой он спал, Фил увидел это. Два его старших брата целуются, при этом один другого обнял за талию, и стоят они чертовски близко друг к другу. Но всё-таки мальчик не стал мешать им, ведь ему было уже 9, и он знал про поцелуи, как они происходят, и даже знал про гейство. Он быстро пробежал по коридору до другой лестницы (дом был большим, всё-таки в нём почти все дети из другого мира живут, ну и да, там было две лестницы, как обычно бывает в школьных коридорах) и спустился вниз, всё-таки дойдя до кухни. Но сейчас музыка его не сильно волновала, больше ему хотелось узнать: знает ли ещё кто-то про то, что он видел? – Майк, я спросить хотел... А это нормально,когда мальчики целуются? – Майк Ратри тоже всё ещё сидел за столом со старшими, но сейчас оторвался от разговора с остальными и удивлённо посмотрел на Фила. – Какие мальчики? – он встал из-за стола и нахмурился, не понимая к чему клонит Фил. Но всё же за пару секунд примерно догадался почему он это спрашивает. – У вас там что ли целуются кто-то?! – с этими словами он быстрым шагом направился в сторону выхода из кухни и вышел в коридор. Те, кто сидели за столом, переглянулись. Только Эмма поняла кого именно застали целующимися. – Это про кого они так? – спросил Дон. Он и сам знал, что это глупый вопрос, ведь думал, что за этим столом ответ никто не знает. Но Эмма всё-таки решила подать голос: – Скорее всего про Нормана и Рэя... – все с шоком посмотрели на неё, ожидая объяснений. Она неловко закрыла глаза и улыбнулась: – Ну я сама много не знаю, если честно... Знаю только, что они встречаются уже около месяца и, учитывая,что они минуту назад вместе вышли отсюда, смею предположить, что до спальни они ещё не дошли... – удивление с лиц остальных не пропало. На Эмму только посыпались новые вопросы о том, как много она знает и как обо всём узнала. В это время Норман уже прижал Рэя к стене возле проёма, ведущего к лестнице. Впрочем, второй и не сопротивлялся, несмотря на то, что это был уже третий поцелуй, всё-таки Норман не говорил про количество, да и если вспомнить первый за сегодня поцелуй, там скорее Рэй поцеловал Нормана, хотя блондин в условиях упоминал,что должно быть наоборот. Однако, услышав быстрые и шумные шаги Майка, парням пришлось отстраниться друг от друга. Первым услышал Рэй, но из-за своего положения он мог только резко разорвать поцелуй и повернуть голову. У Нормана рефлексы работали чуть хуже, поэтому он шаги услышал не сразу, а голову повернул только из-за реакции Рэя. Мистер Ратри уже был близко и, конечно же, всё видел. Норман быстро отошёл от своего парня, неловко глядя на мужчину, приближающегося к ним. Брюнету оставалось только сделать шаг от стены и так же неловко смотреть на своего приёмного отца. – Что вы здесь делали? – с злостью в голосе начал Майк. – Мы... – смущённо начал Норман, но всё-таки умение Рэя сохранять спокойствие, когда надо и когда он сам этого хочет, помогло им вести этот разговор более уверенно: – Целовались, – действительно удивительно спокойно произнёс Рэй. Норман удивлённо посмотрел на него, но он даже не обратил на это внимания. Майк Ратри вздохнул, обдумывая что сейчас произошло и что лучше сказать в такой ситуации. – То есть вы...– начал он, но Рэй, видимо, готовился, поэтому так же непринуждённо закончил за него, сразу отвечая на все возможные вопросы: – Да, мы состоим в романтических отношениях, да,  любим друг друга и...да, мы геи, – последние два слова прозвучали с каким-то раздражением, потому что любые слова о любви звучали красиво и правильно, но слова об ориентации, что отличается от чужой, звучали совсем по-другому. Мужчина вздохнул, но его реакция была не такой уж и плохой: – Хорошо... Тогда последний вопрос, за который я сразу извиняюсь... Вы спите вместе? – да, это странно спрашивать у 16-летних детей, но по сути одному из них через 2 недели 17, они оба достигли возраста согласия, так ещё и живут вместе, поэтому тут однозначно дать ответ нельзя и всё-таки стоило спросить. – Нет, – сразу ответил Рэй, имея ввиду суть вопроса, которую мистер Ратри блюрил. – Да, – ответил Норман сразу после Рэя, ведь, по сути, они спят вместе в одной кровати. И если не брать в счёт завуалированную суть вопроса, действительно можно сказать, что они спят вместе. Рэй же не сразу понял что имеет ввиду Норман, поэтому удивлённо и с какой-то агрессией посмотрел на него. Но потом понял и закончил его мысль: – Хорошо, да, мы спим вместе, но мы просто обнимаемся. – Это правда, – подтвердил Норман, будто это на что-то повлияло. Майк снова вздохнул, но через пару секунд вынес вердикт: – Ладно. Любите кого хотите, мне без разницы, раз ничего такого в этом нет. Но просто знайте,  что по документам вы являетесь сводными братьями, а это уже странно, так что если захотите кому-то что-то рассказать, то скрывайте или первое,или второе, – он уже собрался уходить, но потом о чём-то задумался и, нахмурившись, и пробубнив что-то себе под нос, добавил: – И... Мне очень неудобно и совсем не хочется говорить с вами о таком, особенно в Новый год, но для вашей же безопасности мне стоит кое-что уточнить... Презервативы вам тоже нужно использовать. На всякий случай, – после этих слов он точно ушёл на кухню, где его ждали ребята и хотели расспросить о том, что произошло, и о чём они говорили. Мальчики переглянулись, дождались пока силуэт Майка скроется за поворотом на кухню, а потом резко повернулись и посмотрели друг на друга, даже не зная что сказать. – Ну типа... И всё? Можем больше не скрываться? – начал Рэй. – Выходит, что так. Потому что Майк не против, а остальные если узнают,что мы вместе, против точно не будут, на вряд-ли у них есть какое-то своё чёткое мнение на счёт представителей ЛГБТ сообщества. Ну разве что Дон с Гильдой, но они уже, скорее всего, знают, да и даже если против, повлиять на что-либо никак не смогут. – Справедливо. Тогда сегодня опять спим вместе? – Конечно, –  Ответил Норман, и они оба ушли в комнату, где оставалось свободное спальное место. Им было достаточно одного на двоих. Легли вместе, закрыли глаза... Приоткрывая их на пару секунд, Рэй видел перед собой короткие белые локоны волос, что аккуратно свисали, закрывая лоб. Да, видел, так как окна были не закрыты шторами, ведь некоторые дети боялись спать в полной темноте, а сейчас светила Луна, фонари с улицы, да и периодически были слышны салюты, от которых все вздрагивали, а кто-то даже просыпался на долю секунды. И, судя по всему, Норман тоже смотрел на Рэя перед сном, тоже любовался им... Почему-то так казалось. Сейчас брюнет смотрел на эти белые волосы, что немного отдавали голубым за счёт синего ночного неба, которое видно из окна. А его черты лица... В этом возрасте они были достаточно острыми, губы маленькие, но очень аккуратные и красивые по мнению темноволосого, а ещё на его лице красовался необычный нос, у остальных он выглядел иначе, но и эта особенность внешности Нормана нравится Рэю. Ему всё нравится. Он прижался ближе к блондину. Им движет не страх, вовсе не кошмары, а просто желание быть рядом, ощущать его тепло и запах, слышать и даже чувствовать на себе его тёплое дыхание, понимать, что всё хорошо и они вместе, и ещё хоть раз за сегодня посмотреть в изумительный кристально-чистый голубой океан его глаз. А может быть это был лёд, что мерцал при Солнечном свете. Солнце... Солнцем была Эмма, но, видимо, и от чёрного угля этот лёд сияет). Так близко... Парень осторожно убрал один белый локон с глаз светловолосого, от чего тот осторожно открыл свои голубые глазки и озадаченно посмотрел на возлюбленного: – Рэй? Что ты делаешь? – шёпотом начал он, немного засмущавшись. Такая реакция была странной, раньше он никогда не смущался. Но, видимо, сонный разум мыслит по-другому. – Не знаю... – таким же тихим шёпотом ответил Рэй и сильнее обнял Нормана. Обладатель пепельных волос в начале немного растерялся, но потом спокойно дал себя обнять и обнял брюнета в ответ. Темноволосый быстро поцеловал его в шею, получив в ответ поцелуй в лоб, и начал проваливаться в сон, ведь сейчас они вместе, и всё хорошо. Утро. Сейчас все уже проснулись, дети побежали открывать подарки, а Норман с Рэем помогали на кухне, ведь малыши (да и не только они) наверняка скоро захотят есть, а со вчера хоть и осталась еда, которой хватит на завтрак, но всё это нужно погреть на всех, а микроволновка только одна, поэтому что-то приходилось разогревать на кухонной плите, а потом разложить по порциям на каждого, чем и вызвались заниматься они. Хотя еду не только погреть нужно, но и поставить на стол, так что и тут дела были. В общем: утро они провели вместе. За это время они решили, что просто рассказывать обо всём больше никому не будут, но чтобы ничего не скрывать, и в дальнейшем их отношения не были шоком для других, на это парни намекнут своими действиями. Они уже провели ночь на одном матрасе, кто-то уже спрашивал у них почему, и парни уже отвечали, рассказывая о том, что встречаются. Но этого, наверное, мало. В целом для них ничего не изменилось, Норман и Рэй просто вели себя как обычно, а обычно они жили вдвоём и в повседневной жизни могли просто обнять или поцеловать друг друга когда захотят, могли говорить комплименты друг другу или просто сидеть вместе и держаться за руки. Сейчас, когда была возможность, они просто делали то же самое и уже через несколько часов им удалось сделать то, что парни планировали ещё месяц назад. День. Эмме, Норману и Рэю уже нужно уходить. Парни действительно ушли, как и планировали, а вот Эмма осталась ещё ненадолго, сказав, что сядет на последний автобус. Все, конечно, волновались за неё (а в особенности главные герои этой истории), однако всё-таки разрешили поехать одной попозже, но с условием: она будет на связи и включит отслеживание  своей геопозиции. В общем: Эмма сможет побыть с семьёй подольше и добраться до дома в безопасности, так что все довольны. Ну а мы вернёмся к нашим героям. Рэй и Норман шли до автобусной остановки. Их окружали сугробы и лёд, был мороз, поэтому светило солнце, и снег красиво блестел от попадания на него ярких лучиков того солнца, однако людей почти не было. Все сидели по домам и спали или же продолжали праздновать. Сегодня не до улицы было. Но автобусы ходили (и хорошо). – Получается... Больше никаких секретов? – осторожно спросил Рэй. Ответ на этот вопрос он знал, но мало ли что на уме у Нормана. – Да. Ни от семьи, ни друг от друга, – уверенно ответил светловолосый. Брюнет оглядел его и остановил взгляд на его руках. – Лучше бы руки в карманы убрал, холодно ведь, – серьёзно и даже с неким раздражением произнёс он. Понятно, что он так выражает свою заботу, но, пожалуй, сейчас это выглядело грубовато. – А если упаду? Лёд на земле, если поскользнусь, то руки поставить не успею, – говорил Норман, игнорируя совет Рэя. – Что-то я никогда не видел чтобы ты падал на ровном месте. – Так здесь не ровное место, лёд. Да и у меня карманы в этом пальто маленькие, – продолжал оправдываться блондин. – Ты не упадёшь, я не позволю, – с этими словами Рэй стал идти чуть ближе к Норману, взял его левую руку и сунул в свой карман, не отпуская. По началу брюнет немного потирал его ладонь своими пальцами, чтобы она быстрее нагрелась, а потом просто держал. – А если и упадём, то вместе. Норман посмотрел на карман Рэя, потом на его лицо и улыбнулся. Темноволосый отвёл взгляд на дорогу, второй последовал его примеру и сделал так же. Что-то говорить или как-то реагировать на это не стал, просто смирился, и они шли дальше. Ребята добрались до своего места жительства, остаток вечера провели вместе: сидели рядом, разговаривали, обнимались, смотрели что-то. В целом праздник по мнению всех прошёл очень хорошо. Но скоро будет ещё один праздник: день рождения Рэя. Самому ему на это было плевать. Конечно, он помнил про день рождения, обычно его в этот день поздравляли, дарили что-то, но последние несколько лет было вовсе не до его дня рождения, ведь с 12 лет он проводил его в опасных условиях в другом мире, нужно было всегда быть начеку, что-то делать, а это ещё и середина зимы, январь, и, хоть снега почти не было, всё равно становилось холоднее, сложнее добывать ресурсы и появлялись другие неудобства. Из-за всего этого Рэй уже и почти забыл какого это: нормально праздновать день рождения. Да, даже в другом мире его поздравляли друзья, желали что-то хорошее, но не более, так что в целом парень не сильно выделял этот день у себя в голове. Но сегодня за него это сделал кое-кто другой. Утро. 15 января. Воскресенье. Самым первым с днём рождения парня поздравил его возлюбленный, потому что они просыпалась почти в одно время (приходилось, не так уж и легко вылезти из постели с спящим человеком, не разбудив его), а блондин, в свою очередь, поздравил Рэя почти сразу, как только проснулся. – Спасибо... – коротко поблагодарил его Рэй, хотя в начале и сам забыл, что сегодня какой-либо праздник. – Ты же свободен сегодня? – брюнет хотел просто спокойно ответить, но до него быстро дошло к чему идёт этот диалог. – Только не говори, что ты... – Да, я хочу сделать тебе... Небольшой подарок, – с ухмылкой закончил за него Норман. – "Небольшие подарки" не начинаются со слов "Ты же свободен сегодня?". Беловолосый сохранил улыбку на лице, но она стала менее самодовольной. – Хорошо, расценивай это как большой подарок. – Заинтриговал. – Осталось только не разочаровать, – усмехнулся голубоглазый. День. Да, Норман действительно что-то подготовил. Да, они на улице. Идут в неизвестном для Рэя направлении, при чём это уже даже не совсем их город, а какой-то посёлок рядом. В такие места темноволосый не ходит, не видит смысла, ему в целом не очень-то и нравятся выходить из дома, только если по учёбе, работе, или если кто-то из близких позвал. Но так далеко его обычно не зовут. Парни подходили к какому-то зданию, которое было похоже на пятиэтажный многоквартирный дом с виду, но там почти не было окон, и дверь, видимо, была одна. Хоть и выглядела как подъездная: такая же большая железная дверь, выкрашенная в красно-коричневый цвет, да и в целом из обстановки не выделялась. Ощущение, что сейчас они пойдут на какую-то вписку на чьей-то квартире, просто окна, возможно, выходят на другую сторону. Но нет. Приглядевшись, Рэй понял, что у этого здания не просто крыша, она немного возвышалась и была стеклянной. Дальше он понял, что окон нет только в одной части здания: на верхних этажах, под крышей, но даже так в одном месте было примерно два окна. Становится интересно. Опустив взгляд, темноволосый заметил неподалёку от той самой двери Эмму. Интересно: а ей Норман что-нибудь объяснил? – Добрый день, Эмма, – произнёс он, неторопливо подойдя к ней. – Ты знаешь что мы сейчас будем делать? – поинтересовалась она. – Мне просто Норман написал недавно, позвал, скинул адрес, но просил не смотреть что это за место. Рэй прикрыл глаза и вздохнул. – Понятно. Выходит, что тебе он тоже ничего не сказал, – сделал вывод брюнет. Обсуждают так, будто Норман не стоит прямо рядом с ними и не слышит их. И точно так же они вдвоём покосились на блондина, на что тот неловко улыбнулся. – Вы только не думайте, что это что-то масштабное... Думаю, сами понимаете какой у меня был бюджет, – он отвёл взгляд. – Думаю, мы понимаем, что бюджета у тебя не было, – возможно немного грубо ответил Рэй. Норман на это лишь тихо хихикнул. – Я откладывал, – он улыбнулся и прикрыл глаза. – Ладно, пойдёмте уже, холодно тут, – светловолосый достал из кармана телефон и посмотрел время. – Да и времени уже не так много остаётся. Ребята втроём зашли в эту подъездную дверь. И действительно, внутри это здание тоже похоже на многоквартирный дом. Лифта там не было, но сразу при входе была лестница, по которой они начали подниматься. Первые 4 этажа действительно выглядели как обычный подъезд: поднимаешься по лестнице из 8 ступенек, встаёшь на лестничную клетку, видишь перед собой 4 двери – входа в квартиры, и ничего особенного. Но 5 этаж был, похоже, последним и не таким, как остальные. Там было только две двери, одна из которых вовсе не была похожей на подъездную, потому что была белой и деревянной. Они зашли в другую дверь. Она была не запертой, но это была вовсе не квартира. Это было помещение примерно на 40 квадратных метров, справа от двери стояла вешалка, а слева, около стены, стол с ноутбуком, канцилярией и ещё чем-то. В целом он напоминал чьё-то рабочее место. И, кстати, так оно и было. На стуле за столом сидела девушка с короткими тёмными волосами, смуглой и достаточно загорелой (на удивление, ведь сейчас зима: где она могла загорать так? Наверно ходит в салярии) кожей и зелёными глазами. Она сидела, поэтому ни её рост, ни одежду толком описать нельзя. Рядом с вешалкой, возле правой стены и напротив стола, стоял диван, на который Норман попросил сесть Эмму и Рэя, пока сам подошёл к той девушке. – Что ж... Хотя бы не вписка – Эмма. Он бы не стал нас на такое звать, – он посмотрел на подругу серьёзным взглядом. Потом оглянулся по сторонам и тихо добавил: – Хотя... Хрен его знает. Норман закончил разговор, направился к двери, вздохнул и тихо кинул ребятам: – Идёмте. Они вышли. Думали, что будут спускаться, но нет, зашли в соседнюю дверь и вышли в большое помещение. Действительно большое, раз в 5 больше той комнаты. По всей территории стояли деревянные и каменные конструкции, напоминающие какие-то препятствия, за ними можно было спрятаться, обойти вокруг, а на некоторые даже подняться или зайти внутрь, но не было видно что в них находится. Потолок стеклянный, стены каменные, на одной из них были часы. – Что это? – спросила Эмма, оглядываясь по сторонам. Норман закрыл глаза, отошёл, улыбнулся, после чего открыл глаза и с немного хитрой улыбкой наклонил голову. – Сыграем в догонялки? – звучало очень вызывающе. По интонации даже не сказать, что он звал их играть в обычную детскую игру. Рэй удивился. Глаза расширились, брови немного приподнялись. Он снова оглянулся. И действительно: это место идеально для самой лучшей игры в догонялки. И, возможно, он мог и хотел бы сейчас сыграть, но в какой-то степени казалось странным играть в догонялки на семнадцатилетие. При чём всерьёз. – Заманчивое предложение, но нам не по 10 лет. – А что не так? – посмотрела на него Эмма. – Играть можно в любом возрасте, а догонялки - игра, в которой используется интеллект, а его применять полезно в любом возрасте. Да и мы вовсе не взрослые. И даже если были бы ими, что плохого в игре? – Рэй посмотрел на неё, после чего вздохнул. – Ладно, ты права... Я не против, – он немного помолчал. Стало несколько неловко из-за того, что он начал высказывать претензии без причины. – Но подожди. Где ты взял столько денег на такое помещение? – Норман отвёл взгляд в сторону. – Откладывал, но... Не то чтобы прям взял... Договорился на сокращённое время, так что у нас 20 минут, а учитывая, что мы здесь распинаемся, минуты три уже прошло. – Отлично. Тогда минута на то, чтобы убежать, 14 минут играем, остальное время на то, чтобы выйти. Кто водит? – Я. Я же всё это затеял – Договорились, – Рэй махнул головой в сторону двери, намекая, что Норману следовало бы выйти, чтобы не видеть куда они побегут. Тот же сразу понял его жест и вышел из помещения. Они дождались, пока наступит ровное время, чтобы вести отсчёт по часам на стене, а после двинулись с места. Рэй и Эмма побежали в одну и ту же сторону. – А ты уверен, что нам следует бежать в тот угол? – Да. Это слишком очевидный ход, который выбрал бы любой, но его бы и выбирали потому, что он хороший. Двигаться в направлении, противоположном от двери, логично, так мы выиграем больше времени, – Эмма кивнула. Когда они почти пробежали всю территорию, Рэй продолжил: – Норман сразу поймёт где мы. Сразу же побежит сюда. Но, думаю, ты знаешь что делать дальше. Всё-таки это мы почти 2 года без него от демонов бегали, так что трудностей возникнуть не должно. Ребята разделились. Спрятались за двумя колоннами, из-за которых удобнее всего было следить за входом, из которого вот-вот выбежит Норман. Рэй задумался о том, что скорее всего светловолосый осматривал это здание и специально выбрал такое место, где у него будет больше шансов на победу, ведь всё так совпало: в самом дальнем от выхода углу два самых удобных места, что даёт гарантию на то, что Рэй и Эмма выберут именно эти места. Слишком предсказуемо и похоже на ловушку, скорее всего здесь Норманом заранее были продуманы и следующие действия, темноволосый на данный момент пытался понять какие именно, чтобы тоже опередить его или хотя бы быть на равне с ним. В таком случае исход игры известен изначально, так что за всё оставшееся время Рэю нужно понять как именно блондин задумал победить и в каком моменте его можно обломать, а также рассказать всё Эмме, если та сама не догадалась. Игра началась. Всё, как Рэй и думал. Норман быстро оглядел зал, после чего сразу же направился в сторону Эммы. Интересно только почему именно в её сторону, но сейчас думать надо не об этом, а о том, как обхитрить его. Его ход мыслей Рэй примерно понял. Он понял все шаги, которые будут ожидаемыми с их стороны и тем самым принесут беловолосому победу. Теперь стало очевидно, что если действовать ровно наоборот, то будет только хуже, ведь скорее всего Норман продумал и это, а тогда сможет победить ещё быстрее. Также если начать действовать нелогично где-то в конце времени, то риски будут слишком велеки, да и голубоглазый наверняка только этого и ожидает, ведь так якобы повышается шанс сбить его с толку, он бы просто заставил их в это поверить, в то же время водя за нос. Поступать как-то не по его плану в самом начале тоже глупо, ведь действия из плана Нормана самые правильные и очевидные, именно поэтому он и придумал как отвечать именно на них, заманивая ребят в ловушку. Остаётся середина. Примерно на седьмой минуте игры для Нормана всё должно пойти не так. Но если прийти к этому выводу так просто, то стоит выбрать немного другое время, тогда радиус возсожного времени, в которое его застанут врасплох, будет слишком большим, чтобы Норман всё время оставался начеку. Остаётся только продумать всё до каждой секунды, а это делать можно параллельно с игрой. Время шло. Пока что всё было идеально для двух сторон. Норману легко удавалось заманить ребят в угол, а им так же легко удавалось сбежать от него. Благодаря хорошей памяти все трое уже на 5 минуте игры запомнили всю локацию, из-за чего играть стало интереснее. Но всё-таки и у Рэя, и у Нормана уже сформировался полноценный план, осталось только понять кто продумал его лучше и насколько далеко зашёл. Но в плане Рэя была одна маленькая оплошность: невозможно рассказать его Эмме. Блондин не допускал их сближения. Делал всё, чтобы они не могли взаимодействовать. И это тоже, скорее всего, план Нормана. Эта деталь много чего портит, так как теперь Рэй даже не может узнать догадалась ли до всего Эмма и рассказать что он придумал. В его голове промелькнула мысль о том, что девушку вполне могут поймать, тогда парню придётся справляться самому. Мысленно он с этим смирился, но рыжеволосая вовсе не промах, так что и сама держалась хорошо, хотя по её действиям было понятно, что как такового плана она не имеет, часто полагается на скорость, что очень рискованно, и на вряд-ли догадалась о стратегии Нормана, хотя некоторые его действия ей будто понятны. Наверняка утверждать нельзя, их подруга слишком непредсказуемая. Всё шло неплохо, но когда до конца игры осталось 5 минут Рэй сменил стратегию. Он думал, что Норман сразу это заметит и переключится на него, тоже сменит стратегию, чтобы поймать его, но блондин поступил иначе. Он продолжил то, что начал, но в этот раз особое внимание уделял Эмме. Несколько раз Рэю приходилось спасать её, но поговорить в этот момент ребята все равно не могли. Однако девушка и сама догадалась до всего, но не могла ничего сделать, так что просто убегала. Так зеленоглазая протянула достаточно долго, время к тому моменту уже подходило к концу. Осталось две минуты. Эмму загнали в угол. Путей отступления не было, она по-прежнему уворачивалась и убегала от светловолосого, но сейчас это удавалось сложнее. Казалось, что она и минуты не протянет. Где-то рядом возле какой-то конструкции необычной формы был Рэй. Он знал, что у девушки есть шанс сбежать, поэтому пытался как-то ей подсказать, помочь. Наконец, парень добился того, что его заметили. Эмма кинула на него короткий взгляд, темноволосый это заметил, но и Норман тоже, так что она не успела сделать что-либо. Голубоглазый воспользовался её короткой "слепотой" и поймал девушку. Сразу после этого вспомнил куда она смотрела. Рэй был там. Норман смотрел прямо на него. И стало ясно, что теперь всё внимание будет уделено Рэю. Светловолосый выглядел несколько уставшим, что было неудивительно, но брюнета это замотивировало стараться сильнее и дало какую-то надежду на победу. Осталось меньше минуты, всё должно получиться, всё пройдёт хорошо. Рэй убегал, он примерно представлял как будет двигаться Норман, где будет бежать, что будет делать. И по началу всё было хорошо. Но потом, в последние 20 секунд Рэй был сбит с толку: блондин действитвовал безрассудно, ужасно рисковал, делал что-то странное, но воспользовался этим коротким удивлением брюнета и загнал его в закрытую конструкцию, из которой нельзя выйти, если вход будет заблокирован. То, чего парень боялся больше всего. Он сразу думал о том, что не забежит туда за всю игру, но вот как всё вышло. Что ж. Похоже, это его поражение. Темноволосый выбежал в самый конец замкнутого пространства и остановился, осматриваясь. Светловолосый стоял у входа. Что ж, действительно неплохо. У него нет нужды идти к нему прямо сейчас, их разделяет пара шагов, этим пространством почти невозможно воспользоваться. Блондин еле заметно ухмыльнулся, смотря на Рэя, немного постоял так, чтобы хоть чуть-чуть отдышаться, а потом сделал последний рывок. Но брюнет увернулся, правда сейчас расстояния между ними почти не было, поймать его слишком просто. Он попытался отбежать в сторону, но места было слишком мало, из-за чего парень опустился вниз, как бы упал. Голубоглазый стоял над ним, протянув руку, чтобы коснуться. Темноволосый посмотрел на часы, подумав про себя: "Время ещё не закончилось, значит...", но не успел он закончить мысль, как именно в этот момент цифры минут сменяются, что означает "время вышло". Рэй быстро вскинул часы вверх, так, чтобы Норман их видел. Тот резко изменился в лице. Оно стало немного озадаченным. Блондин быстро выпрямился, вышел, чтобы проверить время по большим настенным часам. И действительно: время вышло. Он пожал плечами. – Что ж... Похоже, ты победил. Так и закончили. Ребята быстро вышли из помещения, обсуждая игру, затем оделись и вышли из здания. На улице они вместе дошли до остановки, ведя какую-то беседу. Когда какой-то автобус подъезжал к остановке, Эмма резко посмотрела на него, а потом произнесла: – Простите, мне нужно на встречу с подругой, на этом автобусе доехать будет проще... Ничего страшного, верно? – Подруга? До наших, вроде, на этом не доехать. – А... Так у меня в этом мире друзья появились. И вам советую найти. – Да мне они не особо-то и нужны. Эмма подошла к Рэю и обняла его на прощание. – Не ври, Рэй. Нас правда мало, тебе стоит пообщаться с ровесниками, – проихнесла она, под "нас" имея ввиду себя и Нормана, ведь из всей семьи только они являются ровесниками темноволосого. Девушка вздохнула. Рэй обнял её в ответ, немного прижимая к себе. – Ну. С днём рождения! А мне пора) Девушка зашла в автобус, который стремительно удалился куда-то по дороге. Парни остались вдвоём. – Норман, касательно игры... Ты ведь поддавался, я прав? – спросил он, всё ещё смотря в сторону автобуса. Норман немного удивлённо посмотрел на Рэя. – Нет. Просто ты умнее, чем думаешь. – Ой, вот только не ври. Тогда, в последние 10 секунд, ты мог не просто стоять и смотреть, тогда бы сэкономил время, и всё произошло бы гораздо быстрее, тогда у тебя были все шансы меня поймать. – Это так, но вовсе не доказывает того, что я поддавался, как считаешь ты. В тот момент у меня была короткая радость от того, что я смог загнать тебя в мою ловушку. – Если бы ты хотел победить, то не допустил бы такой реакции на микроудачу. Да и ты действовал по плану, тут нечему радоваться. – А я не могу порадоваться тому, что мой план сработал? – с ухмылкой произнёс он. – План-то не сработал, победил все равно я. Тут нечему радоваться. – Да ладно. Ты просто завидуешь тому, что я могу позволить себе выражать эмоции по мелочам. – Так в том-то и дело, что ты тоже не можешь! Но сделал это. Это всё было спланировано, я уверен, что ты поддавался. – Рэй, мне до победы секунды не хватило, я не мог всё спланировать прям посекундно. А вообще, думай как хочешь, – закончил этот диалог Норман. Никаких ответов толком Рэй и не узнал. Возможно ему действительно повезло, или он действительно умнее, чем думает. Хотя самооценка у темноволосого вовсе не заниженная, возможно в некоторых вещах он не нравится себе, но свои навыки оценивает абсолютно здраво и наверняка знает, что умён, но его парень всё-таки способен его превзойти в чём-то. Автобус приехал. Они зашли, оплатили проезд, но когда водитель попросил сказать куда они едут, Норман назвал вовсе не улицу, на которой находилось общежитие. – Ты чего? – А? Да выйдем на другой остановке, дойдём кое-куда, а оттуда пешком, там не далеко. – Знаю, что не далеко. Ну и куда ещё ты планируешь меня затащить? – Ты так говоришь, будто я что-то плохое тебе делаю, – беззлобно отвечал Норман. На его лице была улыбка, он знал, что Рэй разговаривает так почти всегда и со всеми, так что для блондина это не было чем-то плохим, он реагировал на это без осуждения, просто иногда делал такие замечания, и то в силу характера редко, ведь обычно не обращал внимания на такое отношение к себе, даже если слышал что-то подобное не только от Рэя. – А так просто хотел заплатить за тебя в кафе, – спокойно продолжил он, смотря в окно. Рэй немного смутился. Он отвёл взгляд в другое окно и немного опустил голову. – Типа... – договорить ему не дали, Норман и так понял что он хотел сказать. – Да, типа свидание, – всё так же спокойно продолжал голубоглазый, после чего посмотрел на Рэя с улыбкой. – Ты не против? – Не против... – тихо ответил он. Через какое-то время они вышли из транспорта. Зашли в кафе, что-то купили, ели там. Я не стану подробно описывать их поход, но если говорить короче: они разговаривали, держались за руки. Это может быть удивительным, ведь если много общаешься с человеком, становится трудно найти темы для разговоров, начинает казаться, что человек знает о тебе всё, все события в твоей жизни, рассказывать просто нечего. Но это не тот случай. Тут беседы помогает вести начитанность и интеллект, гораздо проще найти темы для разговоров с человеком, который много знает, а тут оба собеседника являются такими. Почему они не могут общаться так же и дома? Не нуждаются в этом. Для них общение вовсе необязательно. Да, мальчики любят друг друга, но выражают это не словами, а временем, проведённым вместе. А сейчас всё-таки решили поговорить. В целом день прошёл чудесно. Наступает вечер. Парни уже в общежитии, готовятся к учёбе, что будет на следующий день. Эмма тоже вернулась к себе, они списывались с ней. – Сегодня снова вместе спим? – переодеваясь, спросил Норман. – Что за глупые вопросы? Конечно. Или ты против? – последнее предложение прозвучало с еле заметной тревогой в голосе, которую по идее не должно быть слышно, но блондина она только умиляла (услышал, знает его хорошо слишком). Голубоглазый тихо хихикнул. – Нет, конечно не против, – он уже переоделся и сел на кровать рядом с Рэем. – Просто... Спросить хотел, – он вздохнул. – Тебе перестали сниться кошмары? Темноволосый немного удивился такому вопросу, но ответил быстро, почти сразу: – Перестали. – А... Как часто ты испытываешь тревогу? – В последнее время я не считаю, что есть какие-то аспекты моей жизни, из-за которых я мог бы ощущать её на постоянной основе. И в целом нет чего-то, из-за чего я бы мог прям сильно стрессовать. Но я не понимаю к чему ты клонишь, – Норман уже собирался продолжить задавать вопросы, но, видимо, Рэй ещё не закончил: – Если что-то не нравится, так и скажи. Ты спрашиваешь только о причинах, из-за которых мы начали засыпать вместе. Если больше не хочешь, то так и скажи, – это высказывание заставило блондина удивиться. Он обеспокоенно посмотрел на партнёра. – Прости, что заставил тебя так думать, я просто спрашиваю. Меня по-прежнему всё устраивает, ничего не изменилось. Но... Можно ещё один вопрос? – Рэй раздражённо закатил глаза. – Говори уже. – Как ты питаешься? – Адекватно я питаюсь. Примерно как ты. – Хорошо... – задумчиво протянул блондин, прикладывая палец к губам. – Может объяснишь причину допроса? – Конечно. Но чуть позже, – с улыбкой сказал светловолосый и откинулся на подушку, прикрывая глаза. – На твоей кровати спим, да? – сказал он, приоткрывая один глаз. Рэй вздохнул и лёг рядом. – Как хочешь... Прошло полчаса. Свет выключен, на улице темно, только фонари освещают мрачные улочки и переулки. Небо затянуто серыми тучами, Луны почти не видно, звёзд и подавно. Снаружи слышится тихий шум, видимо не все ещё спят. Обычно парни переворачивались и сами немного отдалялись друг от друга во сне. Но пока что ещё не успели уснуть так крепко, однако Норман уже перевернулся. Рэй начал засыпать, и через эту дрёму ему привиделся не самый лучший сон, который отчасти брал фрагменты из его тайных фантазий. Это было похоже на то, что происходило с ним не так давно, даже события сна вызывали лёгкое чувство дежавю. Снова снился Норман. Вообще, он часто ему снился, иногда сны были странными, иногда они были в колледже, иногда на улице, а в кошмарах всегда были в приюте. Но события этого сна происходили в комнате. Наверное. Наверняка знать нельзя было, возможности оглянуться по сторонам не было. Потому что это снова была ночь. Снова губы Нормана слились с губами Рэя. Он снова повис над ним. Только в этот раз поцелуи были не только в губы. Они спускались ниже, проникали под его рубашку, на грудь, живот, ниже... Сердцебиение участилось. Кожа горела. Снова жарко, снова это чувство, но только сильнее, гораздо сильнее. Из этого состояния его вывело только движение из вне. Брюнет открыл глаза, увидел движение спины рядом, после чего и силуэт сидящего Нормана. Выражение его лица было задумчивым и серьёзным. – Что-то упиралось мне в спину, – тихо сказал он. Что-то? И что же? Темноволосый понял. Из-за таких необычных снов (и мыслей) его накрыло возбуждение, что повело за собой весьма видимые и ощутимые последствия. Но сейчас он не стал смущаться или что-то типа, а если и делал это, то не показывал. Лишь поджал губы и немного нахмурился. Норман продолжал смотреть. Молчал. Потом продолжил: – Почему-то мне не кажется, что это из-за давления. Предполагаю, что для этого рановато. Я прав? – Рэй молчал. Плечи немного напряглись. Но он понимал, что просто молчать было бы глупо, так что тихо ответил: – Да. Норман встал с кровати, сделал пару шагов в сторону. – Скажи... Это из-за мыслей? – брюнет медленно кивнул. – Из-за мыслей... Обо мне? – это прозвучало словно с какой-то надеждой, но темноволосому стало неловко. Он отвёл взгляд в сторону, в этот раз смущение выступило на лице, но он плотнее прижал чёлку к лицу и ещё раз медленно кивнул. – Что ж, я понял. Ты... Действительно хочешь этого? – наконец произнёс он, посмотрев на Рэя. По его словам было понятно что он имеет ввиду и что тоже хочет этого, поэтому готов согласиться, осталось только получить согласие от партнёра. Его возлюбленный в это время смущённо и немного шокировано не мог оторвать взгляд от Нормана, пытаясь понять какие эмоции и чувства он сейчас испытывает. Лицо светловолосого не было холодным или серьёзным, но не выражало и других каких-то явных, знакомых Рэю эмоций. Его бездонные голубые глаза были наполнены чем-то непонятным, чем-то вроде любопытства, нетерпения, привычных доброты и спокойствия, но всё-таки отдавало какой-то серьёзностью, ведь это был не просто обычный вопрос, про который можно сразу забыть, он говорил это серьёзно, но при этом не выглядел холодным. А в глазах был огонь... Голубые глаза с огнём в них. И пусть в ночной темноте этого не так видно, всё равно прекрасно. Видеть всё это (и даже больше, в этих глазах было то, что невозможно описать) в нём было очень непривычно, отчасти некий шок на лице брюнета присутствовал по этой причине, а смущала его вся эта ситуация. А ведь действительно. Это были слова, которые могут стать началом чего-то большего, стоит только сказать "да". Стать началом того, чего они оба действительно хотят, но не хотят признавать и говорить. Однако этот случай выдался неплохим, так что... Рэй переступил через смущение и тихо ответил: – Я... – от собственных мыслей, вида и поведения Нормана, эмоций, перехватило дух, но всё-таки он вдохнул глубже и продолжил: – Да, очень хочу...– Норман ухмыльнулся. Посмотрел в окно, потом снова взглянул на Рэя и сел рядом с ним, положив руку на его колено. – Тогда я думаю, ты не будешь против, если я... – начал он, перемещая руку с его колена выше, на бедро, как бы поглаживая его ногу. – Не буду против, я только за. Ты вообще себя видел? – сразу после этих слов темноволосый поцеловал голубоглазого, быстро углубляя поцелуй, при этом не отпуская его лица и обхватив ногами его туловище. Сразу после Рэй откинулся на спинку кровати, потянув светловолосого за собой и остался в полулежачем положении, в то время как Норман поставил руки по обе стороны от него, а колени на кровать между ног брюнета, отведя одно чуть вперёд. Получив ответ на поцелуй, Рэй убрал руки от лица возлюбленного и обвил вокруг его шеи. Отстранившись от губ парня, Норман спросил: – Почему ты почти всегда обнимаешь меня за шею? – этому вопросу он не придавал особой важности, просто спросил, потому что вспомнил. – Потому что она у тебя прекрасна, – тихо ответил Рэй, после чего немного приподнялся и прильнул губами к его шее, целуя её. Норман улыбнулся, прикрыл глаза и тихо усмехнулся, после чего дождался, пока брюнет отстранится от его шеи, и снова поцеловал его в губы. После губ блондин решил целовать его шею, а в ответ получал порывистое дыхание, иногда напоминающее тихие стоны, со стороны партнёра. У нижнего же каждое прикосновение губ и языка, каждый тёплый выдох в его шею в коротких перерывах между поцелуями отдавался в теле теплом, множеством мурашек, пробегающих по коже, и слабой, приятной щекоткой в низу живота, иногда это сопровождалось еле заметным вздрагиванием. Но Норман всё видел. Он знал его слишком долго и слишком хорошо, мог замечать даже малейшие изменения в нём, да и в целом был очень внимательным. Такая реакция мотивировала его двигаться дальше, поэтому светловолосый осторожно расстегнул верхнюю пуговицу спальной рубашки брюнета, открывая его ключицы и часть груди. С плеч она всё ещё не снималась, а жаль, ведь плечи тоже являются достаточно чувствительной зоной, которую можно было бы задействовать прямо сейчас, но всё-таки придётся отложить на пару минут. А пока – ключицы. У Рэя было здоровое, но достаточно худое тело, что повлияло на ключицы, сделав их более острыми и выраженными. Смотрелось это очень неплохо, Норман даже ухмыльнулся своим мыслям о том, что может касаться их губами (и не только), и ничего ему за это не будет. Он осторожно провёл по правой ключице носом, вдыхая запах оголённой части тела брюнета. Светловолосый чмокнул его под ключицей, а потом поцеловал её, оставляя покрасневший след. Рэй издал тихий, но на удивление глубокий вздох, после чего пустил свои тонкие длинные пальцы в белые локоны волос, поглаживая их у основания и перемещая руку по всей голове. Голубоглазому стало приятно, из-за чего он стал оставлять больше поцелуев и покраснений на груди темноволосого. В ответ же получал более удовлетворённые вздохи со стороны нижнего. Затем резко поднялся выше, к шее, видимо, не решившись пока что открывать соски. В этот раз он уделил шее чуть больше внимания, поэтому смог для себя выявить более чувствительные её участки. От прикосновений тёплого языка к этим зонам Рэй всё-таки ненадолго прекращал сдерживаться и издавал тихие стоны, что казалось Норману возбуждающим. – Что я могу сделать, чтобы слышать это и дальше? – отстранившись, с улыбкой тихо спросил он. Рэй ухмыльнулся. – Разденься для начала, а потом поговорим. – Боюсь, если я разденусь, то будет не до разговоров – с тихой усмешкой произнёс светловолосый. – Тц... Рубашку сними, из нас двоих не один ты целоваться хочешь, – с этими словами он начал расстёгивать пуговицы на рубашке Нормана, но успел справиться только с тремя, после чего блондин сам ухватился за нижний край своей рубашки и снял её через голову. Рэй ненадолго остановил свой взгляд на его теле, после чего снова посмотрел на лицо, приподнялся и поцеловал в губы, руками проскользив по груди, а затем животу парня. Тут же избавился и от своей рубашки, отстранившись от губ блондина, переместил свои на его шею. Норман приподнял голову, открывая её, чем воспользовался брюнет. Как он и говорил, шея блондина ему очень нравилась, так что ей он уделял особое внимание. И, как совпало, именно шею светловолосый считал одним из самых чувствительных мест на своём теле, поэтому чуть ли не задерживал дыхание, чтобы не выдавать реакции. Но Рэй всё чувствовал, видел и слышал, так что быстро нашёл чувствительные точки партнёра и тихо произнёс ему на ухо: – Не сдерживайся... Норман немного поколебался, но через пару поцелуев стал издавать тихое мычание. С шеи он спустился ниже, на плечи. Губы и язык осторожно касались плеч парня, руки легли на спину, он держался за неё, чтобы продолжать свои ласки с большей уверенностью. Норман запустил свои пальцы в волосы Рэя, осторожно массируя кожу головы, а затем проводя ими по всей длине пряди. Эти движения чем-то напоминали поглаживания по волосам, сменяемые лёгким массажем. После, поцелуи Рэя перенеслись на грудь, Норман закрыл глаза, расслабился на какое-то время, дав волю чувствам, а потом передвинул руки на его шею и отодвинул от себя, положив на подушку. В этот момент его пальцы могли случайно немного сдавливать шею брюнета. – Так сразу асфиксию решил попробовать? – в шутку сказал темноволосый. – Прости, – с улыбкой произнёс блондин. – Просто... Хотел кое-что сделать, если ты не против, – он не стал дожидаться ответа старшего, почти сразу после слов медленно поднёс руку к его лицу, дотронулся до чёлки и убрал волосы за ухо Рэя. Рэй немного удивился. Отсутствие чёлки помогло ему лучше видеть всё вокруг, но он не совсем понял зачем это Норману. – Серьёзно? – нахмурился брюнет. – Давно хотел это сделать, – Норман склонился чуть ближе к лицу партнёра. – У тебя очень красивое лицо, – прошептал, придвинулся ещё ближе к лицу парня и коснулся губ. Рэй приоткрыл губы, позволяя блондину углубить поцелуй, но сам этого не делал. Светловолосый воспользовался этой возможностью и тоже приоткрыл рот, сплетая их языки. Стало ещё жарче. Дальше снова вёл Норман. Оставил пару поцелуев на груди, солнечном сплетении, а потом спустился к животу, лаская и его. Искал самые чувствительные места, эрогенные зоны, на них зацикливался, из-за чего снова слышал сладкие стоны. – Предполагаю, ниже уже некуда, – усмехнувшись, сказал Норман. – Ну как "некуда"? Так-то ещё почти метр, которым можно воспользоваться. – То есть можно? – Можно. Он начал стягивать с него штаны и нижнее бельё. Рукой якобы "случайно", но осторожно проскользил по члену, слегка надавливая, чем вызвал весьма приятную реакцию у партнёра. Всё же, стянул одежду, рукой провёл по ноге, доходя до бедра, немного поглаживая, после чего перешёл на его внутреннюю сторону, опять погладил, немного сжал и приблизил к ногам голову. Губами коснулся его кожи там, после губ и языком, стараясь делать это как можно нежнее, чтобы прикосновения ощущались невесомо и приятно. Периодически перемещался с одной ноги на другую, но через какое-то время немного отстранился, посмотрел в глаза парня и спросил: – Ты готов к чему-то... Другому? Рэй хотел согласиться сразу, но немного подумал и сказал: – Стой. Дай свою руку, – Норман не сразу сообразил зачем ему его рука. Но всё равно опёрся на правую руку и протянул левую ближе к лицу партнёра. Рэй взял его руку двумя своими, осторожно разделяя пальцы и рассматривая их, после чего сгибал и проходился подушечкой своего указательного или большого по его ногтям, проверяя как хорошо они подстрижены. – Очень хорошо... – заметил брюнет, мысленно подмечая ещё и то, что у его парня длинные и красивые пальцы. Норман улыбнулся, после чего убрал руку и немного сполз с кровати. Взял из своей сумки баночку с лубрикантом и презерватив, потом снова сел на кровать, смотря на парня. – Подожди... Откуда? – Рэй нахмурился, смотря на вещи в его руках. Он знал, что они нужны, но не понимал что они делают в сумке Нормана. Блондин немного засмущался и отвёл взгляд в сторону. – Ну... Как бы так сказать... – он закрыл глаза и неловко улыбнулся. – Я готовился. Я планировал этот момент и готовился к нему, поэтому и задавал тебе сегодня вечером вопросы, которые тебе показались странными. Но всё-таки я не решился начать что-то делать... Рэй хмыкнул. – И судьба решила дать тебе уверенности? – Видимо, – он усмехнулся и опустил несколько пальцев в баночку, обильно смачивая их в жидкости, что находилась там. Затем снова наклонился к Рэю, оперев тело на правую руку. – Последний раз спрашиваю: ты готов? – Да, – получив тихий, но уверенный ответ он начал медленно вводить в анус мизинец, стараясь делать это не слишком быстро и останавливаться в зависимости от его реакции. Чтобы было удобнее контролировать темп, Рэй положил руки на плечи Нормана, сжимая их, когда становилось больно, но старался давить лишь подушечкамм пальцев, не оставляя царапин или сильно видимых следов. Когда он ввёл палец полностью, стал делать медленные круговые движения, растягивая у основания. Когда мизинец двигался спокойно, он почти сразу сменился более длинным пальцем, который по началу тоже заходил достаточно туго, но привыкнуть получилось. За счёт большого количества смазки всё проходило не так плохо, как ожидалось. Также на это повлияло и то, что Рэй в основном был расслаблен, ведь знал, что это сделает лучше им двоим. Не всегда было просто и не всегда получалось, но всё-таки результат был и хорошо сказывался на половом акте в целом. За первым последовал ещё один палец, и растяжка продолжалась в виде "ножниц". После был введён и третий палец, а когда и он проникал примерно спокойно, парень стал осторожно ощупывать стенки анала партнёра в поисках места, что доставит нижнему больше удовольствия. Получилось, кстати, достаточно быстро, им снова повезло. Блондин уже прикинул в голове как будет входить, чтобы почти всегда проходиться по этой точке. Ещё через пару движений стало ясно, что Рэй достаточно растянут и можно приступать к тому, что следует дальше. Вытащив пальцы, Норман быстро подставил член, предварительно надев презерватив, и начал медленно вводить его. За счёт хорошего лубриканта ввести его чуть дальше головки получилось быстрее, чем предполагалось. После он начал осторожно двигаться. По началу проникал не во всю длину, но всё равно совершал медленные неглубокие толчки, вызывая у нижнего более громкие стоны, нежели от пальцев, но следя за тем, чтобы он не чувствовал сильного дискомфорта. Медленно и постепенно стал увеличивать глубину. Останавливался, если чувствовал, что второму некомфортно или что-то может пойти не так. Убеждаясь в том, что всё в порядке, продолжал совершать движения и увеличивать глубину, пока не вошёл почти во всю длину. Но сразу после этого снова переключился на неглубокие толчки. Сделав три таких проникновения, он остановился, давая обоим отдышаться, после чего один раз вошёл глубже, чем раньше. С губ Рэя сорвался довольно громкий стон. Заранее определив наиболее приятный для двоих угол входа, Норман активно пользовался этим знанием, благодаря чему даже с такими чередующимися по глубине точками мог не доставлять пассиву особо ощутимой боли и компенсировать её более приятными ощущениями. Затем он пять раз вошёл неглубоко и один раз почти во всю длину, на что, опять-таки, следовала разная реакция, а это очень нравилось светловолосому. Ну и завершают этот чудесный темп семь поверхностных и один финальный толчок во всю длину. Этого ритма парень придерживался и в дальнейшем. Наладив его, блондин подключил в процесс руки, осторожно погладив одной Рэя по ноге, а затем положив руку ему на головку полового члена, слегка надавив, тем самым вызвал у партнёра более яркую реакцию. Заметив это, Норман ухмыльнулся и продолжил. Положил пальцы на "щёчки" головки, осторожно провёл по ней, а затем и по боковым сторонам венчика, передвигая палец из стороны в сторону. По ним же проскользил пальцами к уздечке и медленно водил по ней их кончиками... Заполучив желаемую реакцию, парень переместил руку на ствол, начал водить по нему рукой под такт толчков. А через ещё какое-то время стал дополнительно покрывать тело Рэя поцелуями, снова уделяя внимание эрогенным зонам. С таким обилием ласк брюнет издавал стоны уже во весь голос, одной рукой прикрывая рот, чтобы это было не так громко, и к ним не было вопросов потом. Вторая рука передвигалась по плечу парня, Рэй его поглаживал, иногда приобнимал или касался волос. Он выгибался в спине, голову запрокидывал назад от удовольствия, ноги то прижимались близко у телу, то чуть ли не разгибались полностью, при этом происходило это относительно плавно, так что не выглядело странно. Разрядка в таких условиях приближалась быстро, при чём у обоих. – Я чувствую, что скоро кончу... Ты как? – Тоже, – сквозь стоны ответил Рэй. И не соврал: через пару толчков он достиг оргазма и протяжно громко простонал, после чего кончил. Через малое количество времени подобным образом поступил и Норман. Тоже простонал, выпуская семя в презерватив, и вышел. После завязал презерватив и выкинул его в мусорку, что по приятной случайности находилась рядом. Сел на кровать, поднял голову, немного отдышался и лёг рядом с Рэем, немного приобнимая. Какое-то время они так полежали, ничего не произнося, но, отдышавшись, Норман с улыбкой начал говорить что-то, что не слишком подходило под ситуацию, но всё-таки просто молчать не хотелось: – Во время оргазма у мужчины выбрасывается оксиоцин и повышается пролактин; мне показалось, ты достиг его, значит... – Значит заткнись, идиот, и... – Рэй не договорил. Он вздохнул и прижался ближе к парню, давая понять чего он хочет. Норман прикрыл глаза и улыбнулся, после чего обнял партнёра, открыл глаза и посмотрел на его лицо. – Можем мы так полежать? Я хочу смотреть в твои глаза... – тихо сказал Рэй. желание показалось светловолосому странным, поэтому он улыбнулся, но в улыбке читалась некая беззлобная усмешка. Несколько секунд он молча лежал, не закрывая глаза, но потом приблизился к лицу парня, пытаясь поцеловать его в щёку, но тот не дался. – Подожди ещё немного, я не насмотрелся, – причуда смотреть на партнёра, в частности в его глаза, может показаться странной, но кто вам сказал, что они не странные? Да Норман и сам был не против посмотреть на лицо парня, разглядывая все его стороны и мельчайшие черты, даже если было темно и сложно сделать это. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, потом блондин начал целовать Рэя в щёки, лоб, подбородок. Брюнет отвечал тем же. – Люблю тебя... – прошептал светловолосый. – И я тебя, – уверенно, почти не думая, ответил Рэй. ******************************************** Какое-то время они пролежали так, а затем брюнет почувствовал резкую сухость в горле и, уложив чёлку обратно на лицо, был вынужден оторваться от парня. – Всё в порядке? – Да, просто пить хочу. Да и предполагаю, что душ бы не помешал, – ответил темноволосый, осторожно вставая с кровати (делать это было не очень приятно, но он терпел и почти не показывал неудобства). – Да, ты прав, – Норман тоже поднялся, но он сел в кровати, не вставая. Рэй же сейчас спокойно сесть на вряд-ли смог бы. – Тогда по очереди? – Да, – коротко ответил Рэй и подошёл к маленькому холодильнику, на котором стояла бутылка воды. Сделал несколько глотков, затем отправился в душ. Шум воды распространился через стену по комнате, теперь она стала более живой, теперь действительно ощущалось, что за стенкой кто-то есть. Норман откинулся на кровать, прикрыл глаза, полежал так немного, но потом, чтобы не уснуть, снова сел, потянулся и тоже сделал несколько глотков воды. Из душа Рэй вышел уже в одежде. Видимо, взял перед заходом туда. Норману следовало бы сделать так же... Так он и поступил. Взял чистую одежду, в которой будет спать и пошёл в душ. Пол в кабинке был мокрым, а в самой комнате было тепло, что, впрочем, и неудивительно. В узкой кабинке тонкие струйки тёплой воды стекали по бледному телу светловолосого парня. Голову мыть не стал, как и Рэй. Главной задачей было сделать тело чистым, остальное сейчас неважно. Закончил, вытерся, оделся, посмотрел на себя в зеркало, а после вышел. На левой (если смотреть с входа) кровати сидел, даже почти лежал, Рэй и что-то делал в телефоне. – Сколько сейчас времени? – спросил Норман, чтобы хотя бы понимать набирают они суточную норму сна или нет. – Одиннадцать вечера. Даже чуть больше... Но в целом нормально, не так много. Если сейчас ляжем, то, может быть, выспимся. – Вот и отлично, – он подошёл к своей кровати и сел рядом с парнем. – И ещё: я думаю, что нам следует поспать сейчас на твоей кровати, а завтра уже я всё уберу с своей. Сейчас там спать не вариант. – Да, я предполагал, что так и будет, – Норман лёг на подушку, двигаясь к краю кровати. – Ложись, – с улыбкой произнёс он. И Рэй лёг. Они обнялись. Снова. Прежде, чем уснуть, прозвучали слова: – Я люблю тебя... – И я тебя люблю. Утро. Они снова проснулись вместе по будильнику, чтобы пойти на учёбу. Норман снова чувствовал себя бодрее, чем Рэй. Впрочем, так было всегда, тут нечему удивляться. Проснувшись, он сел в кровати и потянулся, после чего встал и спросил у партнёра: – Всё в порядке? Брюнет медленно открывал глаза, пытался проморгаться. Наконец смог открыть глаза, но сесть не получилось, так что остался в полулежачем положении. – Да, а что-то может быть не так? – спокойно и безэмоционально произнёс он. – Ну... – Норман ощутил некую неловкость, пытаясь придумать что ответить. – Ты можешь чувствовать дискомфорт после того, что было вчера. Рэй закрыл глаза и улыбнулся, подумав, что вчера блондин вёл себя гораздо увереннее, а теперь смущается. – Всё хорошо. Да, может быть чувствую некий дискомфорт, но это нормально для первого раза и терпимо, так что можешь не волноваться, – с спокойной и еле заметной улыбкой сказал темноволосый, тоже немного потягиваясь, чтобы проснуться. – Больно? – черноволосый понимал заботу и волнение партнёра, но сейчас почувствовал какое-то разжражение. – Ну что за глупые вопросы? Конечно мне немного больно, но что я могу сейчас с этим делать? Ничего. Да и говорю же: не всё так плохо, терпимо, – Норман тут уже усмехнулся и улыбнулся, поспешив успокоить парня. – Хорошо-хорошо. Я понял. И рад, что всё в порядке. Они собрались и отправились на учёбу. День прошёл хорошо, и все последующие тоже. Конец 4 главы.