Глава 2. Казуха
8 мая 2025 г., 03:03
За 5 лет до основных событий.
— Как ты думаешь, я бы смог освоить технику Мусо но хитотати? — спрашивает Томо у подошедшего к нему Казухи. — Может хватит мусолить одну и ту же тему? — отвечает ему Каэдэхара. — Я ведь тебе уже объяснял, что эту технику может применять только Архонт, в мире ей нет аналогов. Как бы ты ни старался ею овладеть, у тебя ничего не получится. — Почему ты говоришь так? Ты ведь даже не пробовал её, — протестует Томо. — Подумай сам, если мы, обычные смертные, сможем овладеть этой техникой, то мы сможем остановить Сёгуна. Тебе же тоже не нравится, что она просто так забирает у нас глаза Бога. Ты же не хочешь лишиться своего? Ты видел, что происходит с людьми, у которых она отняла глаз Бога? Они сходят с ума! Казуха, мы не можем сидеть просто так. Она не остановится, если её не остановим мы! — Даже если ты сможешь работать с этой техникой, ты не выстоишь один против Райдэн, — Казуха понимает, что у его друга опять случился приступ героизма. Он не хочет опять ссориться с ним. Не сегодня. Не сейчас. После того, как охота на глаза Бога ужесточилась, выход на улицу в одиночку стал равносилен смерти. В любой момент вылезшего на поверхность одиночку могли схватить люди из армии Сёгуна и отвести его в клетку, где человек доживал бы свои последние часы осознанной жизни, а потом Архонт забрала бы его глаз Бога, и человек остался бы калекой до конца жизни. Лишь немногим удавалось оправиться после такого, а ещё меньшим — продолжать жить дальше и спасать тех, у кого ещё остался глаз. Люди разделились на небольшие группы от двух до десяти человек. Никто не ходил в одиночку, у каждого был напарник, ведь так шанс быть схваченным становиться меньше, хоть и незначительно. Напарник всегда прикроет, поможет быстро подлатать полученную рану. Томо и Казуха ещё с детства всё делали вместе. Никто из них даже не думал пойти куда-то без другого. Вот и сейчас на любую вылазку они ходили вдвоём, никогда не разделялись. Они знали друг друга, как свои пять пальцев, выработали личные тактики нападения и отступления, они понимали друг друга с полуслова. Казалось, нигде в мире не найти больше таких друзей, которые бы жили в полной гармонии и согласии, как Казуха и Томо. Но за последние полгода многое изменилось: Томо начал задумываться о недостижимом, а точнее об овладении техникой Мусо но хитотати и о противостоянии Архонту, а Казуха хотел остановить охоту на глаза Бога более мирным путём. По этому поводу они часто спросили и ссорились. Томо всегда был упрямый, но если раньше Казухе удавалось его переубеждать, то сейчас он просто стоял на своём и не хотел слушать чужие мнения по поводу сложившейся ситуации в стране. — Раз один я не справлюсь, то помоги ты мне. Если ты считаешь, что и вдвоём мы не справимся, то давай позовём Аяку и Аято: у них есть своя небольшая армия. Всегда найдутся смельчаки, готовые бросить вызов молнии. — Нет, Томо! Я тебе уже говорил, что это очень опасно. Я не хочу жертвовать ни тобой, ни своей девушкой, ни её братом, ни другими людьми, если что-то пойдёт не по плану.***
За 3 года до основных событий.
Охота на глаза Бога по неизвестным причинам немного утихла, но обстановка в Инадзуме всё равно была накалена, хоть страна и стала открытой для других регионов. Казуха решил, что это его шанс найти такое место, где он и его близкие люди могли жить свободно и по своим правилам, если в Инадзуме опять начнётся кризис. Юноша знакомится с Бэй Доу, капитаном флота Южного Креста из Ли Юэ. Она готова помочь ему осуществить его мечту.***
— Аяка, Бэй Доу сказала, что мы отправляемся уже завтра. К нам итак заплывают немного кораблей из других стран, а те, кто осмеливаются, задерживаются здесь не больше, чем на пару дней. Все боятся, что страна снова будет оккупирована, — сказал запыхавшийся Казуха. Бей Доу передала ему это утром, и он бежал через весь город к Аяке, потому что хотел провести как можно больше времени с любимым человеком. Аяка ничего не ответила, но по тому, как она выронила из рук книгу, которую читала, и на её глазах появились слёзы, Кадзуха понял, что она не хотела, чтобы он уезжал, хотя всегда поддерживала его идею. Он подошёл к ней, обнял и поцеловал в макушку. — Я обещаю, что вернусь как можно быстрее. Я буду писать тебе письма, — попытался успокоить её Казуха. Аяка обнимала его так крепко, что, казалось, она могла сломать ему рёбра, и плакала ему в плечо. Из-за охоты на глаза Бога последние несколько лет они нечасто оставались наедине и проводили время вместе, а сейчас, когда им выдаётся такая возможность, Казуха уезжает.***
— Ты уже предупредил Томо? — спустя время, успокоившись, спросила девушка. — Нет, но у меня есть к тебе просьба: в моё отсутствие следи за ним пожалуйста, чтобы он не наделал глупостей. Ты ведь знаешь о его тяге к противостоянию Архонту. Он мне не говорит, но я уверен, что он готовит какой-то план. Пока я здесь, он не предпринимает никаких действий, но, когда я уеду, у него появится свобода, и, возможно, он бросит вызов Сёгуну. Ты знаешь, я очень дорожу им, и я не хочу потерять его из-за глупостей, которые он может натворить, — проговорил Кадзуха и прижался к девушке ближе, потому что по спине пробежался холодок. Ближе к вечеру Каэдэхара дошёл до Томо и рассказал ему о своих планах. На лице друга читались одновременно и грусть от расставания с близким человеком, и радость, потому что он получит свободу действий. Кадзуха понимал, что его догадки насчёт него верны, поэтому наутро ещё раз сообщил Аяке о своей просьбе перед тем, как втянуть её в долгий поцелуй.***
За 2 года до основных событий.
Уже на протяжении года Казуха вместе с флотом Южный Крест путешествует по Тейвату. Он посетил уже три страны: Ли Юэ, Мондштат и Сумеру. Больше всего ему понравилось в Мондштате. Он решил, что, как только он вернётся на родину, сразу заберёт Томо и Аяку сюда. Сейчас команда корабля находится в Ли Юэ: пополняют запасы, чтобы отправиться в Инадзуму. Казуха очень ждёт возвращения домой, он очень скучает по близким. Около полуночи в дверь Кадзухи постучали. Он насторожился: кого ещё могло принести в столь поздний час? Открыв дверь, юноша увидел взволнованную девушку, которая держала в руках письмо. — Вы Каэдэхара Казуха? — спросила она и, получив положительный ответ, сказала: Вам просили срочно передать это письмо. Закрыв дверь, парень сразу же развернул конверт и прочитал содержимое письма, которое, как он понял по почерку, было написано в спешке: "Кадзуха, это Аяка. Я не знаю, как это получилось, но сегодня утром Томо на главной площади, прямо перед замком Сёгуна, объявил ей дуэль. Я не знаю, что делать. Мы пытались сгладить ситуацию, но ничего не получается. Пожалуйста приезжай быстрее..." Письмо резко обрывалось. Казуха ещё раз с ужасом перечитал его: он всё ещё не верил в происходящее. А потом Каэдэхара резко рванул к Бэй Доу и рассказал обо всём. Они в спешке собрали команду и отправились в Инадзуму.***
Через два дня корабль причалил к порту острова Рито. Казуха спрыгнул с корабля и побежал на главную площадь, где уже стопился народ. В центре внимания были Томо и Кудзё Сара, одна из лучших солдат Сёгуна. Вдруг Казуха понял: он не успел... Томо лежал на холодном камне с воткнутым в самое сердце мечом, а Сара стояла рядом с ним. Ноги Каэдэхары подкосились, но в общей суете он нашёл в себе силы подбежать к другу и забрать его электро глаз Бога — единственное, что останется напоминанием о нём. В следующее мгновение с всех сторон на площадь начали сбегаться солдаты, одетые в бело-красную форму. Они окружили Сару, но ей на помощь подоспели солдаты, одетые в черно-фиолетовый. Начался бой. Казуха не понимал, что происходит, его голова просто разрывалась, но тут его кто-то схватил за руку и поволок из толпы в более спокойное место. Это оказалась Аяка. Она остановилась у выхода из города и обняла парня, тихо прошептав: — Прости, прости пожалуйста. Ком подкатил к горлу Казухи. Он думал, что сейчас заплачет, но нет, слёз не было, не было ничего, была пустота, пустота от потери друга, лучшего друга...***
— Эй! Идите сюда! — крикнул мужской голос. Это был Аято. — Вы что, совсем сдурели? Вы бы ещё там пососались! — указал он рукой на центральную площадь. — Пойдёмте, мы отступаем, их намного больше, у нас огромные потери. Армия Сёгуна оккупировала город и страну. Похоже, всё началось снова. — Что? — Казуха вдруг очнулся, словно после долгого сна. До него только сейчас начали доходить события, произошедшие несколько минут назад. — Отряд Сопротивления во главе с Сангономией Кокоми. Мы узнали, что она создала войско, чтобы защищаться от Сёгуна, и решили присоединиться к ней. А она обещала подстраховать Томо на дуэли, но всё, как обычно, пошло по пизде, — объяснила Аяка. До Казухи дошло: теперь они не одни. Есть люди, разделяющие их желание жить в равенстве и свободе. Он будет сражаться против Сёгуна не один. Он будет сражаться, чтобы отомстить за лучшего друга. Томо не должен был умереть так, но он и не умер, и не умрёт, пока Каэдэхара будет помнить его, будет за него бороться.***
— Я Кокоми. А ты, я так понимаю, Казуха? Аяка говорила мне про тебя. Она сказала, что ты присоединишься к нам. Мы будем только рады, — сказала Кокоми, когда Казуха вошёл в комнату. — Да, я готов. Я хочу помочь стране, мы должны быть свободны! — громко, как девиз, произнёс Казуха, и сзади него послышались одобрительные возгласы и аплодисменты от участников Сопротивления.***
Основные события.
— Нам надо перенести наш основной лагерь ближе к побочным. У нас находятся основные медикаменты и оружие. Везти их в побочные лагеря очень тяжело, долго и опасно, — сказала Кокоми на собрании командиров, а затем достала карту Инадзумы и начала что-то писать и рисовать на ней. — Я думаю, это хорошая идея, но сейчас у нас мало людей, ведь в основном все отряды сейчас сосредоточены у столицы, — сказал кто-то из присутствующих. — Поэтому я и собрала вас здесь. Нам надо перераспределить силы, — начала Кокоми. — Главные отряды сейчас сражаются на севере и западе столицы... Казуха слушал всё вполуха. Всё происходящее сейчас его интересовало в последнюю очередь, ведь его отряд должен был защищать главный форт Сопротивления и прилежащие к нему территории. Их ни разу не отправляли на передовую. Сначала Кадзуха бесился, ведь он хочет сражаться и завоёвывать новые территории, но потом смирился, потому что защищать тыл — тоже очень важная задача. Каэдэхара сидел, подперев лицо руками, и почти засыпал, когда Кокоми сказала: — Казуха, возьми с собой пять-шесть человек из отряда, и очистите соседние поселения от солдат Сёгуна, чтобы мы могли спокойно продвигать наш лагерь вперёд. — Понял, мы можем выдвигаться прямо сейчас? — спросил Кадзуха. — Нет, останься до конца собрания, мне нужно будет обсудить с тобой кое-что после него, — ответила ему Кокоми. В продолжение собрания Каэдэхара дремал: ночью его поздно сменили на карауле, а сегодня подняли в 6 утра ради собрания командиров, на коих он присутствует только ради галочки и в которых никогда не принимает участие.***
— Всем спасибо, собрание окончено! Весь наш план должен быть выполнен до конца этого месяца, — голос Кокоми прозвучал как колокольчик, Каэдэхара даже вздрогнул. — Казуха, останься пожалуйста. Казуха встал, подошёл к главнокомандующей и сел в кресло рядом с ней. — Спасибо, — сказала девушка, уже не так громко, как пару секунд назад. — Я хотела узнать, не нашёл ли ты себе помощника? — Нет! — не дав ей договорить последнее слово, воскликнул Казуха. — Я тебе уже говорил, что мне и в одиночку хорошо выполнять поручения. Мне никто не нужен. — Как же ты не понимаешь? Насколько бы ты хорошо ни был подготовлен к боям и сражениям, с тобой всё равно может что-нибудь случится. Кто мне тогда об этом доложит? — возразила Кокоми. — Так что я прошу тебя, нет, я приказываю тебе найти помощника! — Хорошо, — цокнул Казуха. — Это всё? Я могу идти? — Да... — вздохнула Кокоми и проводила его взглядом до двери. С того момента, как Казуха вступил в Сопротивление, у него никогда не было товарищей, он никого не впускал в свою жизнь. Его единственный союзник, товарищ, друг, помощник погиб в самом начале войны. Казуха даже представить себе не мог, кто бы смог заменить его. Поэтому он всегда был один. Нет, он, конечно, общался с солдатами из своего отряда, но эти разговоры никогда не переходили во что-то большее, чем обсуждение тактики и стратегии наступления на противника или защиты форта.***
Казуха взял четверых лучших бойцов из своего отряда, и они отправились к самой ближайшей соседней деревне, которая была захвачена. — Фред и Феликс, вы зайдёте справа, Ник и Мэтт, слева, я займу переднюю позицию. Конец поселения оставим открытым, дабы если что гнать врагов в сторону столицы, где их перехватит западный отряд. Всё понятно? — спросил Казуха. — Да! — ответили хором его соотрядники. — Тогда пойдёмте. Деревню, как и ожидал Казуха, освободили быстро. После этого Каэдэхара приказал осмотреть её и прилежащие территории на наличие подкрепления или засады, но их не оказалось, поэтому всё, что оставалось — вернуться назад в лагерь, что и сделали солдаты. При входе в форт Казухе сообщили, что Кокоми ожидает его в медпункте и что туда нужно прийти поскорее. Поэтому Казуха, не заходя в свою комнату, побежал к домику с красным крестом на крыше. Войдя в помещение, он увидел Кокоми, Итто и Синобу. — Кокоми, я только что вернулся с задания: соседняя деревня полностью освобождена от отряда Сёгуна. Мне передали, что ты хотела меня видеть, — протараторил Казуха. — Да, всё верно. Я хочу, чтобы ты обучил нашего новобранца, Скарамуччу, сражаться. А ещё хочу, чтобы ты взял его себе в помощники, — сказала Кокоми, будто специально пропустив его доклад о выполненном задании и указав подбородком на лежащего на кровати парня с темно-синими волосами. У него было перевязано плечо, а одежда была запачкана кровью. Казуха сделал вывод, что его ранили. "Не успел вступить в Сопротивление, а уже получил ранение, хорошее начало", — подумал про себя Казуха, а вслух выдал, цокнув и закатив глаза: — Ты это серьёзно сейчас? Я могу отказаться? — Нет, это приказ, — ответила Кокоми и улыбнулась.
