Tell me about love

***

Мистик Фоллс, штат Вирджиния. – Ты вытащил клинок из Элайджи? – возмутился Клаус с британским акцентом, ворвавшись в спортивный зал в их доме, где большую часть времени проводил его младший брат Хенрик. Зал был довольно просторным и находился в правом крыле дома. Стены были выкрашены в мрачные оттенки, у одной из стен стояли несколько тренажёров, но большую часть пространства занимали манекены. В центре зала было пусто. Хенрик был одет в чёрные зауженные штаны и тёмные кроссовки. На нём была светлая кофта бежевого оттенка, доходящая до середины бедра и свободного покроя. Его волнистые тёмные волосы были влажными от пота, который также проступил на лице вампира. Он тренировался с магическим мечом на манекене, отрабатывая приёмы и удары. Манекен был заколдован так, чтобы отражать удары Хенрика, что делало тренировку более реалистичной. По всему было видно, что Хенрик хотел побыть наедине со своими мыслями. Он сосредоточился на каждом движении, вкладывая в удары не только физическую силу, но и концентрацию. – Да, разбудил, — прозвучал голос младшего Майклсона. — И сегодня в нашем доме будет ужин с братьями Сальваторе, они хотят поговорить. – И о чём же? — поинтересовался Клаус. – Узнаем вечером, — хмыкнул Хенрик, делая очередной удар. Клаус молча развернулся и покинул зал в гневе. Хенрик, закончив серию ударов, положил меч на место. Он взял бутылку с водой, подошёл к окну и начал пить. Его взгляд был устремлён на вид, который открывался из окна на сад. Деревья и кустарники, освещённые лучами закатного солнца, создавали уютную атмосферу. Хенрик задумался о том, что можно ожидать от этого ужина. В его голове проносились различные варианты — от простых разговоров о погоде до обсуждения серьёзных вопросов, связанных с их прошлым и настоящим. Он понимал, что этот вечер может стать важным для всех присутствующих. Он поставил бутылку на подоконник и решил, что нужно подготовиться к встрече. Возможно, это будет шанс узнать что-то новое и повлиять на ситуацию. Хенрик глубоко вздохнул и закрыл глаза, пытаясь успокоить мысли и сосредоточиться на предстоящем событии. Покинув зал, он вернулся в свою комнату. Хенрик быстро принял душ и сменил одежду. Он выбрал чёрную свободную футболку, которую заправил в свои чёрные зауженные джинсы с дырами на коленях. На ногах у него были белые кеды. Сверху он накинул чёрную джинсовую куртку. На шее у него висела цепочка с кулоном в форме тёмного креста. На правой руке у него были часы с браслетом. Он поправил свои волнистые волосы, глядя в зеркало, чтобы убедиться, что выглядит так, как планировал. Спустившись на первый этаж, он застал свою семью в гостиной. Элайджа в своём классическом костюме сидел в кресле, читая книгу. Клаус сидел напротив него на диване, что-то рисуя в своём блокноте. Ребекка листала журналы по моде, сидя на диване рядом с Клаусом. — Неужели наш брат решил спуститься к таким низким людям, как мы, — усмехнулся Клаус, поднимая взгляд от блокнота. Хенрик лишь закатил глаза, пропуская сарказм старшего брата мимо ушей. — Куда ты собрался, брат? — поинтересовалась Ребекка, отрываясь от журнала. — У меня назначена встреча с Адалиндой, — произнёс Майклсон, направляясь к выходу. Остальные молчали, лишь Элайджа задумчиво проводил брата взглядом, словно уже сделал какие-то свои выводы о происходящем. Хенрик молча сел в свой чёрный Porsche Cayenne и поехал в сторону дома Гилбертов. Машина плавно выехала из гаража, и вскоре шум мотора затих, оставив семью в уютной тишине их дома. Элайджа продолжал сидеть в кресле, погружённый в свои мысли, а Клаус и Ребекка вернулись к своим занятиям. Хенрик выехал на улицу, где уже было оживлённо. Мимо проносились знакомые улицы, и каждый дом, которые были наполнены историей. Он ехал уверенно, зная, что впереди его ждёт важное дело. Остановив машину у дома Гилбертов, он сидел в ожидании Адалинды в напряжении. Солнце уже давно светило во всю. Вскоре показалась девушка. Она шла по тротуару, уверенно ступая на высоких каблуках. Адалинда выглядела ярко и стильно. На ней была голубая рубашка с красными маленькими сердцами, их было на рубашке довольно мало, что создавало интересный контраст. Поверх рубашки — короткая чёрная кожаная куртка. Её коричневая кожаная юбка-карандаш подчёркивала фигуру и доходила до середины бедра. На плече висела маленькая тёмная сумка. На ногах — светлые капроновые колготки и короткие светло-коричневые сапоги на каблуке. Рыжие волосы Адалинды были собраны в высокий хвост, открывая лицо. На ней был лёгкий макияж, который подчёркивал её черты. Он открыл дверь машины, и Адалинда грациозно села в автомобиль. В салоне сразу почувствовался её аромат — свежий и ненавязчивый, который сразу же запомнился. – Добрый день, Адалинда, – ухмыльнулся Хенрик, глядя на девушку. Он поправил пальцами свои чёрные солнцезащитные очки. Адалинда кивнула в ответ. — Добрый, — сказала она. — Куда мы едем? — В лес, — произнёс вампир. — Сегодня тренируемся там. — Магию или другое? — поинтересовалась рыжеволосая, внимательно глядя на Хенрика. — И то и то, — кратко ответил он. Девушка замолчала, рассматривая пейзаж за окном. Зелёные деревья, проносящиеся мимо, слегка колыхались на ветру, солнечные лучи пробивались сквозь густую листву, создавая причудливые узоры на полу салона. Адалинда задумчиво прикусила губу. Они ехали в полной тишине, нарушаемой лишь шумом мотора и пением птиц. Время от времени Адалинда бросала взгляд на Хенрика, который сидел с невозмутимым видом, словно поглощённый своими мыслями. Спустя некоторое время они прибыли на просторную поляну, окружённую густым лесом. Машина плавно остановилась, и Хенрик выключил двигатель. Адалинда вздохнула с облегчением, почувствовав, как напряжение немного спало. Выйдя из машины, девушка несколько раз пожалела, что надела сапоги на каблуке. Они были не самым удобным выбором для прогулок по лесу. Но она понимала, что Хенрик не предложил бы такое место для тренировки, если бы там было легко передвигаться в другой обуви. Парень тут же оказался рядом, готовый помочь. Он аккуратно взял её за руку, поддерживая, чтобы она не упала. Адалинда почувствовала, как её сердце забилось быстрее от его прикосновения. Она мысленно ругала себя за такую реакцию. Ведь она должна ненавидеть его, но от обычного касания чуть не растаяла. Девушка оглядела поляну. Солнечные лучи пробивались сквозь деревья, создавая золотистые пятна на траве. Воздух был свежим и наполненным ароматами леса. Адалинда вдохнула полной грудью, пытаясь сосредоточиться на тренировке, а не на своих чувствах. Хенрик же стоял рядом, наблюдая за ней. В его глазах мелькнуло что-то, похожее на улыбку, но он быстро скрыл это за маской безразличия. – Хочу попробовать потренировать твои способности банши, поэтому я создам себе щит, чтобы не слышать тебя, а ты своим криком будешь должна его уничтожить, — произнёс Майклсон. — Крик банши — своеобразная магия, поэтому попробуй данный поток направить на разрушение щита. Соммерс кивнула ему в ответ. В её глазах горел азарт. Парень лёгким движением рук создал щит, прошептав короткое заклинание. Он стоял от неё в паре метров, внимательно следя за её реакцией. Адалинда глубоко вздохнула и закричала, как истинная банши. Вокруг них поднялся ветер, листья на деревьях зашелестели, но щит не поддавался. Она напрягала все силы, стараясь пробить защиту. Прошло уже тридцать минут, а она всё ещё не могла пробить щит. Пот стекал по её лбу, дыхание стало тяжёлым. Но она не сдавалась. И вот, наконец, щит дрогнул и начал рассеиваться. Майклсон отлетел на несколько шагов, но парень с помощью магии остановил себя и приземлился на ноги. Адалинда тяжело дышала, её голос дрожал от напряжения. Она подняла взгляд на Майклсона, и он одобрительно кивнул. Парень подошёл к ней и подал бутылку с водой, чтобы она смочила горло. – Неплохо, но нужно тренироваться, — сказал он. — А ещё ты можешь посадить горло, это опасно. Адалинда кивнула, принимая бутылку. Она сделала несколько глотков, чтобы успокоить горло. Дальше они упражнялись в магии. Около двух часов они были заняты, и Адалинда чувствовала, как её навыки улучшаются с каждой минутой. Хенрик заметил, что она была отличной ученицей: быстро училась и стала лучше колдовать. Закончив тренировку, они решили передохнуть. Хенрик опёрся о капот своего автомобиля, стоя. Адалинда присела на высокий камень напротив парня. – Откуда ты знаешь столько о магии? – поинтересовалась Соммерс, внимательно рассматривая его. Хенрик глубоко вздохнул, его глаза наполнились воспоминаниями. – Моя мать была первой ведьмой в истории, – произнёс он, – как и её сестра. Но ещё у меня была хорошая наставница. – Наставница? – с интересом переспросила Адалинда. – Как ты понимаешь, после моей фальшивой смерти я попал в руки, так скажем, одной ведьмы, – пояснил первородный. –  Она вырастила меня в своих жёстких рамках, сделав меня тем, кем я являюсь сейчас. – Знаю, - кивнула девушка. – Тёмный кровавый король. Мужчина ухмыльнулся, кивая. – Тёмный потому что я породил и создал тьму, кровавый из-за того, что пролил слишком много крови, воин и прочее, – усмехнулся парень. – Королём же меня прозвали все остальные, но я заслужил свою репутацию. Меня уважают, боятся. Адалинда молчала, внимательно слушая. – Эта ведьма была женщиной в возрасте, пожилая уже бабушка, но довольно строгая и жестокая, – произнёс Хенрик, окунаясь в неприятные воспоминания. –  Я прошёл её проект под названием «Боль». В него входили пытки, испытания и много чего. Соммерс поморщилась при слове «пытки». Она не могла представить, что мог пережить Хенрик. Это было ужасно и отвратительно. Он был юн, но столько пережил. – И я прошёл их, - усмехнулся первородный, посмотрев на солнечное небо. – Я не погиб, а остальные умерли, поэтому стал Королём. Девушка молча кивнула. – Но ты вернулся к своей семье, – произнесла она. – И я не жалею, мы давно поклялись быть вместе Всегда и Навечно, и знаешь, я рад этому, – сказал Майклсон. – Семья превыше всего. Он увидел понимающий взгляд в ее глазах. – Семья действительно превыше всего, – произнесла Адалинда, улыбаясь. Хенрик ответил ей улыбкой, и они оба почувствовали, как между ними возникло доверие и уважение.

***

После того как Хенрик отвёз девушку домой, они попрощались, и он уехал к себе. Когда он вернулся, его внимание сразу привлёк накрытый стол в столовой. Он знал, что это Сальваторе уже на пороге, и приготовился к их появлению. Хенрик стоял у окна, наблюдая за тем, как Элайджа и Ребекка подходят к дому. Элайджа был в элегантном классическом костюме, который подчёркивал его стройную фигуру. Ребекка же выбрала красное платье, которое выгодно оттеняло её красоту. Девушка явно постаралась, чтобы создать уютную и торжественную атмосферу. Хенрик сел за стол рядом с Клаусом. Атмосфера была напряжённой, но Хенрик сохранял нейтралитет, несмотря на сложные отношения между ним и Клаусом. Он любил своего брата и не хотел усугублять ситуацию. Вскоре к ним присоединились Сальваторе. Деймон Сальваторе — этот брюнет был одет в тёмную кофту, закатав рукава по локоть. Чёрные джинсы и туфли дополняли его образ. Стефан был одет в похожую одежду, но в светлых тонах, что создавало интересный контраст между братьями. Они сели за стол, и напряжение немного спало, хотя подтекст вечера оставался ощутимым. – Мы собрались здесь, чтобы обсудить перемирие, – произнёс Элайджа, обводя взглядом присутствующих. В его голосе слышалась усталость, но он старался сохранять спокойствие. После его слов Клаус и Хенрик синхронно закатили глаза, демонстрируя своё отношение к происходящему. Стефан недовольно фыркнул, отложил салфетку и скрестил руки на груди, выражая своё несогласие с текущей ситуацией. Деймон, жуя стейк, усмехнулся и сказал: – Брат, мы же договорились оставить хмурого тебя дома, ешь. Клаус, поглощая стейк, тоже усмехнулся. Ребекка, молчавшая всё это время, отпила немного вина, не отрывая взгляда от присутствующих. – Либо вы едите и слушаете нас, либо мы выпотрошим ваши кишки, – произнёс с улыбкой Клаус, глядя на Сальваторе. – Зачем же так, Клаус? – усмехнулся Хенрик. – Лучше пытать их до того момента, пока они сами не захотят смерти, а зная характер двух братьев Сальваторе, на такое уйдёт вечность. Все моментально напряглись, в особенности Сальваторе. Хенрик был полностью расслаблен после своих слов, Клаус только ухмыльнулся брату, Ребекка довольно улыбнулась, а Элайджа недовольно покачал головой. Казалось, что они чувствуют в воздухе власть и силу Хенрика, именно поэтому молчат. Элайджа решил разрядить обстановку и обратился к Стефану: – Стефан, а где красавицы Адалинда и Елена? – Про Адалинду спроси у своего младшего брата Хенрика, – усмехнулся Сальваторе-младший, – а про Елену – у Деймона. Клаус и Ребекка, сидящие за столом, усмехнулись. Клаус посмеялся в кулак тихо, Ребекка спрятала свою улыбку в бокале вина. Деймон молча жевал мясо, а Хенрик отпил вина, сохраняя невозмутимое выражение лица. Элайджа непонимающе посмотрел на каждого сидящего за столом. – Прости, ты многое пропустил, брат, – посмеялся в открытую Клаус. – Проблемы в раю. Хенрик кивнул, а Элайджа тяжело вздохнул, взглянув на него. – Поговорим об этом позже, – хмыкнул он. Элайджа молча кивнул ему. – Так какое ваше предложение? – поинтересовался Деймон, внимательно глядя на Клауса. – Елена даёт мне свою кровь в обмен на спокойную жизнь, – предложил Клаус. – Мы не трогаем вас, а вы нас. В комнате повисло напряжённое молчание. Сальваторе переглянулись, молча говоря взглядом друг с другом. – Что будет, если мы откажемся? – произнёс Стефан, его голос дрожал от напряжения. – Я убью вас, не моргнув глазом, – отозвался Хенрик. – Мою репутацию вы знаете, Тёмный кровавый король. Деймон и Стефан обменялись быстрыми взглядами, словно решая, как поступить. Наконец, Деймон кивнул и пожал руку каждому из них. Стефан поступил так же. Сальваторе покинули их дом, оставив за спиной напряжённую тишину. – Не кажется, что как-то слишком просто? – поинтересовался Клаус, глядя вслед уходящим Сальваторе. – Это лишь начало, Никлаус, теперь десерт, – произнёс Элайджа, вставая из-за стола. Служанка подошла с подносом, на котором были клинки. Клаус с ужасом уставился на них. Ребекка с ухмылкой пила вино, а Хенрик молча ел стейк. – Зачем ты освободил их? – воскликнул Клаус, не отрывая взгляда от клинков. Вскоре в столовую вошли остальные члены их семьи. Первым вошёл Фин, он был в одежде прошлого века, она была порвана и потрёпанная. Его длинные волосы отрасли до плеч и смотрелись ужасно, как и борода. Он со злостью вонзил клинок в ногу Клауса, который согнулся и упал на колени от боли. Следом вошёл Кол, который выглядел лучше, чем Фин. Он ухмыльнулся. – Кол, – со страхом произнёс Клаус, поднимая взгляд на брата. – Привет, брат, – ухмыльнулся, кивая, Кол. Он вонзил свой клинок ему в живот. Клаус поднялся, достал клинок из себя, его раны затянулись. – Если вы закончили играть в детский сад, то может приступим к основным планам, – вздохнул Хенрик, глядя на братьев. – О чём ты, брат? – возмутился Кол. – Мы лишь хотели проучить Клауса, он столько боли нам причинил. – У каждого из нас свои счёты друг с другом, но мы всё ещё семья, – холодно осадил его Хенрик. Кол замолчал. Клаус благодарно посмотрел на брата, который заступился за него. – И говоря о семье, – произнёс Элайджа. Следом за ним вошла в столовую их мать. Она была в одеяниях прошлого века, её волосы были до поясницы. – Мама, – прошептал Клаус, – ты пришла, чтобы убить меня? – Нет, я простила тебя, – улыбнулась она. – Мы воссоединим семью, будет бал в честь нас. Все молча кивнули. Лишь один Хенрик понимал, что их мать, возможно, задумала ужасную ошибку. Напряжение в комнате нарастало, и было ясно, что впереди их ждут новые испытания

***

Адалинда проснулась довольно рано. Она приняла водные процедуры, сделав разные маски и прочие уходовые процедуры. После утренней пробежки Адалинда почувствовала себя бодрой и полной сил. Она надела тёмное платье со свободным низом до середины бедра, подчеркнув талию коричневым поясом. Колготки были из капрона, а чёрные сапоги до колена — на каблуке. Поверх платья Адалинда накинула светлую кофту, расстёгнутую на пару пуговиц. Её обычно собранные рыжие волосы были распущенными и ровными. Лёгкий нежный макияж подчёркивал её естественную красоту. Адалинда стояла на кухне и пила кофе. В этот момент с лестницы спустилась её кузина Елена. На Елене были синие зауженные джинсы и кофта с небольшим декольте из белого кружева. Под кофтой виднелась белая майка. На ногах — тёмные кеды. Её волосы были прямые распущенные,а лицо без намёка на макияж. На шее кулон в форме большой капли, серебристый. — Доброе утро, Ада, — улыбнулась Гилберт, делая себе кофе. — Доброе утро, — кивнула Адалинда. — Скоро придёт твой Стефан. — Знаю, — улыбнулась двойник. В этот момент раздался звонок в дверь. Елена открыла дверь, встретила Стефана с объятиями и пропустила его внутрь. Не успев отойти от закрытой двери, они получили новый звонок. Елена открыла дверь, но перед ней были только два конверта, лежащие на пороге. Взяв конверты, Елена вернулась на кухню. Она открыла свой конверт. — Это приглашение на бал воссоединения семьи Майклсон, — произнесла Елена. — От Эстер. — Первородная семья воссоединилась, Эстер их мать, как понимаю, — произнёс Стефан. — Но зачем ей ты? Елена пожала плечами, говоря, что не знает. — Этот конверт для тебя, Ада, — произнёс Стефан, заметив второй конверт. Девушка взяла конверт и открыла его. На нём было написано: «Семья Майклсон приглашает вас на семейный бал в честь воссоединения семьи в 20:00 в доме Майклсонов». — А там ещё что-то на обратной стороне написано, — произнесла Елена. — Тут написано: «Надеюсь, что ты составишь мне компанию в качестве спутницы на вечер, и я буду рад получить первый танец. Хенрик», — прочитала Соммерс, стараясь не закатить глаза. Елена ухмыльнулась. — А я говорила, что ты ему понравилась, — вздохнула Гилберт. — Нужно идти. Мы объявили перемирие с ними, а ещё узнаем, что Эстер надо от тебя, Елена, — произнёс Стефан. Девушки кивнули. Адалинда взяла свою сумку и направилась на выход. — Ты куда? — поинтересовалась Елена. — Засуну это приглашение Хенрику в одно место, — фыркнула Адалинда, покидая дом. Стефан и Елена переглянулись, внутри наступила тишина. — Почему-то я уверен, что они станут парой, — посмеялся Стефан. — Я тоже, — поддержала его Елена. Напряжение после ухода Адалинды спало. Им нужно было готовиться к вечеру, и они приступили к обсуждению плана действий.

***

Адалинда вошла в Мистик Гриль, где витал дух непринуждённого общения и звучала музыка, создававшая атмосферу расслабленности и веселья. Она уверенно шагала по направлению к барной стойке, где сидели трое мужчин. Её взгляд сразу же выцепил Хенрика среди них. У барной стойки Хенрик расположился в компании своего старшего брата Клауса и, по всей видимости, ещё одного брата — шатена с выразительными чертами лица и каштановыми короткими волосами. Незнакомец с интересом рассматривал Адалинду, а Клаус лишь чувствовал, что сейчас будет что-то интересное. Когда Адалинда подошла ближе, Хенрик приветствовал её с улыбкой: — Адалинда, какой сюрприз. Девушка раздражённо ответила: — Сюрприз. – сказала рыжеволосая,– Клаус. Её взгляд перешёл к Клаусу, и тот взглянул на неё после того, как она обратилась к нему по имени: — Да, дорогуша? — поинтересовался он с лёгкой усмешкой. — Ты не будешь против, если я прикончу твоего младшего брата? — из вежливости поинтересовалась девушка, уничтожая Хенрика взглядом. Тот довольно улыбался ей. — Могу помочь, — усмехнулся Клаус, — но не советую, он злопамятный и живучий. — Неужели ты так взбесилась из-за приглашения, милая? — поинтересовался Майклсон, словно издеваясь. — Наверное, потому что ты в очередной раз ставишь меня перед фактом, — фыркнула недовольно Соммерс. Кол Майклсон, младший брат Хенрика и Клауса, решил вмешаться в разговор и представился: — Я Кол Майклсон, младший брат этих двух дебилов, — улыбнулся шатен, глядя на девушку. — Рада познакомиться и сочувствую насчёт братьев, — усмехнулась девушка. Хенрик предложил: — Выпьешь с нами, любовь моя? — Я лучше умру от жажды, чем выпью с тобой, — произнесла Адалинда и развернулась, чтобы покинуть бар. — До вечера! — крикнул ей вслед Хенрик. Клаус удивлённо спросил: — Ты позвал её? Я думал, что ни одна девушка не может заинтересовать тебя. — По всей видимости, эта девушка — исключение, — предположил Кол. — Я не отрицаю того, что она заинтересовала меня, но обсуждать свою личную жизнь с вами не намерен, — хмыкнул Хенрик. С этими словами он и его братья вернулись к тому, чтобы пить и обсуждать прошлое, вспоминая лишь хорошее. Адалинда же вышла из бара, оставив за собой атмосферу недосказанности и напряжения. Адалинда вдохнула свежий воздух полной грудью, успокаивая свой гнев. Она шла по улице, пытаясь привести мысли в порядок. Эмоции всё ещё бурлили, но девушка понимала, что нужно взять себя в руки. Она поступила на эмоциях — снова. В последнее время Хенрик Майклсон умудрялся выводить её из себя с завидной регулярностью. То она в один миг таяла от его взгляда или касания, то чувствовала страх, то гнев, как сейчас, когда он снова поставил её перед фактом и поиздевался во время диалога. Адалинда достала телефон и набрала номер Ребекки. — Алло, — прозвучал голос Майклсон. — Мне нужен твой совет и помощь в подборе наряда, — произнесла Адалинда. — Жду возле бутика с одеждой, — усмехнулась Ребекка. — Я так понимаю, ты будешь говорить, какой мой брат козёл. Адалинда лишь усмехнулась в ответ и сбросила вызов. Она поправила волосы и поправила сумку на плече, после чего направилась в сторону бутика, где её уже ждала Ребекка. Девушки встретились у входа в магазин. Они обнялись, и Ребекка с улыбкой посмотрела на подругу. — Ну, рассказывай, что у тебя случилось, — сказала она, увлекая Адалинду внутрь бутика. Яркие витрины и ароматы парфюмерии сразу же окутали их. Продавцы приветливо улыбнулись, заметив новых клиентов. Адалинда на мгновение остановилась, чтобы осмотреться. Она понимала, что сейчас ей действительно нужен не только совет по выбору наряда, но и поддержка подруги. – Ты знала, что твой брат пригласил меня? – поинтересовалась Адалинда, рассматривая платья в роскошном нарядном бутике. Она держала в руках подол одного из них, словно оценивая, подойдёт ли оно ей. – Знала, – призналась Ребекка, не отрывая взгляда от полки с аксессуарами. Она взяла в руки пару серёжек и повертела их в руках, решая, какие лучше подойдут к выбранному наряду. – Понимаешь, я злюсь даже не из-за приглашения, а из-за того, что твой брат постоянно ставит меня перед фактом, даже во время наших тренировок по магии и банши, – возмутилась Адалинда. – Я чувствую себя словно рабыня, когда он так делает. И самое ужасное, что он получает удовольствие от этого. Ребекка рассмеялась, но в её смехе не было злобы. – Мой брат невыносим, я знаю, – произнесла она. – Но ты ему приглянулась, и если ты узнаешь его получше, то поймёшь, какой он душка. Адалинда вздохнула и продолжила рассматривать платья. В магазине царила уютная атмосфера, мягко светили лампы, и за окном виднелись вечерние огни города. – Я подумаю, – сказала она, всё ещё держа в руках подол платья, словно решая, стоит ли ей его примерить. Ребекка улыбнулась, продолжая выбирать аксессуары. Вскоре они наконец смогли выбрать нужные им наряды в магазине одежды. Продавцы помогли девушкам подобрать идеальные образы, учитывая все их пожелания. Они долго обсуждали фасоны, цвета и аксессуары, пока не нашли то, что идеально подходило каждой. Они обменивались мнениями и улыбками, обсуждая детали. В магазине царила уютная атмосфера, играла приятная музыка, и все чувствовали себя комфортно. После того как выбор был сделан, девушки попрощались и отправились домой. Дома их ждали последние приготовления: макияж, причёски, подбор аксессуаров. Они предвкушали этот вечер и мечтали, чтобы всё прошло идеально.

***

Хенрик Майклсон, облачённый в чёрный костюм, стоял у машины, ожидая Адалинду Соммерс. Солнце освещало его строгий силуэт, подчёркивая безупречность чёрных брюк и тёмных туфель. Рубашка, впервые с расстёгнутыми верхними пуговицами, создавала ощущение небрежной элегантности. Чёрный пиджак дополнял образ, а дорогие часы и браслет на руке придавали ему статусность. На шее Хенрика виднелся тёмный крест на кулоне. Когда Адалинда появилась на крыльце своего дома, Хенрик замер, поражённый её красотой. Она была в изумрудном платье, которое спереди было коротким, до середины бедра, а сзади имело длинный, струящийся подол. Платье облегало её фигуру, подчёркивая изящество и женственность. Плечи девушки были оголены, открывая вид на её изящные линии. Рукавов на платье не было, но оно держалось на плечах и груди, где глубокий вырез в области декольте придавал наряду особую изысканность. На шее Адалинды сверкало изумрудное колье, гармонирующее с серьгами того же оттенка. Тёмные туфли на ногах дополняли образ. Рыжие волосы девушки были распущены и завиты, передние пряди аккуратно зачёсаны назад, создавая изысканную причёску. Лёгкий макияж подчёркивал её естественную красоту. В руке она держала изящный клатч. Хенрик подошёл к ней, помогая спуститься по ступенькам. Он осознавал, насколько требователен к балансу и координации этот момент, учитывая длину подола её платья. Адалинда улыбалась, и её красота казалась ему почти нереальной. – Ты великолепно выглядишь, любовь моя, – произнёс заворожённо Хенрик, помогая ей сесть в машину. Адалинда закатила глаза, но улыбнулась. – Благодарю, – ответила она, – Ты тоже. Хенрик молча сел за руль, и они поехали в его дом. В машине царила уютная атмосфера, играла тихая музыка. Адалинда смотрела в окно, наблюдая, как мимо пролетают городские пейзажи. Когда они подъехали к дому Майклсонов, их уже встречал оживлённый гул голосов. Бал в разгаре: гости прибывали, музыка играла, все разговаривали друг с другом. В воздухе витал аромат цветов и духов. Адалинда и Хенрик вошли вместе, и к ним сразу подошла Ребекка Майклсон. Она была в облегающем зелёном платье в пол, которое подчёркивало её стройную фигуру. – Я думала, что вы уже не придёте, скоро будут танцы и речь мамы, брат, – улыбнулась Ребекка. – Прости, но там были пробки, – вздохнул Хенрик. – Ада, прекрасно выглядишь, – улыбнулась Майклсон подруге. Адалинда улыбнулась ей в ответ, чувствуя себя немного взволнованной. В доме всё было украшено цветами и гирляндами, создавая атмосферу праздника. Гости были одеты в вечерние наряды, и каждый уголок дома был наполнен жизнью и весельем. Адалинда и Хенрик прошли за свой столик. Девушка успела заметить, что её кузина пришла в компании братьев Сальваторе. Клаус был в компании Кэролайн Форбс, которая, наверное, была одета благодаря ему. На ней было элегантное платье, подчёркивающее фигуру. Клаус и Кэролайн оживлённо разговаривали и иногда смеялись. Ребекка была в компании Кола, своего младшего брата. Они выглядели расслабленными и наслаждались вечером. Вскоре на балконе второго этажа, который выходил в зал, появилась Эстер. Она была в длинном сером платье, изящном, с макияжем, парой украшений и короткой причёской до плеч. Эстер подняла бокал вверх и улыбнулась. — Сегодня я наконец могу воспользоваться возможностью побыть со своей семьёй, со своими детьми, — говорила она. — Так давайте выпьем за это, и пусть начнутся танцы. Все чокнулись после слов женщины и выпили. Адалинда приняла шампанское из рук Хенрика и также выпила, как и он. — Подаришь мне первый танец? — поинтересовался Майклсон, протянув ей руку. — Как я могу отказаться, это же традиция, — усмехнулась Соммерс. Она приняла руку Хенрика. Они встали в ряд, как другие пары, и начался вальс с элементами того, что нужно будет менять партнёра во время танца. — Почему ты так ненавидишь меня? — поинтересовался первородный. — Я не ненавижу тебя, Хенрик, — вздохнула Адалинда, — просто ты отдаёшь приказы, а я ненавижу, когда мной командуют. — Это привычка, я привык отдавать команды, потому что я Король, — отозвался парень, — Тёмный Лорд. — А ещё мы мало знакомы, — фыркнула девушка, — а я уже словно рабыня. — Прошло практически две недели, не скажу, что это маленький срок, — усмехнулся первородный. — Для меня мало, — стояла на своём рыжеволосая. Они двигались в танце, но вскоре произошла смена партнёра, и девушка попала в руки Клауса. — Рад видеть тебя, дорогуша, — усмехнулся Клаус. — А я вот не особо рада тут быть, — произнесла девушка. Её взгляд метнулся в сторону Хенрика, который танцевал с Кэролайн. Пара выглядела счастливой и увлечённой разговором. Что-то в сердце девушки дрогнуло от такой неприятной картины, и она отвернулась. Она почувствовала, как её щёки слегка покраснели. — Ревнуешь? — поинтересовался гибрид. — Почему ты так уверен? — задала она встречный вопрос. — Мой брат уже очаровал тебя, Адалинда, не отрицай. Я могу прямо признаться, что ты тоже интригуешь меня, но я понимаю, что не смогу быть соперником для своего брата, — произнёс Клаус. — Почему? — поинтересовалась девушка. — Я слишком дорожу семьёй, — признался он. Девушка принимающе кивнула ему. Вскоре танец закончился, они сделали реверанс, и девушка покинула компанию Клауса, подойдя к столу с напитками. Она взяла бокал шампанского и выпила его залпом, чувствуя, как неприятный осадок внутри усиливается. Она не могла ревновать Хенрика. Они даже не пара, и она даже не влюблена. Да они даже не флиртовали, лишь пару раз позанимались магией. Любовь с первого взгляда невозможна. Адалинда поставила бокал и вздохнула. Она покинула дом, выйдя в сад, чтобы подышать свежим воздухом. В саду было тихо и спокойно. Девушка увидела красивую белую лошадь, которая мирно паслась у куста роз. Адалинда залюбовалась животным. Она подошла ближе к лошади, наслаждаясь её красотой и спокойствием. Лошадь не испугалась девушки, а лишь подняла голову и посмотрела на неё большими глазами. Адалинда почувствовала, как напряжение покидает её тело, и улыбнулась. Лошадь, казалось, понимала, что Адалинда пытается успокоиться и собраться с мыслями. Девушка почувствовала, как свежий воздух и красота природы помогают ей отвлечься от неприятных мыслей. Она закрыла глаза и вдохнула аромат цветов. – Любишь лошадей? — прозвучал знакомый мужской бархатный голос позади. Рыжеволосая вздрогнула, открыв глаза и обернулась на нарушителя покоя. Хенрик стоял позади неё, слегка склонив голову набок. В его глазах плясали огоньки, а на лице играла лёгкая улыбка. — Какая разница? — вздохнула Соммерс, стараясь скрыть своё смущение. — Почему ты ушла? — поинтересовался первородный, подходя ближе. Девушка задумалась, что ответить ему. Она отвернулась, смотря на лошадь, которая мирно щипала траву неподалёку. — Я не знала, куда себя деть, тем более мне показалось, что ты был счастлив, — упрекнула его Адалинда, стараясь говорить равнодушно, но нотки обиды всё равно проскальзывали в её голосе. — Ты про Кэролайн? — уточнил Майклсон. Он подходил ещё ближе к ней. — Неужели ревнуешь? — с ноткой игривости спросил он. Адалинда фыркнула недовольно и посмотрела на Хенрика. — Не дождёшься, Майклсон, — сказала она, стараясь придать своему голосу уверенность. — Ты сама была в компании моего брата и выглядела счастливой, — произнёс Хенрик, в его голосе слышалась ревность. Адалинда с интересом взглянула на него, пытаясь понять, что он имеет в виду. — Мы просто говорили, — произнесла девушка, стараясь скрыть своё смущение. — Как и мы с Кэролайн, — улыбнулся первородный. — Нет, повода для твоей ревности, любовь моя, хотя мне льстит это. Соммерс молча закатила глаза, не желая продолжать этот разговор. Наступила тишина, которую нарушало лишь тихое ржание лошади. — Зачем ты пригласил меня? — наконец спросила девушка, решив сменить тему. — Ты мог выбрать любую, так почему я? — Мне не нужна любая, — произнёс брюнет, беря её за руку. — Мне нужна ты, Адалинда. Девушка молча смотрела на него, она была в смятении от такого откровения. — Я не говорю, что влюбился или ещё что-то, нет, для такого нужно больше времени, но ты зацепила меня, — признался Хенрик. — Ты излучаешь не только свет, но и тьму. Ты лишь на вид такая ядовитая, стервозная и злая, на самом деле ты добрая и верная, и именно это цепляет меня. Майклсон замолчал на миг, а затем продолжил: — Ты не носишь маски, ты настоящая. И ты мне нравишься. Адалинда молчала ровно минуту, пытаясь осмыслить слова Хенрика. Её губы дрогнули, словно она хотела что-то сказать, но передумала. — В это сложно поверить на самом деле, — наконец произнесла она, закусив губу. — Я раньше никогда не слышала таких слов от парней. — Значит, они были дураками, — прозвучал голос Хенрика, который коснулся своей ладонью её щеки. — Потому что упустили такую прекрасную даму, как ты. Её щёки покраснели, а сама она была поражена таким признанием. В этот момент она почувствовала, что мир вокруг изменился, стал более ярким и живым. Девушка молчала, она не знала, что и сказать. Сердце билось учащённо, мысли путались. Щека горела от тёплого касания Хенрика, пока её рука была в его второй ладони. Его пальцы были слегка грубые, но прикосновение было таким аккуратным и нежным, что ледяное сердце девушки дрогнуло. — Я знаю, что ты находишься в смятении от моих слов, — произнёс мужчина, отстранившись от неё. — Поэтому дам время на подумать, но прошу, не отталкивай меня. Девушка молча кивнула ему, благодарно посмотрев на парня. В её глазах читалась растерянность, но и что-то ещё, что Хенрик не смог сразу распознать. — Вернёмся в дом? — поинтересовался он, улыбнувшись. Адалинда приняла его локоть, и они двинулись к выходу. В зале играла музыка, люди танцевали и общались, но для них двоих мир словно сузился до этого мгновения. Они вернулись в зал, где Эстер говорила очередной новый тост. Девушка посмотрела на Хенрика, и в её глазах промелькнуло что-то решительное. — Не пей, пожалуйста — произнесла она, глядя на первородного. Хенрик кивнул, сделав лишь вид, что выпил. Он доверился ей, даже не спрашивая ничего. Вскоре бал начал подходить к концу, и Хенрик отвёз Адалинду домой. Они сидели в машине в тишине, но это была не напряжённая тишина, а какая-то уютная. Девушка смотрела в окно, а Хенрик просто был рядом. Он остановил машину у её дома, и девушка, прежде чем выйти, повернулась к нему. — Спасибо за вечер, — сказала она тихо. — Спасибо за то, что была со мной, — ответил Хенрик. Она улыбнулась и вышла из машины. Хенрик смотрел, как она идёт к дому, и чувствовал, что этот вечер был особенным. А после он уехал. Оказавшись в своей комнате, Адалинда наконец сняла туфли и устало вздохнула. Она подошла к зеркалу и начала снимать украшения, одно за другим. Сняла серьги, затем расстегнула ожерелье, после чего положила их на туалетный столик. Затем она смыла макияж: сначала протёрла лицо специальным средством, а потом нанесла увлажняющий крем. Её мысли всё ещё кружились вокруг слов Хенрика, сказанных им на балу. Она была в смятении и поражена его словами, которые, казалось, проникли глубоко в её сознание. Девушка пыталась понять, что всё это значит, и как ей теперь себя вести. Адалинда даже не думала, что сможет привлечь внимание самого опасного и тёмного Майклсона. Хенрик был известен своей непредсказуемостью и жестокостью, и Адалинда не могла поверить, что он обратил на неё внимание. Но девушка также понимала, что явно что-то чувствует к нему, хотя и не могла пока разобраться в своих эмоциях. Ей нужно было время, чтобы довериться ему, чтобы понять, что он действительно представляет для неё и что она может чувствовать к нему. Почему-то Клаусу ей было проще верить. Она не знала, с чем это связано, но подозревала, что дело в его более открытой и менее пугающей манере поведения по сравнению с Хенриком. Возможно, потому что Хенрик был большим злом, чем Клаус, и это делало его более загадочным и пугающим. А может быть, потому что Хенрик был словно воплощение какого-то тёмного и могущественного злодея, например, Волдеморта из вселенной Гарри Поттера. Адалинда усмехнулась своему отражению в зеркале, пытаясь разрядить напряжение. После этого она сняла платье и повесила его на стул, чтобы оно не помялось. Девушка приняла душ, смывая усталость и напряжение прошедшего дня. Затем она сменила одежду на ночную и легла в постель. Вскоре девушка уснула.

***

Хенрик вернулся домой, где всё было погружено в уютную домашнюю атмосферу. Он быстро переоделся в свои любимые тёмные зауженные джинсы и светлую футболку, а сверху надел чёрное худи с капюшоном. На ногах у него были удобные белые кеды. Он вышел на крыльцо своего дома, опираясь на перила, и закурил сигарету. В воздухе витал запах ночи и немного сигаретного дыма. Хенрик курил уже давно, это помогало ему снять стресс и успокоиться после напряжённого дня. Внезапно рядом с ним появился Клаус. На нём была серая кофта и чёрные джинсы. — Не знал, что ты куришь, — произнёс Клаус с британским акцентом. — Давно, — ответил Хенрик, — помогает расслабиться, как и искусство. Клаус понимающе кивнул. В эту ночь было особенно тихо и темно. — Она нравится тебе? — поинтересовался гибрид. — Адалинда? — уточнил Майклсон. Клаус снова кивнул. — Нравится, — подтвердил Хенрик, делая затяжку. — Сначала я подумал, что это потому, что она чем-то похожа на Андромеду, но потом я понял, что Адалинда — не она. — Они разные, — вздохнул Клаус. — Я не претендую на Адалинду, но просто знай: если ты разобьёшь ей сердце или она сама потянется ко мне, то я не буду стоять в стороне. — Хорошо, брат, — кивнул Хенрик. Потушив сигарету, он выбросил её в стоящую рядом мусорку и вернулся в дом. Направился в свою комнату, чтобы лечь спать. Клаус же вернулся в свою мастерскую. Там он достал холст и краски и приступил к рисованию на небольшом листке портрета девушки, которая зацепила его сердце. Девушка, которая стала причиной разговора между братьями, снова встала перед его внутренним взором. Хенрик и Клаус, два брата, чьи пути иногда расходились из-за женщины. История повторялась снова, хотя они и не были из рода двойника Петровых.