Попроси меня остаться

2. Весь день в каком-то счастливом безумии. Готовлю, пою, параллельно пытаюсь вспомнить обрывки ночи. Вот же хрень! Самого главного я как назло не помню. Хочу вспомнить, как кусал Даниэля. Ни одного, мать его, воспоминания! Ни одного ощущения его кожи под моими зубами или губами. Обидно! До скрипа зубов обидно. Сильнее напрягаю память, но ничегошеньки. Зато Антона и его бойфренда прекрасно помню. Прям, блять, в первом ряду стоят в моей башке. Хочется выругаться и перезагрузить свой «компьютер», но, увы, у людей нет такой функции. Ищу свой смартфон. Аллилуйя! Нигде не забыл по пьяни. Лежит там, где я его оставил вчера ночью. В коридоре на трюмо. Охуеваю от количества уведомлений. Точно! Я ж его специально поставил на беззвучный перед выступлением в клубе, а потом благополучно забыл об этом. Господи! То никто обо мне не помнит, то всем я срочно нужен: мама звонила, сестра, куратор из универа даже. Мне уже страшно. Перезваниваю в обратном порядке: куратор, сестра, мама. В принципе всё не так уж страшно: куратор сказал, что нужно подъехать в универ и перезаполнить какие-то документы и забрать новые реквизиты для оплаты за обучение; сестра звонила, так как мама мне не дозвонилась, а мама… А мама — это мама… Хотела спросить, заморозить ли мне котлеты и приеду ли я к ним на выходных. Придётся ехать… Это ж котлеты! Глотаю слюну и улыбаюсь, уже представляя, как буду уплетать их. Мысли улетучиваются, когда я пролистываю уведомления и вижу около пяти сообщений от Антона. Блять! Ну что ещё? Первое было написано в: [01:15]: Трахаешься? Второе: [01:45]: Потрахался с ним? Смотрю, чувак при бабле, да? Ты теперь с ним? Третье: [02:00]: Чё, блять, так тяжело ответить? Четвёртое: [02:06]: Обиделся, что ли? Ладно, не скулил ты — нормально пел. Скулишь ты в постели обычно. Мне нравилось это, хотя иногда и бесило… Пятое: [02:10] Ладно, пох. Адрес напиши, куда шмотьё твоё отправлять. Что ж, исходя из полученных сообщений я понял две вещи: первая — Антон был пьян, вторая — Антона зацепило, что я был с Даней. Злорадствую и ликую, ведь будь я тогда за барной стойкой один, то сейчас бы читал совсем другое. Игнорирую все сообщения и удаляю их. Козёл! Уже б отправил на любое ближайшее отделение почты. Адрес мой домашний он знал прекрасно. Задумываюсь всё же о том, что он сказал. Да, я бываю громким и звонким в постели, но, блять, голос у меня такой. Может, и скулю, конечно, но сам не замечаю за собой такого. По правде говоря, он никогда и ничего не говорил о моих стонах. Странный такой… Сразу бы сказал, что не нравится — я бы молча был. Короче, чего париться об этом сейчас? Пусть вон ему Влад-жираф теперь стонет. Просматриваю снова уведомления. О! Кто-то подписался. Нихуя себе! Это что, Даниэль? Как он нашёл меня? Идиот ты, Никит! Сейчас человека легче лёгкого найти: по номеру телефона, например, по местоположению. Небось я по пьяни ему всё и выложил. Господи, до сих пор за себя стыдно! Хорошо, что хоть не блевал при нём… Или…? Да не! Я бы помнил о таком, хотя… Сук, ну какой же он красивый на аватарке! Подписываюсь в ответ и захожу на его профиль. Роняю челюсть на пол и поднимаю обратно. Ёханый бабай! Какие ж охуенные фотки у него в публикациях, явно сделанные профессиональным фотографом. Пытаюсь вспомнить, а на кого он учится заграницей. Надо будет спросить ещё раз, но желательно быть трезвым при этом. О! А это что за видео у него? Недавно выложил. Так как я очень люблю спойлеры, то решаю сперва открыть комментарии. Большая их часть на английском. Я не силен в нём и не решаюсь переводить самостоятельно, поэтому сразу использую встроенный переводчик. Lilian: Какой красавчик! 😻 Это Ваша местная знаменитость? А у него есть свой Ютуб-канал? BennyBoy: Очень круто 🤘 Аlex2233: Хорошо звучит. А как называется его группа или он сольно выступает? Mary_Vincent🦋: Возьми у него автограф для меня 😉 Да кто там такой? Включаю видео и первые предположения, что в клуб Марата Анхеловича кто-то известный приезжал. Только вот как я мог такое пропустить? Испанский стыд! Да это ж я вчера со своими песнями. А кто записывал видео? А когда? Не помню, чтобы Даня снимал меня. Дошло. Клубный фотограф. Он же и видеограф, который делает контент для официальной странички клуба. Чёрт! Первая песня ещё ничего вышла, но не идеально, а вот на второй я откровенно налажал. И из-за кого? Ебучий Антон-гондон. Непривично смотреть на себя со стороны. Нихуя себе у меня шея длинная! Это из-за чокера, что-ли? А вот штаны нужно будет другие в следующий раз надеть. Зато у волос такой цвет насыщенный. Классно всё-таки, что я покрасился. Пролистываю всё видео, ведь там же должен быть ещё тот, у кого хотят автограф взять, но на видео только я. Дошло. Самооценка взлетела до небес. Чертовски приятно, конечно, но полагаю, что комментарии могут быть весьма льстивые, ведь их писали только потому, что видео Даниэль опубликовал. Читаю снова комменты и теперь улыбаюсь во все тридцать два. Только сейчас обратил внимание, как Даня подписал видео: «Turn it up🔊 You'll like it 😏» Просмотрел ленту новостей до конца и тут «чпоньк» — новое сообщение. Daniel: Hi, rockstar!

Я: Ой, скажешь тоже…

Daniel: Скажу. Комменты читал под видео? И на офф страничке клуба все спрашивают твои контакты. Кстати… Решил всё же сперва спросить, а потом делать… Я могу отметить тебя на публикациях? Я так понимаю, что это личный Инст. А есть рабочий аккаунт?

Я: Рабочего нет.

Этот не отмечай пока, ладно?

Тут слишком много

личной информации.

Daniel: Okay👌 Либо создавай новый, либо этот подчисти и YouTube channel заводи 😉 Слово за слово, и тут я смотрю на пустой угол — и аж сердце закололо: гитары моей нет! Быстро пишу Дане. Он успокаивает и говорит, что она так и стоит в подсобке закрытая. Можно забрать в любое время, только предупредить нужно, чтобы ключ не забыли взять. Далее у нас нейтральный разговор, затем попрощались. Я для приличия лайкнул пару его стареньких постов, чтобы не слишком палево и вышел из Инсты. Вечером позвонил Марат Анхелович. У меня аж кончики пальцев закололи, когда увидел на экране его имя. Страшно стало! Вдруг он видел, какой я пьяный был и как Даня меня из клуба в такси запихивал? Однако об этом ни разу не упомянул, но всё равно тревожно стало. Сказал, чтобы за оплатой пришёл и, мол, нужно обсудить дальнейшее сотрудничество. Я прям настоящую панику испытал. Почему-то сразу мысли полезли, что хочет попрощаться со мной. Эх! Жаль, если так, ведь его клуб мне очень нравится. Самый большой в нашем городе, самый посещаемый и самый люксовый. Вход, правда, дороже, чем везде. Я только недавно сообразил, в чём суть такой ценовой политики. Всё весьма просто, чтобы сброд всякий не заваливался. Зато Марат Анхелович разработал систему скидок и всякие прикольные штуки делает для посетителей: розыгрыши на бесплатный вход, флаеры, которые только избранные знают, где достать, коктейли бесплатные девушкам и ещё много чего интересного. Приглашает музыкантов и даёт старт молодым группам. Он классный мужик. Единственное, что мне не нравится, что Даниэль его сын и из-за этого у меня могут быть траблы. В общем, за оплатой мне идти к восьми вечера. Сегодня воскресенье, и ажиотажа особого уже не будет: все, кто хотел в клуб, были в нём вчера и позавчера. Я работаю здесь по пятницам и субботам. В воскресенье редко, а в остальные дни подрабатываю в кафе «Фрегат». Раньше был просто официантом, а теперь вот пою вживую и это мне нравится куда больше, чем тарелки на подносе таскать. В семь сорок пять я уже стоял у чёрного входа. — Здравствуй, Никитка. Ну чё, как оно, ничего? Бля! Очкую! — Здравствуйте. Потихоньку — Вот это ты устроил вчера, конечно. И не стыдно было, а? Ну всё! Походу, всё-таки смотрел запись с камер наблюдения и видел, как я заливал в себя шоты. — Марат Анхелович, я могу всё объяснить. Очень стыдно. — Да что там объяснять-то? Надо брать… Я не понимаю, что именно брать и куда. Смотрю на него и хлопаю глазами. — Данька мой сказал, что тебя надо брать с руками и ногами! — смеётся и я чувствую, как с плеч будто гора упала. — Короче, сказал, что ты вчера зажёг толпу и такой талант нельзя отпускать. Мне приятно очень. Легонько улыбаюсь, возможно, даже краснею. А владелец всё продолжает меня смущать: — …Я ему не поверил и тогда сын дал мне видео посмотреть. Думаю, что подниму тебе зп и возьму уже на постоянную основу, если хочешь, конечно. Будешь играть на всех праздниках и на разогреве у других групп, а по выходным сделаем тебе, так сказать, больше эфирного времени. Ну как, согласен? Ааааа! Хочется заорать от счастья! Конечно, я хочу; конечно, согласен. Думаю про себя, но отвечаю не сразу. Выдерживаю долгую деловую паузу в… десять секунд. Ха-ха! Затем соглашаюсь, и мы пожимаем друг другу руки. Сказал, что на днях накидает небольшой план с моим рабочим графиком и ближайшим расписанием. Мне такой подход нравится. Серьёзно всё и сразу видно, что не пустые слова. Я счастлив и с гордостью вспоминаю, как передо мной закрыли двери два других клуба, когда я им предлагал иногда выступать у них, причём за копейки. Пусть теперь кусают локти! Даже не захотели послушать, а Марат Анхелович сразу дал шанс. Отдаёт мне деньги, но я не пересчитываю, дабы не показаться наглой мордой, — сразу прячу их в сумку. Он начинает собираться, а я мнусь, но прошу открыть подсобку, чтобы можно было забрать гитару. Он удивляется, как я так забыл своё сокровище, а потом говорит, что у него нет этого ключа. — Щас Дане скажу. Может, он привезёт. Кстати, вы ж с моим сыном почти одногодки? Не пойму, это был риторический вопрос или я должен ответить. Быстро киваю, а он продолжает: — Отлично. Он в этой своей Англии совсем оборзел. Приехал в родные края и всё ему не так, и все его бесят. Мол, не тот уровень и бла-бла-бла. Замкнулся и такой необщительный стал. Я его из дома никуда вытолкать не могу. Буду рад, если ты вытащишь его хоть на часок-другой на свежий воздух. Ну там, в футбол погонять, по городу полазить, да хоть в кино на ужастик сходить. Короче, что там подростки делают в вашем возрасте? А вот теперь точно ждёт ответ. — Без проблем. Я сессию почти сдал. Осталось два зачёта и один экзамен, и я свободен, как птица в небе. — О, чётко! Я на тебя рассчитываю, Никитка. Только я вас умоляю, не напивайтесь в дрова и траву не курите! А если всё же решите бухнуть, то палёнку не сто́ит, что-то подороже возьмите и не на голодный желудок. О как! Я прям стою охуевший от его предложения и слов. Улыбаюсь как дурачок, а он меня по плечу хлопнул и попрощался, сказав, что уже Дане написал, а ему пора по делам. Пока выходили с ним на улицу, пока говорили с одним из секьюрити — тут уже и Даниэль нарисовался. Реально нарисовался. Только неужели Марат Анхелович художником был? Сходство есть, но всё же Даня красивее своего отца. Думаю, на маму больше похож. — О, сынок! Я погнал. Открой, Никитке подсобку. Он гитару забыл вчера. Наверное, мандраж поймал, но это ничего. Ты её потом закрой, а ключи у себя оставь. Юрка сегодня в охране и Эля уже скоро придёт. — владелец клуба помахал нам и направился к парковке, а моё внимание теперь всецело было приковано к Дане. — Ни-кит-ка… I like it «Ni-kit-ka»! — повторил по слогам и расплылся в улыбке, а я за ним. — Идём. Следую за ним до подсобки. Непривычно и странно, что в клубе так тихо. Никого пока нет, но это временно, скоро соберётся весь коллектив и приступит к своим каждодневным обязанностям. Даня зашёл первый, включил освещение и кивком указал на мою гитару. Я взял своё сокровище, прижал к груди и почувствовал неимоверное спокойствие и облегчение. — Посиди со мной недолго… Что там, отец заплатил тебе? Я киваю. — Сколько? — А я не знаю. Я не смотрел. — пожимаю плечами. — Ты не проверяешь сумму? — он удивляется очень. — Нет. — Садись и считай. Dad is already blind. He might make a mistake. Смотрю на него, как баран на новые ворота, ведь не могу перевести то, что он протараторил. — Nevermind. Считай сейчас. Мне неловко при нём, но я достаю деньги и пересчитываю. Даниэль спросил, сколько получилось. Я честно ответил, на что он возмутился и воскликнул: — Почему так мало?! Или это он по частям тебе платит? — Да нет. Не по частям. Сразу вот за вчера отдал. Даня нахмурился, что-то там задумался, а я быстро рассказал ему о повышении и что теперь буду выступать чаще. Он что-то сказал на английском, что-то вроде «Слава Богу», затем мы сменили тему. Спросил меня о том, какие планы на сегодняшний вечер. Сообщаю, что работаю в кафе до трёх утра. Понимаю, что ему скучно и, возможно, действительно хочет с кем-то пообщаться и потусить. И вот мне совсем не верится, что Даниэль замкнутый и необщительный. Возможно, это он при отце такой, но вот при мне очень даже общительный и ничего не «оборзел», вон хлеб с маслом и вареньем ел у меня. Теперь я подумываю о том, что всё-таки куплю овсянку и чай «Earl Grey» или «English Breakfast». — И снова ты мне отказываешь… — улыбается и впивается своими глазами в меня. Смотрю в них и чуть ли не захлебываюсь водами всех океанов Земли. Ну какие же синие! Неужели линзы? Спрошу как-нибудь при удобном случае, а пока извиняюсь: — Прости. Можно, конечно, и в три встретиться, но я буду уставший и очень голодный. — I understand, Никита́! That's all right. Не переживай. В другой раз. Через пару минут подтянулись бармен, официанты и администраторы — подготовка к открытию полным ходом. Я тоже поехал домой готовиться к работе. Что-то тяжко было сегодня после вчерашнего распития шотов. Едва приполз домой после кафе. Да уж, это тебе не в клубе две песенки спеть. Пел соловьём почти шесть часов, даже горло болеть начало. Сил нет, чтобы даже похавать. Решаю сперва в душе освежиться, а затем попить хотя бы чай с бутербродами. Помылся, а вот чая с бутербродами не было, ведь я сразу завалился спать. [Утро понедельника] «Понедельник — день тяжёлый!» И я с этим согласен на все сто. Зато столько дел переделал. В универ съездил. Оказывается, я менеджмент предприятий «автоматом» сдал. О как! Хорошо, что из всей группы только я к Катерине Михайловне на пары ходил и даже тесты неплохо проходил в течение семестра. Видимо, она и сжалилась надо мной. Да и вообще, хорошая она женщина, понимающая. Есть надежда, что и маркетинг «автоматом» поставит, но это не точно. Ещё к родителям на дачу съездил. На курей посмотрел, две первых домашних клубнички съел, в гамаке полежал, бате помог набор ключей подержать, пока он в мотоцикле своём колупался, котлетки забрал. Кайф! Жизнь удалась! Около семи вечера счастливый вернулся домой. Принял душ и сижу брынькаю на гитаре. Внезапно звонок в дверь, но я никого не жду. Оставляю гитару и телефон в своей комнате. Почему-то предполагаю, что это может быть сестра. Она грозилась, что приедет как-нибудь внезапно в гости, дабы застать меня с какой-то девулей. Наивная! Надо будет ей уже рассказать, что девуля в отношениях — это я! Пхаха! Теряю бдительность и вместо того, чтобы заглянуть в глазок, не спрашивая, открываю дверь. Идиот! Какой же я идиот! В этом и была моя ошибка. Передо мной стоит Антон. Да, именно тот самый Антон-гондон, который был моим парнем долгих и какое-то время счастливых три года. Несчастливые не хочу считать. Я расстерялся и не успел хлопнуть дверью перед его носом. Он прёт напролом и переступает порог. Смотрю, чёрная дорожная сумка висит на плече. Собрался куда, что ли? — Ник, привет. Ехал мимо и тут вот собрал некоторые твои вещи. Да ты что? Какое святейшество! Собственноручно решил доставить, благодетель, блять. Воровато осматривается, будто выглядывает кого-то. — А ты чего это, сам дома, что ли? — не дождавшись моего ответа, нахально закрывает за собой дверь. — За шмотки и доставку спасибо, а теперь на выход, Антон. — Да чего ты агрессивничаешь сразу? Во-первых, может, поговорим, а во-вторых, сумка мне как бы нужна. Любопытно зачем? Неужто реально в путешествие на Гавайи? Или может на Бали собрались с Владом? Ржу про себя от собственных абсурдных предположений и мыслей в голове. — Сумку сейчас верну, а говорить нам не о чем. Присаживаюсь на корточки и смотрю, что же он там принёс. Ага! Замечательно! Мои учебники за первый курс. Ну, спасибо! Я их уже в онлайн варианте нашёл и раза три перечитал. Философия из библиотеки, за которую пришлось заплатить, ведь я сказал, что потерял её, когда просрочил на полгода. О, а это что? Моя футболка с принтом Бэтмена. Ладно, за это спасибо. Я любил её почти так же сильно, как и тебя придурка. В общем, разные вещи по мелочи, о которых я уже и забыл. В руку попадается какая-то коробочка. Хмм! Не помню у себя ничего такого. Это явно не моё. Достаю её, думая, что туда он сложил мои медиаторы и запасные струны. Хочу открыть, но она запакована в заводскую плёнку. Нахожусь в недоумении, ведь там явно нет того, что я ожидал. Это духи! Выпрямляюсь в полный рост. — Это что? Это не моё. — Твоё. Это новый парфюм для тебя. Ну вместо того, что использовали. Демонстративно кривлюсь. — Это лимитированная версия. Они свеженькие и спортивные. Тебе же нравились такие запахи? — отвечает и скользит взглядом по моему лицу и ниже. — Уже нет. Я сразу сменил парфюм, когда узнал, что кое-кто ими пользуется. — Правда? Дай понюхать новый. И тут я натурально охуеваю, ведь хватает меня за поясницу и прижимает к себе, а потом носом по шее. Меня аж передёргивает от холода мурашек, что пробегают табуном по моему телу от его прикосновений. И ладно бы просто нос, но я ощущаю его губы. Горячие, нахальные губы, которые скользят по всей шее, почти до самого моего плеча. Я успеваю лишь громко выдохнуть от неожиданности. Пытаюсь оттолкнуть его, но не получается. Категорически не получается сопротивляться, будучи в некогда любимых руках, под некогда любимыми губами. А вот его запах ничуть не изменился и это я не о парфюме, а о том естественном аромате тела. Феромоны или что там у людей привлекает друг друга? Но этот запах за три года я успел впитать в себя, и сейчас он будто что-то делает со мной. Мне абсолютно противопоказано видеть, вдыхать и слышать Антона. — Давай поговорим, Никит. — шепчет и дышит мне в ухо. Сука! Какой же он мудила! Пальцами под футболкой перебирает рёбра и целует так горячо, будто очень скучал. Чёрт бы его побрал! Забываю обо всём, глаза сами закрываются. Я уже почти начинаю отвечать на его действия и хочу поймать его губы, но внезапно спускаюсь с Небес на Землю, а точнее, с грохотом падаю, ведь вспоминаю, что эти самые губы вчера, а, может быть, и сегодня могли так же целовать Влада и его член. Резко распахиваю глаза, когда слышу: — Неужели всё-таки не трахался с этим мажорным типом? Или так по мне соскучился? — ухмыляется и мы отстраняемся друг от друга. Я отталкиваю его и отхожу. От злости вытряхиваю всё, что он принёс на пол, зашвыриваю ненужные мне от него духи и пихаю сумку чуть ли не в его довольную морду. — Ладно-ладно! Я серьёзно, Ник… Давай погово… Не даю ему продолжить и хочу закончить с ним побыстрее. — Где медиаторы? — Я их не нашёл. Истерически смеюсь: — Пхаха! Не пизди! Струны же положил, а они, вообще-то, в одном месте лежали. — Не заметил. Выхожу из себя и повышаю голос: — Хватит! Хватит врать мне! Ты хоть раз можешь сказать правду? — кричу и злюсь на него и на себя из-за того, что впустил его. Слишком глубоко впустил в себя и своё сердце. Он роняет сумку на пол и вместо неё в его руках снова оказываюсь я. Прижимает меня к себе, утыкается в шею, не целует, а просто обнимает. — Скучаю, Никит. Стало раздражать собственное имя из его уст, хотя раньше так нравилось. Раньше много чего нравилось, а теперь, будто всё бесит. Не верю ни единому его слову. — Не верю! Иди Владу своему заливай, а меня оставь в покое. — пытаюсь вырваться, но это бесполезно, ведь он сильнее меня. — Поругались. Влад ушёл. Мне вроде бы любопытно, а вроде бы и похуй. Равнодушно хмыкаю и ядовито утешаю: — Помиритесь ещё. Уверен, что он завтра объявится на пороге. — Не-а! Не придёт. Он увидел, что я писал тебе тогда ночью. Я не отвечаю и продолжаю бороться с ним, чтобы выставить его за дверь и закрыть её уже. — Прости меня! За всё прости. Я только недавно понял, что ни капли его не любил. Он ушёл, но знаешь, я даже не расстроился, будто и не было его. — Ты хоть кого-то любил вообще? Тебе на всех плевать. И когда я ушёл — тоже похуй было. Хватит! Я не поверю ни единому твоему слову. Не Влад, так Артём, не Артём, так Дима и ещё куча других будет после. Кажется, мы вышли на разговор, который должен был состояться ещё пять месяцев назад, когда только расстались. — Когда ты ушёл — не похуй! Прости меня. Дай мне второй шанс, прошу. — отстраняется от меня и в глаза с надеждой. А вот это было неожиданно. Реально неожиданно. — Шанс? Во мне теплится надежда. Мне хочется верить, что Антон искренен сейчас, но сомнения всё же присутствуют. — Прости, Никит. Миллион раз прости. Ага! Ему легко говорить, а я с разбитым сердцем ходил и сейчас хожу… Задумываюсь и перестаю сопротивляться. Жалею себя и пытаюсь мыслить здраво, но не могу. Антон умеет быть нежным, умеет целовать так, что я сразу всё ему прощаю. Всегда прощал: и разбитый телефон, и мои проёбанные им новые медиаторы для гитары, и ещё куча всего было. Я прощал, ведь любил. И сейчас люблю, хотя, кажется, любовь эта другая стала. Внутри уже не горит пожар — внутри просто тлеет маленький огонёк, но когда он смотрит так… Вот так, как сейчас: глаза в глаза, когда держит моё лицо в своих ладонях и гладит большим пальцем мою щеку, то я хочу дать ему этот чёртов шанс. — Ты сделал мне очень больно. Я ненавижу тебя. — говорю ему и в глазах начинает пощипывать. — Знаю. Виноват и я заслуживаю эту ненависть. — прижимает меня к себе и мягко целует за ухом. Стоим так несколько минут точно, и я чувствую, как моё сердце стучится к нему, будто хочет убедится, что там уже нет никакого Влада, Игоря, Артёма или кого-то другого. Мне хочется, чтобы там был только я. — …И сейчас ненавидишь? — шепчет и быстро зацеловывает меня. Чмокает в разные места. Он так раньше всегда делал, чтобы рассмешить. У меня шея чувствительная. Щекотно. Вот он этим и пользуется. — Да, и сейчас. — отвечаю, но более мягко, ведь начинаю улыбаться. А он всё не прекращает чмокать лицо, шею, плечи и спрашивает: — И сейчас тоже? Может, всё же немного меньше уже ненавидишь? — Может, и меньше, а может, и нет. — Клянусь, я исправлюсь! Только дай мне шанс, а? Загнал меня в тупик. Я растерянно моргаю и не успеваю ничего ответить, как он уже снял кроссовки, взял меня на руки и понёс в комнату...