Серая Зона

Каково это — возвращаться туда, где тебя не ждут? Грустно, обидно и больно. Пустая квартира, тишина и полное одиночество — что может быть хуже? Вот только для Чонгука это стало в радость с того момента, как он ушел из родительского дома. В те моменты, когда он находился в своей квартире на Земле, он ощущал себя свободным. Выбравшись из-под жесткого контроля отца, он вздохнул полной грудью и ощутил полную независимость. Нет, ему не было одиноко. Большую часть своей жизни он проводил в космосе, окруженный людьми, и этого было более чем достаточно. А возвращаясь на Землю, он наслаждался моментами тишины и спокойствия в своем укромном уголке. Сейчас же, возвращаясь на Землю, ему катастрофически не хотелось оставаться в одиночестве. Он нашел недостающую частичку, благодаря которой в сердце поселился уют. Как теперь вернуться в пустую квартиру одному и продолжить жить, как ни в чем не бывало? Полковник твердо решил, что хватит с него одиночества в стенах ранее любимой квартиры, которая сейчас даже в мыслях пугала своей тишиной. Как именно он уговаривал Тэхена съехаться, трудно вспомнить. Возможно, он был в состоянии аффекта, а может, просто от волнения и страха услышать категоричный отказ — он запомнил только бешеный стук своего сердца где-то в глотке, ушах и мозгу. Но итогом этих переговоров, в которых Чонгук старался приводить весомые аргументы, шантажировать, давить на жалость и слезно умолять, стало согласие Кима переехать в его квартиру. Ну, вообще-то, сам Тэхен не сильно-то и сопротивлялся, просто Чонгук разнервничался и сразу вывалил на него все, что было в голове, чтобы наверняка. И вот уже спустя два месяца, как они вернулись на Землю, Тэхен успешно развеивает одиночество Чонгука, перетащив в квартиру мужчины свои вещи и наведя там свои порядки, которые самого Чона иногда приводят в молчаливое бешенство, которое он ну ни в коем случае не решается как-то выказывать. Вещей у Тэхена оказалось слегка больше, чем мужчина ожидал увидеть. А если точнее, то раза в три больше от ожидаемого. Мало того, что его едва из собственного шкафа не выселили, аргументируя это тем, что: «У тебя все равно почти одни костюмы, они на вешалках поместятся, для остального тебе пару полок хватит», так к то му же в разных частях квартиры удобно (нет) расположились стопки книг, о которые Чонгук систематически спотыкается, матерясь под нос. Нет, ему совсем не жалко места для Тэхена, и он совершенно не против, если тот займет всю его квартиру, оставив лишь уголок, где можно будет просто посидеть. Для мужчины главное, чтобы Ким был рядом, и не важно, как сильно он при этом перевернет его жизнь. На самом деле жизнь не так уж и перевернулась. Самым сложным было привыкать друг к другу. Они оба занятые и вечно пропадающие каждый в своей сфере, могли часами не видеться, находясь при этом в одной квартире. По возвращении на Землю у них еще оставалась работа, которую нужно было уладить, завершить так и не выполненную миссию, дабы каким-то образом уложить все увиденное в отчеты. Через пару недель их полностью освободили от работы и дали заслуженный отпуск. После завершения долгосрочных миссий всем членам экипажа был положен отпуск в несколько месяцев. Тэхену выделили три месяца, Чонгуку же был положен всего один, так как, являясь полковником, он должен был продолжить службу на военной базе Земли до назначения новой миссии, если таковая будет. В целом Чонгук с Тэхеном постепенно привыкали к совместной жизни, и каждого все более чем устраивало. Первое время было немного неловко, но и это прошло со временем. Распробовав прелести совместной жизни, а в частности огромную общую кровать, они провалились в свои чувства с головой. Каждая последующая ночь была горячее прежней, и это было самой любимой частью проживания под одной крышей для каждого из них. Страсть со временем разгоралась только сильнее, и несмотря на большую загруженность и сильную усталость первое время, это ни сколько не мешало им очень активно проводить время вместе. Так и прошлой ночью они почти не спали, пробуя друг друга на вкус и сгорая в крепких объятиях, из-за чего сегодня проснуться получилось только ближе к обеду. Чонгук едва разлепил глаза, щурясь, и, взяв в руку телефон, посмотрел на часы. Сегодня у него выходной, и можно позволить себе поваляться в теплой постели, прижимая к себе любимое тело, которое вчера раскладывал по всем горизонтальным поверхностям. Повернув голову, он натыкается взглядом на прекрасную картину: Тэхен, забрав себе одеяло и закутавшись в него как в кокон, тихо сопит, оттопырив губы. Чонгук хмыкает, понимая, почему все это время ощущал неприятный холодок по спине: он полностью обнажен, а его малыш даже без боя присвоил себе все одеяло. Просунув руку в кокон и нащупав уголок, он медленно тянет одеяло, разворачивая и накидывая себе на бедра. Притиснувшись ближе, он наконец проникает в мягкое укрытие и тяжело вздыхает. Тэхен сонно ерзает и пытается избавиться от незванного гостя. Посмеиваясь от того, как упрямо парень старается вытолкать его, Чонгук обвивает всеми конечностями Тэхена и притягивает к себе. Оказавшись в теплых и сильных руках, Ким затихает и сквозь сон улыбается. Позволив себе подремать еще пол часика, Чонгук открывает глаза уже от ощущения активного копошения где-то под боком. Настырные длинные пальчики бегают по его груди и ощупывают ребра, вызывая этим приятные мурашки и полностью прогоняя сон. — Я смотрю, кто-то сегодня очень игривый? — улыбаясь шепчет Чон, не раскрывая глаз. Тэхен согласно мурчит и легонько покусывает шею мужчины, прислушиваясь к довольному смешку. Открывая больше доступа для самодеятельности парня, Чонгук откидывает голову на подушку и, схватив того за бедро, закидывает на себя его ногу, начиная оглаживать кожу, легко сжимая. Тэхен льнет ближе, уже едва не полностью ложась на грудь мужчины, и, просунув под него руку, сжимает упругую ягодицу, кусая и облизывая ключицу. Внизу живота приятно скручивает, и Чонгук, рыкнув, дергает парня, полностью укладывая его на себя. Тэхен в одних боксерах, в то время как Чонгук оголен и никак не скрывает своего желания. Мужчина, обхватив Кима за ягодицы, прижимает его к своему паху, слегка двигаясь под ним, имитируя толчки. Приподнявшись и дав Чонгуку стянуть с себя белье, Тэхен сам скользит возбуждением по чужому и тихо стонет на ухо мужчине, пока тот с силой мнет его ягодицы. — Чонгук, — постанывает парень, ерзая в нетерпении. — Идем в душ? — предлагает мужчина и, получив согласный кивок, подхватывает парня под бедра, заставляя того обвить ногами талию и плотно прижаться. Пробуждение выходит таким же бурным, как и прошлая ночь, и, выжав остатки спермы друг из друга, они выползают из душа довольные и размякшие. — Потрясающее утро, — бурчит Тэхен, довольно пережевывая оладушек, который подкинул ему на тарелку Чонгук. Мужчина стоит у плиты в свободных штанах и отпивает кофе, пока переворачивает на сковороде свои кулинарные шедевры. Тэхен рассматривает широкую спину с бугрящимися мышцами и зависает. Как так вышло, что он, тот, кто всю жизнь интересовался только женщинами, сейчас живет с любимым мужчиной и откровенно пускает слюни на него? Конечно, его все более чем устраивало, да и он совсем не хотел вдаваться в поиски ответа на этот вопрос. Главное то, что именно здесь и сейчас он чувствует себя самым счастливым. Ощущение спокойствия, уюта и чистого счастья, которые ему дарит Чонгук, стало для него самым важным. А то, что он так кардинально изменился, уже даже не напрягало. — Одно из лучших, — согласно кивает Чон, подойдя к столу, чмокает Кима в лоб, усмехаясь и стирая с уголка его губ остатки джема. Тэхен соблазнительно улыбается, успев перехватить запястье мужчины, погружает испачканный палец в рот, шумно посасывая и неотрывая от него томного взгляда. — Не дразни, — предупреждающе тянет Чонгук, неотрывно рассматривая пухлые и еще не отошедшие от поцелуев губы, которые соблазнительно принимают в себя его палец. — А то что? — заигрывая спрашивает Тэхен, шлепнув мужчину по ягодице, когда тот отворачивается к плите. Чонгук удивленно вскидывает брови, рассматривая довольного собой парня, который как ни в чем не бывало снова принялся за еду. — Как дела на работе? — уже серьезно спросил Тэхен. — Генерал до сих пор свирепствует? — Да, вроде успокоился немного, но все равно как-то косо на меня поглядывает, — посмеивается мужчина, присаживаясь рядом за стол. По возвращении генерал всячески изводил Чона, заставляя его писать кучу отчетов и объяснительных, даже в законном отпуске не давая передохнуть. Чонгук вообще побаивался, что его отстранят от службы, но, к счастью, обошлось, и тот поумерил свой пыл. Исход миссии генерала совсем не порадовал. Сам факт временной аномалии не то чтобы сильно удивил. Растраченные в пустую ресурсы и время — вот что действительно было важным. Как итог, одни потери и отсутствие конечного результата. Из комнаты доносится звук мобильного, и Чонгук со вздохом поднимается, так и не успев приступить к завтраку. Вспомнил на свою голову. — Генерал Кан? — прикладывает к уху телефон, закатывая глаза. — Полковник, тебе нужно через час быть на базе, — серьезным тоном произносит мужчина. — Я понимаю, что у тебя выходной, но это важно, и я не отниму много времени. Чонгук вздыхает как можно тише, чтобы не показать свою раздражительность. У него и так в этом месяце почти не было полноценных выходных, видимо генерал все еще старается подпортить ему жизнь. Казалось бы, взрослый мужчина, а ведет себя как обиженный ребенок. — Я вас понял, генерал. Скоро буду, — чеканет он и, положив телефон на тумбу, возвращается к Тэхену. — Мне нужно ехать. — Что-то случилось? — взволнованно спрашивает Тэхен. Мужчина видит, что Ким тоже недоволен таким раскладом, но старается ни как это не показывать, ведь понимает, что работа у полковника слишком уж важная. — Еще не знаю. Генерал вызывает. Чонгук уходит в спальню, чтобы переодеться, а Тэхен, проследив за ним, поднимается из-за стола, принимаясь убирать посуду. Ему очень не нравятся эти неожиданные вызовы, но он ничего с этим не может поделать. Единственное, что его на данный момент тревожит, это то, что Чонгук так и не позавтракал, снова обойдясь одним лишь кофе. Провожая мужчину на пороге, он крепко прижимается к нему и жадно целует, желая удачи и мысленно надеясь, что вернется он не с плохими новостями.

⌀⌀⌀

— Ты долго будешь в моем шкафу хаос наводить? — орет из соседней комнаты Юнги, слушая, как за стеной что-то упало. Мужчина сидит на диване и в который раз пролистывает сообщение, которое ему прислал генерал Кан после собрания. Его тоже вызывали на базу, дабы посвятить в предстоящие планы, в которые, как оказалось, он тоже входит. — Может, встанешь и поможешь тогда! — в ответ кричит Чимин, продолжая швырять вещи в разные стороны. — Это вообще-то тебе нужно, а не мне. — Ну так я сам все соберу. Ты слишком серьезно к этому подошел. Чимин выходит из комнаты и хмурым взглядом сверлит Мина, который выглядит слишком уж расслабленным. Пак последний месяц зачастил с ночевками у Юнги, который совсем не против. Парень не согласился съезжаться, объясняя это тем, что ему нужно много пространства, а квартира Юнги для этого не подходит. Да и в целом он не хотел спешить, сам себя пугая предстоящей ответственностью и ограниченными возможностями. Парень был уверен в Юнги и его чувствах, вот только ему хотелось ощущать себя свободным. В свою квартиру он тоже не был готов его пускать, так как ему нужен был свой уголок. Наверное, он попросту еще не был готов к такому серьезному шагу и, исходя из собственных страхов, он продолжал бегать к Мину, все чаще там задерживаясь. В отношениях у них все было более чем отлично. Юнги оказался весьма внимательным и любвеобильным. Он постоянно старался баловать свою сладкую булочку и дарить ему максимум нежности. Хоть это и противоречило его образу грубого мужлана. Неожиданно для самого Чимина в Юнги он нашел много приятных качеств, которые раскрылись в отношениях. — Я подошел к этому серьезно, только потому, что сам ты сидишь и не шевелишься. — А что мне, бегать по квартире с криками: «Спасите, помогите! Мне нужно сложить весь свой шкаф в одну сумку»? Юнги совершенно не понимал переживаний Чимина, которого, по сути, не должен был волновать этот вопрос. Самое последнее, что могло беспокоить Юнги, так это его одежда, которую Пак слишком тщательно подбирал для него. — Но тебе же нужно собираться! — возмущался парень. — Нужно подготовиться, ты же улетаешь на такой долгий срок! — на последних словах голос дрогнул, и Юнги, заметивший это, оторвался от планшета, подняв голову на нервно теребящего свои рукава парня. — Эй, котенок, — успокаивающе протянул Мин, подходя к парню. — Ты переживаешь? — утянув того в свои объятия, спросил мужчина. — Конечно, я переживаю! — вскрикнул парень, ударяя того в грудь кулачками. — Как я буду здесь без тебя? — слезно пробормотал он. — Ну, ты что? Тише, тише, — Юнги поглаживал парня по макушке, крепче прижимая к себе. — Все будет хорошо, я же вернусь. — Через два года? — возмутился Чимин, злясь от спокойствия мужчины. Юнги только выдохнул. Ему нечего было на это ответить. Он и сам с трудом представлял, как выдержит такую долгую разлуку, но старался быть сдержанным. Одного истерящего Чимина им вполне хватало.

⌀⌀⌀

Чонгук возвращался домой с тяжелым грузом на душе. Генерал сообщил ему то, чего он больше всего боялся. Как сейчас вернуться к Тэхену и рассказать об этом, он совершенно не представлял. Полковник не знал, как отреагирует Тэхен, но сам он хотел выть от безысходности. И изменить что-то он тоже не мог. Это его долг, и он обязан исполнить приказ. Как оказалось, около года назад на неизвестную планету так же была отправлена экспедиция, которая оказалась успешной. Планета, которой в последствии дали название «Terra 2.0», оказалась вполне пригодной для жизни, и дальнейшее изучение привело к решению колонизировать ее. Генерал Кан назначил новую миссию, которую и должен был возглавить Чонгук. Экипаж уже был сформирован, и группа людей для строительства поселения уже были оповещены и готовы к перелету. Будущая колония во главе с полковником должна будет отправиться на планету уже через неделю, о чем Чонгуку и сообщили, полностью выбив почву у него из-под ног. Самым страшным во всем этом был срок — два года. Разумеется, Тэхен не был в списке тех, кто отправится на далекую планету, и Чонгук не представлялючто ему с этим делать. Как пережить такую долгую разлуку и как к этому всему отнесется Тэхен? Мужчина зашел в квартиру, сразу опускаясь на небольшую тумбу, стоящую у порога. Из кухни доносился приятный запах готовящейся еды и была слышна музыка. Он на минуту прикрыл глаза, собираясь с мыслями. — Малыш, я дома, — с натянутой улыбкой произнес мужчина, заходя на кухню. Тэхен пританцовывал у плиты, заметив Чонгука, быстро подошел к нему, чмокнув в щеку. — Как все прошло? Зачем генерал вызывал тебя? — сразу перешел к главному. Мысленно сматерившись, Чонгук присел на стул. Он так надеялся хоть немного оттянуть этот разговор. — Сообщил об успешно проведенной миссии, в ходе которой была обнаружена планета, пригодная для жизни, — начал мужчина, похлопав по своей ноге, чтобы Тэхен присел ему на колени. — Это же здорово! — восхитился Ким, обвивая шею мужчины. — Ну да, — невнятно пробормотал тот. — Что-то не так? — слегка напрягаясь, Тэхен пытался заглянуть Чонгуку в глаза, но тот упрямо его избегал. — Да, — обреченно выдохнул Чон. — Кое-что случилось, и я не знаю, как тебе об этом сообщить. — Не пугай меня, пожалуйста, — нервно хихикнул парень. — Генерал назначил меня главнокомандующим миссии по колонизации на эту планету. Тэхен округлил глаза и замер, пытаясь обработать полученную информацию. Смотря, как меняется его лицо, Чонгук не знал, что думать и чего ожидать. — То есть ты отправишься туда, чтобы сопроводить людей, а затем вернешься? — с надеждой уточнил парень. — Нет, Тэхен, — Чонгук взял его за руку и заглянул в глаза. — Миссия продлится два года, и я обязан находиться на планете все это время. Это первоначально установленный срок, в дальнейшем он может увеличиться в зависимости от результата всех работ. Судорожно вздыхая, Тэхен встал с колен мужчины и, повернувшись к нему спиной, поставил ладони на кухонную тумбу, закинув голову вверх. Он старался сдерживать резко нахлынувшие эмоции, но глаза уже начало пощипывать. Где-то в груди неприятно заныло от осознания безысходности. Они ведь только обрели друг друга, и вот их хотят разделить. Только начав проникаться теплыми и нежными чувствами от любимого человека, ему хотят перекрыть к этому доступ. Он ощутил вкус счастливой жизни, почувствовал себя любимым, нужным и значимым, и сейчас все это безжалостно оторвут, даже не предполагая, к чему это может привести. Он совсем не ожидал, что такое может с ними произойти, хотя с их работой это не так уж и удивительно. Просто он старался отгонять от себя подобного рода мысли. И вот случилось то, что перевернуло все внутри него. Что, если Чонгук не вернется? Может, еще по пути на эту планету что-то произойдет? Как будет продвигаться колонизация и на сколько могут продлить срок его пребывания там? Ведь даже спустя два года мужчина может просто-напросто отвыкнуть от тех чувств, что испытывал рядом с Тэхеном. Станет меньше думать о нем и в итоге совсем забудет, не пожелав возвращаться обратно. После такого Тэхен точно больше не сможет подарить свои чувства кому-то другому. — И как нам быть? — обреченно спросил парень, стараясь скрыть дрожь в голосе. Он так и стоял, не оборачиваясь, боясь того, что посмотрит на Чонгука и слезы ручьями польются из глаз. — Я не знаю, — тихо выдохнул мужчина, подходя сзади и обнимая Тэхена за талию. — Экипаж уже сформирован. Я видел список, Намджун, Хосок, Сокджин и Юнги тоже летят. Вас с Чимином не назначили. Чонгук прижался губами к шее Тэхена, прикрывая глаза. Он и не хотел, чтобы Ким снова отправлялся в космос после того, как едва его там не потерял. Может, в его силах и было добавить дополнительного участника к миссии, хотя в его нынешнем положении, вероятнее всего, генерал бы даже не стал его слушать, но он и не пошел бы на это. Он не был эгоистом на столько, чтобы из-за своих желаний снова подвергать Тэхена опасности. Страх потерять любимого человека был сильнее желания не покидать его на такой долгий срок. — Но мы же... Мы только начали. Я только почувствовал, каково это — просыпаться и чувствовать твое тепло рядом. Ощущать твою любовь и заботу, — голос дрожит. Тэхен проговаривает это в слух, и к горлу подкатывает удушающий ком. — Я не хочу оставаться здесь один. На два года. Я не смогу. — Не говори так, пожалуйста, — шепчет Чонгук ему в макушку. — Мне очень больно слышать это, — он сам едва сдерживает дрожь в голосе. Хочет быть сильным рядом с Тэхеном. — Ты сможешь. Мы сможем. Ты будешь ходить на работу, возвращаться домой и готовить вкусный ужин, гулять в парке и развлекаться с Чимином. А я буду работать и думать о тебе каждый миг. — Это звучит так просто и легко. Но я не хочу так. Я хочу, чтобы ты остался! Чтобы мы завтра вместе пили этот горький кофе, чтобы я мог сердиться, что ты снова разбросал носки... Обычные, глупые, земные дела! Он говорит это с такой детской, обнаженной тоской, что Чонгук не выдерживает. Он разворачивает Тэхена к себе и заглядывает в его блестящие от слез глаза. Парень опускает ресницы, и по щеке катится слеза, которую Чонгук тут же ловит, стирая. — Я тоже этого хочу. Я действительно не хочу снова в эту ледяную пустоту. Где во сне я слышу только гул двигателей, а в иллюминаторе вижу бесконечную тьму. Но я ничего не могу с этим поделать. Я не могу не выполнить приказ, — мужчина прижимает Тэхена, пряча его лицо на своей груди. Тот уже во всю всхлипывает, и от этих звуков внутри больно щемит. — Только пообещай не сходить с ума от одиночества. Живи, веселись, пей кофе, ругайся на свои данные. Будь... Будь здесь. Я должен знать, что есть место, в которое мне нужно вернуться. Даже если путь займет два года. —Ты вернешься. Ты обязан вернуться! — возмущенно отрезает Тэхен, не давая даже повода для сомнений. Парень начинает покрывать поцелуями лицо Чонгука, теряясь в своих чувствах. Его разрывает от не высказанных слов, которые он должен был говорить ему каждый день в течение тех двух лет, что теперь у них безжалостно отобраны. Как выразить за такой короткий срок все то, что он планировал выражать всю дальнейшую жизнь? Чонгук не отвечает, он лишь принимает мокрые от слез поцелуи и разваливается внутри. Как его малыш будет здесь? Будет ли он в порядке? И самое главное — дождется ли он его после такой длительной разлуки? Какое же все-таки коварное это время. Иногда его катастрофически не хватает, а иногда хочется, чтобы оно пролетело как можно быстрее.

⌀⌀⌀

Космическая пустота, в которую он прежде с большим удовольствием сбегал, сейчас казалась пугающей. Ни далекие звезды и галактики, ни неизведанные миры больше не привлекали. Сейчас, смотря далеко вперед сквозь толстое стекло иллюминатора, Чонгуку хотелось вернуться на Землю, туда, где остался его крошечный мир. В голове мелькали воспоминания совсем недавнего и такого мимолетного прошлого, в которых было намного приятней, чем в реальности. Мужчина прокручивал каждую улыбку Тэхэна, которая светилась искренним счастьем, глаза, смотрящие глубже, чем может человеческое зрени, е и видящие Чонгука насквозь, его касания, которые согревали не только тело, но и душу, а самое главное — его голос. Чонгук мечтал, чтобы эти глубокие бархатные нотки остались у него на подкорке, чтобы ни что их оттуда не вытеснило. Он уже начинал жалеть, что сделал катастрофически мало фотографий Тэхена. Тех, что сохранены на планшете, не хватит, чтобы каждый день смотреть и впитывать черты любимого лица. А он именно это и планировал делать: смотреть каждую свободную секунду и засыпать с самым прекрасным образом под веками. Ведь теперь, в этой железной коробке, ему только это и остается — смотреть, вспоминать и мечтать о возможном лучшем будущем для них. В иллюминаторе виднеется родная планета, а в голове, сердце и душе — лишь один маленький человечек, оставшийся там один. Огромная планета не имеет значения, и даже целые галактики не будут для него столь ценны, как тот, кто словно песчинка по сравнению с этими гигантами. Для него он — Вселенная, которая уместилась на одной планете, оставшейся позади. Чонгук держит в руках планшет, закончив читать отчеты, а в голове — совсем другое. Все расчеты и характеристики за секунду вылетели из головы, как только он представил родное лицо. И как он планирует работать, если ни о чем даже думать не может? Прикрыв глаза, он тяжело выдыхает, пытаясь сосредоточиться, а в груди все рвется на мелкие кусочки и горит так, что кажется, сейчас из глотки черный дым повалит. Находясь на станции уже несколько часов, полковник проводит проверку и ожидает Намджуна с Хосоком, которые через час должны прилететь. Они задержались на Земле, получая инструкции от генерала. Оставшееся время до отлета Чонгук сидит в капитанском кресле за пультом управления и мечтает развернуть станцию, чтобы прямиком к нему... Мужчина слышит звук открывшегося шлюза позади и поворачивается к выходу. — Привет, полковник, — весело здоровается Хосок, проходя внутрь. — Ну что, готов вновь бороздить просторы космоса? Гук только хмыкает и сдерживается, чтобы не ляпнуть чего-нибудь оскорбительного, ведь он совсем не разделяет веселье друга. Намджун останавливается у входа, сделав несколько шагов вперед, и приветственно кивает. Он видит, что Чонгук совсем не в настроении, даже улыбку не выдавил. — Видел бы ты, что в кабинете у генерала было, — продолжает энергично вещать Хосок. — Хос, — останавливает его Ким. — Я думаю, ему сейчас не до этого. Ты же видишь, он совсем поник. Хосок переводит непонимающий взгляд с одного на другого и только открывает рот, чтобы возмутиться, как сразу его захлопывает, прерванный ладонью Намджуна перед своим лицом. Ким подходит к Чонгуку и, положив руку на его плечо, слегка улыбается. — Я знал, что, как только мы прилетим сюда, примерно это и увидим, — начинает он, указывая на недовольное лицо Гука. — Твой настрой совсем не годится, ты так совсем работать не сможешь, — Чонгук хочет сказать, что соберется, но Намджун не дает ему даже начать. — Я решил привезти тебе небольшой сюрприз, чтобы хоть немного поднять тебе настроение. Чонгук вопросительно оглядывает мужчину, который отходит в сторону, открывая вид на входной шлюз. — Эй, сюрприз, где ты там? — кричит Намджун и широко улыбается. Полковник ждет, что же там за сюрприз, и, как только видит, замирает в неверии. Это же шутка такая? Он открывает рот и хлопает глазами, медленно поднимаясь из кресла. Почему-то слов нет, и он не знает, как выразить то, что сейчас происходит в голове. — Я подумал, что тебе будет скучно на чужой планете, — тихо шепчет «сюрприз» и приближается с каждым шагом быстрее. Как только Чонгук делает два широких шага навстречу, в его грудь врезаются и он смыкает объятия. Тэхен еле слышно всхлипывает, и Чонгук едва не до хруста сжимает его, целуя в висок. — Но как? — только и может выдавить мужчина. — Ты же не думал, что я так просто отпущу тебя? — посмеивается сквозь тяжелые вздохи Тэхен. — Он едва генеральский кабинет не разгромил, — смеется Хосок. — Ты бы видел его, я даже сам испугался. Чонгук заглядывает в лицо Тэхена и удивленно вскидывает брови. — Ты что же, водиночку пошел разбираться к генералу? — Нет, мы были с Чимином, — широко улыбается Ким. — Я же не один такой больной, у меня еще друг есть. — Даже представить не могу, что было у генерала, — истерический смешок вырывается откуда-то из груди. Чонгук посмеивается, представляя, как его мальчик разносит взрослого мужчину — генерала армии, и гордость берет за то, что Тэхен взял все в свои руки и пошел отстаивать их совместное будущее. — А я не могу представить себя без тебя, — тихо шепчет Тэхен и, прикрыв глаза касается лба мужчины своим. — Я иногда задаюсь вопросом, как за такой короткий срок моя жизнь изменилась настолько сильно. Но я понял, что ответ мне не нужен. Сейчас для меня главное — ты. Я осознал, что без тебя просто не смогу. Довольно улыбающийся Намджун тянет за руку на выход упирающегося Хосока, который хотел лично поведать веселую историю, где Тэхен сначала приводил аргументы, убеждая генерала в том, что ему необходимо отправиться на станцию, а затем едва не набросился на мужчину, когда тот всего лишь задумался на минуту. Они с Чимином буквально атаковали Кана, который просто оторопел от такого напора разяренных парней. Мужчина не долго сопротивлялся и принял двух агрессивных добровольцев. Оставшись наедине с Тэхеном, Чонгук прижимает его к себе и не может сдержать пробивающиеся эмоции. Его сердце будто вновь начало биться рядом с любимым, а в душе разливается тепло и искренеее счастье от понимания того, что следующие два года он не будет умирать от тоски и разрывающей боли. Парень все ближе льнет к нему, хаотично покрывая лицо поцелуями и шепчет о том, как он счастлив. А Чонгук не может удержать улыбку. Он впивается в горячие губы, пока не заканчивается воздух в легких, целует мокро и жадно, будто боясь, что все это ему мерещится. — Люблю тебя, — на выдохе шепчет в чужие губы. — Люблю тебя, — вторит ему Ким, так и не отстраняясь от мужчины ни на миллиметр. И вот снова их корабль движется вперед, в непроглядную тьму дальнего космоса, которая уже не пугает, ведь они будут рядом — в душе, в сердце, в руках. Гореть от своей любви и освещать путь друг другу. И то, что там позади осталась родная планета, не так уж и важно. Главное — под боком есть и будет своя Вселенная, такая крохотная, но такая важная.