Лилии в ледяном саду

Вдох. Ротфронт — место, где время будто бы замедляется. Он стоит — застывший, словно сон, который уже не вспомнишь. Город, состоящий изо льда, бетона и ржавой арматуры. Фонари, некогда светившие ярким, словно обжигающим жёлтым светом, теперь покрылись многолетним слоем инея и снега, они мерцают, издавая тихий звук треска — будто бы экраны разбитых телевизоров. Тут не встречишь привычные людские лица, улыбающиеся и смеющиеся, не встретишь играющихся детей на улицах. Здесь — вечная резиденция тысячелетнего льда и пробирающих до костей ветров. Огромные многоэтажные бетонные постройки будто бы налезают друг на друга, давят снаружи и изнутри. Городу тут и века нет, но уже начинает казаться что город будто бы гниёт изнутри. Дома здесь — не просто бетонные короба, а глыбы, покрытые изморозью, с окнами-глазницами, побелевшими от морозов. В подъездах пахнет холодом, старыми газетами и чем-то кислым — может, сырой плесенью, может, скорбью по минувшим временам. Стены облуплены, но кое-где ещё держатся обрывки обоев с цветочками — последние элементы уюта, которые когда-то пытались создать. На улицах — тишина, густая, давящая; она будто бы хочет окутать тебя во мрак, навсегда оставить тебя, словно замерзшую скульптуру, среди этих застывших зданий. Лишь изредка её нарушает скрип шагов по насту, да ветер шепчет что-то в ржавые трубы теплотрасс. Машины, покрытые коркой льда, стоят, будто брошенные десятилетия назад. А над всем этим — чернеющее небо с громадным Юпитером по центру и тысячами звёзд, будто бы кто-то случайно рассыпал поднос, и они разлетелись в беспорядке. Небо здесь кажется ближе, тяжелее, будто прогнулось под грузом прошедших лет. Иногда с крыш падают сосульки — тонкие, острые, словно невысказанные слова. Они разбиваются о землю с тихим треском, разлетаясь на десятки острых, как стекло, осколков. Это город, где время замедлилось. Где прошлое не ушло, а просто замёрзло. Где каждый цикл далекая звезда встаёт над ледяными крышами — бледная, без тепла, — и снова ничего не меняется, будто бы кто-то на это уже надеется. Выдох. Маленькая и хрупкая фигурка девушки в одном из окон сползает с подоконника, неслышно ступая на паркетный пол, а затем задергивает шторы. Её ярко синие глаза всматриваются сквозь занавес на карминовое пятнышко на небе, что растекается в форме громадного глаза. Уголки губ еле заметно состроили легкую улыбку, в то время как сама девушка потянулась к медальону на ее шее, пару раз посмотрев как он отблескивает в свете с улицы и повертев его пальцами. Вдруг из коридора послышались шаги. Адель, (так звали девушку с медальоном), не спешила оборачиваться и смотреть, кто же наведался в комнату в этот раз. Дверь со скрипом отворилась, вливая теплый желтоватый свет в комнату, который, словно вода, плавно растекался по полу, стенам, потолку и утвари в помещении. — Ада, там все собрались. Одну тебя уже ждём, иди скорее. — Раздался позади спокойный женский голос. Адель наконец-то обернулась, встретившись взглядом с Кэри. Растрёпанные волосы, немного понурое выражение лица. Впрочем, их жизнь не так сладка что бы каждый цикл по вечерам выглядеть как с "иголочки". Что сама Адель, что Кэри, что вообще все остальные кто жил в этом общежитии были репликами типа "EULR". Повседневные задачи, рутина и всё подобное возлагалось на их плечи. — Уже? Ладно, сейчас подойду. — Отвечает девушка, сжимая кулон в руке и вновь оборачивается к окну. Кэри ушла, прикрывая за собой дверь и вновь погружая комнату в полумрак. Свободной рукой девушка берет с тумбочки рядом резинку для волос, аккуратно надевает ее на правую руку. Легко запрокинув голову назад её волосы, словно атласный бархат, лентами спадают с плеч. Несколько плавных движений и резинка заплетает спавшие волосы в легкий пучок. Ада вновь подходит к окну, рукой отодвигая занавес и всматриваясь в небо, туда, где мигает красный огонек пролетающего спутника. — "Наверняка снова какой-то бред обсуждать будут."— Мимолётно проносится в голове девушки, пока кончик языка облизывает сухую верхнюю губу. — "Хотя... Лучше уж послушать их бред, нежели чем томить себя одиночеством тут." Отстранившись от окна реплика быстрым шагом направляется к двери, одергивая её и впуская в комнату всё тот же теплый свет и прохладный воздух. Повернув по обшарпанному коридору направо, Адель входит в просторную комнату, что служила им и гостиной, и комнатой для общих переговоров. В помещении стоял запах старой мебели. Довольно просторная комната располагала лишь пару старых, немного облезших кресел цвета хаки, которые поставили в один угол, поближе к заржавелым радиаторам. Почти все реплики сидели на полу: старый, покрытый всякими неоттираемыми пятнами ламинат был почти что скрыт ковром, какой был очень популярный на Ротфронте. Разноцветный ворс не был шибко мягким, однако сидеть на нем было лучше, чем на голом полу. В самом общежитии жило всего-навсего 6 реплик типа "EULR". Однако последние 2 месяца, с тех пор как предприятие на котором работала сама Ада и её сестры закрылось, всем девушкам пришлось на оставшиеся рацион-марки снимать квартиру. Цену даже снизили за то, что Ойле согласились жить в полупустующем доме, не в самом благополучном районе, почти что на окраине. Однако вскоре объявились и соседи. Неожиданно для всех среди них была пара из серий "STCR" и одинокая "STAR". По итогу протектора даже сумели кое-как подружиться с Ойле и стали время от времени собираться в их общежитии дабы скоротать время до службы. И вот этот вечер не стал исключением. Стоило Адель перешагнуть порог комнаты, как все сразу же обратили на неё внимание. — Ада, Ада! — Закричала Лора, являющаяся душой компании и самой оптимистичной из всех.— Иди скорее сюда! Тут такие новости! — Да-да, иду я, не кричи только...— Отозвалась реплика, пробираясь среди кучки остальных сестёр, что расположились прямо на ковре. Лора протянула девушке немного скомканный листок бумаги. Взяв его в руки и принявшись читать, Адель пару раз вскидывала брови, немного морщилась; затем улыбалась и вновь удивлённо смотрела на текст. Вскоре, она подняла голову, уголки её губ вновь поднялись. — Вот это новость...Откуда это вы взяли?— Спросила реплика, отдавая листок Лоре. Резко в разговор ввязалась одна из Шторхов, которой дали прозвище Джей. — О, ты еще ни разу не слышала? Странно, учитывая что твои сёстры всегда знают все новости. — Джей ехидно улыбнулась, скрещивая руки на груди и опираясь на стену. Ада поморщилась. Да, может быть она и делала вид что ей всё равно на то что её отношения с остальными немного отстранённые, однако в душе она переживала за это. Слова Джей будто бы подливали масло в огонь. Хотя ей то что? На правду не обижаются. Реплика криво улыбнулась, поворачиваясь к протекторам и вновь спрашивая: — Так откуда объявление? Не думаю, что в нашем районе стали бы расклеивать листовки для набора сотрудников на одну из экзопланет. Так еще и станция новая, не то что Серпинский. — Ада резко замолчала. Кажется, упоминание этого слова точно эхом застряло в стенах комнаты; давило на всех присутствующих. Даже свежий воздух показался застоявшимся и тяжелым. В комнате повисла неловкая тишина. Слова девушки об станции, на которой ровно 10 лет назад произошла трагедия, горько всплыли в памяти. Хотя никто из присутствующих не был старше 10-и лет выпуска с завода, девушки всё равно знали и скорбили по своим сёстрам, навсегда утерянным в стенах злополучной станции. — Простите. — Сдавленным голосом тихо произнесла Адель. Ком в горле неприятно давил, заставляя почувствовать вину за испорченное настроение в такой момент. — само вырвалось, я даже не подумала... Реплика даже боялась переводить взгляд на Джей, которая явно не испытывала добрых чувств к Аде, и, возможно, сейчас точно сверлила её злобным взглядом, словно кошка, нацелившаяся на свою добычу. А вот что касается её напарницы, Лейлы, так она наоборот жалела реплику, считая ее загнанной в угол и несчастной настолько, что даже её сестры не могут поддерживать с ней крепкие отношения. Спустя томительных 30 секунд, которые тянулись словно вечность, Лора вдруг произнесла: — Ладно, девочки! Не стоит так сильно зацикливаться на воспоминаниях. Погрустили и хватит. Теперь лучше поговорим о хорошем. Давайте лучше сейчас займёмся сбором вещей, раз уже все утвердили.— Улыбка на лице Лоры была словно солнце. Даже, казалось, сама Джей могла бы стать милосердной. И правда, её слова будто бы воскрешают. Вся комната спустя пару секунд оживилась, многие даже тихо посмеивались над неловкой паузой. Всё вели себя как прежде. Адель, вздохнув с облегчением, плавно обводит оживлённую комнату взором. Останавливается, изучая поведение всех остальных: их мимику, движения, их речь и смех. Колкая мысль о том что возможно она деградирует медленно закрадывается в сознание, царапая его изнутри. Мимолётные воспоминания о её прошлом тоже дают о себе знать. Девушка стискивает зубы, чуть ли не скрипя ими; брови немного подёргиваются, оставаясь сведёнными к переносице. Поток бурных эмоций вновь разрушает плотину ее внутренней борьбы с прошлым. Еще чуть-чуть и она вновь может сорваться. Нет, она точно деградирует... Но надолго ли все останется как прежде? Из мыслей её вырывает чья-то рука, опустившаяся на плечо девушки. Обернувшись, реплика встречает позади себя Дину. Странно, как Адель не заметила Дину до этого? — Вновь о прошлом горюешь, сестра? — Легкая улыбка Дины заставляет Адель вынырнуть из пучины воспоминаний, утягивающих её на дно. — Да так. Не забивай голову. — Отвечает Лиза, скрещивая руки на груди и понуро опуская голову. — Ну-ну, ты чего. — Дина отворачивается вместе с Адой, медленно утягивая подругу за собой на балкон. Морозный воздух обжигает синтетические лёгкие, встречает реплик своими холодными объятиями; заставляет обеих девушек поёжиться от холода. Балконный поручень покрыт инеем — прилипает к ладони, оставляя на коже влажные следы. Внизу, в тлеющей синеве, город кажется вырезанным из цельного куска льда. Крыши многоэтажных домов неровные, засыпанные снегом. Пласты крыш тянутся до горизонта, прерываясь остовами заводских труб. Над кварталами висят спутанные провода, тяжелые от наледи. Они колышутся на ветру, звенят, как расстроенные струны. — Ты о чём то хотела поговорить?— Спрашивает Адель, опираясь на перила балкона и засматриваясь куда-то вдаль. — Курить будешь? — Откажусь пожалуй. — Хе-хе, раньше ты всегда была не против, что изменилось? — Многое изменилось, Дина, ты же знаешь меня. — Ну и ладно. Ты вроде спрашивала о том, где девочки достали листовку? — Да. Им его выдало руководство? Дина несколько раз нажала по еле работающей зажигалке, пытаясь "выдавить" из неё искру. Спустя несколько попыток в морозном воздухе показалась тонкая струйка дыма. — Можно сказать и так. После инцидента на Серпинский мало кто хочет ехать на такие отдалённые объекты. — Дина посмотрела вверх на яркий Юпитер: Око уже вовсю был видно. Оно сменяло свои оттенки местами от кирпично-красного до совсем карминового. — Вот нас и решили туда отправить. Ну так и так, мы и согласились. Постояв в тишине Дина улыбнулась, обнимая подругу свободной от сигареты руки. — Надеюсь, с нами ничего плохого не случится. — Говорит Адель, длинными пальцами сметая снег с перил. — Ха, конечно нет. — Дина докурила сигарету, выбрасывая её вниз в сопровождении сурового взгляда подруги. — Мусоришь во вред Нации?— Ехидно улыбнулась девушка, легонько толкнув другую реплику в плечо. — Ой подумаешь, от сигареты не убудет! Реплики остаются стоять на балконе. Снегопад уже стал намного меньше, поэтому видимость была хорошая. Вдали виднелись громадные радиостанции, в воздухе витал запах недавно скуренной сигареты, металла и холода. Где-то внизу за домами были слышны разговоры. Вскоре Дина ушла, оставляя Аду вновь наедине со своими мыслями. — "Они правы.."—Раздается собственный голос в голове. — "Оставаться здесь смысла нет. Это не наш дом, хотя мы тут по сути выросли, если это можно так назвать." Её синие глаза особо красиво смотрелись ночью. Оттенок окуляров стал глубоким, как пучина моря. Жизнь там, конечно, будет непростой, но лучше, чем монотонно ждать списания здесь. На чудо надеяться бесполезно. Вдох. Выдох. Адель вновь притрагивается к медальону с изображением красивого цветка лилии. Сзади есть какая-то надпись, но она уже давным давно стерлась, так что букв не разобрать. — Надо бы идти. А то заболею еще...— Вырываются вслух слова. Адель резко разворачивается, бредя обратно в теплое помещение. 4 цикла спустя. Космопорт имени Зелигера. Местное время: 19:34. Долгожданный день отлета. Сегодня по-особенному свежо на улицах, даже снегопад не валит. Чашка кофе ощущается как никогда вкусно и терпко; сегодня все одновременно и радостны, и взбудоражены грядущей поездкой, и взволнованны. Сам космопорт это место, в любые часы полное народу. Тут и гештальты, и реплики. Что уж говорить о том, сколько здесь охраны. Адель вместе со своей компанией быстро шагают в зал ожидания прилёта. На удивление сегодня не было больших очередей, так что процедура регистрации прошла быстро и без задержек. Найдя недалеко от выхода на посадку свободные места, ребята ставят вниз свой багаж, в то время как сами занимают довольно неудобные металлические кресла. Усадившись рядом с Диной и немного прижимаясь к ее руке, Ада с интересом оглядывает место, в котором никогда еще не была. Само по себе здание было довольно старое, несмотря на то, что реконструкцию проводили относительно недавно. Высокие колонны с витиеватыми капителями удерживали сводчатые потолки, а в центре самого зала висела громадная люстра на цепях. Да, тут было много навороченной техники повсюду, однако Адели стало интересно: почему Нация, презирающая сильный интерес к искусству, который по их мнению мешающий направлению всего внимания на развитие технологий, стало быть оставили данную постройку? Жалко сносить было? Или была какая то другая причина? Девушку вырвал из раздумий звонкий голос одной из её сестер. — Успели...Еще бы чуть-чуть и регистрацию на рейс закрыли бы! — Томно выдыхает одна из реплик которую зовут Мэрлин, параллельно укладывая свою голову на плечо Крис, еще одной Ойле. — Кэри, ты как?— Обращается Лейла к немного понурой Ойле, которая, кажется, вот-вот заснет. — Держусь, отвечает девушка, через пару секунд окончательно засыпая.— отзывается Кэри слабым голосом. —Тут так шумно, девочки...— Говорит недалеко сидящая Лора. — Поскорее бы наш рейс уже! — Ага. Скорее бы уже отлёт. Только пришли, а уже надоело.— Отвечает Мэрлин, запрокидывающая свою голову на спинку кресел. Лейла осматривает всех присутствующих, немного улыбаясь Аде, сидящей напротив неё, а затем переводит взгляд на Хильду - Реплику-Штар, которая осталась одна среди своих сестёр после многочисленных боев. — Хильди? — Спрашивает Лейла.—Ты как? Кофе принести? — Аа.. Нет. Я откажусь. — Говорит реплика, а затем продолжает: — Сама то как? Я захватила с собой батончики, так что кто голоден пусть берет. После этого утомленная компания погрузилась в дремоту, решая немного перевести дух перед поздним вылетом и насыщенным завтрашним, да и сегодняшним циклом. Спустя минут сорок пребывания в зале, динамики над ними объявляют об посадке на рейс, летящий прямиком на Феретт — новую экзопланету, которую сейчас стали активно обустраивать. — Ладно, девочки, пойдёмте. Предлагаю побыстрее занять наши места, пока там народу немного!—Громко говорит Лора, в миг пробуждая остальных. Быстрый кивок свидетельствует о том, что все готовы вновь выдвигаться. Быстро собрав все нужные вещи с пола, кучка реплик идёт прямиком к стойке с репликой Ойле, работающей здесь в виде проверяющей посадочных документов. Ада, привыкшая всегда рассматривать все вокруг зацепилась взглядом за толпу протекторов и кучки "ARAR", пока девочки разбирались с документами. Что именно они выясняла кучка с протекторами — неясно, однако одна из мелких "KLBR", довольно противных реплик, готовых смотреть на всех свысока, перевела взгляд на Аду. — "Хоть бы не в голову лезла..."— думает про себя Ойле, побыстрее стараясь отвернуться от злополучной протекторши. Однако буквально спустя пару секунд Адель чувствует невыносимое жжение в голове, а глаза будто бы заволокло черной пеленой. Дышать становится труднее; руки вжимаются в виски, будто стараясь сдержать трешину в сознании, кто-то будто бы скребётся изнутри, давит на горло Ады, старается задушить девушку. Далее были слышны чьи-то отдаленные крики, явно принадлежащие той самой Колибри, однако Адель даже не успевает прийти в себя, как кто-то цепко хватает её за руку, утягивая в узкий коридор, ведущий прямо на посадочную полосу. Дальше все было как в тумане. Голоса остальных слышны были словно из под воды. Состояние тоже было не из приятных: голова продолжала нещадно болеть колющей болью в висках, а дыхание становилось тяжёлым. Спустя всё-таки некоторые попытки привести девушку в чувства, Ада неожиданно открывает глаза, обнаруживая перед собой уже салон шаттла и немного напугав Дину таким резким пробуждением. Немного придя в себя Ада испуганно осматривает помещение. Иллюминаторов здесь не было, так что сказать где именно они находились было трудно. Однако, судя по тому что на них были туго завязаны ремни безопасности, они явно уже были не на Ротфронте. — Ох, Адель! Хвала Революционерке. Что же это с тобой случилось?— Обеспокоенным голосом говорит Дина, сидящая рядом с ней. — Тебя чуть ли не на руках доносили до салона. Ты что-то принимала? Пару раз кашлянув, Лиза, приходя в себя, тихо и испуганно произнесла: — Там... Какая то странная Колибри была...Я смотрела на нее, а тут бац - мне плохо. Дальше все как в тумане было. Потом слышу чьи-то крики ... — Так это из-за тебя там такой переполох был?! Ох, черт...— Дина прикрывает рукой рот, озираясь по сторонам и обеспокоенно подвигаюсь поближе к подруге. — Эта Колибри в обморок свалилась. Но сначала так кричала громко, будто бы ее.. кто-то ударил током. Признаюсь, никогда не видела их в таком состоянии...Я сразу почувствовала что уводить тебя нужно, тебе ведь тут же тоже плохо стало... Сёстры тоже волнуются за тебя. — "Волнуются? Обычно раньше я слышала от них наоборот другие слова... Хотя ладно. Все в прошлом..."— Ада прикусила нижнюю губу, отводя взгляд в сероватую стену салона. На краях глаз появились горошинки слез, однако девушка закусила губу еще больше, дабы преодолеть вновь нахлынувшие эмоции. Её прошлое явно давало о себе знать, хотя по виду и не скажешь, что девушка многое пережила — хрупкое и миловидное на вид создание, работавшее библиотекаршей.— "Может быть не пойди я тогда в тот день на работу все было бы иначе... Нет, поздно. Поздно уже думать о содеянном. Сейчас лучше переживать о том, что со мной творится... Дина не знает о том что такое было...это было давно.." Дина, будто бы чувствовавшая от подруги её плохое настроение, резко заговорила: — Ну... Цикл сегодня не из простых... серекусить не хочешь? — Да. Стоило бы.—Отвечает Адель, оборачиваясь к подруге и беря из ее руки черничный батончик. — Знаешь, я думаю на новом месте тебе понравится. Но я постараюсь попросить устроить тебя куда-нибудь... В тихое и спокойное место. И чтобы я недалеко работала. — Тихое и спокойное значит...Надеюсь что там вообще такое найдётся. Станция новая, Дин, ты знаешь что там щас наверняка суматоха. — Ой, да ладно тебе! Всегда найдётся да какое-нибудь место. С документами работать хочешь? Знаю, ты усидчивая личность. — Ха-ха, ну, разок уж стоит попробовать. Раньше я ведь только с карточками то и работала с карточ- Дина прикладывает палец к губам Ады, заставляя девушку не продолжать речь. — Знаю, знаю. Я обещаю, если вдргу что-то случится, я буду рядом. Не пропадёшь. Пара секунд были в полном молчании, пока Адель снова не посетила тревожная мысль: проверки от Колибри. Зачастую в таких заведениях всегда делают обход пару раз в какое-то время, проверяя на деградацию и задавая всякие вопросы. Хотя стоит признать то, что технологии по производству реплик намного улучшились, способствуя более долгосрочной службе Нации, нежели чем было раньше, однако всё-таки девушку время от времени посещали мысли о том, что следующий день она уже не будет проводить вместе со своими сёстрами, а, возможно, вновь поедет на завод дабы ей заменили модуль с сознанием и памятью. Только мысли об этом уже заставляли девушку поёживаться. Но мысль о том, что та Колибри из Космопорта возможно могла пострадать из-за неё,уже наводила животный ужас. Но каким образом так случилось? Почему только стоило залезть Колибри в голову Адель, как тут же обеим стало плохо? Так, с этим она решит разобраться потом. Единственное что она могла сейчас сделать — постараться заснуть, дабы скоротать время и поберечь силы. Адель повернула голову к Дине. Свет в салоне уже успех чуть-чуть потухнуть, переводясь в режим энергосбережения. В потёмках лицо спящей Дины казалось намного спокойнее и милее. Ухмыльнувшись милой картине, Адель откинулась на спинку мягкого кресла, постепенно засыпая под гул в стенах.