Teacher's pet?

Такс, прежде чем вы начнёте это читать, хочу предупредить, что я писала эту главу под разные, по большей части грустные песни. В основном под песни Mitski, если хотите погрустить, то её песни отлично подойдут, особенно песня «First love/Late Spring». Поэтому тут будет чуток грустинки, однако, надеюсь, что вам она понравится. Так же извиняюсь за достаточно долгое для меня отсутствие. Приятного прочтения!! Казалось время длилось долго, словно тягучий мёд, медленно стекающий с ложки обратно в банку. Кеннет толком не знал что ему делать, было довольно..странно обнимать своего преподавателя. А может, ему просто непривычно? Не каждый день он видит взрослого и внушительного мужчину, который плачет и цепляется за него так, будто он единственное что у него осталось. Будто это последний кусочек надежды, которая может испариться, если его руки ослабят хватку, а после полностью отпустят, позволяя последней, единственной, и такой манящей надежде испариться. Однако, парень не был против, он не пытался как-то отстраниться, отогнать Николаса от себя, даже наоборот, он обнимал его, гладил по спине, в пытаясь успокоить, ведь в таком состоянии Кеннет не мог его оставить. И плевать, что слёзы заставили футболку на плече намокнуть, плевать на некое неудобство из-за разницы в росте. Да и на разницу в возрасте в конце то концов. Сейчас единственное что имело значение – помочь. Кеннет и сам знает, как трудно приходится в такие моменты, особенно когда ты наедине со своими дрянными мыслями, которые грозятся поглотить тебя, обвить у твоей ноги верёвку и затягивать в эту чёрную, вязку грязь из собственных загонов, проблем и конфликтов. Поэтому Кеннет не хотел его оставлять, как бы глупо это не звучало, уж очень ему было жалко преподавателя. И так работа неблагодарная, так ещё и из ниоткуда взявшаяся паника. Первая пара прошла, группа Кеннета ушла из кабинета оставив тетради на столе Николаса, один лишь Кеннет по-прежнему стоял рядом, его руки крепко, но в тоже время так нежно обнимали его. От этого щемило сердце. Николас никогда не думал, что кто-то застанет его в таком состоянии, да и если застанет, он прогонит этого человека. Вышвырнет его, пошлёт куда подальше и как раньше разберётся со всем сам. Но почему-то именно сейчас, именно сейчас руки не хотели отпускать его, не хотели расставаться с таким манящим теплом, с манящей и до боли нужно мягкости и нежности. Он понимал, что это неправильно, понимал, что должен отстраниться и сделать вид, будто ничего не было. Но что-то его останавливало, что-то не давало ему это сделать. В душащей тишине, навязчивых мыслях, болезненных воспоминаниях и негативных эмоциях, Кеннет в глазах Николаса был как яркий огонёк. Далёкое, мягкое, тёплое и нежное свечение. Хотелось протянуть руку, коснуться этого свечения, прижать к себе и почувствовать это тёпло, почувствовать, что может быть, может быть ещё не всё потеряно. Может быть, у него ещё будет шанс на счастливую жизнь, на хоть какую-то белую полосу в жизни. Но эта надежда потухла, когда раздался звонок, который говорил об окончании пары, а это означало, что пришло время отстраниться. Закрыться и снова принять стоическое выражение лица, будто ничего только что не произошло. Голова Николаса медленно поднялась, глаза покраснели, на щеках всё ещё виднелись слёзы неуспевшие высохнуть. Руки неохотно разжались, Николас выпустил парня из своих объятий, вытер щёки и отстранился. Пока парень умывался, Кеннет стоял рядом и наблюдал. Он не говорил, не прикасался, просто наблюдал, был молчаливой поддержкой. Он просто находился рядом, стоял на случай, если что-нибудь понадобится. Николас умылся, взял салфетки и вытер лицо, а затем и руки. Он уже собирался уйти, однако остановился, его рука замерла над ручкой двери. Тело на мгновение напряглось, а в глазах вновь появилась уязвимость. Но после, из рта вырвалось тихое, но в тоже время полное искренности «Спасибо.» Николас благодарил за всё, за подаренную на мгновение надежду, за объятиями, за поддержку. И за отсутствия осуждения. Хоть эта надежда и была мимолётной, но она всё же была. Может, всё-таки всё не настолько ужасно, как он думает? Может, он ещё достоин счастливой жизни, после всего, что он сделал и через что прошёл. Кеннет остался в туалете один, тело расслабилось, а после послышался тихий вздох. На душе приятно потеплело, а на лице появилась улыбка. Еле заметная, но искренняя улыбка. Было приятно осознавать, что он помог, что ему удалось это сделать. Взглянув на себя в зеркало он кивнул, с этого момента, он не будет напрягать преподавателя ещё сильнее, с этого момента он будет вести себя так, чтобы Николас уставал меньше, чтобы он не тратил время на выговоры для него. Однако вечером всё изменилось. Снова крики и скандалы, на улице лил дождь, да такой, будто людей с ведра обливали. А Кеннет.. А он сидел на лавочке. В одиночестве и мокрый насквозь. На теле снова синяки, а взгляд опустошённый. Ему было холодно, но что поделаешь? Домой не вернёшься, а телефон.. Его разбили. Снова. Он должен был предугадать этот момент, должен был понять, что скорее-всего это произойдёт. Но не понял, не догадался, не осознал, что это произойдёт именно сегодня. За что он и поплатился. Вроде бы это не его вина, не его проблемы, что они так отвратительно себя ведут, что они ненавидят его. Но почему-то, почему-то в горле встал ком, руки сжались в кулаки, на глаза навернулись слёзы. Чувство вины, грусти, гнева и разочарования грозились поглотить его, утянуть на дно и держать его там до того момента, пока он не начнёт задыхать, пока не начнёт давиться это болью, этим отвращением к себе. К своему телу, к своему голосу, к характеру, к поступкам. Да ко всему что с ним было связано. Но видимо у судьбы были свои планы, свои мысли насчёт этого. Николас в этот момент ехал в машине, он заехал в офис, чтобы забрать какие-то вещи оттуда и подписать нужные документы, а так же посмотреть как там его люди. Дождь лил сильно, дорога практически не было видно, поэтому Николасу нельзя было отвлекаться. Однако, что-то привлекло его внимание, краем глаза он заметил ярко красное пятно. А затем и знакомое лицо, нога резко надавила на тормоз. Машина затормозила прям около подъезда, у которого сидел парень. Голова Николаса повернулась, он посмотрел в окно, ошибки быть не может. Глаза расширились от шока, какого чёрта Кеннет сидит на улице? Так ещё и в одной футболке и шортах под таким-то дождём. Рука сразу поставила ручник, а после взяла зонтик. Открыв дверь машины рука машинально раскрыла зонтик, а после парень как ошпаренный вылез из машины, закрыл дверь и поспешил к лавочке. Подойдя к Кеннет Николас протянул руку, он закрыл его от дождя зонтиком. Рука задрожала, взгляд прошёлся по телу, синяки на ногах, на руках, пустой взгляд и слёзы готовые потечь в любой момент. –Кеннет, какого хрена ты тут сидишь? Ты же мокрый до нитки, матерь божья. Вставай давай. Кеннет моргнул, его тело вздрогнуло когда он услышал знакомый голос, голова сразу поднялась, серые глаза раскрылись в шоке, руки сразу задрожали, а последняя капля сдержанности улетучилась, слёзы потекли сами собой. Николас вздохнул, он не знал что ему делать, по хорошему, как учителю ему нужно привести его к родителям. Но видя в каком он сейчас состоянии, да и вспомнив какие у Николаса были родители, и осознав, что скорее-всего они находятся около дома Кеннета, он принял решение отвезти его к себе домой. Он будто чувствовал, что к родителям его лучше не вести. Он это и сделал, просто отвёз Кеннета к себе в квартиру, машина была припаркована, они вылезли из неё, Николас накинул своё пальто на парня, он знал что ему очень холодно, это было видно по дрожащим плечам. Никки повёл парня вдоль парковки, подведя его к лифту он нажал на кнопку, рука инстинктивно приобняла дрожащего парнишку за плечи. Большая ладонь тёрла кожу через пальто, тем самым пытаясь согреть ещё сильнее. По прибытию в квартиру парень первым делом ушёл за сменной одеждой, за полотенцем и указал Кеннету где ванная. Как только парниша вышел из ванной, Никки укутал его пледом и дал горячий чай. Они сидели на диване в гостиной, от Николаса волнами исходили беспокойство. Он смотрел на сероглазого таким взглядом, будто тот был его ребёнком, который попал в беду. Именно в этот момент, видя что за него переживают, внутри Кеннета потеплело, а груз на плечах будто стал меньше. Так вот как выглядит надежда.. Это приятное чувство, мягкое и уязвимое, которое может исчезнуть в любой момент. Это чувство было для Кеннета забытым сном, настолько далёким, что он уже забыл какого это. Теперь Николас был для него яркой звёздочкой, единственным лучом надежды, за которую он хотел вцепиться и никогда не отпускать. Однако, Николас не осознавал почему он так переживает, что заставляет его переживать? Кеннет не был близким для него человеком, он просто был его учеником. Но увидев его в таком состоянии жалость и беспокойство появились сразу. Парень не был склонен к беспокойству о других, он считал, что нужно в первую очередь беспокоиться о себе, ведь один раз им просто воспользовались, воспользовались его чувствами, что привело к травме, которая у него есть до сих пор. Но всё же, не так уж и плохо волноваться, ведь так? Да и Кеннет заслуживает того, чтобы с ним хорошо обращались, может, Никки и не знает всей ситуации, но что-то ему подсказывало, что это было связано с родителями. Иначе, он бы не сидел, на улице в одиночестве, так ещё и под проливным дождём. Всё же это чувство не настолько ужасно, как может показаться. А может, Николас просто вновь попадает в эту ловушку, откуда он выберется с обострёнными травмами. Время покажет, что в итоге произойдёт.