От ненависти до любви. Или, наоборот?

Утром, Даня просыпается не понимая, где он находится. В теле слабость. Подниматься с кровати вообще нет желания. Но приходиться, из-за бурлящего от голода живота. Он встает и медленно доходит до кухни, вытаскивая из холодильника, давно лежащий там бутерброд. На вкус он был слегка противным, но что делать, ведь еды, как оказалось, не осталось. Вчера, в спешке поскорей прийти домой и завалиться спать, он совсем забыл сходить за продуктами. Следовало бы сходить в магазин. Парень, с диким нежеланием напяливает на себя черные штаны адидас, вчерашнюю футболку, и уже в коридоре, серый, теплый бомбер, который, кажется ему подарил Илья. С собой схватил сумку на плечо, в которую сложил бумажник и телефон. Вышел из квартиры, на всякий случай закрыл её на три оборота, и бросил ключи в ту же сумку, нажимая на кнопку лифта. На улице было прохладно, но не холодно. Ветер задувал его волосы назад, открывая вид на всё лицо. Некоторые люди оборачивались, видя знакомую физиономию, но подойти не решались, так как у парня было довольно надломленное выражение лица. Вдобавок, он еще корчил его, от сильного потока ветра. Навстречу шла группа из человек семи, все были одеты в черное, на головах были закинуты капюшоны. Кто-то из них стал махать рыжему двумя руками, широко улыбаясь. —Кашин! Это ты! — парень подбежал к Дане и сжал его плечи, осматривая его. Будто они знакомы с детства. —Эй, пацан, отпусти меня пожалуйста, я сейчас не в силах, и не в настроении фотографироваться, сорян, — рыжий кивнул головой, в знак извинения и аккуратно убрал чужие руки с себя. Его компашка, которая выглядела намного старше этого юноши, подошла ближе и окружила его вокруг.  —Кашин? Ты чтоль? Нихуя, как изменился. После вашей ссоры с Русланом, я перестал тебя смотреть, скучный стал, без дружка своего, — рыжий нахмурил брови. —Ага, очень познавательно. Пропустите, мне надо идти, сейчас не лучший вариант тратить моё и ваше время, уж простите, — он попытался протолкнуться через двух парней, но те лишь откинули его назад, заставляя пошатнуться на два шага, — Вы че? —Да так, ничего, не принимай близко к сердцу, мы всего лишь подружиться хотим, — высокий парень достает из кармана телефон и начинает снимать обстановку вокруг и звезду по центру, — Точнее, наш уважаемый друг хочет с тобой подружиться, так ведь, Костян? —Да, да, очень хочу, — все начинают заядло смеяться.  —Вы неадекватные? Хули снимаете без разрешения? — Даня пытается не смотреть в камеру, а смотреть на снимающего, но тот специально ставит телефон вместо лица, закрываясь им. —Людное место, имеем право, — он кивнул в сторону рыжего, тот не понял его действия, поэтому не ожидал прилетевшего в щеку кулака. Он схватился за лицо, щурясь от терпимого, но довольно сильного удара. —Да вы не ахуели случаем?! — он выровнялся в спине, убирая руку с лица. —Даня, че ты так неуважительно общаешься со своими фанатами, хочешь, чтобы мы выложили это в сеть? А? — парень–амбал тыкает ему телефоном в лицо. Даня расстерян, он пытается отвести глаза в сторону, но нéкуда. Прохожие не обращают на это внимания, думают, что подростки так играют. —Да отвалите вы от меня! — еще один удар, в то же место. —Че орешь, успокойся, мы фанаты твои, — глаза снова забегали по всем «фанатам». Что ему делать?  Может, они его убить хотят?  А может, избить до полусмерти?  Драться Кашин умел, но против стольких человек–нет. Подумав сто раз, решил ударить одного из них, а именно оператора. Удар был жестким и четким, прямиком в скулу. Тот скрутился в клубок, шагая немного в сторону, отчего освободил место для побега. Слабость, как рукой сняло. Даня, не теряя ни секунды, рванул от них подальше, те за ним, они кричали ему что-то в след. Прохожие оборачивались на крики, и смотрели с недопониманием. В глазах постепенно темнело от нехватки еды в организме, но он продолжал бежать, быстро бежать. Тушенцов, на удивление, тоже шел по этой улице, замечая вдалеке бегущего Даню. Тот проскочил мимо него, не замечая, от быстрого бега и постоянных оглядок назад. Но вот Рус заметил, быстро спохватился и побежал за Даней, оба бежали уже вровень.  —Ты чего бежишь? — Рус немного запыхался, но говорить мог. —Там…Там мужики какие-то, — через каждое слово рыжий добавлял глубокой вдох, дабы не задохнуться, ведь бежал он достаточно долго. Шатен повернул голову назад, за ними бежало несколько людей. —Ты что блять опять натворил?! — Тушенцов схватил парня за руку и они завернули за угол. Там была дырка, между домами, которую было видно только под определенным углом, парень проскочил в неё, затаскивая за собой неуклюжего, и прижал его к ближайшей стене, закрывая рот, дабы тот так громко не дышал. Он всматривался в дыру и наблюдал. Вроде никого не было, — Ты.. Шатен повернул обратно свою голову, они находились в очень странном и близком расстоянии друг от друга. Тушенцов прижимал его к стене, всё еще зажимая рот одной рукой, другая рука была возле головы. А Кашин стоял, прижав ладони к стене. Оба пялились друг на друга, не скрывая этого. Рыжий только успевал хлопать глазами, не говоря ни слова о том, чтобы тот отпустил его рот. Он лишь тяжело дышал в руку, от сильного бега ранее.  —Извини, я, — Руслан убрал руку, быстро заводя за спину. Даня плюнул в сторону. —Тьфу, блять, ты айкос курил что ли, — Даня сморщился, вытирая рот рукавом кофты. —Да бля, а че такого то в нём? — Тушенцов понюхал руку, вроде нормально пахнет, как обычно. —Да похуй уже, — парень потрогал щеку, вроде не сильно болела. —Тебя ударили? — Рус нахмурился, и стал внимательно осматривать лицо рыжего. —Врезали чутка, но я, как настоящий мужчина в этой ситуации, что? — парень поднял брови и приблизил лицо еще ближе к другому, — Правильно, убежал! — он щелкнул пальцами перед своим лицом, и улыбнулся, отодвигаясь назад.  Рыжий шагнул в сторону, покидая шатена. Он и совсем забыл, что шел в магазин. Увидев перед собой висящую вывеску магнита, улыбнулся и пошел во внутрь. А хули я вообще с ним разговариваю?… На плечо легла рука, кто-то справа выровнялся с ним в один шаг и шел вприпрыжку. Повернув голову в сторону, увидел Руслана. —Че? — Кашин выгнул бровь. —С тобой прогуляюсь, — Тушенцов достал черную, тканевую маску из кармана и надел на лицо, накидывая серый капюшон кофты сверху, — Это, — указал на лицо в маске, — Чтоб ты не волновался, что тебя заметят с неким Русланом, хорошо? — он миловидно кивнул, улыбаясь глазами. —Ладно, — Даня отвел голову в сторону, щеки загорелись красным пламенем. Че с тобой, долбоеб, хули краснеешь. Рыжий зашел в магазин, схватил корзину в руку и вошел в глубь полок, выбирая самое нужное. Руслан следовал за ним, внимательно осматривая то, что тот положит в корзину.  —Что готовить будешь? — Тушенцов выхватил корзину из чужих рук, пряча её за спиной. В ответ получил недовольное выражение лица, — Я подержу, ты выбирай и клади. Парень забил на это действие и стал накладывать во внутрь корзины всё больше еды. Которая за неделю, конечно вся съедена не будет, половину он выкинет, так как всё уже успеет испортиться. Корзинка уже была полностью заполнена, как и заполнен список продуктов, которые нужно было купить, поэтому Даня поплелся на кассу, Тушенцов за ним. Шатен положил тяжелую корзину на ленту, вытаскивая продукты. Кашин взял пакет и складывал туда уже пробитые продукты. —И три пачки сигарет, чампан, классик, — Кашин улыбнулся продавщице, в знак благодарности, та достала их сзади себя и пробила. —Заебал курить, — парень убрал корзину под кассу, и подошел ближе к парню. —Сам айкос курит, умняшка какой, — Даня сощурил глаза, широко улыбаясь без зубов. —С вас, две тысячи, девятьсот пятьдесят восемь рублей, сорок четыре копейки. По карте или наличными оплата будет?  —Наличкой, — он достал из сумки бумажник, оттуда одну пятитысячную купюру, и положил её на монетницу. — Без сдачи, до свидания.  Данила поднял пакет с товарной ямы, был он не сильно тяжелым, хоть и на взгляд выглядел достаточно большим. Он покинул магазин, Рус покачал головой и ринулся за ним. —Куда путь держим? — Тушенцов приобнял парня за плечо, шагая в одну ногу. —Домой, куда еще, — Кашин скинул с себя руку, — Че трогаешь, я не разрешал. —Сорян, — Тушенцова переклинило, он осознал, что делал эти двадцать минут. Он мило общался с ним, как ни в чем не бывало, будто ссоры между ними не было. У стены, когда прижимал Даню, он прилично залип на нём, из-за чего поменял характер, буквально за щелчок. Так он умел только с ним, до сих пор, — Давай, выпьем у тебя? Я всё куплю, если ты за. Я думаю, что хочу поговорить, кое о чем.. —Ладно, хорошо, давай, без проблем, — Данил смотрел в асфальт, обдумывая сказанные только что слова. И нахуй я согласился блять! Опять что-то нехорошее будет..