Серая Зона

— Нет, ну ты слышал этого коротышку?! — возмущается Чимин, агрессивно ковыряя палочками свой ужин. — Еще подкаты эти его тупые, он что, думает, что я совсем слабоумный, что растаю от этого хамла бескультурного. Они недавно закончили обследование, и сейчас, сидя в столовой, Тэхен выслушивает жалобы Чимина, который очень уж бурно отреагировал на выходки главврача. Как только они закончили, Пак пулей вылетел из кабинета, не прощаясь и никак не реагируя на подколы, брошенные Юнги ему вслед. С Тэхеном же Мин вел себя вполне сносно, он даже попрощался напоследок. — Я думаю, ты все-таки и впрямь ему приглянулся, — хитро прищуривается Ким, внимательно разглядывая своего друга, который уже красный как рак от возмущений. — Да плевать мне, что ему там приглянулось, он неадекват полный. Я даже пересекаться с ним больше не хочу. Надеюсь, болеть я здесь не буду, — чуть тише говорит Чимин, уткнувшись взглядом в свою тарелку. Тэхен загадочно улыбается и ничего не говорит, принимаясь за свою еду. Кажется, Чимин принял эту ситуацию слишком близко к сердцу, что странно, ведь обычно он либо отшучивается либо просто посылает того, кто ему не понравился, и забывает ситуацию, дабы не портить эмоциональный фон. Сейчас же слишком много эмоций потрачено с его стороны на человека, на которого ему все равно. Ким пьет свой чай, оглядывая помещение вокруг и рассматривая небольшие группки людей, сидящие за столиками. С самого начала на станции образовалась некоторая система рассадки. Все в основном сидели со своими непосредственными коллегами. Лишь изредка можно было увидеть, как кто-то сидел со своими друзьями вне зависимости от того подразделения, в котором они работали. Военные всегда были самой большой группой, которая располагалась у дальней стены, группа поменьше — механики, медики тоже были в своей группе, а вот ученых было меньше всех, и именно к их группе и присоединились Тэхен с Чимином после того, как один паренек пригласил сесть ближе к ним. Только они все равно сидели за отдельным столиком. Они пока только адаптировались в новом обществе и присматривались к окружающим. Дружить с кем-то из экипажа было нецелесообразно, да и они ведь есть друг у друга, зачем им еще кто-то. — Кстати, а как тебе полковник? — неожиданно вскидывается Чимин. — Красавчик, скажи же? — улыбается он, поглядывая в сторону военных. — Ты серьезно у меня это спрашиваешь? — выгибает бровь Тэхен. — Если ты забыл, я мужчин не оцениваю, это ты по этой части, так что не жди от меня ответа, — фыркает Тэхен, даже не смотря на друга. Тэхен уже привык к тому, что Чимин постоянно спрашивает его мнение по поводу какого-нибудь приглянувшегося ему мужчины. Чимин открытый гей и может смело подкатить к любому, кто предположительно может ответить ему взаимностью. Он милый и добрый, а яркая внешность всегда играла ему на руку. Тэхен же всю свою жизнь был натуралом, и похождения Чимина его никак не интересовали. Конечно, тот факт, что они лучшие друзья, никто не отменял, и поэтому приходилось иногда выслушивать про очередного мудака, который разбил сердце его Мини. — Да брось, даже если ты не гей, просто чисто по-человечески внешность же можешь оценить? — Чим, — он угрожающе склоняет голову. — Мне это неинтересно, если тебе да, то вперед, меня, пожалуйста, не втягивай. — Ой, ладно, ладно, уже и спросить нельзя, — парень недовольно хмыкает. — Все-таки красавчик, — мечтательно тянет, рассматривая мужчин за дальним столиком. — Кстати, капитан Ким, кажется, тоже гей. Еще Чимин любил делать предположения, кто тоже может быть на его стороне. И в большинстве раз его предсказания оказывались верными. Парень часто строил глазки мужчинам, но чаще это все переходило лишь в мимолетные связи, серьезных же отношений у него почти не было. Пару раз его затягивало в это «болото», как он сам называл свои неудавшиеся отношения, и оба раза, конечно, были неудачными. Пак очень яркая личность, он энергичный, открытый и постоянно требует к себе слишком много внимания, это обычно и отталкивало от него партнеров. У них просто не хватало сил, чтобы справиться с ним. — И как же ты это выяснил, Шерлок? — скептически уточняет Тэхен. — Ну, хотя бы исходя из того, что сидящий рядом с ним парень, прямо сейчас под столом наглаживает его колено, — посмеивается Чимин, указывая в сторону. Тэхен переводит взгляд в сторону и старается высмотреть, что же там происходит под этим столом. Но вместо того чтобы стать свидетелем гейского гейства, он сталкивается взглядом с полковником, который очень уж пристально на него пялится. Тэхен пару раз моргает и быстро прячет взгляд. — Черт, — шепчет он себе под нос. — Ты чего? — непонимающе спрашивает Пак. Он заметил смущение друга, который резко отвернулся и принялся активно жевать свой ужин. — Полковник так странно смотрел на меня, как будто услышал, что я хотел подсмотреть за его друзьями. Чимин смеется с такой догадки: — Ну, так-то он уже давно поглядывает в нашу сторону, да еще так смущенно глазки отводит, ты бы видел. — Что за бред, — сомневаясь, шепчет Тэхен. — Наверно, обычный интерес к новеньким, вот он и разглядывает. И вообще хватит витать в облаках, пойдем уже, — он берет свой несъеденный салат и яблоко, намереваясь доесть позже.

***

Чонгук уже сидел за столиком со своими друзьями, когда Ким и Пак появились в столовой. Он сразу же заметил их и старался незаметно поглядывать в их сторону. — Ну и как тебе Тэхен? — спросил его Намджун, вырывая из размышлений о том самом Тэхене. Полковник как раз залипал на нем, стараясь не привлекать внимания. Он изучал его фигуру, черты лица, даже одежду, которая была на самом деле не так уж и важна. Парень был действительно очень хорош собой. Чонгук не скрывал свою ориентацию от друзей, да и в принципе ни от кого после того, как отец узнал о нем. В тот день было много грязи вылито на Чонгука. Он, конечно, понимал, что отец не примет этого, но и прятаться всю жизнь не хотел. Та ситуация стала для него неким облегчением, и он наконец-то стал свободным во всем. Больше никаких ограничений он ставить себе не собирался. Общественное мнение всегда было главным для его отца. Он сильно давил с этим, говоря, что люди должны думать о тебе только хорошо. Уважение в обществе — это самое главное, семья ни в коем случае не должна быть опозорена. Вот Чонгук и ушел, чтобы не позорить семью, и это стало для него самым верным решением. — А... — оторвался он от своих размышлений. — Он очень красивый, — как-то тихо произнес полковник. Намджун приподнял бровь и покосился в ту сторону, куда смотрел Чон. Ну да, все ясно, полковник пялился на Кима и витал в облаках, что вообще-то было ему несвойственно. Намджун прокашливается, привлекая к себе внимание. Чонгук поворачивается на шум, все за столиком в упор его разглядывают. — Что? — непонимающе хлопает глазами Чон. — Ну, вообще-то я имел в виду: как тебе Тэхен в профессиональном плане? — ухмыляется Намджун. Друзья начинают хихикать, Хосок, сидящий рядом, закидывает руку ему на плечо, приобнимая: — Что, понравился парнишка, да? — Что?! Нет, конечно, я просто... — Чонгук начинает паниковать и сбрасывает руку Хосока. — Да брось, Гук, — Джин, сидящий напротив, улыбается и старается успокоить друга. — Это нормально, ты же никогда не скрывался от посторонних, и, если тебе понравился парень, в этом нет ничего страшного. — Он мой коллега, я его не знаю, и вообще не стоит что-то начинать, у нас миссия, работа и... Его снова перебивает Джин: — Чонгук, успокойся, — медленно растягивая слова. — Ты ведь даже не пробовал, работа это не проблема, как видишь, нам с Джуном это не мешает, — он подмигивает своему парню и мягкими движениями поглаживает его колено. — Может, тебе стоит поговорить с ним, познакомится поближе? А там уже и выяснишь, стоит оно того или нет, пока не попробуешь ведь не узнаешь. Ты же всегда такой решительный и собранный, всегда добиваешься своих целей, чего сейчас-то разнервничался как подросток? — Сам не знаю, смотрю на него, и каша в голове, слова все в разные стороны, а тело вообще своей жизнью живет. И впрямь как подросток, — грустно выдыхает Чонгук. — Может, стоит поговорить с ним, хотя бы просто привыкнешь к его обществу, там, глядишь, и подружитесь, ну а дальше дело за малым, — толкает его в бок Хосок. — Не знаю, — обреченно выдыхает Чон. Сейчас Чонгук сам не понимает своих чувств, он впервые так теряется в присутствии человека. Еще никогда у него не возникало сложностей в общении с людьми. Его поставленная речь, отточенные движения — все это никогда не подвергалось таким сильным изменениям. Он умело мог соблазнить мужчину, если это ему требовалось, другое дело, пользовался он этим редко, только когда требовалось сбросить напряжение. У него было несколько интрижек, после которых он еще и отбивался от поклонников. Серьезных отношений не было, работа по большей части мешала, но даже если бы и были, он уверен, справился бы и с этой ответственностью. Вот только сейчас он не чувствовал уверенности. Смотря на Тэхена, он словно растекался лужицей, и как начать с ним хотя бы дружить, предположений никаких не было.

***

Чонгук все же решает, что нужно что-то предпринять. Очень уж хотелось узнать Тэхена поближе. Только вот с чего начать разговор и как заинтересовать в своей персоне, он совсем не придумал, а просто отправился в исследовательский блок, в надежде найти там Тэхена. Полковник медленно приоткрывает дверь и сразу замечает Кима, стоящего к нему спиной. Он что-то рассматривает на мониторах, а в руках небольшой контейнер с салатом, который он не доел. Он размеренно пережевывает зелень, склоняя голову, задумчиво рассматривая показатели. Тэхен пришел сюда, чтобы ознакомиться с данными, которые уже были в процессе изучения. Он осмотрел свое будущее рабочее место, постепенно вникая в рабочий процесс. Чонгук нервно поправляет воротник и подходит к парню. — О, Тэхен! Ты... Э-э-э... Тоже ешь? — с натянутой небрежностью начинает он. Тэхен поворачивается к нему. — Ну да, обычно так и делаю, когда голоден, — добродушно, с полным ртом. — Да, конечно! Просто... Я думал, может, ты, типа, фотосинтезируешь? — взволнованно тараторит Чонгук, глупо хихикая. — Ты же биолог, вот... Повисает тишина, Тэхен переводит взгляд с еды на мужчину. — Чонгук... Я изучаю бактерии в грунте, — недоумевающе объясняет Ким. Полковник приходит в ужас от самого себя. Он еще больше начинает нервничать. — Понятно! То есть... — он отчаянно пытается спасти ситуацию. — Может, у тебя есть любимая бактерия? — Что? — Тэхен приподнимает бровь. Чонгук уже мысленно пишет заявление об отставке или переводе на другую станцию. — Ну, типа... Самая симпатичная? — он в отчаянии тычет пальцем в стоящие неподалеку пробирки. — Вот эта, например, очень... Ну... У нее классная форма. Тэхен смотрит на пробирку с кишечной палочкой, на губы так и просится улыбка. — Может, тебе стоит отдохнуть, а не стараться флиртовать с моими подопытными? Чонгук нелепо переминается с ноги на ногу и морщится как-то болезненно. — Я… Я потом! В смысле, не потом, а... В другой раз! Или никогда! Он быстро выскальзывает из помещения, закрывая за собой дверь. Тэхен, наконец, издает тихий смешок. — Ну, здравствуй, «симпатичная бактерия», — вполголоса произносит он, взяв пробирку в руки. За дверью раздается глухой стук — это Чонгук в отчаянии бьется головой о стену. Тэхен лишь косится в сторону двери. Странный, конечно, этот полковник. Вроде и забавный, но кажется слишком уж рассеянным для главнокомандующего. В первую встречу ему показалось, что этот человек очень собран, серьезен и ответственен, то, как он общался с капитаном и как давал четкие указания подчиненным, говорило о твердости его характера и о знании своего дела. Сейчас же он не производил впечатление того строгого управляющего огромной космической станции.

***

Чимин, после того как разобрал вещи, решил прогуляться по станции и взять себе кофе в автомате и чего-нибудь сладкого. Идя по длинному светлому коридору, он мурлыкал себе под нос мотив знакомой песни. Настроение было отличным, а парочка ярких деталей интерьера, которые он привез с собой для обустройства комнаты, сделали его еще более счастливым. Он развесил небольшие плакаты на стенах с изображением красивых природных пейзажей и ярких, красочных закатов. Небольшая оранжевая настольная лампа, так же была установлена, а ярко-зеленое постельное белье украсило кровать. Сейчас он весело вышагивает, раздумывая о том, что еще ему можно придумать, чтобы в комнате стало еще ярче. Завернув за угол, он наблюдает знакомую картину. Юнги стоит около кофейного аппарата и яростно стучит по его корпусу. — Ну, еб твою через сканер МРТ! Этот девайс тупее, чем студент-интерн после ночного дежурства! Чтоб тебя, железяка, перепрошило нахуй через все протоколы! — он пинает автомат ногой, продолжая свою гневную тираду. — Ты че, блядь, совсем ебланетину включил?! Я ж тебя, сучья железяка, на запчасти разберу и в каждую по батарейке от вибратора засуну. Чимин стоит пару секунд, скептически разглядывая мужчину, который пытается до конца угробить ни в чем не повинную машину. Он отвлекается и быстро проходит мимо, к полкам со сладостями. — Эй, принцесса! Ты куда это так спешишь? Или думаешь, что если ученый, то можешь по станции, как муха сраная летать? — грубо старается привлечь внимание Юнги. — О, это снова ты. Главврач, который вместо работы только и делает, что орет матом, — Чимин окидывает его безразличным взглядом, продолжая выбирать себе шоколадку. — Ага, и что? Тебе не нравится, как я разговариваю? — нахально вскидывается Юнги. — О, прости, я не знал, что это называется «разговаривать». Подумал, что это просто шумовое загрязнение, — саркастично выплевывает Пак. — Ого, да ты острый, как скальпель. Может, тогда скажешь, что мне с этой железякой делать? — внезапно хмыкнув. — Может, стоит попробовать немного нежнее, — Чимин подходит и аккуратно жмет на несколько кнопок, после чего автомат начинает наливать напиток. Он ухмыляется своей маленькой победе. — Видишь, грубость и хамство не всегда дают положительный результат, иногда нужно применить немного нежности, — загадочно улыбается он. Юнги удивленно разглядывает парня, который снова подошел к сладостям и взял понравившуюся ему шоколадку. Он медленно подходит к нему почти вплотную. — Ммм, нежности, шоколадки... — тихо шепчет Мин ему на ушко. — Ты и впрямь принцесса, слишком уж мягкий и приторный, — ехидно хмыкает он. — А ты грубое хамло, у которого совсем нет чувства такта, — Чимин несильно отталкивает мужчину в грудь, обходя его. — Хорошего вечера, — иронично кидает он на прощание, выходя из блока. Юнги провожает его изучающим взглядом. Весьма интересный экземпляр этот ученый, не ведется на провокации и даже кажется слишком сдержанным для такой-то яркой личности. В голове Мин уже начинает разрабатывать план по его охмурению. Ведь чем сложнее миссия, тем она интереснее.

***

Чонгук, Намджун и Хосок оккупировали капитанский мостик. Вокруг множество измерительных приборов, несколько больших дисплеев и огромные прозрачные панели, открывающие вид на бескрайний космос. Хосок сидит за штурвалом, настраивая курс для автопилота, и проводит диагностику систем, пока Джун беззаботно крутится в кресле рядом, а Чонгук задумчиво разглядывает звездную даль. — Ты чего такой хмурый? — спрашивает Намджун, заметив состояние друга. Чонгук стонет и прикрывает глаза ладонью. — Я такой еблан, пошел поговорить с Тэхеном и просто невероятно опозорился. Стоял там и мямлил что-то о бактериях и о том, какие они милые, еще пытался выдать что-то смешное. Кажется, я окончательно сломался, — он упирается локтями в колени и обреченно прячет лицо в ладонях. Намджун толкает Хосока в бок, усмехаясь. — Эй, Хо, бросай свою диагностику, нам срочно нужно приступить к починке данного объекта, — он кивает в сторону понурого Чонгука. Хосок откидывается на спинку кресла и складывает руки на груди, изучающе разглядывая полковника. — Объект демонстрирует классические симптомы: учащенное сердцебиение при виде объекта симпатии, неконтролируемую речь и острый приступ нервозности, — посмеивается он. — Также наблюдаются редкие побочные эффекты — желание неудачно шутить и обсуждать внешний вид бактерий, — уже смеясь во все горло, подхватывает Намджун. — Вы оба уволены, — злобно косится на них Чонгук. — Лечение простое: три дозы нормального общения, два комплимента и один совместный кофе, — с умным видом подытоживает Хосок. — И категорический запрет на разговоры о бактериях, — поддерживает Намджун. — Не напоминай, — хмурится Чонгук. Он лишь грустно вздыхает и отворачивается от них. Если бы все было так просто. Он уже пытался завести разговор, и что из этого вышло? Чонгук опозорен, а Тэхен наверняка считает его слабоумным. — Эй, все когда-то теряли дар речи перед симпатичным ученым. Особенно, если этот ученый — гений с идеальными чертами лица, — старается успокоить его Намджун. — Но я же полковник! Я должен быть уверенным, собранным, а не краснеть и нести чушь. — Ты человек, а не робот, — Хосок подходит к нему, опираясь боком о приборную панель, и в поддерживающем жесте кладет руку на плечо мужчины. — Постарайся еще раз поговорить с ним, если снова начнешь запинаться, посмейся над собой. Скажи: «Кажется, я слишком много времени провожу с техникой — забыл, как говорить с людьми». — Не уверен, что это сработает, но спасибо за совет, — грустно улыбается Чонгук. — Может, как-нибудь попробую.